Natt

      Том сидит в своей комнате, наигрывая ненавязчивую мелодию на гитаре, при этом ещё и развалившись на кровати.       Он проведёт ещё один идиотский праздник в компании самого себя и своей гитары. Возможно, ему удастся взять с собой бухло.       Из мыслей черноглазого вывел стук в дверь, которому он явно не радовался. Кроме него и этого человека в доме никого нет. Сегодня же День Святого Валентина. — Том? Ты тут? — Ларссон аккуратно заглянул в комнату, боясь, как бы ему не прилетела бутылка в лицо. Ведь пьяный и злой Томас может сделать всё что угодно. — Что ты тут забыл, коммунист? — злобно отозвался Риджуэлл, приподнимаясь на локтях и убирая гитару в сторону. — Если ты ищешь Эдда и Мэтта, то они ушли на свиданку с какими-то девчонками ещё давно. А теперь прошу, свали. — черноглазый залез под одеяло, отвернувшись от двери, и уже приготовился плюхнуться на предмет своего обожания (а именно - кровать), но Томас тут же повернулся к Торду после фразы, которую он обронил. — у меня есть алкоголь. Хочешь выпьем, или что-то типа того? — робко спросил Норвежец. — Ты всегда знаешь, что мне нужно... — Черноглазый глубоко вздохнул, вставая с постели и подходя к парню, после чего взял его за рукав и потащил на себя, усадив на кроватку.

***

A light in the room It was you who was standing there Tried it was true As your glance met my stare

      Луна взошла над маленьким городком, освещая его своим прекрасным сиянием вместе со звездами.       Торд и Том сидели под окошком, рассматривая эти сияния, то и дело указывая на некоторые созвездия.       В основном, про звезды рассказывал коммунист, ведь Томас был слишком пьян чтобы вспоминать что-то. Тем не менее, Риджуэлл с интересом слушал длинные лекции своего друга.       Стоп!       Томас только что назвал Ларссона своим другом. Когда успел? Черт, он сам не помнит. Впрочем, это неважно. Наверное, на него так влияет алкоголь.

I've been settling scores I've been fighting so long But I lost your war And I came down this darn isle

— ахах, Торд...ты знаешь...все же...уф... — черноглазый попытался отдышаться. В комнате было ужасно жарко, но толстовку снимать не хотелось. Открывать окно - тем более нет. — прошло очень много времени с тех пор, когда я так блядски развлекался на День Валентина... — он ухмыльнулся, прикрыв свои черные дыры, которые служили ему глазами. — ..смешно. Прошло восемь лет с тех пор, как ты пропал...Я думал, что стану счастливее. *ик* Я чертовски ошибался. — ха! *ик* смешно! Том, ты в стельку пьян. Вот и говоришь всякие тупости. Ты ненавидишь меня...а я тебя...забыл? — Ларссон грустно ухмыльнулся, отводя взгляд в сторону. — НЕЕЕТ, ЭТО СТО ПРОЦЕНТОВ ЧЕСТНО! Я скучал по тебе, Торд...скучал по твоему хентаю...Скучал по тому, что тебе было чертовски похуй на то, как тебя называли и я скучал по твоим идиотским волосам. Но больше всего...я скучал по искоркам в твоих глазах...

I will break down the gates of heaven A thousand angels stand waiting for me, oh Take my heart and I'll lay down my weapons Break my shackles to set me free

      Торд не мог поверить в слова, сказанные его другом. Томас уставился на него взглядом, аля "и что ты сейчас будешь делать?". Коммунист сглотнул, после чего приблизился к нему вплотную, и медленно соединил губы в поцелуе.

I'll run, I'll run, I'll run right to you

      Через пять секунд глубокого слияния, он осознал что только что сделал, и поспешил отстраниться от "друга" (хотя, после этого обычно не остаются друзьями).       — Воу, Торд, ты пьян? — ухмыльнулся черноглазый, всё ещё до конца не понимая происходящего в комнате.       — Б-боже, да, я думаю, что да... — пробубнил Ларссон, отвернувшись. На лицо предательски наползал румянец. — Прости за это...       — Лол, чувак, всё норм. После пьянок я обычно всё забываю. — всё ещё улыбался Риджуэлл, и после тоже отвернулся от коммуниста. — Эй, Том. — Чё? — С днём Святого Валентина. — Да, да, да, тебя тоже, пидор. Кстати, ты отлично целуешься. — ТОМАС, ИДИ УЖЕ СПАТЬ!