Двенадцать лет, три месяца и двадцать восемь дней

Двенадцать лет, три месяца и двадцать восемь дней Я прячу правду от прохожих взглядов. Казалось раньше, большего не надо, Чем быть одним из многих обезличенных теней. Двенадцать лет, три месяца и двадцать семь ночей Одни и те же мне сюжеты снятся, Как серость заставляет сильных сдаться На милость беспристрастных повседневных палачей. Так много лет назад я был обычным, был как все - Как люди в скучных лицах и костюмах, В лишённых смысла офисах, что в тюрьмах. Я вяло бултыхался среди них в своей "мечте". Спроси меня сейчас, какой была моя мечта, Я верно не скажу, не вспомню даже. Но что-то с привкусом пластмассы с сажей Осядет на мгновенье на ссутуленных плечах. Двенадцать лет, двенадцать лет не верю серой лжи. Её уют до тошноты мне пресен, Не опечалившись, не станешь весел, А без любви, без радости - зачем тогда нам жить? Двенадцать лет назад в мой монохромный блеклый мир, Как вихрь, ворвалась пёстрая девчонка, Со смехом, словно радужным осколком, Что раз и навсегда собою белый преломил. C тех пор и ныне в поисках лекарства От серости, уныния, несчастья По свету странствуем, ловя моменты, Когда столкнутся вместе элементы, Найдётся формула средь многих истин, На место переменных станут числа, Загадка разрешится, круг замкнётся, И засияет солнце, дождь прольётся, Окрасив небо сотнями цветов, Освобождая серых от оков.