Паша, долбаный ты Зерноклюй!

— Паша, долбаный ты Зерноклюй! — Антон, когда выходил из себя, забывал об уважительной дистанции, которую держал ввиду разницы в возрасте и жизненном опыте. — Это что опять такое было? Воля глубоко вздохнул и страдальчески закатил глаза. В последнее время подобные сцены Шастун устраивал все чаще. Находящиеся вместе с ним в гримерке Матвиенко и Позов тут же уткнулись в телефоны, не желая ни отсвечивать лишний раз, ни лишать себя удовольствия понаблюдать за разворачивающимися разборками. — Ну что еще? — смирившись с необходимостью терпеть очередную истерику, он потер лицо и выжидающе посмотрел на распсиховавшегося Антона. Мрачный Арсений, разумеется, как обычно, маячил у того за спиной. — Чем я опять провинился перед вашими неуравновешенными величествами? — Чем? Чем?! — казалось, еще немного, и парень зашипит, как вскипевший чайник. — Тебе в хронологическом порядке или в алфавитном? — Шастун, твою мать! — Вот это все твое «я воткну в тебя, а дальше меняйте», «один раз — не Арс», «решите по-собачьи»… — Это все рожают ваши мозги, я всего лишь повторяю, — Боже, ну вот опять эти тупорылые претензии! — А когда я «один раз — не Арс» говорил, тебя даже рядом не было, ты-то что дергаешься? Если сейчас твой мужик начнет обвинять меня в том, что я постоянно стебусь над твоей девственностью, у меня вообще башка взорвется. — Я не его мужик! — возмутился Арсений и встал рядом с Антоном плечом к плечу. Паша застонал и приложился лбом о столешницу. Где-то на заднем плане Позов тихо хрюкнул в сложенные ладони. — Вот почему ты ему претензии не предъявляешь? — резонно продолжил Паша. — И вообще, гейские шутки — это всегда прикольно. В Камеди еще не то несут, но что-то именно в вашу пару верят фанаты. Ну и кому тут стоит задуматься? — Да ты сам нас вынуждаешь! — Антон надулся еще больше. — Хрена се, претензия! С пулеметом, блин, стою. Если так не нравится вся эта шумиха, вы можете хоть друг на друга не пялиться постоянно? — Мы не пялимся! — хором, как первоклассники, возмутились оба. Теперь уже Матвиенко тихонько захихикал и уткнулся лбом в колени. — Знаешь что? Знаешь? — Антон, кажется, растерял все слова, схватил Арсения за локоть и поволок его прочь из гримерки. — Пойдем отсюда, Арс, нас тут не понимают! Арсений лишь сердито зыркнул на Пашу и в завершение громко хлопнул дверью. В гримерке воцарилась тишина. Дима неторопливо достал сигареты и щелкнул зажигалкой. Он глубоко затянулся и выжидающе посмотрел на остальных. — Сейчас опять в ближайшей кладовке утешать друг друга будут, — подал голос Матвиенко. — Заколебали. Дима кивнул. — Может, в конце концов, скажем этим долбоящерам, что в шоу уже каждый осветитель в курсе этой их Санта-Барбары? — спросил он. — Ничего-то вы не понимаете, черствые вы люди, — усмехнулся Паша. — Мы ж вроде друзья. Нужно дать им время. Наберутся смелости и сами скажут. Это ж типа личный выбор. — Ну да, подождем, — кисло добавил Дима. — Но просто как эти придурки могут думать, что мы такие слепошары, а?