Тэмпора мутантур

Снейп таки уполз. Но не куда-нибудь в Гонолулу, а прямиком в Мракоборческий центр. И хоть бы кто предупредил! Сердце Гарри ёкнуло при виде незабвенной черной мантии, развевающейся от стремительной походки, а всё дальнейшее до такой степени напомнило Хогвартс, ещё до всего, что Гарри бросило в пот; в висках запульсировало, а к горлу подкрался комок. Открыв журнал, профессор начал знакомство со слушателями, но добравшись до фамилии Поттер, прекратил перекличку и оглядел аудиторию. Холодный взгляд тёмных глаз остановился на Гарри. — О-о-о... — протянул Снейп. — Наша знаменитость... Его голос отдавал знакомым ехидством. Будто и не было никакого Волдеморта. И победы, к которой он, Гарри, имел самое непосредственное отношение, тоже не было. — Прошу на помост, мистер Поттер, — продолжал Снейп приказным тоном. — Я собираюсь продемонстрировать собравшимся ваше самое уязвимое место. Прозвучало угрожающе, но разве Гарри когда-нибудь отступал перед угрозами? Волшебные палочки взметнулись, Снейп ожидаемо оказался быстрее, а вот применённое им заклинание стало для Гарри полнейшей неожиданностью. — Ассио очки Поттера! Предательски сорвавшись с ушей, очки полетели по воздуху и мгновенье спустя со звоном разбились о каменный пол. — Какая неприятность, — сказал Снейп, глядя на осколки знаменитых поттеровских «велосипедов» — с притворным, как показалось, удивлением и плохо скрываемым злорадством. Но и это был не конец. Пока Гарри, не ожидавший ничего подобного, хлопал ресницами, бывший двойной агент наколдовал Патронус с издевательским посланием: — Заберите Поттера, мисс Грейнджер. Без вас он, похоже, и шагу сделать не может. * * * Гарри трясло от негодования. — …А ещё Снейп будет преподавать и сами Тёмные Искусства, и ЗОТИ, и зельеварение! — Профессор Снейп это сделает лучше любого другого. И он кругом прав, — твердо возразила Гермиона. — Тебе давным-давно следовало проверить зрение и заказать новые очки. — Да я и собирался, — огрызнулся Гарри, хотя понимал, что врёт. Фиг бы он выбрался в эту… оптику. Подумаешь, очки! А оно вон как выходит… — Всё равно Снейп — змей. Обыкновенный ползучий, — он продолжал бухтеть, изливая душу. Небось, Снейп считает, что можно и нужно драть и драть, невзирая на личности? Подумаешь, какой-то там Гарри Поттер! Ну да, наверное. Давно следовало обезопасить очки от «Ассио». Знать бы ещё — чем именно? Но расспрашивать об этом Гермиону язык не поворачивался. Получалось, что неубиваемый профессор кругом прав: без неё он — никто, и зовут его… …А это завтра сообщат. Можно не сомневаться: парни оторвутся вовсю! Не каждый день девушки утаскивают курсантов аврората, как беспомощных младенцев. Будешь тут не беспомощным, когда в глазах всё расплывается! Гарри разбирала злость, но признать свои ошибки не давало самолюбие, и потому он упрямо продолжал чернить Снейпа. — Хватит, — потеряла терпение Гермиона. — Напустил мути, точно убегающий осьминог. Не знаю, как профессору Снейпу, а мне пора. — Куда? — вскинулся Гарри. — На чистую воду! Пока он переваривал её язвительный тон, Гермиона поднялась с места и ушла не оглянувшись. Однако вернулась, и довольно быстро. Он даже не успел высказать сам себе всё, что о себе же и думал, и только-только начал настраиваться на мирный лад. — Держи, — Гермиона протянула ему новёхонький кожаный футляр. — Летом у меня не было возможности отправить сову, так что это мой тебе подарок. — Ух ты! — воскликнул Гарри, доставая очки в светлой прямоугольной оправе. В очках он чувствовал себя человеком. Не то что без них! — Спасибо, Герми… — начал он, желая поблагодарить подругу за заботу, но, подняв глаза, осёкся на полуслове. Перед ним стояла темнокожая девушка. С полноватыми — ну самую чуточку — губами. С упругими, как пружинки, кудряшками. С огромными карими глазами на смуглом лице, глядящими на него тепло и лукаво. — Тебе идёт, — восхитился Гарри. — В смысле? — Классно, говорю, выглядишь, — уточнил он. — Как шоколадка. Смотри, кто-нибудь захочет съесть! Но Гермиона смотрела на него с возрастающим недоумением. Гарри заподозрил, что комплимент не сработал, и решился выразиться яснее: — В смысле, идёт быть чёрненькой. В трансфигурации, небось, упражнялась? Ну, до того, как пришлось всё бросить и меня выручать. Он надеялся, что хотя бы на этот раз попал в точку, но, не найдя в лице Гермионы ничего, кроме непонимания, спросил напрямик: — Ерунду ляпнул, да? — Я всегда была такой, Гарри! — Какой «такой»? — Чёрненькой, то есть афро. — Шутишь? Тут можно было б много чего наговорить, но Гарри удалось придержать язык. Врёт ведь, и не краснеет! А раньше краснела. Раньше, между прочим, и румянцем заливалась, и бледнела, и с синяком ходила, и… Да разве всё упомнишь? — Знаешь, Гермиона… Может, ты и была когда-то афро… Перед третьим курсом, к примеру, — не без ехидцы уточнил Гарри. — Пережарилась на солнышке, и готово дело. Так я тоже так могу. — Перед третьим курсом, говоришь? — Гермиона нахмурилась и в задумчивости закусила губу. — А твои «велосипеды» на тот момент были целы? — Не понял… «Велосипеды» мои, выходит, во всём виноваты?! Гарри не знал, смеяться ему или... как? Верить Гермионе или подозревать её в розыгрыше? Она вроде бы не шутила, и глаза оставались серьёзными, но в голове у него не сходилось. Как можно дружить с девчонкой семь лет, а потом вдруг обнаружить, что она не такая? И не просто «не такая», а потрясающе симпатичная! Права, права Рита Скитер, не так давно разродившаяся новой большой статьёй о «жизненном пути героя»: Гарри нравились девчонки с яркой экзотической внешностью. * * * Конечно, не мешало разузнать, что всё-таки за дурацкая подстава с очками. И пожать руку Снейпу — за то, что раскрыл глаза! Но и то, и другое могло подождать до завтра. Сейчас у Гарри были дела понасущнее. — Гермиона… — начал он с широкой — до ушей — улыбкой, — а что ты делаешь сегодня вечером? — Встречаюсь с Роном. — В «Трёх метлах»? — уточнил Гарри. Гермиона кивнула, и он, деловито потирая ладони, сообщил: — Отлично, я тоже буду! — Рон будет против, — хмыкнула в ответ Гермиона. — Я так думаю. Гарри только подмигнул: — Значит, его мы вычёркиваем! — Это ещё кто кого вычеркнет! Он же тебе в лоб даст, Гарри! — Гермиона не то предупреждала, не то издевалась. — Да ну?.. — деланно изумился Гарри. — Значит, мы придём вдвоём. Я и моя волшебная палочка. — Вот как?! Рон на тебя с кулаками, а ты на него — с палочкой? — А в любви и на войне все средства хороши! — Прям-таки в любви? — настойчиво, словно не расслышав, переспросила Гермиона. В ответ на уверенный кивок Гарри она небрежно обронила: — Что ж, приходи! Посмотрим, на что вы способны: ты и твоя палочка. Тряхнула кудряшками и, развернувшись на каблучках, зашагала по коридору. — Тэмпора мутантур... — обалдело подумал Гарри, глядя ей вслед и припоминая недавний урок латыни. Но тут же ущипнул себя за руку. Дабы удостовериться, что всё это происходит на самом деле, а не в чьей-то голове...