Не ищи своей смерти

— О, да, так… О-о… Еще… Мали, ты просто богиня! Девушка-вьетнамка по-английски не понимала, но неизменно вежливо улыбалась, и без того зная, что босс доволен ее умениями. — Итак, Руби, что за срочность такая, что ты осмелилась нарушить самое сокровенное действо? Кроули недовольно заворочался на кушетке и приподнялся, стряхивая с себя обволакивающее удовольствие от массажа и явно желая взглядом испепелить свою помощницу, для которой, к слову, закидоны и угрозы босса были, судя по всему, всего лишь пустыми обещаниями, ведь она на протяжении многих лет оставалась незаменимой — этим редко могли похвастаться те, кто работал на Алистера. Руби, тряхнув длинными волосами, изящно опустилась в кресло и открыла свой блокнот с записями: — Вам по пунктам или все сразу? — Начни с хороших новостей, — Кроули, обернув полотенце вокруг бедер, сидел на кушетке, пытаясь снова расслабиться под умелыми руками массажистки, которую никогда не смущало ни настроение босса, ни его положение в пространстве. Она просто делала свою работу. — Откровенно говоря, хороших новостей нет, — Руби изучающе покосилась на Алистера — тот слегка нахмурился, — и продолжила, — по нашей последней информации четыре дня назад в Чикаго прилетел Новак. Конечно, инкогнито, но уж наша сеть работает прекрасно. — Четыре дня? А я только сейчас узнаю! Опять этот пернатый на мою голову. Серьезно, он докучает мне больше, чем голуби, что гадят на мою машину. И что он тут забыл? Он с частным визитом? — Нет. Но, что странно, он не был в НЦБ — он был в полицейском управлении. И, судя по всему, беседовал с Сингером и Винчестером. — Что? С Винчестером? Не может быть! — Кроули встал с кушетки и принялся одеваться, расхаживая по комнате и ничуть не смущаясь своей помощницы, — он же ведь… — Не с Джоном. С его сыном, с Дином. Тоже, к слову, тот еще проныра. На его счету всего пять нераскрытых дел, но они еще не закрыты, он работает над ними, и… — Так, ладно, — Кроули, как обычно, перебил Руби, но она даже бровью не повела — за столько лет кто угодно бы привык к поведению босса, да и, кажется, свою задачу она выполнила — информацию передала, — посмотрим, что за альбатрос этот Винчестер. Мали, иди, — массажистка, отреагировав на взмах руки, поклонилась и вышла, — а ты передай Азазелю, чтобы связался с Чарли — пусть разберется с этой проблемой, если уж Новаку так неймется и пугалок в Европе ему было мало. Будем устранять. — Но… хозяин, он же из Интерпола, — Руби растерянно взглянула на босса, — вы же не хотели связываться с их ребятами, насколько я помню. — Да знаю я, — Кроули раздраженно потер затылок, — но что поделать? Не могу я позволить этому голубю и дальше гадить на моем пути. Ты и без меня знаешь, сколько дел он нам сорвал в свое время, так что если он приехал сюда за мной, обратно его увезут в гробу, не иначе, а Винчестера ждет участь его папаши. У тебя все? — Алистер достал сигареты и закурил прямо в комнате. — Да, это все. Будут какие-то распоряжения? — Руби встала с кресла и, приблизившись к боссу, поправила его галстук, который он на нервной почве не очень ровно завязал. — Пожалуй, нет. У меня сейчас встреча с Романом, надеюсь, ты все подготовила по высшему разряду? Не хотелось бы ударить в грязь лицом, ведь сегодня я планирую его дожать окончательно, — Кроули несильно сжал плечи Руби, мягко намекая о последствиях, если вдруг что-то сорвется. — Обижаете, хозяин, — Руби надула губки, но возмутиться не успела — зазвонил телефон. — Я сам, — Кроули царственным жестом отправил помощницу и взялся за трубку. — И, Руби, проверь наших гостей и подготовь мне списки кандидатов на замену. Руби, кивнув, удалилась, оставив босса одного. Кроули нетерпеливо ответил на звонок: — Слушаю. Да, Гадриэль. Нет, я же сказал, что сроки критичны. Да чтоб тебя, чертов колумбиец! Я тебе четко обозначил, что до конца месяца все должно быть сделано! — Алистер секунда за секундой выходил из себя и повышал голос. — Если ты не выполнишь условия сделки, я обещаю, я придумаю тебе персональный набор пыток, и висеть на крюках ты у меня будешь две недели! И под конец, — тут его голос опустился до зловещего шепота, — я сожру твое никчемное сердце у тебя на глазах, а из твоих бесполезных мозгов сделаю настойку! Понял меня? — Кхм, хозяин… — разошедшийся Кроули не заметил, как вошел Азазель. — Мистер Роман уже ждет вас. Кроули махнул рукой и вернулся к разговору, продолжив уже спокойным тоном: — Ладно, Джеймс, надеюсь, мы поняли друг друга. Не скучай, — положив трубку, Алистер обратился к своему служащему, — надеюсь, мистер Роман не заскучал. Спасибо, что напомнил. Азазель учтиво кивнул, а Кроули поспешил в свой кабинет — все-таки заставлять ждать такую важную персону как Ричард Роман чревато последствиями. Улыбнувшись самой очаровательной и, вместе с тем, самой кровожадной из своих улыбок, Кроули сразу же приветственно распахнул объятия, но Роман ограничился лишь тем, что протянул ладонь для рукопожатия, обозначив свою позицию еще не полностью уступившего человека. — Ричард, я бесконечно рад вас видеть, — он решил сделать вид, что не заметил скрытой неприязни в партнере. — Прошу простить мою небольшую задержку, но вы и сами знаете: бизнес никогда не стоит на месте и его нужно постоянно контролировать, — Кроули солнцем сиял, никак не выражая того, что протянутую руку ему хотелось вырвать из плеча и воткнуть в ближайшую вазу. Впрочем, приложив титанические усилия Алистер сдержал свои порывы. — Хотел бы я вам сказать то же самое, Алистер. Мы с вами уже в который раз встречаемся и все не можем прийти к консенсусу. И, как вы знаете, бизнес это время, а время — деньги, — Роман широко улыбнулся, ощущая себя хозяином положения. Он уже несколько раз отклонял предложения о сотрудничестве лишь за тем, чтобы набить себе цену. И полагал, что Кроули не догадывается об этом. Но Алистер Кроули хоть и выглядел безобидно, не смог бы сделать себе имени в определенных кругах, если бы на самом деле был простачком и не мог видеть действия других на пару-тройку шагов вперед. Он знал, какие условия нужно предложить Роману, чтобы тот с восторгом на них согласился и в то же время попался бы на крючок пожизненной кабалы. Кроули ликовал в глубине своей темной души, если, конечно, она у него была, однако внешне выглядел как проштрафившийся школьник. Ну, если бы школьники носили такую густую бороду и дорогие костюмы. — Мистер Роман, не будем же о грустном. Позвольте, я угощу вас кое-чем из своей коллекции, — Алистер не в первый раз наливал Роману дорогущий виски, но тот как будто не был человеком и так и не оценил всю щедрость Кроули и знаки его особого расположения. Разлив по стаканам виски, Кроули поставил один перед Ричардом и продолжил: — Итак, собственно, я буду краток как никогда. Я предлагаю вам сорок процентов от сделки. Надеюсь, мое предложение кажется вам достаточно щедрым, Ричард? Роман расплылся в довольной улыбке и сделал жадный глоток: — Вполне. И прошу, Алистер, зовите меня Дик, — обещанный процент моментально сделал Ричарда добродушным и своим в доску парнем. — Пожалуй, за последнее время это было самое выгодно соглашение. Кстати, я слышал о некотором вашем участии в небезызвестной акции в Лос-Анджелесе. Не поделитесь подробностями? Кроули усмехнулся: рыбка заглотнула наживку. — Право, Дик, это такие пустяки, что даже не стоят того, чтобы о них упоминать, — Алистер сел в кресло напротив Романа. — Лучше подскажите мне, что вам известно о шефе полиции Сингере? — Хм. Роберт славится принципиальностью, порядочностью, неподкупностью и драконовскими порядками, но высшее руководство от него в восторге, как, в прочем, и почти все подчиненные? А что, у вас возникли с ним какие-то проблемы? — Ричард заметно напрягся — ему не хотелось, чтобы его имя было связано с темными делишками, несмотря на то, что как раз темные делишки и были основной сферой его деятельности. — О, нет, что вы. Все прекрасно, — Кроули сделал пару глотков виски, чтобы спрятать лицо. Не то что бы он боялся, что Роман уличит его во лжи, скорее, боялся рассмеяться глядя на такого мнительного и щепетильного теперь уже партнера по бизнесу. — Я решил, что обитаю в Чикаго достаточно долго, и пора бы расширять круг знакомств. — Поверьте, наладить связи с Бобби Сингером не такое уж легкое дело. Особенно если вдруг у него или его парней на вас что-то нарыто, — Ричард хмыкнул. — Даже я до сих пор не смог к нему подобраться — он как-то несколько лет назад засадил пару моих ребят. Они, конечно, сами виноваты. И с тех пор Сингер косо на меня поглядывает. — Да ну, что у них может быть на такого скромного прачечного магната как я? — Кроули рассмеялся. — Разве что их не устроило качество стирки? В любом случае, я признателен вам, Дик, с вами приятно иметь дело. Мои юристы подготовят договор в ближайшее время и передадут в ваш офис. А сейчас, — Алистер допил остатки виски, — прошу меня простить, но дела-дела-дела. Без них никуда. Выпроводив Романа из кабинета и сплавив его на поруки Руби, Кроули потер щеки, разминая лицо и челюсть — за те полчаса, что он ублажал Ричарда доброжелательностью, улыбка настолько прилипла к его лицу, что затекли мышцы. Разобравшись с несговорчивым Романом, Алистер почувствовал себя куда лучше. Теперь он сможет отыграться на этом заносчивом снобе по полной. А пока можно было заняться другими насущными делами, например, Новаком. И заодно спустить пар, заглянув в подвал — излишняя доброжелательность всегда делала его крайне раздражительным и нервным. А что может быть лучше, кроме как попинать «грушу»? «Раз, два, три, четыре, пять. Алистер идет искать.»