Вечная любовь

Глава первая - Гарри! Ну, сколько можно! Ты вторую неделю подряд возвращаешься домой ближе к ночи! Я понимаю, что новая должность, еще большая ответственность и все такое прочее. Но ты мог бы уже и о семье вспомнить! Дети уже забыли, как выглядит их отец! - Джинни сердито гремела сковородкой, подогревая мужу приготовленный, но давно остывший ужин. Смертельно уставший Гарри Джеймс Поттер, менее месяца назад занявший пост Главного Аврора, уже привычно пропускал мимо ушей набившие оскомину обвинения. Когда он, пятнадцать лет назад, женился на тоненькой рыжеволосой девушке, смотревшей на него глазами, полными любви и восхищения, он совсем по-другому представлял свою семейную жизнь. А получилось – что получилось. Первые годы брака были вполне счастливыми. Но затем каждый из них увлекся своей карьерой, и молодая пара заметно отдалилась друг от друга. Настолько, что в магическом обществе начали шелестеть шепотки о скором разводе звездной четы. Мозги им обоим промыла Молли. После достаточно трудного разговора, Гарри и Джинни отправились отдыхать в Италию, и спустя девять месяцев в мир пришел Джеймс Сириус Поттер. Все опять наладилось, молодая семья была счастлива. Рождения Ала супруги Поттер ожидали с не меньшей радостью, чем первенца. Однако вскоре после рождения Лили, Гарри окончательно уверился в том, что брак с Джинни был ошибкой. Заметно поправившаяся после рождения дочери, жена совершенно перестала его привлекать как женщина. Джинни скорее была «своим» парнем, с которым можно было обсудить какие-то проблемы, квиддич, друзей и новости. И все. Не было больше того чувства единения, как в начале семейной жизни. Влечение к жене пропало напрочь, и супружеский долг воспринимался как каторга. Вот Поттер и превратился – особенно с назначением на пост Главного - в трудоголика, приходящего домой только ужинать и спать. В ответ на очередное «Джин, милая, но ты же понимаешь, что…», уныло сказанное засыпающим над тарелкой с рагу мужем, Джинни хотела было произнести очередную колкость, но вовремя вспомнила о прочитанной с утра заметке в женском журнале. «Накормите супруга вкусным блюдом, сделайте комплимент его мужественности или работоспособности, а потом в спальне предложите помассировать ему плечи и спину – и волшебная, незабываемая ночь вам гарантирована». - Знаешь, Гарри, ты такой молодец! Ведь твоя должность такая ответственная и то, что задерживаешься в Аврорате дотемна... - договорить фразу ей не дал внезапный приступ кашля Поттера, подавившегося кусочком мяса от столь неожиданной смены настроения. Ведь каких-то десять минут назад эту самую ответственную должность ему ставили в укор! Треснув мужа по спине, она непринужденно продолжила: - А хочешь, я разомну тебе плечи? Ты так напряжен! - Это было бы замечательно, дорогая! Ты права, у меня все мышцы так и ноют, - Гарри отодвинул от себя пустую тарелку, стараясь не задумываться над странным поведением благоверной, обычно предлагавшей не массаж за его поздний приход домой, а отлучение от тела, чему он, откровенно говоря, был только рад. - Да, Джинни, да-аа. А теперь капельку пониже, пожалуйста, - разомлевший от горячих прикосновений Поттер, с наслаждением подставлял одеревеневшие от постоянного сидения бока и спину под теплые ловкие руки жены. - Хорошо-то как! Рыжеволосая ведьма упивалась легкой победой, представляя, что еще немного и Гарри потянется к ней, чтобы медленно стянуть кружевную ночную рубашку и... На этом месте ее мечты внезапно прервал непонятный звук. Через мгновение лицо Джинни от гнева приобрело свекольный оттенок: муж вместо того, чтобы возбудиться от разогревающих ласк и заняться бурным сексом, самым беззастенчивым образом храпел, уткнувшись в подушку. *** На сегодняшний вечер миссис Поттер настроилась самым серьезным образом. В ход пошли новый атласный пеньюар, обильно и умело наложенная косметика и главный козырь – приобретенные за астрономическую сумму специальные чары, позволяющие на несколько часов сбросить десяток лет и не один десяток килограмм. Эта ночь будет лучшей в ее жизни, и – баста! Гари просто-таки должен, наконец, понять, что она – Джиневра Уизли-Поттер – самый сказочный подарок, который достался ему в этой жизни. Расположившись в ожидании мужа в большом уютном кресле, она мечтательно улыбнулась: зеркало напротив продемонстрировало ей удивительную красавицу с горящими зелеными глазами, алым ртом, пышной грудью и тонкой талией. Такая чаровница способна возбудить даже импотента! Часы над камином пробили девять ударов, Джинни прислонилась головой к бархатистой обивке кресла и задремала. Гарри улыбнулся и подхватил ее на руки, с легкостью опуская на кровать. Его сильные руки крепко обняли за талию и сдавили железным обручем, не давая дышать. Она испугалась и закричала... В окно пробивался тусклый свет раннего утра, от долгого пребывания в неудобном положении шея Джинни затекла и нещадно болела, а в живот, выросший за ночь до своих привычных размеров, врезался жесткий пояс пеньюара, который она купила специально под уменьшающие косметические чары. Быстрый взгляд на часы – тридцать пять минут шестого. «Гарри что? Домой сегодня не приходил?!» - она молнией взвилась по ступенькам на второй этаж, наступая на длинный шлейф дурацкого одеяния и ругаясь так, что услышь ее родители, нервное потрясение им было бы гарантировано. Распахнув дверь спальни, Джинни застыла, бессильно привалившись к косяку: постель была пуста и не смята, на ней явно никто не ночевал. Шаги за спиной заставили ее резко обернуться. - Привет, дорогая! Ты уже встала? - выходящий из кабинета Поттер, одарил супругу явно дежурным поцелуем в помятую со сна щеку. - А я вчера пришел так поздно, что решил не будить тебя и переночевал у себя на диване. Красивый пеньюар, - с ходу оценил он новый наряд жены. – А что, твоего размера не было? - и, не дожидаясь ответа, проследовал в ванную, к счастью, не оглянувшись. Потому что если бы в тот момент посмотрел в лицо Джинни - немедля схватился за волшебную палочку, именно с такой гримасой Темный Лорд насылал на него в финальной битве Аваду. Никогда еще Джинни не испытывала такого ужасающего отчаяния. Нет, не так! ОТЧАЯНИЯ! Полного и всепоглощающего. Муж не любил и не хотел ее. Когда и где она ошиблась – Мерлин знает. Может, было ошибкой настаивать на третьем ребенке? Нет, Гарри обожал девочку, тем более, по словам тех, кто знал его родителей, малышка была копией Лили Поттер. Но именно после рождения дочери, отношения между ними стали простой формальностью. А может не надо было ей бросать карьеру игрока в квиддич, не стоило добровольно запирать себя в четырех стенах, превращаясь в домохозяйку, сварливую и пресную. Сто тысяч «может»... и ни одного ответа. А что дальше? Еще большое отчуждение и развод? Какая-нибудь шустрая молоденькая сучка ухватит свой кусок счастья, бесцеремонно отодвинув ее в сторону. «Не бывать этому!» - Джинни решительно протерла заплаканные глаза, стирая размазанную косметику. - «Костьми лягу, а не отдам Гарри никакой тощей вертихвостке!» *** По Лютному переулку ходила между рядами кособоких приземистых домишек ничем непримечательная волшебница с пегими волосами и водянистыми маленькими глазками, что-то высматривая и опасливо озираясь. Наконец, она постучала в дверь деревянного двухэтажного здания. На шум выглянула юркая востроглазая старушка и окинув гостю подозрительным взглядом, впустила ее в дом. Через некоторое время волшебница вышла оттуда и быстро аппарировала в неизвестном направлении. *** - Привет, Джинни! А Гарри еще не возвращался? - в камине торчала растрепанная кудрявая шевелюра Уизли, в девичестве Грейнджер. - А я хотела передать ему документ для Шеклболта. Впрочем, неважно, все равно увидимся на приеме. - На каком приеме? - рыжеволосая ведьма впилась испытывающим взором в лицо золовки. - Сегодня вечером в министерстве состоится бал по случаю дня рождения Кингсли. Разве Гарри тебе не говорил? Вы ведь тоже в числе приглашенных, - в глазах Гермионы было явное удивление. - Ну, конечно! Как я могла забыть! - Джинни с притворной досадой хлопнула себя по лбу и постаралась, как можно беззаботнее, улыбнуться. Но стоило ей распрощаться с женой брата, как маска благополучия на ее лице сменилась выражением ярости. «Вот значит как, дорогой? Уже подцепил какую-то шлюшку и с ней придешь развлекаться на прием, а надоевшую жену можно отбросить, как старую ветошь! Что же, ты сам вынудил меня пойти на крайние меры», - с этими словами миссис Поттер направилась в спальню, где в ожидании благоприятного момента давно пылилась парочка никогда ненадеванных вечерних платьев. Сегодня вечером она возьмет реванш за все унижения. Гарри еще будет бегать за ней послушной собачкой, вымаливая хоть крупицу внимания и ласки. Не будь она Джинни Уизли! Глава вторая Бал был уже в самом разгаре, когда Джинни, наконец, появилась в Министерстве. Чтобы привести себя в достойный вид понадобилась масса времени, а потом еще целый час она, как идиотка, сидела и тщетно ждала, что дорогой супруг все-таки объявится и они вместе пойдут на прием! Но едва стрелки часов миновали цифру «10», женщина поняла, что надежды напрасны, и она рискует вообще опоздать. И вот с глазами, горящими решимостью, и фальшивой, будто приклеенной улыбкой Джинни упорно продвигалась в глубь зала, лавируя среди толпы народа: разговаривающего, пьющего шампанского и радостно смеющегося. Сейчас ничто - и никто - не смогло бы оторвать ее от цели - черноволосой, зеленоглазой и всемирно известной. Но как, оказалось, найти конкретного человека – даже столь знаменитого – в праздничном безумстве весьма проблематично. Наконец, миссис Поттер услышала хорошо знакомый голос и, словно акула, почуявшая запах крови, устремилась на него. Ей оставалось сделать всего несколько шагов к мужу, как шумный гомон взорвался звуками музыки – над толпой взвилась шаловливая мелодия вальса. Джинни рванулась к супругу, но увы, радостно закружившиеся пары перекрыли ей дорогу. Проклиная все на свете – и обожаемого мужа в первую очередь – она в бессильной злобе привалилась к колонне, наблюдая за скользившими по паркету дамами в нарядных вечерних туалетах и мужчинами в смокингах. В последнее время маггловская – пусть и адаптированная – мода все больше и больше завоевывала магическое сообщество. Неожиданно Джинни заметила танцующих Драко Малфоя и свою невестку. Хорек склонился над партнершей и что-то шептал ей на ушко, а та негромко смеялась, слегка откинув назад голову, давая возможность полюбоваться точеными шеей и плечами. Не успела рыжеволосая ведьма позавидовать Гермионе, сохранившей стройную, девичью – и это несмотря на двух детей – фигуру, как испытала самый настоящий шок, увидев собственного мужа, ведущего в танце… Асторию Малфой. Джинни так и впилась глазами в необычную пару: мужественный широкоплечий брюнет и элегантная, грациозная блондинка с мечтательными голубыми глазами. «А мой тюфяк, оказывается, неплохо танцует. Что-то раньше за ним такого не наблюдалось, - машинально отметила она про себя. - Ох ты, как эта снулая рыба оживилась-то, так и стреляет глазками. А как мы томно-то веки прикрываем! Стоп! А если это? Гарри и Астория... Да нет, не может быть! Зачем ему ровесница жены?! Хотя, надо отдать должное, хоречья супружница очень даже ничего, - честно признала Джинни, скрипя зубами от досады. - Все, сажусь на строгую диету: никаких сладостей, жирного и мучного! Да и кое-что из тренировок можно взять!» - она прикусила нижнюю губу и кивнула в такт своим мыслям. Проходивший мимо молодой, но перспективный сотрудник министерства принял ее жест как приглашение на следующий танец – вальсы следовали один за другим – и с радостью затянул жену национального героя в водоворот искрящейся музыки. Не успев ничего понять, миссис Поттер уже была стиснута железной хваткого ушлого сопляка, щедро рассыпающего на нее комплименты. Машинально следуя за партнером, женщина продолжала наблюдать за мужем. «Гарри опять танцует с Малфой, и что он в ней нашел?! Худющая, лицо бледное, груди толком нет. Однако как все это подозрительно, дожидаться конца бала бессмысленно, могу и не успеть, надо срочно действовать» Едва мелодия смолкла, как миссис Поттер злобно дернулась из объятий надоевшего кавалера и побежала на поиски вновь исчезнувшего мужа. «Ну, где же ты, где?» - Джинни кидала отчаянные взоры по сторонам, стараясь увидеть знакомую черноволосую голову, но натыкалась на чужие лица, которые, казалось, смеялись над ее бедой. Поэтому, когда она заметила Гарри, спокойно облокотившегося на перила небольшого балкончика и явно наслаждавшегося вечерней прохладой – в зале-то было жарко: то ли охлаждающие чары не наложили, то ли они оказались слабыми для такого количества народа – разум окончательно ей отказал. Сейчас или никогда! Пробормотать заветные слова древнего – по заверению старой ведьмы – заклятья было делом нескольких секунд. Там всего-то было пять слов. Но едва последнее сорвалось с губ обезумевшей от ревности женщины, как она тут же замерла от ужаса. Спокойно стоявший до этого Поттер слегка покачнулся и прижал руку к груди. Как раз напротив сердца. И до нее как-то мгновенно дошло, ЧТО натворила. Осознание сделанного захлестнуло Джинни, она уже хотела было броситься к мужу и молить о прощении, но остановилась. Следом за раскаянием быстро пришло понимание того, что за такое заклятие ее по головке не погладят. За ЭТО заклятие Азкабана ей не миновать, и не спасет ни то, что она участница Финальной битвы, ни то, что она жена, дочь и сестра героев Третьей магической. Мерлин, какая невероятная глупость покупать у доморощенной колдуньи из Лютного переулка столь опасное темномагическое заклятье, дарующее вечную любовь! Тут к непонявшему что с ним произошло Главному Аврору метнулась стройная фигурка в светлом платье. Видимо все это время партнерша Поттера находилась рядом с ним, но из-за колонны, увитой плетями штокрозы, ее не было видно. «Мерлин и Моргана! Нет! Гарри и Астория! Что я наделала, что?! Как это получилось?!» И на дрожащих от страха ногах Джинни торопливо заковыляла к выходу, стараясь как можно быстрее покинуть бал и не думать о последствиях неправильно примененного заклинания. *** - Мистер Малфой, вам снова доставили корзину с цветами, - невозмутимо доложил боссу вышколенный секретарь и протянул маленький конвертик. - Что прикажете с ними делать? - Отправьте их в Святого Мунго, так же, как и девять предыдущих, - голос Драко прозвучал спокойно, хотя сам владелец готов был метать гром и молнии. Внезапно спятивший Поттер уже вторую неделю подряд заваливал его охапками цветов, коробками элитного шоколада, мягкими игрушками и даже ювелирными украшениями, присовокупливая к подношениям, простенькие, безвкусные признания в любви в виде открыток. Вздохнув, Малфой достал очередное послание. «Драко! Я люблю тебя, мой бесценный хоречек! Как же мне хочется взять тебя на руки и целовать твое мохнатенькое белое пузико, покрытое нежным мехом...» - Что-оо?! Это уж слишком! - Малфой взвился от возмущения со стула, напугав не ожидавшего такого финта секретаря. - Он еще и зоофил вдобавок! Хотя я его понимаю: поживи с такой бабой, как Уизлетта, тебя и к животным потянет. Так, МакГрегор, я ухожу, и вероятнее всего, не вернусь. Если меня будет искать Астория, скажи ей, что я… - Драко задумался над тем, как сформулировать сообщение, чтобы жена все поняла, а вот тот же секретарь нет. – Скажешь, что я хочу выяснить кое-что о штокрозах, которые ей понравились. Дав указание, он, поправив жемчужно-серую мантию, безумно подходящую к его глазам, подошел к зеркалу. Повертелся перед ним, оглядывая себя со всех сторон: длинные белокурые волосы, перехваченные темно-серой бархатной лентой, безупречно белоснежная кожа, четко очерченный рот. «Все-таки, я чертовски хорош! Немудрено, что даже Поттер пал к моим ногам! - он самодовольно усмехнулся, раздумывая надевать ему лайковые перчатки или нет. – Хотя… ох, что-то здесь неладно. Сначала тот случай на балконе, а потом вся эта вакханалия с подношениями. Ладно, разберемся!» - Да! МакГрегор, что на этот раз? - Простите, сэр? – секретарь удивленно уставился на босса. - Я о цветах, что непонятного? – раздраженно пояснил тот. - Розы, сэр, роскошные красные розы.* Крутнувшись напоследок на каблуках, Драко Люциус Малфой стремительно покинул личный кабинет. - Драко! - увидев объект своих грез у себя в кабинете, Гарри подхватился со стула и подскочил к нему, восхищенно заглядывая в глаза. - Ты такой красивый и сексуальный. Я хочу тебя! - он вплотную приблизился к Малфою и настойчиво потянул того к кожаному дивану, скромно стоявшему у стены рядом с журнальным столиком. - Поттер... Поттер, ты с ума сошел?! - шокированный Драко тщетно пытался остановить нахальные руки, уже успевшие пробраться к нему под мантию и сейчас приступившие к штурму рубашки. - Любимый, прошу тебя, не сопротивляйся. Я думаю о тебе все время, и на работе, и дома. Ночей не сплю, хореныш мой драгоценный, - с этими словами Гарри, словно голодный вампир припал к манящей шее, облизывая ее и слегка прикусывая. - Тебе будет хорошо, обещаю. - Хороший хук справа обеспечит вам крепкий сон до утра! - Малфой потер костяшки пальцев, глядя на распростертое у своих ног тело аврора. – Кто бы мог сказать, что от магглов столько пользы? Надо будет еще несколько уроков бокса взять. А теперь, жертва внезапной любви, посмотрим, что с тобой. Однако краткая диагностика вырубившегося Поттера на предмет выявления любовных заклинаний ничего не дала. «Что за чушь! Не мог же бывший школьный враг воспылать ко мне внезапной страстью?! Столько- то лет спустя?» - Драко хмыкнул и задумался. Любовных заклинаний нет, приворотных зелий нет, и Амортенции тоже нет. А сбрендивший от буйных чувств герой в наличии. Значит, что? Думать об этом «что» не хотелось. После победы на Волдемортом, темная магия не то, чтобы оказалась под запретом – нет ничего слаще, чем запретный плод – но контроль за ее применением был жесточайшим. Кому и, главное, зачем понадобилось влюблять Главного Аврора в него? Или он, Драко Люциус Малфой, случайно попал под раздачу? По времени выходило, что жертвой проклятия Поттер стал не ранее того самого бала. Если же допустить, что целью был он, Малфой, а Поттер случайная жертва, то… Не срастается! Драко вспомнил, с кем танцевал вальс и… Тут до его слуха долетело невнятное мычание. - Какого черта, Малфой?! Заявился без приглашения и еще дерешься вдобавок! - пришедший в себя Поттер тер наливающуюся болезненной синевой скулу. - Нападение на должностное лицо – тем более на Главного Аврора - при исполнении, вот как это называется! - Ширинку застегни, должностное лицо! - передразнил его Драко, не без удовольствия наблюдая румянец на смуглых щеках. «Жаль, что твои чувства – всего лишь результат чужого колдовства. Я бы не прочь познакомиться с тобой поближе, мой герой, и в приватной обстановке. Ох, Поттер, Поттер… Если бы ты знал!» - Не могу поверить! Неужели, я действительно домогался тебя? - простонал Поттер, пряча пылающее лицо в ладонях; воспоминания о том, что он творил последние две недели, нахлынули на него, как цунами. - Дурацкие розы и орхидеи, бельгийский шоколад и швейцарские часы. Кстати, а какие конфеты ты все-таки предпочитаешь? Нет, не говори, не надо! Я не хочу этого знать! Кажется, я спятил! - Знаешь, а сумасшедшим ты мне нравишься гораздо больше, - совершенно искренне признался Малфой. - А теперь давай вместе думать, кто и когда тебя проклял? _________________________________________________________________ * красные розы означают банальное "Я тебя люблю" Глава третья - Дорогая, ты не забыла? Сегодня у нас встреча с деловыми партнерами, - напомнил жене Малфой, касаясь легким поцелуем ее нежной щеки. - Тебе еще не надоели эти спектакли? - Астория рассмеялась и поправила прическу. - Мне сегодня из Парижа доставили новое платье, как раз его и надену. - Да, белый цвет тебе очень к лицу, что надо заметить дано далеко не всем блондинкам. Но ты, дорогая, само совершенство - признал Малфой, задумчиво рассматривая букет из роскошных белоснежных роз, стоящий в середине стола, и напомнивший ему о невероятном ухаживании Главного аврора, впавшего во временное любовное безумство. - Надо будет сегодня снова покопаться в библиотеке, понять, что же произошло на том балу. - Тебя это волнует? – поинтересовалась Астория. – Думаешь, что это происшествие может быть важным? - Мне непонятно что, Мордред побери, там произошло. А раз непонятно, то и неизвестно важно или нет. Возможно, что это ерунда какая-то, хотя, учитывая поведение Поттера, - при этих словах мужа, очаровательная блондинка искренне рассмеялась, - я бы так не думал. И ведь еще неясно – прошло оно или еще вернется, не приведи Мерлин. - Если хочешь, я могу помочь. - Спасибо, Асти, - улыбка, адресованная жене, была полна нежности. – А сейчас, моя леди, нам и в самом деле пора. *** - Так вы говорите, господа, что это лучшее предложение? – молодой Малфой, небрежно развалившись в кресле, скучающе зевнул, поглядывая в раскрытый каталог. - Хорошо, вы меня почти убедили. Сидящие напротив него потенциальные партнеры торжествующе заухмылялись: и кто только сказал, что наследник чистокровного рода – безжалостная акула в мире бизнеса?! Да он, скорее, похож на оранжерейную розу, никогда не покидающую своего уютного насиженного места под теплыми лучами солнышка. Маг постарше поднялся с места и учтиво поклонился: - Тогда мы незамедлительно займемся оформлением договора, чтобы передать его вашим юристам. - Отлично! – Драко утвердительно кивнул и залюбовался своим отражением на полированной поверхности письменного стола. Обрадованные легкой победой бизнесмены торопливо стали прощаться, прикидывая, сколько им удастся «наварить» на недалеком аристократе, целуя изящные ручки Астории, скромно просидевшей всю беседу в кресле у окна. - Да, знаете, я подумал, что лучше сам появлюсь у вас в офисе, ведь наверняка при подписании контракта возникнут какие-нибудь вопросы, - манерно протянул блондин, протягивая для пожатия тонкие пальцы. - Конечно, как скажете, мистер Малфой! Дверь кабинета захлопнулась, и послышались удаляющиеся шаги. - Переигрываешь, дорогая! - Астория подошла к столику и, открыв шкатулку, вытащила сигару. - Может я и люблю произвести впечатление, но не до такой же степени? Драко звонко рассмеялся и поправил выбившуюся прядь: - Прости, дорогой, но думаю, что в этом случает это уже неважно! Зато повеселились. Представляю, что ждет этих недоумков при заключении договора. Пресыщенный жизнью аристократик вдруг превратится в беспощадного хищника и вонзит свои клыки в их уже поделенные барыши. Ой, время подходит! На этом восклицании супружеская чета вдруг стала трансформироваться, на глазах меняя облик. И спустя несколько минут на месте Астории возник ухмыляющийся Малфой, а сам он превратился в хрупкую блондинку. *** «Повезло мне с женой», - думал Драко, наблюдая за Асторией, просматривавшей книги в поисках чего-нибудь, что дало бы им хотя бы намек на то, что произошло на балу. Кого же там прокляли? Главного Аврора Поттера или все-таки наследника Малфоев? А ведь поначалу ему казалось, что вынужденный брак с изнеженной хрупкой девушкой не принесет ничего, кроме разочарований. Свое природное влечение к мужчинам Малфой понял рано. И принял. Вот только освобождать его от долга Роду никто не собирался. - Меня не интересуют твои предпочтения, сын! - холодно сообщил ему Люциус, поигрывая неизменной тростью. - Все чистокровные аристократические семейства заключают браки по расчету. Женись, роди наследника – и гуляй с кем хочешь. С женщинами, с мужчинам, да хоть с кентаврами. Главное, избегать скандалов, - припечатал он напоследок, не обращая внимания на гримасу отчаяния на лице Драко. Тогда впервые в жизни Малфой напился. По-настоящему, до скотского состояния. Он даже не удосужился подняться к себе, предпочтя пить в винном подвале. А что? Выбор вин в малфоевских погребах всегда был превосходным. Вот и надирался наследник, сидя на дубовой бочке, и беседуя с эльфами, собрав их вокруг себя полукругом. - Да, я – пьяный. В жопу пьяный, как говорят магглы… ик. А почему, вы знаете?.. ик. Домовики испуганно дрожали, уставившись пуговичками глаз на расхристанного хозяина, и боязливо хлопали большими ушами. - Потому что меня никто не любит. Ни отец, ни мать... твою… ик. Ну, и плевать на них. Меня даже Поттер не люби-ит, - жалобно проскулил Драко, утирая слезы и сопли рукавом белоснежной когда-то рубашки. – Но ведь я красивый... сексуальный... добрый. Нет, с «добрым» я погорячился.... Зато… зато я умный! И минет делаю классно! - он всхлипнул. - А Гарри меня не любит. Хочет, но боится признаться даже самому себе... Трус несчастный, соплохвоста ему в задницу... Ой, нет, его задница мне еще пригодится, - очередное «ик», и Малфой громко захрапел, уронив голову на руки, уже не ощущая, как эльфы аккуратно перетаскивают его бесчувственное тело в спальню, попутно уничтожая в погребе следы попойки. Произнеся свадебную клятву перед алтарем во время бракосочетания, ему представлялось, что он сам, добровольно, заходит в клетку, из которой его освободит лишь смерть. Но первая ночь с невестой показала, насколько он заблуждался. - Драко! Я хочу быть с тобой откровенна, и надеюсь на взаимное доверие, - Астория с серьезным видом присела на огромную кровать, возле которой ушастые слуги по древней традиции раскидали лепестки красных и белых роз, символизирующих чистоту невесты и страсть жениха. - Я не люблю тебя так же, как и ты меня. Подожди, не перебивай, пожалуйста, - она остановила нетерпеливым жестом собравшегося уверять ее в обратном Малфоя. - Мне вообще не нравятся мужчины, - она брезгливо поморщилась, вздергивая вверх свой аккуратный носик. В ту ночь Драко понял, что вытащил счастливый лотерейный билет. И ведь не ошибся. Астория оказалась удивительной женщиной: умной, деликатной, начитанной, и главное – понимающей. С ней не нужно было притворяться, надевая опостылевшую маску надменного аристократа, уподобляясь отцу, который не снимал чванливое выражение лица, наверное, даже в туалете. Идея пользоваться оборотным тоже принадлежала ей. В качестве свадебного подарка Люциус презентовал сыну небольшую фирму по производству косметических зелий, которую считал не очень-то перспективной в плане дохода. Но в Хогвартсе интерес к зельям Драко демонстрировал отнюдь не из-за того, что старался заслужить симпатии своего декана, а потому, что ему и в самом деле это было очень интересно. Как-то раз, на каникулах, мальчик попытался выразить свой восторг в отношении зельеварения, но, видя брезгливое недоумение отца, быстро стушевался и к этой теме в последствии не возвращался. Зелья стали его вторым тайным увлечением. Так что, получив подарок отца, Драко смог, наконец, реализовать все свои стремления. Астория с удовольствием помогала мужу, а вскоре к ним присоединилась и Нарцисса. После свадьбы отношения матери и сына стали совсем другими – в них появилось то, чего так не хватало маленькому Драко – теплота и внимание. Выслушав откровения матери, он понял, насколько сложно было порывистой и страстной Нарциссе соответствовать требованиям Люциуса. Себе на беду, мужа леди Малфой искренне любила. Ну, а поняв мать, сын ее и простил. Отношения между ними троими были замечательными. Как-то накануне подписания важного контракта, Драко, сам не заметил, что умудрился простыть. Легкая головная боль была оставлена без внимания, Малфой был весь в условиях контракта. Так что меры приняты не были, а потому утром Драко проснулся разбитым и больным. Ударные дозы зелий почти решили проблему. Но ключевым словом тут было «почти». У Малфоя пропал голос. Все, на что он был способен – это хриплое сипенье. Видя отчаянье мужа, возлагавшего на контракт огромные надежды, Астория и предложила заменить его под оборотным. Выслушав жену, Малфой совершенно искренне упал перед ней на колени. А в ходе самих переговоров Драко вдруг уловил пару нюансов, которые остались незамеченными им раньше. Благодаря этому, сделку он провернул так, что результат превзошел даже его самые смелые ожидания. Проанализировав все еще раз, Малфой предложил Астории иной раз меняться местами. Жена, имевшая склонность к авантюрам, с удовольствием согласилась. А какое-то время спустя она предложила меняться обликом и в их сексуальных эскападах. - Представляешь, какие горизонты перед нами открываются! - весело смеялась она, разводя в стороны руками. - Ты в моем обличье кадришь мужчин, а я женщин. Так они и делали, переживая многочисленные любовные победы по всем фронтам. Так что в общем и целом Драко мог бы назвать свою жизнь счастливой, если бы не одно «но», отравлявшее существование уже много лет: первое тайное увлечение со временем ставшее, похоже, любовью всей его жизни. Вот уже много лет Драко Люциус Малфой любил одного-единственного человека – сильного, смелого, красивого и … женатого. Гарри Поттер, еще в Хогвартсе похитивший его покой, каждый раз, когда показывался на приеме или балу, вновь и вновь бередил душу и чувства Драко. Так что, идя на тот или иной раут в облике жены, Малфой страстно надеялся на маленькое чудо: заполучить любимого героя хоть на минутку, кружась с ним в водовороте танца пусть даже под обликом Астории. Глава четвертая Предупреждение: в главе присутствует гет! Однако, авторы рекомендовали бы вспомнить кое-что из предыдущей главы, прежде чем возмущаться поведением некоторых героев. - Драко, кажется, я нашла! - Астория влетела в кабинет мужа, левитируя перед собой огромный старинный фолиант, открытый примерно на середине, который минуту спустя грохнулся на стол перед блондином. – Вот, читай! Похоже, что это - «Вечная любовь». Темномагическое заклинание, придуманное в Средние века неизвестным магом, но уже тогда оно было под запретом, ввиду необратимости действия. За его применение Азкабан гарантирован, причем без права на помилование. Малфой впился глазами в готический шрифт. - Заклинание имеет необратимое воздействие… сродни Империо и Амортенции вместе взятых. Волшебник, против которого оно направлено, - бормотал Драко, с трудом продираясь сквозь завитушки, на которые переписчик явно не поскупился, - до конца жизни влюбляется в объект, превращаясь фактически в раба. Так! Стоп! Но у Поттера оно продержалось десять дней, не больше. Не от моего же удара бравый аврор пришел в себя?! Или наш Герой и здесь отличился? - Ты не дочитал последний абзац, - Астория едва заметно улыбнулась. - Заклятие носит кратковременный характер, если проклятый маг испытывает настоящие, а не внушаемые колдовством чувства к тому, к кому его пытаются привязать. В этом случае оно действует от десяти дней до месяца. Учитывая, что Поттер – очень сильный волшебник, неподвластный заклинанию подчинения, а ты сам говорил, что он может сопротивляться Империо, то вполне объяснимо, что он находился под воздействием магии минимальный срок. - Подожди... Настоящие чувства? Не может быть... Получается, что Поттер меня... Нет! Это ерунда! Мне… Мне надо побыть одному, – и взволнованный Драко спешно покинул кабинет, провожаемый сочувствующим взглядом супруги. Малфой уже долго бродил по саду, стараясь выбрать наиболее темные и заросшие его уголки. Не хотелось никого ни видеть, ни слышать... С него достаточно было бешеного стука сердца, готового выпрыгнуть из грудной клетки и тяжелого, прерывистого дыхания, словно после долгого, изнурительного бега. «Поттер меня... любит?» - даже мысленно он не мог связать эти слова вместе. - «Но до этого проклятого бала он ни малейшим намеком не давал понять о своих чувствах. Хотя в Хогвартсе между нами что-то было... Стоило нам встретиться, и словно какая-то искра пробегала, не давая спокойно находиться рядом. Хотелось ударить и поцеловать одновременно», - Драко в изнеможении привалился к шероховатому стволу дерева и прикрыл глаза. - «Если бы это было правдой на самом деле, а не в бесконечных мечтах и сновидениях… Ради Гарри я сделал бы все, что угодно...» *** Поздним вечером здание Аврората опустело, в гулких извилистых коридорах повисла тишина. Лишь в окне на втором этаже горел свет – это Главный Аврор еще продолжал трудиться. Поттер склонился над документами, но мыслями был далеко от работы. «Что происходило со мной в те дни, наполненные сумасшествием любовной горячки? Я превратился в маньяка, живущего лишь постоянной потребностью видеть Его. Кто мог меня проклясть и зачем? Малфой? Какой смысл? И потом, там, на балконе рядом со мной находилась Астория, а не он сам», - Гарри вздохнул, и устало откинулся на спинку стула. - «Объяснялся Хорьку в чувствах, заваливал подарками... Вот он, наверное, посмеялся вдоволь!" - в памяти возникли знакомые серые глаза, смотрящие с насмешкой, лукавинкой, беспокойством... - "Беспокойством?! Нет, я точно сошел с ума! С какой стати Малфою волноваться обо мне? Мы никогда не ладили, с первого дня в Хогвартсе. Хотя… у нас были странные отношения: мы ненавидели друг друга, стоит вспомнить встречу в туалете Плаксы Миртл, мы были готовы убить друг друга, но… эта ненависть делала нас живыми… Мы могли быть сами собой», - Поттер хмыкнул и встал из-за стола. Пора собираться домой, хотя его никто там не ждет: дети в школе, а Джинни уехала к брату в Румынию практически сразу после того рокового бала, сославшись на какие-то семейные проблемы, и с тех пор всего один раз разговаривала с ним по камину. И он даже не скучал по ней, что лишний раз подтверждало то, что они стали друг другу чужими людьми. *** Гермиона расчесывала перед зеркалом длинные волосы, вспоминая одно-единственное событие, заставившее ее почувствовать себя вновь юной и желанной. Кто бы мог подумать, что всего одна деловая встреча способна перевернуть устоявшийся уклад жизни вверх тормашками, маня в запретное путешествие по миру другого человека. Умного, сильного, внимательного, предупредительного, ласкового и нежного. Самое удивительное, что звали этого человека – Драко Люциус Малфой. В школе он обзывал ее грязнокровкой и заучкой, презрительно морща нос, заставляя чувствовать свою неполноценность и вынуждая еще усерднее заниматься учебой, чтобы доказать всем, что магглорожденные волшебники ничуть не хуже чистокровных магов. Сейчас Грейнджер понимала, что из-за вечного сидения над книгами лишила себя юности. С ее дурацкими порывами, нелепыми поступками и досадными ошибками. У нее всегда на первом месте была только учеба: сначала чтобы доказать, что и она не хуже, чем чистокровная Паркинсон или признанная умница Рэйвенкло Чанг, потом – чтобы помочь Гарри, а затем… Гермиона печально усмехнулась, она сама себе установила такую планку, что ради ее преодоления не замечала ничего вокруг. Она и замуж-то вышла мимоходом, за привычного и такого знакомого Рона. Чтобы не заморачиваться, чтобы быть как все. Ей долгое время казалось, что она не способна на сильные чувства, а уж тем более страсть. Учебу в школе сменила учеба в Академии, затем работа в Министерстве, а она оставалась такой же неистовой в делах и холодно-отстраненной во всем, касавшемся чувств. С мужем у них никогда не было близких, доверительных отношений, она воспринимала его как балласт, как довесок к известной, хоть и малоуважаемой в магическом мире фамилии. Рон же относился к супруге с опаской, словно не ко второй половине, а строгой учительнице, готовой в любую минуту снять с него баллы. Если бы не дети, можно было сказать, что у них нет ничего общего. Так Грейнджер, точнее, миссис Уизли и жила: работой, Роуз с Хьюго... и пустотой в сердце. Но однажды к ней в Министерство пожаловал бывший однокурсник – тот самый зловредный Хорек, которому требовалась ее виза на патент какого-то косметического зелья. Пара вежливых фраз, возникшая затем перепалка, переросшая в ссору, хлопанье дверью... А на следующий день Малфой поджидал ее после работы с букетом белых лилий, от тяжелого аромата которых у Гермионы мгновенно разболелась голова и заслезились глаза. К чести Хорька он немедленно выбросил цветы, применил обезболивающее и противоаллергенное заклинание, попросил прощения за необдуманный поступок и пригласил в хороший ресторан неподалеку. Неожидавшая ничего подобного Гермиона дала согласие и провела замечательный вечер в компании удивительного человека и прекрасного собеседника, ничем не напоминающего прежнего Малфоя - надменного гордеца и язву. Затем была еще одна встреча и еще... А потом она поняла, что с нетерпением ждет их, что с появлением Драко ее жизнь заиграла новыми красками. Теперь Гермиона не вскакивала с кровати в последнюю минуту и, наспех причесавшись, бежала на работу, рассчитывая привести себя в порядок на рабочем месте. Но в Министерстве постоянно ждали безотлагательные дела и заботы, и, только вернувшись домой, она понимала, что так и не успела накраситься. В последнее время миссис Уизли сменила мешковатые юбки и безразмерные свитера, связанные заботливой, но совершенно не обладающей вкусом свекровью, на деловые костюмы и изящные платья, вспомнив, наконец-таки, что она - женщина. И с некоторых пор еще и любимая. Когда их встречи с Малфоем из дружеских переросли в любовные, она и сама бы не смогла толком сказать, просто однажды он обнял ее при расставании и нежно поцеловал, оставляя на губах аромат экзотических фруктов - Миона так и не поняла каких именно, но еще долго старалась запомнить вкус, неторопливо облизывая губы языком, смакуя каждую частицу послевкусия поцелуя. Драко наполнил ее жизнь смыслом. Она осознала, что все, что делала и чем жила до сих пор – бесцельно и ей совершено не нужно, а необходимо всего лишь быть рядом с любимым человеком. Гермиона старательно гнала мысли о том, что они оба имеют семьи, что сумасшедший роман долго не продлится. Впервые она поддалась сильному чувству и не хотела думать о будущем, потому что будущее без Малфоя не видела. Красивая пара сидела маленьком кафе в маггловском квартале Лондона, спрятавшись в нем от теплого летнего дождика. - Ми, ты так прекрасна! – Драко восхищенно смотрел на нее серыми глазами, и тут же поцеловал ей запястье. Гермиона рассмеялась и, скинув под столом туфельку, ногой легонько дотронулась до его паха. - Грейнджер, ты что?! - брови Малфоя изумленно взлетели. - Я же не каменный и, не выдержав, возьму тебя прямо здесь. - Может я этого и хочу?! - она поднялась с места и направилась к туалету. - Ну что, готов сдержать свои слова? В кабинке было тесно и неудобно. Они постоянно задевали друг друга локтями, ее узкие трусики никак не хотели спускаться, и тогда Драко сдвинул их в сторону и, встав на колени, приник языком к набухшему бугорку клитора, а пальцами стал нежно ласкать истекающее соками влагалище. Она жадно подавалась ему навстречу, утопая в волнах накатывающего удовольствия. Наконец, Гермиона вцепилась в плечи любовника и застонала сквозь зубы, подхватываемая ярким оргазмом, искрящимся, словно фейерверк. - Спасибо, - выдохнула она Малфою в шею и поцеловала его. - Все для тебя, любимая, - пробормотал тот тяжело дыша. Гермиона поправила свое белье и, потянувшись к Драко, расстегнула молнию на его брюках: - Сейчас, тебе тоже будет хорошо, - шептала она, торопливо водя ладонью по горячему члену, уделяя особое внимание влажной багровой головке. - Знаешь, ты просто отпад, как говорят магглы, - смеясь, признался Малфой позднее, когда они ели клубничное мороженое. А она смотрела на его покрасневшие губы, что еще совсем недавно трогали ее в самом интимном местечке и счастливо улыбалась, представляя, что сегодняшней ночью, лежа рядом с нелюбимым мужем будет вновь и вновь прокручивать в памяти этот эпизод, лаская себя с закрытыми глазами, чтобы перед глазами стояло лицо любимого человека. Глава пятая - Ну, здравствуй, Поттер! - И тебе привет, Малфой! Бывшие однокурсники обменялись рукопожатием, после чего Главный аврор вновь устроился в своем массивном кресле, а Драко по-мальчишески ловко расположился на краешке стола возле стопки с документами, демонстративно проигнорировав стулья для посетителей. - Итак? – Гарри старался выглядеть невозмутимым, но получалось плохо. После записки от Малфоя, в которой тот сообщал о времени своего визита – не просил о встрече, а ставил перед фактом! – Поттер извелся от любопытства, пытаясь понять, о чем же будет «важный разговор». - Итак, - Драко передразнил собеседника, - мне удалось выяснить, что же за проклятьем тебя наградили. - Что-о? – Гарри не смог сдержать изумления. Хмыкнув, в течение последующих минут Малфой изложил прочитанную информацию о старинном заклятье, не упомянув лишь о том, почему оно действовало так кратковременно. - Значит, «Вечная любовь»? – Поттер невесело усмехнулся. - Красивое название. С таким сакраментальным смыслом. Но подожди! Почему проклятия хватило только на десять дней? Ведь оно необратимо?! И еще, со мной на балконе была Астория, а безумства я совершал в твою честь? При этих словах Главный аврор явственно покраснел, чем развеселил своего визави. Но следом Драко почувствовал, как удушливая волна румянца предательски красит его лицо, и крепче вцепился пальцами в краешек стола, на котором сидел: - А вот сейчас, Поттер, мы подходим к весьма щекотливому моменту. Так сказать, маленькая семейная тайна. Непреложный обет с тебя брать я не буду, но слово, что все сказанное останется между нами, ты мне дашь. - Всего лишь слово? – Гарри прищурился, пытаясь понять, с чего такое вдруг доверие. – И ты этим удовольствуешься? - Да, - спокойно отозвался Малфой. – Ведь это твое слово. Видишь ли... Дело в том, что иногда мы с Асторией... Договорить ему не дал оживший зуммер – маггловская техника уже вовсю применялась в магическом мире - заговоривший голосом секретарши в приемной: - Мистер Поттер, вас вызывает министр. Он на третьей линии, - аврор схватил телефонную трубку и, извиняясь, кивнул Малфою на дверь. Тот легко соскочил на пол, махнув на прощание рукой. Объяснение откладывалось на неопределенный срок, даруя мнимую иллюзию душевного покоя и несбыточную надежду на ответный отклик его чувств. Гарри раздосадовано скомкал очередной лист и вздохнул: приглашение для Хорька – по идее простое и непринужденное – никак не получалось написать. Либо выходил какой-то приказ незамедлительно явиться по указанном адресу, либо послание, отдающее излишним пафосом, как в женских романах, коими зачитывалась Джинни. Наконец, ему удалось нацарапать коротенькую записку: «Привет, Малфой! Как смотришь на то, чтобы перекусить сегодняшним вечером в маггловском ресторане и закончить нашу столь познавательную беседу? ГП» и отправить ее с личной совой адресату. Время ожидания казалось ему нескончаемым. «Ну, с какой стати, Хорек должен явиться к тебе на встречу? С другой стороны, он ведь лично пришел рассказать о заклятии, а значит, все-таки заинтересован в разговоре», - Поттер вышел из-за стола и нервно мерил шагами кабинет, бросая нетерпеливые взгляды в окно. Когда в наливающемся вечерней синевой небе появилась маленькая точка, он уже широко распахивал раму, впуская в комнату приток свежего холодного воздуха и большого важного филина с надменным взглядом желтых пронзительных глаз. Птица хрипло крикнула и нехотя протянула аврору лапку с привязанным письмом, сверля его недовольным взглядом. «Почтальон под стать хозяину, - подумал Гарри, мгновенно вскрывая послание. – Та-ак, что тут у нас… Йес! Он согласен!» - громкий вопль огласил кабинет: филин хлопал крыльями и многозначительно косил желтым глазом на пакет с печеньем, стоящий на полке. Довольный полученным ответом Поттер готов был скормить ему хоть целую пачку, но пернатый гордец выхватил одну печеньку и вылетел в окно так стремительно, как и влетел. *** Поттер пришел в ресторан гораздо раньше намеченного срока и сейчас, волнуясь, вертел давно изученное вдоль и поперек меню, вновь думая о предстоящей беседе. Он настолько погрузился в раздумья, что пропустил появление того, кого так ждал. - Добрый вечер! - Малфой учтиво поздоровался и сел за столик, окидывая любопытным взглядом тщательно причесанного и одетого в элегантный, явно новый костюм аврора. - Ты уже сделал заказ? Услышав отрицательный ответ, он немедленно подозвал официанта и пару минут спустя уже увлеченно обсуждал с ним карту вин. Гарри невольно залюбовался точеным профилем и прядями белокурых волос на висках. «А Драко очень симпатичный! - констатировал он и тут же вспыхнул от неуместных мыслей. - Мы здесь собрались по делу, - строго напомнил Поттер сам себе и вздрогнул, натолкнувшись на изучающий, непонятный взгляд Хорька, полный затаенной печали и желания. - Желания?! Что за чушь собачья!» - у него мгновенно вспотели ладони, и он с трудом заставил себя прислушаться к чужому голосу, о чем-то настойчиво у него интересующегося. - Принесите моему спутнику то же вино, что и мне, - не дождавшись ответа от явно зависшего Поттера, скомандовал Малфой официанту и, наконец-таки, отвел взгляд от аврора, как вдруг изменился в лице. Прямо к их столику торопливо шагала Гермиона Грейнджер, точнее, Уизли. Глядя на приближающуюся женщину, Драко четко осознал – попал! По-любому попал! - Гарри, как хорошо, что я тебя нашла! Твой секретарь сказала, ты ужинаешь в этом ресторане... Ой, Драко! - Миона только сейчас заметила своего любовника и не смогла сдержать изумленный возглас. - Добрый вечер, миссис Уизли, - Малфой галантно поцеловал ей руку, мысленно кляня сегодняшний вечер, начавшийся так многообещающе, но грозящий окончиться полным крахом, как для него, так и для Астории. - Простите, я не хотела вам мешать! - вспыхнувшая Грейнджер спохватилась, что почти выдала свой роман с Драко перед другом. - Гарри, мне необходимо твое решение по вопросу... - далее она тихонько застрекотала что-то про поручение министра, придвигая стул вплотную к аврору, а Малфой принялся машинально жевать салат, совершенно не ощущая его вкуса. В его голове билось одно: «Что делать? Кто виноват? И как, блядь, выпутаться из этой дурацкой комедии положений? Да-аа, похоже, что мы с Асти в этот раз перехитрили сами себя». Вскоре Гермиона распрощалась и ушла, бросив напоследок недоуменный взгляд на странную парочку, восседающую за столом: брюнет и блондин, гриффиндорец и слизеринец, глава Аврората и хозяин крупной косметической фирмы. Что у них может быть общего? - Не хочешь рассказать, что у тебя с Гермионой? - спокойно спросил Поттер после ухода подруги, цепляя на вилку скользкий маринованный гриб. Лишь хорошо знающий его человек мог понять, что он очень разозлен, по блеску, таящемуся в прищуренных глазах. - Ничего, - так же невозмутимо отвечал ему Драко, делая глоток превосходного белого вина. В конце концов, он ведь не врал! - А теперь слушай меня внимательно, Хорек. Или ты мне сейчас же все рассказываешь без утайки. Или... я буду долго иметь твою красивую белокожую задницу. Безо всякой смазки к тому же, - с яростью сказал он и запнулся, внезапно понимая, что именно только что произнес. Малфой, оторопев, смотрел на Гарри, который от гнева едва ли не искрами сыпал, и вдруг начал безудержно смеяться. - А скажи, пожалуйста, почему тогда, в туалете Плаксы Миртл, ты применил опасное заклинание, вместо того, чтобы просто меня трахнуть? А, Потти? Ошарашенный аврор молчал, размышляя над собственными словами. К тому же распаленное воображение уже подкидывало заманчивые картинки: вот он грубо срывает с Драко одежду, толкает к стене, заставляя прогнуться, а потом берет его, оглаживая крепкие, мужские бедра... - Замечтался? - фантазия была разрушена ехидным голосом полностью пришедшего в себя Малфоя. – Поттер, обещаю, что все тебе объясню, но не сегодня. Ты сейчас слишком взволнован, нам обоим надо остыть, а потому встретимся завтра. Пока, герой! - он неожиданно широко – от души – улыбнулся и подмигнул растерявшемуся собеседнику. - Можешь пока придумать, что сделаешь со мной на следующем свидании, - добавил он вполголоса и, встряхнув роскошной гривой белокурых волос, направился к выходу. *** Гарри ворочался на простынях, выпрастывая то руки, то ноги из-под теплого одеяла, не в силах заснуть. Из головы у него все никак не шли события сегодняшнего дня – визит Драко в аврорат, ужин, неожиданная встреча с Гермионой. Откровенные взгляды и заигрывания Хорька, собственная оговорка, но главным образом его бесили непонятные отношения Гермионы и Малфоя. А в том, что между этими двумя что-то есть, он ничуть не сомневался. Слишком взвинченной и уязвленной выглядела подруга, столкнувшаяся нос к носу с бывшим однокурсником, да еще и по имени его назвала. Да и Драко в лице переменился – на мгновение! но ведь было! - когда ее увидел. «Что за черт! Только определился со своими желаниями, а тут - бац, дорогая подруга появилась! Ну, уж нет. Отступать, вернее уступать, я не намерен. Извини, Миона, но в любви – ох, ты ж Мерлин! В любви? - как на войне: победитель получает все. А за заразу нашу блондинистую я поборюсь. Обязательно! Хватит, пора жить для себя», - на этой веселой мысли Поттер хмыкнул и закрыл глаза. Остаток ночи ему снился Малфой, полностью обнаженный и призывно выгибающийся в самых невероятных развратных позах, позволяющий ему, Гарри, делать с собой все, что угодно. Утром Главный аврор твердо решил – он сделает все, чтобы его сны стали явью. Глава шестая - Да, войдите! – отозвался Главный аврор на стук в дверь, удивившись тому факту, что секретарь не сообщила о посетителе. - Привет, Гарри! – в дверях кабинета появилась улыбающаяся Гермиона. – Не ругай Патрисию, ладно? - Сюрприз? – хмыкнул Поттер. - Сюрприз, - кивнула подруга. – Я по поводу того дела, о котором говорила тебе вчера, в ресторане. Следующие четверть часа Гермиона Грейнджер-Уизли вводила Поттера в курс дела. Сделав пару замечаний, тот все-таки завизировал документ. Собирая бумаги, Гермиона вдруг спросила: - Ты ему скажешь? Гарри не стал делать вид, что не понял, о чем вопрос подруги. Понял. Все-таки Гермиона была ему ближе, чем Рон. Они, как подружились тогда, на первом курсе, так и были все время рядом. И в отличие от своего мужа, хогвартская знайка ни разу не отступилась от друга. - Нет, - спокойно отозвался Гарри. - Потому что сказать ему я должна сама? – кривая ухмылка совершенно не смотрелась на губах молодой женщины. - Посчитаешь нужным – скажешь. Гермиона ошарашенно замерла, услышав такое. - Гарри? - Знаешь, о чем я думаю в последнее время? – в свою очередь поинтересовался Гарри. – О том, что пятнадцать лет назад мы с тобой явно поторопились. Мы так были благодарны семье Уизли, что приняли банальную привязанность за любовь всей жизни. Да только это оказалось миражом, который, в конце концов, растворился, оставив после яркой обманки тоскливые, серые будни. На какое-то время в кабинете Главного аврора повисло тягостное молчание. И Гарри, и Гермиона думали о том, как же могла сложиться их жизнь, если тогда, после победы, они не поторопились связать себя узами брака. - А знаешь… - решилась прервать затянувшуюся паузу молодая женщина. - Но мы… - одновременно с ней заговорил Поттер. Переглянувшись, они рассмеялись. - Знаешь, возможно, уже и поздно, но я… - Гермиона сделала глубокий вдох и решительно закончила: - Я хочу изменить свою жизнь. - Но Малфоя я тебе не уступлю, - жестко отозвался Гарри. – Он мой! - Что-ооо? – карие глаза подруги были полны неподдельного возмущения. – Да ты… Как… Ты… Посмотрим! Я тоже не намерена уступать! - Тогда, - на поттеровских губах появилась несвойственная ему ухмылка, - пусть победит сильнейший. *** - Вот в такой ситуации мы с тобой оказались, - Малфой откинулся на спинку кресла и нервно затянулся. - Когда я увидел Грейнджер – почувствовал себя героем мыльной оперы, причем в самой кульминационной сцене. - Значит, мы больше не можем играть один другого? - Астория испуганно посмотрела на мужа. - Но я не готова сказать Мионе правду! - Асти, но ты же не можешь вечно прятаться за мою личину встречаясь с ней, - Драко сочувственно смотрел на расстроенную жену. – Если проблема в том, что ты не можешь признаться – не надо, я сам все объясню заучке. - Не смей так ее называть! - мгновенно взвилась его супруга. - Ты не понимаешь... Драко, у нас проблемы. Кажется, я по-настоящему влюбилась... - Кажется, или влюбилась? - ехидно отозвался Малфой, но, увидев глаза Астории, замолчал. На несколько минут в комнате повисла тягостная тишина, прерываемая только еле слышным шумом дождя, лениво барабанившим по стеклу. - Ты прав. Я должна откровенно поговорить с Мионой. Даже если потеряю ее после этого. И супруги Малфой погрузились в свои невеселые думы. *** - Привет, дорогой, еле сбежала из Министерства, - Гермиона стремительно ворвалась в гостиничный номер. - В самый последний момент решили собрать планерку... Она хотела, как обычно обнять Драко, но тот, перехватив ее руки, аккуратно отвел их от себя. - Что-то случилось? Почему ты такой мрачный? - она запнулась, с тревогой вглядываясь в непривычно серьезное лицо любовника. - Миона, нам надо поговорить, - Драко тихонько сжал ее ладони, и женщина вдруг отчетливо поняла: вот он – финал. Конец ее украденного у судьбы счастья, поздней и единственной любви. Руки у нее сразу налились свинцом, в висках застучало, а сердце куда-то провалилось. «Не надо! Не говори ничего! - хотелось крикнуть ей, но язык словно присох к небу. - Вот и все. Снова ждут пустые холодные дни, наполненные лишь рабочей суетой и выходные с ненавистным мужем, - в голове всплыла картинка: она сидит за письменным столом, продолжая работать и дома, а в гостиной бубнит телевизор, перед которым развалился Рон с бутылкой пива. - К черту! Надоело! Лучше развестись, чем вечно терпеть этого придурка...» Грейнджер задумалась настолько сильно, что не сразу поняла, о чем говорит Малфой, а когда вслушалась в его слова... - Подожди, ты хочешь сказать, что вы, с женой, развлекаетесь с помощью оборотного зелья?! Ты кадришь ничего не подозревающих магов, а твоя милая супруга - женщин? - Гермиона побледнела и ухватилась за косяк, только теперь понимая истинную суть происходящего. Малфой хотел было поддержать ее, но она отпрянула от него, глядя в любимое когда-то лицо с отвращением. - Ты – не Драко, ты – Астория! - Нет, он – как раз Драко! Астория – это я, - раздался взволнованный женский голос. В дверях спальни стояла бледная Астория. – Господи, ты! Ты трогала меня везде, целовала... Какая гадость! – Грейнджер шарахнулась назад и обхватила себя за плечи, пытаясь унять дрожь. – Ты использовала меня. Мое тело... Мою душу... Представляю, как вы вместе смеялись потом, - последние слова она не проговорила, а прорыдала. – Убирайтесь оба! Вон! Ненавижу, слышите? Ненавижу! Астория, глядя на содрогавшуюся в рыданиях возлюбленную, сама готова была плакать от отчаяния и боли. Только сейчас молодая миссис Малфой осознала, что совершила, как далеко зашло то, что началось как игра, и никакие слова не помогут вернуть, удержать то недолгое счастье, которое она испытала с этой женщиной и которую только что потеряла. *** Малфой неподвижной статуей застыл около министерства, с нетерпением вглядываясь в проходящих мимо него сотрудников. Рабочий день только что подошел к концу, и людской поток мигом перекрыл все свободное пространство тротуара. Постепенно толпа схлынула, и Драко можно было не напрягать зрение, пытаясь найти среди волшебников знакомое лицо однокурсницы. Время шло, а Грейнджер все не было, и он начал думать, что возможно, она покинула Министерство раньше, чем он пришел. Но в этот момент на ступенях показалась интересующая его персона. Гермиона торопливо прошмыгнула мимо него, даже не заметив, полностью погруженная в свои мысли. - Грейнджер! Подожди, пожалуйста! - она вздрогнула и осторожно, словно в замедленной съемке, подняла на него глаза. Губы ее шевельнулись, но из них не вылетело ни звука. Драко слишком хорошо был знаком этот взгляд, наполненный глухой тоской и болью, всю последнюю неделю он наблюдал его у своей жены. - Не думала, что у тебя хватит наглости и цинизма встретиться со мной, - голос Гермионы прозвучал тихо и безразлично. - Значит, я ошибалась, и на самом деле ты еще хуже. Дай пройти! - Подожди! Я пришел с миром, веришь ты мне или нет. Выслушай меня: Астория тебя любит. По-настоящему. Да, она ошиблась. Да, она поступила с тобой жестоко, но, с другой стороны, будь она под своим обликом – дала бы ты ей и себе хоть один шанс? Да ты в ее сторону даже не смотрела никогда. Ты можешь говорить о толерантности, но дала бы ты возможность женщине любить себя? Ты столько лет живешь в магическом мире, но твои маггловские предрассудки все также сильны. Вы, магглорожденные, уверены, что любить человека одного с собой пола – это неприлично. Потухшие глаза Гермионы на минутку зажглись негодующим блеском: - Очень удобное объяснение для лжи и беспринципности. Таким образом, можно все что угодно оправдать. Делай, что хочешь, не думая о чувствах других людей, втаптывая их в грязь. Малфой нахмурился: - Я понимаю, что ты сейчас испытываешь... Договорить фразу ему не дал истеричный смех Грейнджер: - Понимаешь?! Да ты не отличишь черного от белого, не то что любовь от игры! Не знаю, что только Гарри в тебе нашел?! - она втянула голову в плечи и побежала от него прочь, мгновенно скрываясь в вечерних сумерках. *** На часах была уже полночь, но Гермиона все не спала. Она сидела на подоконнике и размышляла о недавнем разговоре с Малфоем. «Астория любит тебя по-настоящему, - звучал его голос вновь и вновь. - Подумаешь, сказать можно многое, а на деле она просто использовала меня!» - пищал ее внутренний голос, и на душе вновь становилось противно и больно. - И женщин я терпеть не могу!» - Грейнджер поморщилась, представляя себя в объятиях не Драко, а его жены. Фу-у! «Вы, магглорожденные, уверены, что любить человека одного с собой пола – это неприлично» - тут же всплыли слова Малфоя. Хотя, вспоминая их жаркие встречи... Как же хорошо ей было... Ее тело предательски отозвалось на мысли о ласках Астории. Об ее умелых пальцах, всегда знавших, где нужно слегка погладить, а где посильнее надавить. Языке, которым она выделывала такое... Гермиона вспыхнула, ощутив, что возбуждается от воспоминаний. «Как же мне мало надо! Поманили, приласкали – и я, дура, уже на все готова!» - рассердилась она на себя. - Но как же хочется любить и верить. Быть желанной! - она спрыгнула с подоконника и направилась в спальню, где давно храпел Рон. – Так, спать! Об этом я подумаю завтра!». Утром, придя в Министерство пораньше, Грейнджер первым делом отправилась в совятню. Вскоре пернатый почтальон взмыл в небо, унося с собой ее возможную дальнейшую судьбу: «Давай поговорим. Миона». Глава седьмая Небрежно развалясь в кресле и поигрывая золотым пером – красивую и изящную безделушку недавно подарил Блейз – Малфой диктовал секретарю текст документа. - ... четвертый, шестой и восьмой пункты контракта нужно занести в дополнительное соглашение... Внезапно в приемной послышался шум, прерывая Драко на полуслове, и в кабинет ввалился Поттер, сверкая то ли глазами, то ли стеклами от очков. Быстро сориентировавшись в ситуации, Малфой кивнул своему секретарю, стараясь сохранить высокомерный тон: - МакГрегор, можете быть свободны! Я дам знать, когда вы мне понадобитесь... - Сегодня уж точно нет! - рявкнул Гарри в спину спешно покидающего комнату высокого нескладного мужчины. – Ну что, Малфой, на два фронта играешь? Не на шутку разъяренный аврор притянул к себе кресло с восседающим хозяином, теряя голову от бешено бьющейся синей жилки на белой шее и волнующе-знакомого аромата одеколона. «Мой, никому не отдам!» - который раз за день пронеслось в черноволосой голове. - Где твои манеры, Поттер, - привычно протянул Драко, пугаясь и одновременно, заводясь от еще больше разгорающегося бешенства в зеленых глазах. - Мог бы и поздороваться для приличия. - Здравствуй, Малфой! – прошипел визитер. - А теперь очень четко и подробно рассказывай, что у тебя с Гермионой, а потом я придумаю, что мне делать с тобой, таким охуенно красивым и невъебенно наглым. Выслушав долгий и покаянный монолог Драко, Поттер нахмурился и потянулся за волшебной палочкой. В следующую минуту руки Малфоя оказались связаны его же собственным галстуком, а сам он пригвожден к креслу заклятьем недвижимости. - Вот таким ты мне нравишься гораздо больше, - сообщил ему Гарри, отходя немного в сторону, чтобы полюбоваться открывшимся зрелищем. - Трогательно беспомощный и чертовски привлекательный – гремучая смесь, меня лично заводит с полпинка! Что же с тобой сотворить, а? - Не подходи ко мне, маньяк! – в голосе Драко звучал явный испуг: вид аврора, смотревшего на него, словно каннибал на свой обед, прикидывавший, с какого кусочка ему лучше начать, определенно вызывал опасение. - Я буду кричать, предупреждаю! - Будешь, - успокоил его Поттер. - И кричать, и стонать, и умолять. Но позже. А сейчас немного подготовим тебя... - с этими словами он задрал Малфою мантию и без ложного стеснения вжикнул молнией на его брюках, добираясь до самого сокровенного. - Ты с ума сошел... А если кто войдет... А-ах... да, да... Быстрее, - простонал сквозь зубы Драко, толкаясь изо всех сил в ладонь Гарри. Когда до финала ему осталось совсем немного, Поттер неожиданно убрал руку и произнес: - Ну, все, Малфой, оревуар! Мне пора. Дела, понимаешь, дела. И, видя откровенно офигевшего блондина, аврор довольно усмехнулся. - Твою мать! Но ты не можешь оставить меня в таком состоянии, - жалобно проскулил Драко, совершенно потеряв контроль над телом и силой воли. - А ты позови... этого... МакГрегора. Пусть закончит начатое мною, - сказал Гарри и пошел к двери. – Только учти, место твоего секретаря в этом случае будет вакантным. - Руки хоть развяжи, сволочь гриффиндорская, и одежду поправь, - крикнул ему в спину Малфой, пылая от желания. - Пока, любовь моя. Скоро увидимся. Приглашаю тебя, о свет моих очей, на ужин к себе домой. Можешь пока придумать, что сделаешь со мной сегодня вечером, - и он захлопнул дверь, слегка притормозив на пороге, вслушиваясь с улыбкой в летящие ему вслед проклятья. Чары неподвижности должны были спасть через пару минут, вот только Хорьку знать об этом совсем необязательно. *** - Добрый вечер, мой Герой! - Драко отвесил церемонный поклон и с невозмутимым видом прошествовал мимо ошарашенного хозяина вглубь дома, словно не его всего несколько часов назад оставили в кресле со спущенными штанами и нехилым стояком. Сейчас он как никогда походил на аристократа, коим, впрочем, и являлся, пришедшего с визитом к такому же чистокровному волшебнику, чтобы поболтать о погоде и квиддиче с бокалом бренди у камина. Белоснежная мантия с серебристой отделкой делала его помолодевшим на десяток лет, а длинные, красиво распущенные по плечам волосы придавали сходство с ангелом. Правда, будил этот ангел самые темные желания. Не дожидаясь приглашения от замешкавшегося Гарри, Малфой прошел в гостиную и с удобством устроился на диване. - Вижу, ты полностью перестроил дом, - заметил он, разглядывая окружающую обстановку. Поймав удивленный взгляд хозяина особняка, пояснил. - Я здесь бывал когда-то в детстве. На этой фразе Драко трагично закатил глаза к потолку, и Поттеру показалось, что гость сейчас заплачет. - Вот только розовые гардины сюда совершенно не вписываются, - добавил Малфой с ехидной ухмылкой, расстегивая верхнюю пуговицу мантии. - Жарко очень... Гарри согласно кивнул, впиваясь каким-то вампирским взглядом в обнажившуюся белокожую шею. В паху резко потяжелело и по телу теплой волной пробежало желание. Драко произведенный эффект усек, улыбнулся и сказал: - Кажется, я придумал, как мы проведем сегодняшний вечер, - Поттер судорожно вздохнул... - Но сначала – ужин. ... и так же напряженно выдохнул. Сидеть за столом оказалось для него форменной пыткой, мысли то и дело вертелись вокруг одного чертовски привлекательного блондина, так соблазнительно потягивающего красное вино. Представив, что эти розовые губы касаются не хрустальных стенок бокала, а кое-чего другого, Гарри с трудом смог сдержать стон, прикладывая ко рту салфетку. Из-за своих разгорающихся фантазий он едва притронулся к блюдам, в отличие от Малфоя, с аппетитом поглощавшего ужин. Поэтому когда Драко поблагодарил его за трапезу и вышел из-за стола, Поттера можно было брать тепленьким. - Где у тебя спальня? При столь откровенном вопросе сердце Гарри совершило кульбит. - На втором этаже, третья дверь налево, - голос внезапно сел, а в мозгу лихорадочно билось: неужели сейчас произойдет то, о чем он мечтал уже несколько дней?! А белокурый провокатор тем временем неспешно двинулся в указанном направлении. Спохватившись, Поттер рванул следом. Влетев в комнату и едва не снеся по пути Малфоя, Гарри торопливо начал: - Драко, я хочу сказать... я давно тебя... - но узкая, теплая ладонь мягко легла ему на губы, заставляя замолкнуть, а вкрадчивый голос на ухо тихонько произнес: - Садись и наслаждайся. Сегодня все - только для тебя. При этих словах заиграла негромкая музыка, льющаяся, казалось, прямо с потолка, и Малфой, встав посередине комнаты, начал медленно расстегивать мантию, вторя движениями в такт мелодии. Расстегнув последнюю пуговицу, он легким поворотом плеч, скинул ее к ногам. Следующей на очереди стала рубашка. Когда Драко взялся за ремень брюк, Поттер хотел броситься к нему – им владело желание немедля начать целовать грудь с ярко-розовыми бутонами сосков, желая почувствовать, как они будут твердеть под подушечками его пальцев, но обнаружил, что не может сдвинуться с места, прикованный заклятьем. «И когда только Хорек успел меня обездвижить? - задался он вопросом. И тут же на него сам и ответил: - Наверное, в тот момент, когда ты перестал думать головой, подключив к мыслительному процессу вместо нее головку. Лоханулся ты, аврор, как последний… как последний лох. Но Малфой-то какая зараза! Ох, ты ж мать моя Моргана!!» От представшего глазам зрелища: Драко ужом выскальзывал из крошечных плавок, плотно облепивших его тазовые косточки, оставаясь полностью нагим – все мысли покинули поттеровскую голову. - Хочешь, покажу тебе все? - прошептал коварный змей в облике белокурого красавца, подойдя к замершему в нелепой позе Гарри. «Конечно, хочу! Что я, идиот, что ли отказываться?!» - хотелось заорать Поттеру, но вслух он смог промычать лишь что-то невразумительное. Грациозной походкой Драко подошел к кровати и прилег на нее, плавно выгибаясь, как большая и сильная кошка. «Какой красивый! Только мой... Мой!!! - мысленно взвыл Гарри при виде крепкой упругой задницы, которую Малфой развратно обхватил руками и медленно раздвинул аппетитные половинки в стороны, демонстрируя любовнику призывно темнеющее отверстие, в которое так и захотелось ворваться... - Блядь! - Поттеру показалось, что еще немного, и он кончит только от одного вида бесстыдно предлагающего себя Драко. - Ну, давай же, давай, развяжи мне руки, Хоречек, и я покажу тебе класс!» Но тут музыка смолкла, и в навалившейся вдруг тишине раздался спокойный, невозмутимый голос: - Спасибо за прекрасно проведенный вечер, Гарри! Ужин был великолепен. Сожалею, но мне уже пора идти. Адье, мой Герой! - мгновенно и полностью одетый с помощью магии Малфой издевательски улыбнулся и, послав Поттеру воздушный поцелуй, величественно направился к камину. Кое-как выпутавшись из ослабевших в течение нескольких минут чар, наложенных коварным Малфоем, Гарри первым делом отправился в душ, мечтая о скорейшей разрядке. Сорвав с себя одежду, оставшуюся лежать комом прямо на полу, он шагнул в душевую кабинку и нетерпеливо схватился за член, прикрывая глаза в предвкушении... Как вдруг чужие тонкие руки легли поверх его ладоней, заставив вздрогнуть от неожиданности и резко вскинуться. - Малфой?! – голос едва не сорвался на визг. - Ты вроде уходил? - Только для того, чтобы вернуться, - обнаженный Драко прижался всем телом, потом скользнул вниз и, встав на колени, очертил языком головку, прошелся по чувствительной уздечке и заглотнул весь пенис целиком, старательно расслабляя горло. Ему хотелось поразить любовника, заставив забыть обо все на свете. «Все только для тебя, Гарри, все для тебя. Как же долго пришлось ждать этого момента. Быть с тобой, чувствовать тебя, вдыхать твой запах, узнать тебя на вкус. Наш первый раз». Привалившись к кафельной стене и не замечая ее прохлады, Поттер жадно толкался бедрами во влажную глубину рта, схватив партнера за длинные волосы. За всю свою жизнь он не испытывал и половины кайфа, что ловил сейчас рядом с Малфоем, творившим поистине чудеса. Дрожь, вспышка, тепло, разлившееся по всему телу и тонкая, не отпускающая нить удовольствия, заставляющая его стонать и почему-то материться. Гарри опустил взгляд книзу: любовник продолжал вылизывать головку, собирая губами сперму. «Мой. Теперь мой. Никуда не денется». Малфой улыбнулся и поднялся с колен, поглаживая собственный член. - Помочь? - Поттер потянулся к нему, но Драко легко отклонился: - Не сейчас, чуть позже. Когда ты снова будешь готов, - он посмотрел на обмякшую плоть любовника и обнял его, прижимаясь к нему стояком. Гарри и не догадывался, что поцелуи могут быть такими... умопомрачительными... перехватывающими дыхание... соединяющими стук двух сердец в один... - Хочу тебя, - шепнул он Малфою и облапил его за задницу. - Снова рвешься в бой? - Драко провоцирующе медленно облизал губы. - Вот только сейчас я хочу быть сверху. - Что?! - Гарри моментально отпрянул от него, не в силах скрыть гримасу брезгливости и отвращения. - Я никогда не буду исполнять бабскую роль, понятно? - Понятно. Хорошо, тогда я пошел, - внешне спокойно отреагировал Малфой, только злость промелькнула в серых, как осеннее небо, глазах. Но не успел он сделать и шага, как был остановлен горячими руками, обхватившими его за талию. - Ты что, серьезно? - голос Поттера дрожал от возбуждения вперемешку с возмущением. - Или решил поиздеваться? Думаешь, по тебе не заметно, что ты привык быть снизу? - О, как! И давно ты стал таким знающим, Герой? Хотя да, ты прав. Роль боттома мне нравится, но иногда, - Драко подчеркнул слово «иногда», - я не прочь поменяться местами. Особенно сегодня. - Так не терпится поиметь мою задницу?! - рассерженно осведомился Гарри. - Конечно, просто и сплю и вижу, как тараню геройский проход, - усмехнулся Малфой. - В первую очередь это означает доверие и готовность открыться другому человеку. - Я всегда считал, что открывают сердце или душу, а они, как известно, находятся несколько выше... - Поттер, не устраивай диспут! Ты не у себя в Аврорате, мне доказывать ничего не нужно. Скажи: да или нет. Уйти мне или остаться. Только имей в виду, если я сейчас уйду – то уже не вернусь. На минуту воцарилась тишина, прерываемая лишь шумом хлестких струй воды. Затем Гарри неуверенно произнес: - Не понимаю, почему это так важно для тебя, - Малфой попытался вывернуться из захвата сильных рук. - Ну, хорошо... Хорошо, я согласен, - проворчал Поттер. - Но сегодня я снизу – первый и единственный раз, понятно? Драко улыбнулся и поцеловал его. - Пойдем в спальню. В первый раз удобнее на кровати, - он потянул расстроено вздыхавшего любовника в комнату. Погладить, покружить пальцами, пройтись языком, ввинчивая его внутрь тесного прохода. Поймать довольный стон, продолжить ласки, не обращая внимания на свой изнемогающий от желания член, готовый взорваться. «Почему некоторые считают, что быть снизу для мужчины унизительно? Неужели позволить вести любимому человеку – унижение?» - умудрялся думать Малфой, тая от переполняющей его нежности. Ему хотелось передать руками, пальцами, губами, ртом свои чувства Гарри. Язык тела самый правдивый, самый правильный, нужно только позволить себе открыться, чтобы раствориться в эмоциях другого человека... - Тебе понравилось? - спросил он позднее, сжимая в объятиях Поттера, пребывающего в послеоргазменной истоме. - Не знаю, - честно ответил тот. - Но я, кажется, понял, почему сегодня ты хотел быть сверху. Глава восьмая Устраивался в своем родном рабочем кресле Гарри куда дольше, чем обычно. Не сказать, что задница после вчерашнего так уж сильно болела, нет, но все же дискомфорт был. Вспомнив, как всего лишь час назад, ухмыляющийся Малфой заботливо мазал его зельями, Поттер вспыхнул, как первокурсница-хаффлпафка, которой сказали неприличное слово. Потому как память услужливо подсунула, чем собственно завершилась утренняя процедура. Обалденным минетом. Теперь дискомфортно стало в другом месте. Поерзав пару минут, Главный аврор плюнул на все, быстро запечатал двери кабинета и со стоном облегчения скользнул рукой в форменные брюки. Получив разрядку, мужчина пару минут глубоко дышал, пытаясь взять под контроль собственные чувства. Отработанная практика дала нужный результат и вот уже собранный, серьезный глава аврората приступает к работе. Читая письма, отобранные секретарем, визируя приказы и внимательно изучая отчеты по делам, которые он держал под личным контролем, Поттер не заметил, как миновало утро. И только сообщение о том, что его ждут на ланч, напомнило о времени. Торопливо направляясь к министерскому кафе, Гарри, наконец, смог сформулировать то, что не давало ему покоя. Вечная любовь. Насколько он запомнил из разговора с Драко, любовное заклинание действовало на него всего в течение десяти дней. Затем действие прекратилось. Причем так же резко, как и началось. Он все хотел выяснить толком что и как с этим несчастным заклинанием, но, закрутившись в неожиданном вихре страсти с Малфоем, забыл о своем намерении. Но сегодня пришло решение выяснить все раз и навсегда, ведь тайны и недомолвки раздражали его еще с детства, спасибо доброму дедушке Дамблдору. Конечно, служебное положение позволяло сделать это без особого труда, но почему-то не хотелось делать официальный запрос в Отдел тайн. Возвращаясь с ланча, Гарри снова начал обдумывать, где же ему взять нужную информацию, когда вдруг столкнулся с Терри Бутом. Терри, дружеские отношения, с которым у него сложились еще со времен Армии Дамблдора, как раз и работал в Отделе тайн, совершенно спокойно выслушав просьбу Главы аврората и, подумав несколько минут, пообещал, что к завтрашнему вечеру все сделает. Но уже через пару часов Поттер заинтересованно вчитывался в четкий, ровный почерк, рассказывавший ему то, что так хотелось знать. «Вечная любовь – темномагическое заклинание, созданное приблизительно в XIV веке. Создатель считается неизвестным, хотя по одной из версий им является сам Чезаре Борджиа, собиравшийся применить его в отношении Марии Энрикес. Но найти стопроцентного подтверждения этому не удалось. Действует на разум, меняя восприятие. Отнесено к необратимым, так как противодействия к нему не существует. Однако у него имеется один нюанс, подтвержденный реальным фактом. В XVI веке колдунья из рода Веласкес применила его в отношении своей сестры, противившейся браку. Тогда-то и выяснилось, что если заклятье применяется на людях, связанных настоящими, искренними чувствами, то действует оно ограниченное время, от трех до четырнадцати дней. Затем действие прекращается». Перечитав последние две строки, Поттер отбросил документ в сторону. Мысли лихорадочно скакали, обгоняя друг дружку: внезапно вспыхнувшее влечение к давнему школьному недругу, странный отъезд Джинни, больше похожий на бегство, чувство собственника в отношении Драко, довольно спокойное принятие того факта, что он лег под мужчину... Кажется, странная мозаика невероятных событий, начавшихся на министерском балу, стала складываться в ясную картину. Логически ему все было понятно. Но... не мог же он и в самом деле испытывать что-то большее, чем страсть к Драко?! Или мог? Неужели он не просто увлечен им, а искренне его любит? Чем активнее Гарри размышлял о природе своих чувств к Малфою, тем больше запутывался. Впервые он встретил Малфоя в магазине мадам Малкин, но тот сразу настроил его против себя несвойственной детям надменностью и высокомерием, а сцена неудачного знакомства в поезде еще больше утвердила в этом. И только недавно, узнав любовника поближе, Поттер понял, что напыщенность и надменность Драко всего лишь маска, за которой тот привык прятать собственные сомнения и слабости. Уйдя в воспоминания и припомнив их школьные перепалки, он улыбнулся - белобрысая зараза доставала его везде и всегда, задираясь по малейшему поводу. На шестом курсе противостояние только усилилось: Гарри неотступно следовал за Малфоем, подозревая в нем Пожирателя смерти и шпиона Волдеморта. А приснопамятная сцена в туалете Плаксы Миртл чего стоит! У него и сейчас перед глазами всплывает ужасающая картина того жуткого происшествия: на грязном полу раскинулась тонкая фигура в огромной луже воды, в которой с каждой минутой становится все больше разводов крови. И он сам, заледеневший от ужаса содеянного... Поттер тряхнул головой, возвращаясь к действительности. Драко его любит, это несомненно, и он испытывает к нему нечто похожее на любовь... Возможно... *** Гарри неспеша шел по маггловскому Лондона, заходя по дороге в многочисленные магазины одежды, ювелирные и торгующие элитными сортами вин. Покорять Малфоя на трезвую, не одурманенную любовным заклинанием голову, было необычайно сложно. Но, Мерлин его задери, невероятно интересно! В который раз его посетила мысль, что, запершись в своем мирке: работа – семья – работа, он умудрился угробить массу времени, вместо того чтобы жить так, как хотелось ему. Но, как говорят магглы, лучше поздно, чем никогда. Он как раз находился в примерочной кабинке, вертясь перед зеркалом в темно-синем костюме и на полном серьезе раздумывая, подходит ли тот ему под цвет глаз, когда услышал знакомые голоса. - Мио, посмотри, какая прелесть, - услышал Поттер звонкий женский голос. - Асти, ты помешалась на мужской одежде. Наверное, у твоего мужа тряпок меньше. - Но, дорогая, тебя же заводит, когда я изображаю мужчину, признайся, - в тишине отчетливо прозвучал звук поцелуя. - Перестань, вдруг продавец заметит. - Плевать, я сейчас столько тряпок накуплю, что он разрешит нам заняться сексом прямо посреди магазина. Гарри замер в кабинке, не решаясь шевельнуться, не то что отдернуть шторки, скрывающие его от остальных посетителей. Подумать только, Гермиона и Астория Малфой переживают сумасшедший роман! Тихоня, заучка, как называли подругу в школе, и светская львица, аристократка, чистокровная волшебница влюбились друг в друга, похоже, без памяти. В соседней кабинке послышалась возня, затем тихий стон, и Поттер выскочил из примерочной и пулей пролетел через зал, на ходу бросив изумленному продавцу не купленный по вине забредших так не вовремя любовниц костюм. Уже на улице он громко рассмеялся, распугивая необъяснимым смехом прохожих. Кажется, о привычной рутине серых будней можно забыть навсегда, когда в твою жизнь врываются Малфои. И, Мордред побери, это так здорово! *** - Привет, так что за сюрприз ты приготовил? - Драко с любопытством посмотрел на загадочно улыбающегося Поттера. - Скоро узнаешь, - Гарри обхватил любовника за плечи и аппарировал. - Что это? Чары Иллюзий... или мы и вправду на пляже?! - Мы сейчас находимся на одном небольшом острове посреди бескрайнего океана. Только ты и я. Одни в целом мире, во вселенной... - Никогда не замечал в тебе излишней романтики, - ошарашенно пробормотал Малфой, рассматривая темные контуры пальм на фоне черного бархата южного неба, усыпанного миллиардами серебряных точек звезд. - Потому что лишь встретив тебя, я захотел творить глупости, - рассмеялся Поттер. - А теперь, мой принц, прошу пройти за мной, - он церемонно протянул партнеру руку. Несколько шагов - и они оказались у накрытого белой скатертью стола с подсвечником. Взмах волшебной палочкой - и свечи вспыхнули яркими языками пламени, освещая многочисленные блюда в окружении экзотических цветов. - Мое любимое вино, - констатировал Драко, делая маленький глоток из хрустального бокала. - Как ты догадался? И запеченные крабы под манговым соусом, и телятина, фаршированная трюфелями... - Попросил Добби узнать, что ты предпочитаешь. Ему пришлось сложно, твои эльфы неохотно делились сведениями. - Вот прохиндей ушастый! - Ну, с поручением он справился. Ты же знаешь, что он ко мне неровно дышит. - Мне уже начинать ревновать? - Расслабься, потому что мне нужен один-единственный человек. Несносный, но умный, красивый, сексуальный. - Много же тебе понадобилось времени, чтобы понять это, - в голосе Драко скользнула грустная нотка. - Герои не ищут легких путей. - Я заметил. Эй, тебе что, плохо? Гарри! - Вообще-то я встал на колено, чтобы совершить самый романтический поступок в своей жизни. Но кто-то, похоже, не видит разницы между преклонением и приступом радикулита. - Кольцо? - Кольцо, - согласился Гарри. – Мы оба женаты, но я хочу, чтобы у тебя было что-то напоминающее обо мне. А так же о том, что никому в этом мире я тебя не уступлю. И так пятнадцать лет проср… зря растратили. - Поттер! Ну, ты даешь! Вот так прямо сразу... - Если хочешь – можем еще подождать годков этак... - Еще чего. Давай сюда кольцо. Надо же, впору пришлось. Опять Добби? - Нет, Астория. А поцеловать ты меня не хочешь? - Я много чего хочу. Поттер, ты что делаешь?! Не вздумай уронить меня, маньяк! Дом на воде? Как мило... - последовавший поцелуй прервал Драко на полуслове. Но он совершенно не пожалел об этом. Глава девятая. (Эпилог) - Да, Гарри! Еще! - умолял Малфой, вцепившись в шелк простыни и широко раскинув ноги, между которыми сновала черноволосая голова. – Ну же! Не могу больше, я сейчас... В подтверждение своих слов Драко выгнулся в порыве страсти, крича от нахлынувшего удовольствия. Оргазм превращал насмешливого и ехидного мужчину на редкость в несдержанное создание, совершенно не стеснявшееся проявлять свои чувства любимому человеку. Гарри отстал от партнера всего на несколько минут. - Какой же ты у меня красивый, - Поттер легонько провел по груди Малфоя кончиками пальцев, задевая затвердевшие соски любовника, и любуясь его совершенной наготой. - Если бы я был художником, то обязательно нарисовал бы тебя таким... обнаженным, открытым... удовлетворенным... - И требующим еще, - перебил славословие Драко, собственнически притягивая к себе Поттера. - Сейчас, совсем немного... и я буду готов ко второму раунду, - шепнул он, тяжело дыша. - Ты ненасытен, - усмехнулся Гарри и принялся покрывать поцелуями белую кожу, стараясь не пропустить ни миллиметра. – Драко, ты случаем не инкуб? - Неуч! – возмутился Малфой. – Как ты умудрился закончить свою академию, путая суккуба и инкуба*? И это Главный Аврор! - Раз ты способен читать нотации, значит точно готов ко второму раунду? – расхохотался Поттер. - Мерлин величайший, - простонал Драко. – Когда же я, наконец, перестану попадаться на твои уловки, а? Ну? И чего же ты ждешь? Поттера не надо было просить дважды. Он быстренько перевернул любовника на живот, поставив на четвереньки, и аккуратно начал разминать податливое кольцо мышц, с легкостью вобравшим в себя сразу пару пальцев. - Хватит уже! Возьми меня, не могу больше, - от смеси мольбы и приказа в голосе Драко у Гарри едва не сорвало крышу. Он не отказал себе в удовольствии провести истекающим смазкой членом по упругим крепким ягодицам, а затем войти в горячее тело один мощным толчком, чувствуя, как вокруг пениса смыкаются теснота и жар. Малфой остервенело насаживался на него до упора, поминутно твердя как рефрен его имя, и это действовало на Героя похлеще любого афродизиака. К финалу они пришли практически одновременно. Отдышавшись, Поттер притянул к себе Малфоя, сжав так, что тот охнул. «Мой... мой... люблю...» Ветерок, врывавшийся в распахнутые окна спальни, овевал прохладой обнаженные тела, но ни один из мужчин не торопился встать или хотя бы накинуть на них простыню. Сейчас они оба находились в блаженном состоянии, полном неги, и каждому хотелось, чтобы это длилось как можно дольше. - Гарри, я люблю тебя, - серые глаза смотрели серьезно и чуть вопросительно. - Я тоже. По-настоящему, - Поттер прижался всем телом к Драко. - Вечно. - Вечная любовь, живу, что бы любить до слепоты и до последних дней**, - вдруг тихо сказал Малфой. - Что? - вздрогнул Гарри. – Как ты сказал? - … чтобы любить до слепоты и до последних дней, - с усмешкой повторил Драко. - Подумать только, если бы твоя ревнивая жена не вздумала применить на практике древнее заклинание, мы бы так и продолжали существовать рядом, но врознь. От подобной перспективы Гарри передернуло. Вместе они были уже полгода, но жизнь с Малфоем совершенно не была похожа на сказку. Отнюдь. Скорее на безумный приключенческий сериал – ты понятия не имеешь, что будет в следующей серии: то ли комедия, то ли драма. Когда романтическая эйфория первых совместных дней и ночей прошла, пришлось столкнуться с тем фактом, что ни один из них не собирается меняться в угоду второму. Первая же ссора закончилась тем, что они разбежались, шарахнув напоследок дверью. Первая неделя друг без друга привела к тому, что в малфоевском концерне сотрудники боялись чихнуть, а сам глава, злой и мрачный, без привычных игр скрутил в бараний рог некую фирму, возомнившую себя крутой. В Аврорате же дисциплина подскочила до неведомых высот, а серьезная операция, которую возглавил Главный, завершилась тем, что преступники примчались в Азкабан в надежде избежать более близкого знакомства с озверевшим Поттером. Первое же примирение состоялось в Малфой-мэноре, где бравая парочка сначала разгромила в банальной драке Мраморную столовую, а потом то, что не доломали в мордобое, добили в бурном сексе. Вернувшиеся через пару дней Люциус и Нарцисса с недоумением смотрели на новый интерьер комнаты и не могли понять, что же так веселит сына и невестку, которые прилагали очевидные усилия, чтобы сдержать смех. - Даже страшно представить - не касаться, не целовать... Проходить рядом, и не знать, что ты и есть счастье, о котором уже и мечтать перестал, - отстраненно пробормотал Гарри, продолжая мысли любовника. – Знаешь, я рад, что Джин решилась на это гребаное заклинание. - Она так легко согласилась на развод. Не ожидал, честно. - А куда ей было деваться? Она прекрасно понимает, что малейший намек с моей или твоей стороны – и Азкабана ей не избежать. Поэтому все, что ей остается – быть ниже травы, тише воды. К тому же, - на губах Поттера появилась недобрая усмешка, - ей пришлось объяснять детям, почему мы развелись. - А ты злопамятный, - хмыкнул Драко. - Ну что ты! Я просто бываю злым и память у меня хорошая. - Предупреждаешь? - Информирую, - фыркнул Гарри. Мужчины потянулись друг к другу, словно намагниченные, но прозвучавший в соседней комнате звон сигнальных чар заставил их насторожиться и схватиться за волшебные палочки. - Драко! Гарри! Где вы? - послышался мелодичный женский голос. - Астория?! - Малфой вскочил, но, вспомнив, что обнажен так же, как и партнер, первым делом схватился за одежду. - Подожди минуточку, дорогая. Мы сейчас выйдем. - Да я готова ждать хоть до вечера, но боюсь, хогвартский экспресс придет точно по расписанию, - рассмеялась его супруга. - Что?! - завопили оба мага одновременно. - Сегодня же начинаются каникулы. Вот черт! Астория продолжала смеяться, наблюдая, как из спальни выскочил взъерошенный муж, а следом за ним вывалился помятый Герой, одетый лишь в брюки. Отношения самой Астории с Гермионой были столь же крепкими, как отношения мужчин, но гораздо мягче и спокойнее. За эти полгода женщины серьезно поссорились всего раз и помирились куда быстрее Поттера с Малфоем. Сейчас они вчетвером жили в доме молодых Малфоев, только Астория с Гермионой занимала правое крыло, а Гарри с Драко – левое. Кстати, развод Гермионы вызвал куда больший резонанс, чем расставание четы Поттер. Возможно, никто не ожидал, что соответчиком, вернее соответчицей в бракоразводном процессе, будет женщина. Тем более, младшая Малфой. Окончательно ошалевшую публику добило то, что вместе с Асторией в суд явился и Драко. Все, особенно семейство Уизли, прибывшее поддержать Рона, ожидали скандала. Увы, Малфой заботливо поддерживавший жену, столь же заботливо ухаживал за Гермионой. Когда судья объявил о разводе четы Уизли, Рон попытался кинуться на Малфоя, но был остановлен сильной рукой Молли. Миссис Уизли, ни слова не говоря, отвесила младшему сыну хороший подзатыльник. Развод Героя общество восприняло как-то более спокойнее. А уж к появлению на министерском приеме пар: Драко с Гермионой и Гарри с Асторией – все отнеслись так, словно это было в порядке вещей. Наблюдая за все больше нервничающими мужчинами, Астория, наконец, сжалилась и сказала: - Не переживайте вы так, у меня порт-ключ до Кинг-кросса. Так что у вас еще есть время привести себя в порядок, выпить кофе и появиться на вокзале во всем блеске и красоте. - Тогда зачем ты прервала нас на самом интересном месте? - проворчал Драко, к которому вернулось привычное самообладание. - Если бы я лично не появилась здесь, вы бы и к обеду не вспомнили о детях. При упоминании о детях, Поттер и Малфой нервно переглянулись. Гарри до сих пор не знал, что там наплела Джинни детям, но Ал и Лили к тому факту, что отец теперь живет с мужчиной, отнеслись спокойно. Хотя возможно не последнюю роль в этом сыграл тот факт, что младшие Поттеры были очень дружны с младшим Малфоем. Неизвестной до сих пор оставалась реакция Джеймса, отцу он так и не написал, а за драку со Скорпиусом получил месяц отработок. - Волнуешься? – мягко спросил Драко. Поттер с тревогой воззрился на партнера и кивнул: - В Альбусе и Лили я и не сомневался, но Джеймс... С ним могут возникнуть проблемы, - Гарри вздохнул, памятуя о сложном характере старшего отпрыска. - Все будет хорошо, - Малфой успокаивающе положил руку ему на плечо. - Вместе мы выдержим все. Глядя в его горящие уверенностью глаза, видя улыбку Астории, Поттер расслабился – Драко прав, вместе они все выдержат. *** Джеймс Сириус Поттер мрачно смотрел на перрон, где радостно верещащая Лили повисла на шее отца, Ал обнимался с отцом Малфоя, Роза и Хью облапили Гермиону. - Прямо-таки, всеобщая благодать, - раздалось за его спиной. Обернувшись, Джеймс наткнулся на жесткий взгляд Скорпиуса. - Поттер, - тихо начал тот, - не дай тебе Мерлин задеть моих родителей, пожалеешь. - Сам дурак, - огрызнулся Джеймс и машинально потер левую скулу, где всего час назад красовался синяк, поставленный Малфоем. Скорпиус хмыкнул и двинулся мимо него, к выходу. Вновь посмотрев на перрон, Джеймс вдруг ухмыльнулся – пожалуй, последние школьные каникулы обещают быть интересными. Подхватив свои вещи, парень двинулся туда, где его ждала невероятная семейка. Конец __________________________________________________________________ * суккуб — демон в образе распутной женщины — приходит по ночам к спящим мужчинам для совокупления, а инкуб — демон, принявший вид мужчины — страстно домогается женщин. ** - переиначенные слова из песни «Вечная любовь».