Переосмыслить всё...

      Я иду по мосту. Легкий ветерок играет с прядями моих волос. Кончики пальцев дотрагиваются до измотанных временем перил. Машины, как и люди, несутся куда-то в даль по своим делам. Им теперь нет дела ни до когда-то существовавших Голодных игр, до тех людей, что отдали свои жизни ради веселья остальных, до меня... Собственно, для меня это и к лучшему. В уголках глаз уже начинают скапливаться слёзы. Да, игры сломали меня, и я могу об этом кричать на всю улицу, только все равно никто не услышит. Огненную Китнисс давно облили ледяной водой.       А я все иду вдоль моста, убирая слезинки с щёк. Мой внутренний голос кричит. Кричит от боли и сомнения. Я смотрю вниз, голова кружится от такой высоты. Шум реки отдается в ушах гулким эхом. Мир будто отходит на задний план. Я пытаюсь себя заставить сделать это, но не могу. Закрываю глаза. Передо мной проносится вся моя короткая никчемная жизнь. Голод, Мальчик с хлебом. Вспоминаю, как мама сказала, что у меня будет маленький братик или сестренка, а я тогда ещё весь день носилась по дому как ненормальная. Улыбаюсь и плачу одновременно. У меня ведь были прекрасные моменты в жизни, но почему все пошло не так? Игры.Именно они разрушили мой мир. А теперь мне страшно. Страшно просыпаться каждое утро от своего крика. Страшно за своего ребёнка. Страшно нести это клеймо Сойки до конца своей жизни.       Так, Китнисс. Ты уже давно всё решила. Не стоит оборачиваться назад. Ведь придется вновь вернуться на арену кошмаров. Один прыжок. Всего лишь один прыжок заставит на вечно забыть тебя об этом. Неужели ты на это не способна?!       Всё. Медлить нельзя. Вытираю слезы. Цепляюсь за перила, перебрасываю свое тело через них. Ещё один рывок и я... свободна.       И ни один человек даже не обратил внимания, что я стою тут и за считанные секунды меня больше может не стать. И вправду, кому я нужна-то? Оборачиваю голову назад и вижу позади себя Прим. Она как-то недоверчиво протягивает мне руку. На её глазах... слёзы? Малышка, не плачь. Мы скоро будем вместе. Я улыбаюсь. Разжимаю руки и лечу вниз.

***

      Я уже готова почувствовать оглушительную боль и навсегда уйти из этого мира. Но что-то не так. Я ничего не чувствую. Почти ничего. Открываю глаза и понимаю, что вешу над рекой. Запястье ужасно ломит. Смотрю на верх и вижу там того, кого меньше всего сейчас ожидала увидеть. Пит. Как он меня нашел? И главное зачем? Мой мальчик пытается вытащить меня, и, скажу я вам, у него это неплохо получается. К нему на помощь подбежали ещё несколько парней, но я даже не видела их лиц. Слёзы снова взяли верх.       Спустя какое-то время меня всё же вытащили. Я без сил упала коленями на асфальт. Солёные капельки одна за другой катились по моим ладоням, которые закрывали глаза. Пит сел сзади и приобнял меня. - Глупенькая, - прошептал он мне на ухо. - Зачем ты так? Мы справимся, слышишь? У нас все будет хорошо, - его голос сильно дрожал. Молодец, Китнисс, причинила боль ещё одному важному для тебя человеку.       Из-за этого мне стало ещё хуже. Силы покидали меня с каждой секундой. Я погрузилась в темную пелену.

***

      Голова и низ живота ужасно болели. Нет... Только не это. Я с трудом разлепила глаза. Зрение никак не могло сфокусироваться, но я уже слышала родной мамин голос и Пита. Что я натворила... Я никогда себя не прощу.       Я попыталась сесть, но боль в голове только сильнее напомнила о себе, из-за чего из моих губ невольно вырвался стон. Похоже, все заметили, что я пришла пришла в себя. Ненавижу себя снова. - Хей, как ты? - прошептал Пит.       Я закрыла глаза, чтобы не расплакаться, не в силах что-либо ответить.       Собравшись с силами, я всё же решилась задать вопрос, который беспокоил меня больше всего: - Мам, что с ним? - Всё в порядке, - у меня как камень с души свалился после этих слов. - Береги себя. Тебе нельзя так много нервничать. В следующий раз можем и не спасти. - Пит... - прохрипела я, но не успела закончить, так как Пит понял меня с полуслова. - Я знаю. Я всё знаю. Мы справимся, поверь мне.       От этих слов мне и впрямь стало легче. Я и не заметила, как погрузилась в царство Морфея, в котором больше не было тех кошмаров. Или всё же... Вдох, выдох...