Mint chocolate

— Привет, ты новенький? — Юнги подсел к парню и очаровательно улыбнулся. — Привет, — парень оторвался от телефона, — меня зовут Чимин. Он мило улыбнулся и протянул руку альфе. Его глаза были большими и радостно светились, а голос был нежным и одновременно звонким. Юнги уже начал представлять, как омега стонет его имя, как просит трахать его глубже. Обычно Юнги не пожимает руку омегам, но этот парень сбил его с толку. Кожа Чимина на ощупь мягкая, а руки теплые. Его прикосновение показалось альфе приятным. Но, поймав себя на этой мысли, Мин отпустил руку. — А я Юнги, — ответил он, смотря парню в глаза. Обычно от этого взгляда омеги начинают сходить с ума. Юнги хорошо знает свои возможности и как управлять своим телом и лицом, поэтому развести омегу на секс никогда не доставляло ему трудностей. Но этот парень, Чимин, он не взволнован, не трется от желания, он- дружелюбен. Мило, немного наивно, но дружелюбен и открыт. Это немного насторожило Юнги. У него никогда не было таких ситуаций, не считая Тэхёна, а этот парень заставляет его волноваться. «Может, это потому что он новенький и не хочет показать всей школе, чего ему хочется?», подумал альфа. Но парень был слишком соблазнительным и Юнги решил рискнуть. — Не хочешь прогуляться сегодня после школы? — раньше он не делал подобных предложений, поэтому еле выдавил слова из себя. Чимин отвел взгляд и покраснел. Не такого он ожидал от первого дня в школе. В своем бывшем учебном заведении он считался неприметным мальчиком. Никто и никогда, тем более такой сильный и, чего уж там скрывать, красивый, альфа не обращал на него внимания. И его это устраивало. Чимин не хотел просто трахаться с альфами, как остальные. Он поднял глаза на парня, а потом опять отвернулся. От ожидания Юнги начало переполнять раздражение. Он адски хотел этого парня, но тот все молчал. Любая другая омега уже упала бы в обморок, услышав от него такое. Но Мин пытался улыбаться и оставаться спокойным. — Ну, ладно, — пролепетал Чимин. Он подумал, что было бы неплохо завести друзей. Может здешние альфы не такие козлы, как в его прошлой школе. — Отлично, — напряжение, сковывающее грудь, отпустило, и Юнги стал чувствовать себя лучше, — тогда жди меня здесь после уроков. Чимин кивнул альфе, поднялся с лавки и быстро пошел ко входу в школу. Юнги наблюдал за ним, пока тот не скрылся за стеклянными дверями. Никакая омега не вызывала у него таких чувств. В голове Мина даже пролетела мысль, что этот парнишка может понравиться ему не только как игрушка на одну ночь. Он откинулся на спинку лавки и закрыл глаза. Ему очень хорошо дается лицемерие, делать милый видок, чтобы омега текла, никогда не составляло труда, но на Чимина это, кажется, не очень подействовало. Он задавался вопросом: «А стоит ли подпускать его ближе?». «Но ты же сам хотел азарта», выдало его подсознание, и Мин засмеялся. Он не думал, что нужно будет прилагать какие-то усилия. Но он готов принять этот вызов и обязательно переспит с Чимом. Услышав звонок, Мин тоже пошел на урок. Уроки для Юнги пролетели незаметно. Он все так же летал в облаках, раздумывая, каким приятным будет омега. Чимин же ужасно волновался, потому что не знал, как правильно вести себя с альфами. Он стоял у той самой скамьи и думал, сбежать ему или нет. Может, если он тихо уйдет, Юнги даже не заметит. А если заметит? Тогда позора не оберешься. Поэтому омега остался стоять на месте. Рюкзак у него был легким, так как он вернул одолженную книгу тому дружелюбному альфе. Вроде бы его зовут Чонгук. Если здесь все альфы такие, то, может, все будет хорошо. Юнги вышел из школы и издалека заметил, как нервничает омега, ожидая его. Альфа улыбнулся про себя.«Не все потеряно», подумал он и подошел к Чимину. — Ты голоден? — включил заботу Мин. — Эм… — Чим замялся. Он был очень голоден, ведь весь его завтрак состоял из чашки кофе. — Пожалуй, было бы неплохо поесть. Омега пытался скрыть свое волнение, но Юнги все же его заметил. Ему нравилось то, как омега прячет глаза, как старается не идти слишком близко к нему, как краснеет, когда альфа задает ему вопросы. Он делал это нарочно, чтобы понаблюдать, как Чимин краснеет и запинается, постоянно облизывая пухлые губы. Эта его неловкость очень возбуждала Юнги. Тот просто хотел свернуть за угол и засадить Паку по самые гланды, но альфа побоялся спугнуть парня, решив подождать до вечера. Купив еды, Пак и Мин сели на небольшой открытой террасе возле кафе. Чим был очень голоден и начал есть первым. Юнги пристально наблюдал за ним. Каждое движение омеги, пускай и невинное, отзывалось внутри альфы покалывающими внизу живота язычками пламени. То, как он ел, как облизывал запачканные в соусе пальцы, как вытирал салфеткой свои губы… Ох, Юнги был готов взорваться. Мин начал расспрашивать Чима о его прошлом, чтобы хоть как-то отвлечься от грязных мыслей. Напряжение между ними начало угасать, и Чимин стал беззаботно рассказывать о своей жизни, смеяться и шутить. Юнги не сводил с него глаз. Ему казалось, что милее этого парня нет никого на свете. На миг в голове даже промелькнуло слово «забота». Но он здесь не для этого. Этот омега должен быть его. Принадлежать? Может быть. Чимину тоже начал нравиться Юнги. Хоть большую часть времени тот молчал и только иногда кивал. Пак украдкой ловил взгляды альфы, пытаясь разглядеть в его глазах какие-то чувства. Ему казалось, что Юнги хороший, и что, возможно, они будут дружить. Парень подумал, что с таким альфой ему не будет грозить опасность, и он начал чувствовать себя увереннее. — А что насчет тебя? — спросил Чим, выдергивая Юнги из размышлений. — Что? Что ты хочешь услышать? — немного грубее, чем хотелось бы, спросил Мин. Юнги не любил рассказывать о себе, особенно о детстве. Его прошлое было непростым. Большинство думает, что он просто избалованный ребенок богатого папочки, но на самом деле это не так. И сейчас он не собирался ничего рассказывать, особенно Чимину, такому беззаботному. Он не хотел, чтобы после рассказа омега начал его жалеть и утешать. Юнги хотел было поменять тему, но слова слетели с губ Чимина быстрее молнии. — Расскажи мне о своем детстве, — Пак положил руки на стол и подпер ими подбородок в ожидании интересной истории, но реакция Юнги его поразила. Альфа резко сжал кулаки, будто был готов ударить собеседника, а по его скулах начали ходить желваки. Красивое лицо Мина исказила жестокая гримаса. Это напугало Чимина, и тот отвел взгляд, выпрямив спину и сложив руки на коленях.Паку захотелось провалиться сквозь землю. Ему стало страшно, что он разозлил альфу, и парень просто решил молчать, чтобы не сделать хуже. Внутри Юнги разгулялся целый ураган эмоций. Его переполнила злость, когда в голове начали всплывать картинки из его прошлого. Как пьяный отец бил его и папу, как этот мудак проиграл их дом в казино, как папа пыталась защитить его от тяжелых кулаков, принимая удары на себя, как ночью Юнги плакал, моля, чтобы все это закончилось. Сейчас вряд ли кто-нибудь поверил бы, что этот альфа умеет плакать. Он злился на Чимина, злился на себя, за то, что пошел с этим парнем. Он знал, что начнутся подобные разговоры, но просто послать мальчишку не мог. Юнги поднял тяжелый взгляд на омегу и тот быстро отвел глаза. Юнги хотел наказать его, наказать за столь неосторожные вопросы, за то, что он так мил, за то, что заставил чувствовать себя неуверенно, за то, как сильно он притягивает альфу к себе. — П-прости, — очень тихо произнес Чим, пытаясь хоть как-то загладить свою вину. От его взволнованного голоса по телу Юнги прокатилась волна тепла. Будто его разум только и ждал этого. Голос омеги был очень нежным, и помутнение, нашедшее на Юнги начало рассеиваться. Он увидел, как Пак нервничает из-за своего вопроса, и все, чего он сейчас хотел, это обнять его и сказать, что все нормально. Но так нельзя. У Чима было такое же желание, но он знал, что альфа этого не одобрит. Его разрывало на части. Пак чувствовал вину за то, что один неосторожный вопрос испортил все впечатление о нем. Омега смотрел на альфу. Его взгляд казался ему таким отстраненным. Чимин подумал, что сейчас Юнги прогонит его и больше никогда не посмотрит в его сторону. А в школе начнут над ним издеваться. От этой мысли его начало тошнить, и парень начал жалеть о том, что съел всю картошку. Юнги же ничего подобного не планировал. В нем боролось два зверя. Один выл от того какой этот омега милый и невинный, как не хочет причинить ему боль, как хочет защитить его от всего на свете. Другой же лез на стену, царапал грудную клетку, чтобы вырваться и наброситься на Чима. Чтобы жарко отыметь этого ничего не ожидающего, неуверенного и еще никем нетронутого омегу. — Я провожу тебя до дома, — сказал Юнги так, будто это была его обязанность.