Это время - я посвящаю Мародёрам.

      Лили стояла у дверей Больничного крыла и ругала себя за то, что она не такая уж и смелая. Внутри всё переворачивалось от одной мысли, что она заговорит с недругом своего друга. Ладони вспотели от того, как она нервничала. Девочка не понимала, с чего у неё такое состояние на одну только его фамилию. Её рука сжала дверную ручку, а затем вновь отпустила. Лили не могла набраться сил, чтобы взять и войти. Через пару минут она поняла, что вся эта затея – глупость. Она развернулась, чтобы уйти прочь, но столкнулась с ребятами. Мародёры стояли и с улыбками следили за тем, как девочка нервно пыталась зайти к их другу. - А я уже хотел поставить на то, что ты зайдёшь, - пропел Сириус, он стоял, облокотившись на стену, скрещивая руки на груди. – Эванс, ты долго здесь топтаться будешь или может, зайдёшь? - Я не должна перед вами отчитываться, - огрызнулась девочка. - Правильно, не должна, - пожал плечами Римус. – Но это по вине твоего друга, Джеймс сейчас здесь. Если ты с ним не поговоришь, я думаю, что первым делом наш друг, пойдётт давать подзатыльники твоему другу. Лили молчала, она зелёными глазами рассматривала ребят. - Иди, - произнёс Сириус, указывая ей на дверь. – Мы пропускаем тебя вперёд. Мы подождём, не думаю, что Джеймс по нам так сильно соскучился за одни только сутки. Девочка нервно дёрнулась и, открыв дверь, вошла в Больничное крыло. - Как это легко, - хмыкнул Блэк. – Интересно, она свою гордость засунет… - Думаю, мы сейчас это на твоём примере посмотрим, - улыбнулся Римус, указывая другу на Марлин, она стояла и смотрела в окно. - Она потянула руку вчера. Удивлён, что она не в Больничном крыле, - пропищал Питер. - Бродяга, - Люпин посмотрел на друга, тот сдался. - Хорошо, но не смейте мне, потом говорить, что я подкаблучник. - Мы даже и не думали об этом, - хихикнули друзья. – Только не забудь ей сказать, что она тебе не безразлична. - С чего вы это вообще взяли? Ей вроде Джеймс нравится. - Ага, и Северус Снейп, - начали смеяться ребята. - Да ну вас, - пробурчал Сириус, пытаясь не рассмеяться вместе с ними. Он подошёл к девочке, она даже не взглянула в его сторону. - Привет, - произнёс парень. – Спасибо, что помогла нам. - Не за что, - ответила Марлин. – Всё? Или ещё что-то? - Маккинон, давай будем нормально общаться? Как раньше. Сириус посмотрел в её синие глаза, которые порой пугали его своей глубиной. Девочка удивлённо вскинула бровь. - Ты серьёзно? Больше не будешь меня оскорблять своими шутками? - Давай договоримся, что ты будешь мне говорить стоп, когда я перегибаю палку, - улыбнулся слегка юноша. – Давай, МакКиннон. Я знаю, что тебе не наплевать на меня. - Ты высокого мнения о себе, - фыркнула девочка. Она вновь гордо отвернулась. - Прости меня за всё, что я тебе сделал, - неожиданно произнёс Сириус. – Меня никогда не учили, как правильно себя вести. Я не знал любви матери и отца. В моей жизни только тирания. - Я удивлена, как ты не стал таким же, как твои кузины, - произнесла Марлин, её голос дрогнул, ей стало его жалко. Искренне жалко. - Мне трудно признать свои ошибки, ты первая перед кем я извинился, помимо Мародёров. - Спасибо за то, что помогли мне, - девочка быстро сократила расстояния между ними и обняла его за шею. Парень первые секунды даже не осознал, что произошло. Марлин обнимала его, прижимаясь к телу. - Это означает мир? – улыбнулся он, взаимно обнимая её. - Мир, - прошептала девочка. - Это так мило, - громко и одновременно произнесли Римус и Питер, аплодируя. - Идиоты, - рассмеялась МакКиннон, а за ней следом начал смеяться и сам Сириус, чувствуя некое тепло, которое вызывала именно она.

***

      Лили осторожно прошла к кровати, где лежал Джеймс. Парень удивился, когда увидел гостью. - Ты, - произнёс он, улыбка коснулась его лица. - Я, - девочка начала рассматривать юношу. Парень лежал с перебинтованной рукой. - Прости, сейчас я не в лучшем виде, - попытался пошутить он, но увидел слёзы в глубинах зелёных глаз. – Что случилось? - Прости, пожалуйста, - проплакала девочка, сжимая простыню. – Северус не хотел этого делать, я знаю. Он другой… - Открой глаза, - произнёс Джеймс серьёзно. – Он подталкивает тебя к изучению тёмного искусства. Тебе мало? - Он добрый, просто ваши издевательства довели его до такого. - Наши издевательства? – удивился юноша, затем нахмурился. – Ты прости Эванс, но я твоего друга не оставлю в покое, пока не проучу за тот случай на поле. - Но… - Не перебивай. Если бы я пострадал, свалившись с метлы, которую он заколдовал, я бы ещё закрыл глаза. Но он стрелял заклятием в моего друга, в лучшего друга, а этого я не могу простить. Я здесь оказался, защищая Сириуса. После такого случая, скажи мне ещё раз, что я не умею дружить и не знаю, что это такое. - Значит, будешь продолжать? – серьёзно спросила Лили, пытаясь побороть слёзы. - Значит, буду продолжать, - ответил парень. – Ты должна понимать, что это такое! Почему он сюда не пришёл? Почему он вообще решил заколдовать мою метлу? Почему он не может сразиться со мной на дуэле? Зачем он нарывается на меня исподтишка? - Я не знаю… - Ты его подруга, ты должна знать, - не успокаивался Джеймс, у него внутри всё кипело от злости, он сердито смотрел на девочку. – Ты должна знать, почему он это всё делает! - Он поставил меня в трудную ситуацию, - не выдержала Лили. – Северус сказал, что если мне всё равно на тебя, то будь, что будет. - А ты здесь причём? – не понимал парень, внутри моментально всё успокоилось и начало скручиваться в медленный узел. – Ты сказала, что тебе всё равно, и он решил меня скинуть с метлы, узнать говоришь ли ты правду? - Я не знала, что он сделает это, - девочка закрыла ладонями лицо и всхлипнула. - Перестань, - прошептал Джеймс, он осторожно притянул её к себе за кисть руки. Девочка сопротивлялась, но парень дёрнул на себя её руку и обнял, пока она не успокоилась. - Спасибо, что пришла, - прошептал его голос ей на ухо, обжигая кожу. - Пожалуйста, прекратите его доставать, - попросила Лили, поднимая голову и заглядывая в лицо, которое всегда её раздражало, но он лишь отрицательно покачал головой. - Этого я тебе не могу пообещать. Ты же знаешь, что это наше с ним дело. Ты не должна лезть. - Но…       Лили почувствовала ослабление объятий и поднялась. Она без слов выбежала из Больничного крыла. Юноша остался один. Но ненадолго. Не успела рыжеволосая волшебница скрыться, как дверь открылась, и ввалились Мародёры. - Как ты? – поинтересовался Римус, его глаза взволнованно осматривали друга. - Отлично, - улыбнулся Джеймс, радуясь приходу ребят. - Спасибо тебе, - осторожно хлопнул его по здоровому плечу Сириус. – Я у тебя в долгу. - Не стоит, - отмахнулся юноша, он ещё не мог отойти от разговора с девочкой. – Меня скоро выпишут, думаю, что сразу пойду к Нюнчику. - Я с тобой! – воскликнул Блэк. - Подождите, - произнёс Римус, он серьёзно взглянул на друзей. – Вы не можете вновь нарваться на него. Нам нужно быть осторожными, теперь сам Дамблдор будет следить за нами. - Что? – удивился Джеймс, затем понял, что с ребятами поговорили без него. - Профессор Дамблдор объявил нам о том, что мы будем отрабатывать наказания у Хагрида, - пискнул Питер, сжимаясь. – Это ещё не всё. Он отстранил нас от дуэлей, отобрал палочки на два месяца. - Что?! – воскликнул юный Поттер. – Как? Но как мы будем колдовать? - Мы будем заниматься два с половиной месяца теорией, - пожал плечами Сириус. – Мы теперь не сможем преподать урок Нюнчику. - Сможем, палочки ведь нам вернут? – поинтересовался их друг. - Вернут, - кивнул Римус, затем скрестил руки. – Вернут, когда поймут, что мы не будем вновь воевать с Северусом. - Мы вчетвером будем отрабатывать наказания у Хагрида, - улыбнулся слегка Джеймс. – Хоть вместе. - Нет, - отрицательно покачал головой Петтигрю. – Не только мы. - Ещё кто-то? - МакКиннон, Снейп и Эванс тоже, - ответил Римус. – Мы будем отрабатывать наказания с ними. Они в таких же условиях, что и мы. Их палочки тоже в кабинете у директора. - Эта худшая новость, которую вы мне рассказывали, - прошептал Джеймс, ему стало немного обидно. Он и его друзья, пострадавшие в этой ситуации, а их наказывают всех наравне с Нюнчиком. - Марлин за что? Мародёры посвятили его во все детали, что произошли во время игры. Джеймс сидел с удивлённым выражением лица. Теперь он понял, почему Лили приходила к нему. Девочка хотела загладить конфликт, ведь, по сути, она виновата в нём. - А ещё, - пискнул Питер, выдёргивая всех из своих мыслей. – Бродяга помирился с Марлин. - Правда? – Джеймс улыбнулся во все свои зубы. – Я знал, что это должно было произойти. - Прекратите, - огрызнулся мальчишка, он чувствовал себя не комфортно. – Да, хорошо, мы вновь общаемся, - сдался Сириус под напором взгляда своего лучшего друга. - Ты помирился первым? – поинтересовался юный Поттер, радуясь за него. – Скажи, ты хоть извинился? - Конечно, он извинился, - рассмеялся Римус, видя, как краснел юный Блэк. – Мы проконтролировали. - Это же замечательно! - Да перестаньте вы, - не выдержал юноша. - Бродяга влюбился. - Наша Марлин растопила его ледяное сердце! - Она заколдовала тебя! - Вот посмотрим, когда у вас появятся девчонки! - Она уже твоя девчонка? – смеялся Джеймс, пытаясь подбодрить друга. – Многое я пропустил! - Нет, она не моя девчонка, - пытался сдержаться Сириус, но улыбка проявилась у него на лице. – Прекратите!       Джеймс смеялся вместе со своими друзьями. Но внутри всё скручивалось от переживаний за Лили. Он понимал, что она чем-то заслужила его внимание. Только чем? Он не понимал, почему его так тянуло к ней? Из-за чего он постоянно срывался, когда видел её рядом с Северусом. Приехав в школу после летних каникул, юноша заставил себя игнорировать зазнайку Эванс, но выходило всё наоборот, когда она появлялась на горизонте. Она говорила вещи, которые задевали его самолюбие. Джеймс никому не позволял так с собой разговаривать и вести себя. Но Лили Эванс была тем самым исключением, которой он позволял почти всё. Он спускал ей с рук то, что Сириус спускал Марлин. Глядя на них стороны, Джеймс понимал, что его друг нашёл себе идеальную подругу. Они оба вспыльчивые, оба сумасшедшие, оба непредсказуемые. Но они находились оба в гармонии друг с другом, даже если между ними происходит конфликт.       Лили другая. Она часто плачет, но всё-таки в её зелёных глазах отражалось некое упрямство и гордость. Девочка не была слабой со слезами на глазах. Джеймс понимал, что она хороший человек и отличный друг. И Северусу Снейпу повезло, что он живёт с ней по соседству.       Мародёры просидели вместе почти до вечера, пока их не разогнала мадам Помфри, опираясь на то, что их другу нужен отдых и покой. Ребята и в этот вечер сидели без Джеймса в гостиной своего факультета. Они сидели перед камином, продолжая чертить схему замка, и делая наброски Хогсмида, в который они отправятся в выходные.