За гранью возможного

POV Макс       — Интересно, что будет, если я усну здесь?.. — вслух подумал я, принимаясь перебирать и сжимать выгоревшие пряди, бережно поглаживая мужчину по спине и иногда судорожно сжимая худое плечо.       — Я не хочу проверять прямо сейчас, — покачал головой пленник мира, жадно кусая в основание плеча.       Он больше не торопился, да, но даже нежные, невесомые ласки порой заставляли едва ли не скулить — как сейчас, когда этот садист с нажимом провел пальцами по ложбинке между ягодицами, заставив меня резко выгнуться и едва ли не задохнуться от пронзившего тела удовольствия.       — Даже так? — он снова улыбается, нарочно царапая короткими ногтями чувствительное место. Когда же эта смущающая усмешка сойдет с твоих губ?! Почему целуя, лаская, даря невиданное ранее удовольствие, ты, Великий магистр, насмехаешься надо мной?       — Я что-то делаю не так? Почему ты смеешься? — всхлипнул с явной обидой в голосе я, заглядывая в как-то тепло, сочувственно сверкнувшие глаза. POV Лойсо       — Если не буду смеяться, умру от умиления и не смогу довести дело до конца, — хмыкнул я, невольно снова изгибая губы, замечая, как при этом дрогнули твои плечи и обиженно сжались губы. Какой я идиот, однако!       — Я слишком долго жил и перенес столько боли, что, если бы не смеялся, наверняка потерял бы себя, моя нежная фиалка, — пояснил, трепетно касаясь губами твоего лба, прося прощения. — Я смеюсь не над тобой, а над всем, что происходит, и только для того, чтобы судьбе надоело пытаться сломать меня. И ты сейчас здесь, в моих объятиях, моей власти. Сдается мне, мой метод принес первые, самые сладкие плоды, — огладив твою талию и бедра, затаив дыхание, коснулся сжатого колечка мышц, все так же внимательно отслеживая твою реакцию. Снова сжался, задрожал, закрыл глаза. Вот уж не ожидал, что с тобой придется быть настолько нежным! Куда делись мои мечты сделать это все жестко и безэмоционально?       — Спокойно, Макс, спокойно. Все будет приятно и не больно, обещаю. Я слишком стар и опытен, чтобы по своей глупости причинять боль таким чувствительным мальчикам, — укоризненно цокнул языком я, возвращаясь к уже более настойчивым поглаживаниям, проходясь легкими поцелуями по груди и нежной шейке, помогая снова расслабиться. Больно не будет, я не лгал — спасибо специальной мази, а будет очень приятно — спасибо мне и твоему очаровательному румянцу, не дающему сорваться и сделать что-то слишком поспешно. End POV Лойсо — POV Макс       Сдержав порыв врезать тебе, доказав тем самым всю абсурдность твоей повадки обзывать меня всякими ванильными словосочетаниями, я послушно расслабился под невесомыми ласками, мысленно смирившись с грядущей утерей анальной девственности. Один раз не…       Впрочем, если этот один раз — с тобой, то вряд ли именно «один раз». Очень вряд ли, потому что я — нежная фиалка, чувствительный мальчик, сладкий плод, в глубине души готов зваться хоть принцессой, если получу за это хотя бы один поцелуй, потому что слишком приятно и хорошо в твоих объятиях, потому что все тело уже горит от желания получить еще больше, и я не верю в то, что одного раза хватит, чтобы потушить этот огонь, распаляющийся сильнее с каждым твоим прикосновением.       Неожиданный всплеск удовольствия, ощущение чего-то скользкого и теплого внутри, не сопровождавшееся, тем не менее, ни болью, ни дискомфортом. Даже как-то мало. И это все, что ли? Господа, это величайший облом века, если так!       Видимо, на моем лице было написано все и с подробностями — во всяком случае, Великий магистр изволил расхохотаться, уткнувшись в мое плечо и молча потереться пахом о мое бедро, намекая, что внутри меня несколько не то, о чем я подумал. Мне оставалось только покраснеть и молча развести руками — мол, молодо-зелено, опыта нема, больше не ошибусь.       — Я, конечно, ожидал, что это будет весело, но не настолько же! — отсмеявшись, добавил Лойсо, спокойно перехватывая мою руку за запястье и поднося сначала к своим губам, целуя в центр ладони, а затем перенося на что-то горячее, твердое и…       — Можешь убедиться — у меня все далеко не так плохо, как ты подумал, — ехидно заметил блондин, между тем продолжая необходимую, как я теперь понимал, растяжку, любезно отвлекая меня новыми укусами и поцелуями в шею, вылизыванием и посасыванием тонкой кожи запястий, даже парой откровенно нежных поцелуев — во время одного из таких я ощутил неожиданную пустоту и не сразу заметил, что инстинктивно развел ноги, полностью раскрываясь и подаваясь бедрами вперед, чуть их приподнимая. Зато это не укрылось от взгляда моего новоиспеченного любовника.       Я был тут же награжден ласковым укусом в шею и резким, грубым толчком, заставившим изумленно всхлипнуть и тут же застонать от удовольствия уже громко, открыто, наплевав на собственное смущение благодаря распирающему изнутри влажному жару, от которого моментально поплыло в голове. Кажется, я кричал что-то — во всяком случае, беззвучный смех Лойсо сопроводила его же Безмолвная речь: «Не так громко, сэр скромник, я тоже тебя люблю, но ты же не хочешь завтра разговаривать исключительно шепотом?».       Я подумал и решил, что хочу, чем, кажется, только порадовал магистра. POV Лойсо       Неожиданно сорвавшиеся с твоих губ слова любви вперемешку со стонами одновременно раззадорили и наполнили нежностью, поэтому перед тем, как начать двигаться быстро и грубо, закинув твои ноги себе на плечи, я втянул тебя в долгий поцелуй, пьянея от сладких стонов и медленно, ритмично двигаясь, давая тебе время немного привыкнуть, и лишь когда ты в первый раз двинул бедрами навстречу, счел возможным дать себе волю. Осторожно разместив твои ноги на своих плечах и цепко удерживая лодыжки, я прикрыл глаза, отпуская самоконтроль и с головой ныряя в омут жара, сладких стонов, криков, всхлипов, собственного хрипловатого рычания и жестких толчков, на которые ты охотно отзывался встречными движениями бедер. Такой нежный, скромный, но с таким удовольствием позволяешь вбиваться в не тронутое ранее никем тело, что начинает казаться, будто где-то там, в глубине души ты представлял себе это, поспешно, впрочем, заставляя себя подавить кажущиеся неправильными желания…       «Надеюсь, теперь ты понял, что в этом нет ничего страшного и противного?» — мысленно поинтересовался я, покрывая поцелуями чуть дрожащую ногу. End POV Лойсо — POV Макс       — От… отста-ань… — простонал, не в силах воспользоваться Безмолвной речью, и в обычные-то моменты дающейся непросто, а уж сейчас, когда все мысли в голове только о том, как же это все круто, и подавно.       В знак извинения за, возможно, грубый ответ, я потянулся рукой к твоему лицу, и, дождавшись, пока ты наклонишься, погладил по щеке, улыбаясь, и, подумав, поцеловал кончики своих пальцев, после чего коснулся ими твоих губ, как бы передавая поцелуй, тут же снова расслабляясь, краем глаза замечая недоуменно-счастливое выражение лица и немного удивляясь этому, однако решая разобраться во всем позже и вновь утопая в приятных ощущениях и неге.       Из сладкого забвения меня вывела неожиданная судорога, настолько приятная и томная, что я протяжно застонал, лишь спустя пару секунд ощущая на себе теплые капли своего же семени, а потом разбирая твой едва слышимый стон, невероятно нежный и легкий, окутывающий с ног до головы чем-то теплым, пряным и бархатно-мягким, а изнутри — чем-то влажным, горячим, пошло хлюпающим при постепенно замедляющихся движениях.       Затем резко вернувшийся жар этого места одним прицельным ударом вырубил и так не особенно соображающего меня, и я уснул, чувствуя, как меня пытаются прикрыть от палящего солнца чем-то теплым и ароматным, пусть и довольно тяжелым. Возможно, это магистр решил таким образом меня удержать около себя?..