Ответы

А тем временем Тирэн все никак не мог поверить, что Кисса вернулся. Живой, здоровый и не такой дикий, как был раньше. Парень, и правда, больше молчал и слушал, чем говорил. После того как Тир закутал обнаженного Киссу в теплый плед и усадил на диван, обнял, ничего не произошло. То есть он не отталкивал Тирэна, не убегал, а довольно жмурился и сидел тихо. И, похоже, балдел от происходящего. – Где ты был все это время? – спросил его Тир. – Мы с Миром так долго тебя искали, ждали, столько лет прошло… «Значит, если этот парень говорит про Имира, значит, он Тирэн», – подчеркнул нужное и важное для себя клон. Он ведь твердо решил играть роль Киссана и сделать все, чтобы его не разоблачили. Куда он пойдет без денег и одежды? Ведь даже не знает, куда попал. Что это за мир или планета, а самое главное, как сюда попал? – В лабораториях… – выбрал самый нейтральный ответ Снежок, найдя в памяти Ильи подтверждение, что он там тоже когда-то был. – Я не хочу об этом вспоминать… – Вот же… Этих танарцев я когда-нибудь самих засуну в лаборатории и буду проводить над ними опыты, пока они все до единого не сдохнут в адских муках. – И правильно, не вспоминай. Все позади, я больше никому не дам тебя в обиду. Ты ведь останешься со мной? – Да. Мне некуда идти. Только меня, наверное, ищут. – Не волнуйся, не найдут. Мы сможем хоть сейчас прыгнуть в корабль и улететь так далеко, как позволит нам вселенная. Вдвоем - только ты и я. И еще… Имир женился… – Счастья ему, – ответил клон и поискал в памяти то, что было у Ильи и Миром, чтобы не попасть в неловкое положение, ляпнув что-то не так. – Я это к тому, что вы с ним встречались перед твоим очередным похищением. И может, тебе больно об этом слышать, но ты должен об этом знать. – Все в порядке. Раз он счастлив, то кто я такой, чтобы мешать его счастью? Мы с тобой радоваться должны за него. – Вот и славно. Я к тому, что теперь ты можешь начать встречаться только со мной. Понимаю, что я не Имир, но все же… Ты дашь мне шанс? Станешь со мной встречаться? – Давай попробуем. Ты не подумай, что я такой ветреный: сегодня встречаюсь с одним из вас, а завтра с другим... У меня было время подумать, – Снежок старался выглядеть убедительным, сопоставляя воспоминания настоящего Ильи со своими словами и поступками. – В этом мире у меня есть только вы с братом, Слава да Юра. Но они далеко, а ты тут рядышком. Такой теплый и настоящий. Я устал, честно, устал. Бояться, убегать, попадать в неприятности, и тоже хочу немного тепла, заботы и любви. Вряд ли такое возможно… Меня ищут все, кому не лень… Но ты обещаешь, что будешь защищать, помогать во всем, даже готов ради меня бросить свою планету и улететь со мной?.. – Ты не ветреный, а испуганный, настрадавшийся котенок. Естественно, что ты хочешь немного тишины, покоя и счастья. Но прошлая жизнь дает о себе знать. Ты боишься, нет, тебя держат предрассудки прошлого, поэтому ты осторожничаешь, борешься сам с собой. Осторожно ступаешь, оглядываешься назад и боишься сделать шаг навстречу новым, до сих пор неизведанным отношениям с мужчиной. Я тебя понимаю и не тороплю. Смириться и сломать себя ой как не просто. Но в нашем мире все бисексуальны, пойми, тебя никто не осудит, не будет преследовать, и оскорблять за такие отношения. Здесь не ваша Земля… – Знаю. Поэтому и решился попробовать… С Миром у нас так и не было ничего… Я, если признаться честно, даже минет делать не умею. Вообще ничего не умею… – Глупый. Разве это важно? У нас вся жизнь впереди. Мы вместе научимся всему и не сразу, постепенно, осторожно… Главное, что ты будешь со мной, – попробовал успокоить испуганного и девственного котенка Тирэн. – Спасибо за твое терпение и понимание. Но я готов, правда, готов начать все с чистого листа с тобой. И не хочу больше возвращаться в лаборатории танарцев, – громко всхлипнул клон и разрыдался, вспоминая свою жизнь подопытной крысы и боясь, что выдал себя с потрохами, согласившись спать с мужчиной, что противоречило моральным принципам настоящего Ильи. Выдал себя тем, что прямо признался, что хочет использовать Тирэна, его защиту и любовь к настоящему котенку для себя такой ценой. Но у него не было другого выхода, и, осознав это, он разрыдался еще громче. Признаться, что не Илья, а его клон, тоже не мог. Неизвестно, как отреагирует Тир на такое признание и что сделает с самозванцем, посягнувшим на его чистые чувства к иномирцу. Даже подумать боялся, что произойдет, если правда выплывет наружу… Тирэн был так счастлив ответом Ильи, что мало на что обращал внимание и тем более на такие тонкости и несоответствия в поведении любимого. В тот момент он просто решил, что парень сдался и принял их мир и самого себя таким, каким есть. Осознал свою бисексуальность, и это осознание далось ему нелегко. Ведь прошлая жизнь землянина выжгла как клеймо в душе прежние предрассудки, одурманив разум, и внутри теперь всё заживало долго и медленно, даже в другом мире не хотело уйти и отпустить. – Я счастлив. И сделал меня счастливым ты. Все остальное не важно. Главное, мы теперь вместе, – ответил лже-любимому Тирэн и осторожно поцеловал, нежно и аккуратно прижав к себе. Не торопясь и сдерживая свою страсть, борясь с собой, стараясь своим напором не спугнуть собственное счастье. А тем временем Имир, ни о чем не подозревая, наслаждался своим счастьем с Валери. Быть женатым на любимом казалось чем-то сказочным, но в то же время он все равно был напряженным, и какое-то внутреннее предчувствие подсказывало ему, что в скором времени произойдет что-то, что отберет это с таким трудом и прорвой времени обретенное счастье. Ему казалось, что Вал передумает, снова начнет упрекать Киссой и там, в регслужбе, скажет: «нет». Но любимый согласился, и все вышло так, как мечтал Имир. Они вышли оттуда оба счастливые и радостные. Уверенные в том, что никто и никогда их больше не разлучит. Ведь когда любишь, становишься таким глупым и счастливым и поступаешь так, как никогда бы не поступил, опираясь на логику и мораль повседневности. Миру даже вспомнились чьи-то умные слова: «У любви законов нет. Доказать любовь не может ни ученый, ни поэт». Она просто есть, и с ней хорошо, а без нее плохо и тоскливо, одиноко. Пусто и грустно. Еще она окрыляет и заставляет широко улыбаться, идя по улице, заполненной горожанами, крепко держа за руку любимого. – Я люблю тебя, – сказал Имир Валери и, никого не стесняясь на улице, поцеловал. – И я тебя люблю, – ответил Вал, когда они разорвали поцелуй. – Давай зайдем к Тирэну и вместе отпразднуем нашу свадьбу. Мы с братом всегда были очень близки, и я этот торжественный для нас с тобой день хочу разделить с ним. Ни с родителями, ни с друзьями, а именно с ним. Заодно прогуляемся. Давно мы просто не гуляли по улице и не вели себя как подростки. Будем держаться за руки, целоваться у всех на виду и посылать подальше всех прохожих, которым это будет не нравиться. Пусть все знают, как я тебя люблю. Не прячу свои чувства, не скрываю, а громко на весь мир говорю: «Я люблю тебя!» – Давай! Я заслужил это счастье. Ты долго и упорно меня не замечал, а теперь весь мой. Никому тебя не отдам, даже тени из прошлого, слышишь? Буду бороться за тебя даже с призраками, которые ты так долго не желал отпускать. Мучая и себя, и меня потерянной во вселенной любовью. Я не дам даже воспоминаниям отобрать тебя у меня. – Ты все еще не веришь? – испугался Имир, что этот день иллюзия, и любое неосторожное слово может разрушить то, к чему он так долго шел. – Верю. Но все равно боюсь… Боюсь, что ОН вернется, и все разрушится, сломается, рухнет как карточный домик… – Любимый, доверься мне и своим чувствам, – сказал Мир, когда они уже подходили к дому брата. Вдруг его сердце ухнуло куда-то вниз… Тудум – громко выстелило в груди, замерло, испугалось и почти остановилось… Там, в саду у брата, стоял тот, кого Имир никак не ожидал увидеть сегодня. И вообще не ожидал увидеть, смирившись, что Илья не вернется. Никогда-никогда не вернется. Воздуха стало не хватать, мир поплыл перед глазами и рухнул… Любовь, что сидела где-то глубоко-глубоко внутри, громко ухнула очередным «тудум»… Он удержался на ногах, побледнел и попытался выдохнуть. Тудум… Воздуха катастрофически не хватало… Сердце словно жило собственной жизнью, не слушало разум и билось, как хотело, прострелив ужасной болью грудную клетку. Тудум… Мир перевернулся еще раз, и голова закружилась, ноги стали ватными и так и норовили подогнуться и уронить тело на землю. Имир держался из последних сил на ногах. Шок, стресс - все и сразу навалилось на бедного парня. Тудум… Он был таким счастливым еще утром, верил, что Вал смысл его жизни, и вдруг все рухнуло, было сильнее его, больнее сжало сердце, и оно забилось часто-часто. Тудум-тудум-тудум. Казалось, вот-вот выпрыгнет из груди и помчится навстречу котенку. Имир не готов… не готов к таким резким переменам. Он только-только вступил в новую счастливую жизнь, и вот оно, прошлое… слишком глубоко въевшееся в душу и сердце, и как оказалось, вырвать его из груди и мыслей навсегда невозможно. И еще предательство брата и Ильи. Они не сказали, не предупредили. Вели себя так, словно насмехались над ним, стоя там, в саду… Тудум… Больно и обидно за обман и просто за сокрытие факта возвращения котенка. – Мир, что с тобой? Тебе плохо? Ты побледнел, посерел и вот-вот рухнешь на землю, – испугался за состояние любимого Валери. – Может, вызвать врача? Имиру пришлось взять себя в руки, пытаясь успокоить Вала. К его счастью, муж не успел заметить Киссана, тот ушел в дом Тирэна. «Пути назад нет. Я не могу обмануть Вала. Он так долго и нежно за мной ухаживал, после того как Иль в очередной раз потерялся. Был рядом, дарил нежность и любовь и не заслужил такого. Мы теперь вместе, мы семья. Я никогда не разобью ему сердце. Никогда не отплачу предательством за любовь. Да, мне будет больно, но я справлюсь. После встречи с прошлым будет намного сложнее забыть мечту, но я постараюсь и однажды окончательно вырву прежнюю любовь к Илье из своего сердца и души», – подумал Имир. – Все хорошо. Просто переволновался, – успокоил Вала Мир. – Наверное… празднование нашей свадьбы с братом придется отложить… У меня от счастья что-то начала кружиться голова. Пойдем домой, пожалуйста. Сначала позвоним Тиру и пригласим его в ресторан, обговорим дату. Сейчас нам лучше побыть вдвоем… – Как хочешь, любимый. Ты меня напугал, так побледнев. Словно настоящего призрака увидел. Давай вызовем прогулочный катер и вернемся домой. День, и правда, был волнительным для нас обоих. Лучше отдохнуть сегодня и тебе, и мне. Тем более ночью мы почти не спали, я тоже устал. «Фух, пронесло. Выкрутился. И почти взял себя в руки. Валу нельзя встречаться с Киссаном ни сегодня, ни когда-либо. Это разобьет ему сердце. Он начнет меня подозревать, усомнится в моих чувствах, начнутся ссоры и скандалы даже на пустом месте. Ведь изменять Валери я не собираюсь. Никогда не опущусь до подобной низости перед таким чистым и открытым ристанцем», – думал Имир, когда они с мужем вернулись домой. Парни решили отдохнуть и выспаться после бессонной ночи и всех переживаний, вызванных регистрацией брака. Миру это было на руку. Вал почти сразу заснул, доверчиво прижавшись к мужу, а Имиру не спалось. Сегодня был для него тяжелый день, столько всего и сразу, именно это и не давало ему заснуть. Как только закрывал глаза, видел Киссана, который так открыто и искренне улыбался там, в саду, не ему, а брату. «Тир тоже хорош! Ничего не сказал. Не предупредил, даже не позвонил. Как он мог?! Я и то утром перед регистрацией с Валом первым делом ему позвонил, поделился радостью и счастьем, а он…? Это самое настоящее предательство. Мог сказать, мог… Не захотел? Почему? Хотел оставить котенка только для себя? Или боялся разрушить мое счастье с Валом? Одни вопросы. Нужно ему позвонить и спросить. Пусть признается, что впервые в жизни хотел украсть что-то очень дорогое и ценное у меня. Тирэн знал, что мы с Ильей встречались, я любил его больше жизни, а тут такое! Как брат мог так со мной поступить?!» – думал Мир, ворочаясь по кровати и пытаясь заснуть. Потом понял, что не уснёт, встал, боясь разбудить Вала, и тихонько вышел в другую комнату. Позвонил Тирэну, чтобы все прояснить. – Тир, как ты мог? – вот так, без предисловий, выпалил он брату, как только тот ответил на звонок. – Мир, ты о чем? Что-то произошло в регслужбе? Вы с Валом не заключили брак? – Не прикидывайся, что не знаешь, о чем я! Ты меня предал, украл то, что принадлежит мне. И молчал. Я видел ЕГО. Видел вас обоих у тебя в саду. Твоя жена, наверное, вне себя от свалившегося на нее счастья в виде Киссана. – Вот ты о чем. У тебя сегодня такой торжественный день, я не хотел сорвать твою свадьбу. Ты бы разволновался, запаниковал и все отменил. Хотел… правда, хотел тебе все потом рассказать. Тем более мне надо опять лететь, заодно хотел попрощаться, – сказал правду Тирэн. Он был действительно рад за брата и за его обретенное счастье. – Поздравляю. – Засунь свои поздравления, знаешь куда, предатель? Знаешь. Если бы ты мне сказал, что Иль вернулся, я бы не женился… – Как? Не ты ли еще сегодня утром пел о своей любви к Валу и о том, как ты с ним счастлив? Обманывал? Только когда - утром или сейчас? Если ты, правда, полюбил Валери, тогда зачем тебе котенок? – разозлился на противоречивость брата Тир. – Я запутался, брат. Еще утром в регслужбе не было никого счастливее меня. Поверь, я не вру. Но возле твоего дома все изменилось. Сердце чуть не остановилось, когда увидел Его, и едва не выпрыгнуло из груди, когда я понял, что сам, собственными руками, разрушил свою жизнь, пойдя именно сегодня в регслужбу. Помоги мне, брат. Скажи, что делать? Без вас двоих я точно умру… Не бросайте меня, пожалуйста. – Какой ты еще, в сущности, ребенок, Мир. Слабый и беспомощный, раз даже в собственных чувствах разобраться не можешь. Ты ведь любишь Вала. Любишь, не отрицай, я знаю. А Киссу не можешь отпустить лишь потому, что он тебе дорог. Мы втроем столько всего пережили, срослись, как не срастаются даже самые подходящие органы в чужом теле для пересадки. После того как ты вновь после стольких лет влюбился, смирившись и отпустив свою первую любовь, ты не можешь, просто не имеешь права все это новое и хрупкое разрушить. Ты этого не переживешь и точно так же будешь страдать без Валери, как страдал без Ильи все эти годы. Потому что любишь теперь его, а не котенка. Прирос к нему, впустил в свое сердце и душу. Подумай об этом! Хорошенько подумай, прежде чем рушить все то, что ты так долго и тщательно заново выстраивал. Реши, наконец, кто для тебя важнее в этой жизни? Вал или Иль? Помни, пути назад не будет, ты сожжешь и без того хрупкий мост к Валери… А если не получится вернуть прежнюю первую любовь? Что будешь делать тогда? Выть? И снова мне жаловаться на несчастную судьбу? – Я не знаю. Ничего не знаю. Но как увидел Его, мир перевернулся, и все, что было раньше, стало таким важным и дорогим. Но Вала я люблю и не хочу терять. Он дорог мне так же, как и Киссан… – Мы улетаем через два дня, брат, – сказал правду Тир брату. – Киссану нельзя оставаться в Империи, да и танарцы опять его ищут. – Понимаю. Тебя не отпустит отец. Ты ведь наследник Ристаны и его правая рука. – Уже нет. Я завтра пойду и откажусь от титула в пользу своего сына. Никто силой меня не сможет заставить остаться кронпринцем. Все условия отца я выполнил – рассчитался с долгами и перед ним, и перед Ристаной. Женился, как он хотел. Родил наследников. Теперь ему есть из кого воспитывать настоящих аристократов, а я умываю руки. – Я полечу с тобой… с вами, – огорошил своим решением брата Имир. – Мы всегда были вместе, не спорь. Я не смогу жить без тебя и котенка, а ты без моих толковых советов в тупиковых ситуациях. Мы нужны друг другу. – Мир, ты уверен? Не стоит бросаться в крайности… А как же Вал? Одумайся, брат. – Он полетит с нами. – Миричка, с тобой можно сойти с ума. Ты знаешь об этом? – Не называй меня так. Я только матушке позволяю так коверкать свое имя. И с ума не сойдешь – ты сильный. Будем как прежде вместе бороздить просторы вселенной как одна большая семья. – Вал сойдет с ума от ревности, если я раньше не сойду от твоих решений. – Я не собираюсь ему изменять с Киссаном. Но хочу, чтобы вы оба были рядом со мной всегда. Ты как брат, Кисса как друг, – подтвердил Имир брату свои ранее принятые решения. – Вал перебесится и примет все как есть. Рано или поздно поймет, что я буду верен ему, и смирится, что мы одна большая и дружная семья. – Ладно, если так. В любом случае у тебя два дня. Обдумай все еще раз хорошенько. Поговори с мужем, объясни доходчиво. Чтобы потом на корабле не было никаких склок, криков и драк. Но Мир так не смог поговорить с мужем о главном за эти два дня, оставшиеся до их отлета с Ристаны. Только сказал: – Тирэн улетает через два дня. Я должен лететь с ним. – Надолго? – спросил его Валери. – Неизвестно. – А я? Ты бросишь меня тут одного? – Нет. Ты полетишь со мной. Тир одобрил мое решение взять тебя с собой. Так что никаких проблем не будет. Собирайся. Много вещей с собой не бери, только самое необходимое. Все, что будет нужно, купим по пути. Заодно в тесном семейном кругу нашу свадьбу и отметим. – Здорово. Я так хотел полетать от планеты к планете, жить в космосе месяцами, и вот моя мечта, кажется, сбывается, – обрадовался Валери шансу попутешествовать вместе с мужем. Так что Вал до самого отлёта ничего не знал о возвращении Киссана и о том, что все путешествие ему придется провести с бывшим, как он думал, любовником мужа. Имир попросил брата не встречать их с Валом в ангаре корабля и дать спокойно всем взлететь, а уже потом знакомиться и мириться с тем, что будет потом, когда все встретятся в кают-компании. – Ты ему так ничего и не сказал? – стал ругать брата Тир. – Я же просил Валу все рассказать, подготовить, чтобы избежать проблем и их ссор на корабле. – Я не смог, Тир. Он бы отказался лететь с нами. Я бы не смог без него. – Так оставайся дома. Валери ни о чём не узнает, и все у вас с ним будет хорошо. – Я не смогу жить без вас с Киссаном. Я прикидывал и так и этак. Лучший вариант – это привести мужа на корабль и взлететь. Там, в открытом космосе, ему будет некуда деваться, подуется, позлится на меня и успокоиться, убедившись в моей верности ему. – Тебе, конечно же, виднее, как поступит твой муж в той или иной ситуации, но помни, я тут ни при чем. Вся ответственность лежит на тебе. Не вздумай делать меня крайним в вашей ссоре с Валери. – Спасибо, брат. Вот за что я тебя люблю больше всего - за понимание. Все будет хорошо, я так думаю. – Поживем увидим… А увидели они вот что. Первую неделю полета Валери дулся на мужа и сидел в отдельной каюте почти день и ночь. Незаметно шпионил за мужем и Киссаном. За вторую неделю пути немного оттаял. Он убедился, что муж ему не изменяет. Общается с Киссой как с обычным другом. Никаких намеков на флирт или измену не было. Поэтому, вернувшись к Имиру в каюту, чувствовал себя немного виноватым перед ним. – Прости, я немного вспылил, – сказал Вал, глядя прямо мужу в глаза. – Но ты сам виноват. Мог бы сказать, предупредить… – Если бы я сказал, ты бы отказался лететь с нами, и меня бы не отпустил. Я же говорил тебе и не один раз, что люблю только тебя. Кисса остался в прошлом, я его отпустил. Тем более он теперь с братом. Ты думаешь, я могу разрушить его счастье и наше с тобой? Ты все еще не веришь мне. Так нельзя, Вал! Без доверия не построить крепкой семьи. – Прости. Я стараюсь поверить. Мне нелегко, и ты меня пойми. Ты скрыл от меня его возвращение, что мне еще остается после всего этого? А ты говоришь о доверии… Естественно, подозревать… – Прости, в тот момент мне казалось это правильным решением, – извинился Имир перед мужем за причиненную боль обманом. – Давай попробуем начать все сначала, пожалуйста. Перенеси все вещи в нашу каюту. Мне так пусто и холодно без тебя. – Хорошо. Но я все еще обижен на тебя… Валери перенес свои вещи в каюту Имира, но к своему телу пока не подпускал. Ведь не так просто забыть обман. Парень все еще боялся подвоха, чтобы потом внезапно не проснуться рогоносцем и не осознать себя одураченным. Через месяц парочка молодоженов окончательно помирилась, но напряжение нарастало в кают-компании, когда все четверо собирались там вечерами. Вал стрелял ревнивыми взглядами в Илью и шипел каждый раз, когда расстояние между Миром и Киссаном становилось очень близким. До драк дело так и не дошло, и слава Богам. И вот однажды Тирэн собрал всех в кают-компании, чтобы сообщить кое-что важное. – Вечером мы прыгнем в неизвестный и очень древний портал. Хочу сразу всех предупредить: куда он ведет конкретно, я не знаю. Но Киссе нужно быть подальше от танарцев, имперцев и прочих заинтересованных лиц. Поэтому я принял очень трудное и опасное решение - посмотреть, куда ведет этот портал. – Откуда ты про него знаешь? – заинтересовался Имир. – Когда мы были на корабле ицена, я прихватил с него личный мини-комм Эша. Там хранятся координаты разных порталов. Похоже, это другие галактики, а может, даже миры. Помнишь, видящий говорил, что Эш принадлежит к очень-очень древней расе разумных? И он не из нашего мира. Так я думаю, это координаты других миров или галактик, где есть ицены или бывали. В любом случае, чем дальше мы будем от дома, тем безопаснее будет для котенка. Поэтому я считаю такой риск оправданным. – Согласен. Мы с тобой помним, чем все закончилось в прошлый раз. Нас снова развели на ловушки как детей малых и отобрали то, что дорого, – согласился с братом Имир. – Но выдержит ли наш корабль переход? – Должен выдержать. Все согласны рискнуть своими жизнями и прыгнуть в неизвестность? Это последний шанс сойти через пару часов на ближайшей планете и не рисковать. – Согласны, – ответили все. Каждому из них было страшновато, но в то же время интересно попасть в другую галактику или мир. Узнать, как там живут разумные, если они разумны, чем отличаются и какие у них технологии. Разве можно упускать такой шанс? Даже опасный шанс узнать что-то новое, неизвестное и неопределенное. Дальше все пошло по плану Тирэна. Вечером они зажмурились от страха и прыгнули в темную и холодную дыру космоса. Их корабль подхватили невиданные силы, тряхнули, подняли словно пушинку и понесли вперед. Снова их тряхнуло, подкинуло, раскрутило несколько раз, затем развернуло в нужную сторону и вынесло на другую сторону. Корабль с трудом, но выдержал переход с минимальными повреждениями. – Все живы? Никто не ранен? – испуганно спросил Тирэн, оглядывая своих попутчиков. – Да цел вроде. Только голова ужасно болит, – ответил Тиру Вал. – Иль, ты как? – спросили оба брата у котенка. – Хорошо. Со мной все хорошо. – Слава Богам, мы добрались, – сказал Тир, посмотрев на показания сканера. – В этой системе всего одна обжитая планета. Воздух пригоден для нашего дыхания, так что после выхода из корабля дополнительной защиты не понадобится. Захожу на посадку. Похоже, здесь развитая цивилизация. Высотные дома, и, несмотря на то что на планете ночь, по дорогам ездят старинные машины. – Включи маскировку корабля, – посоветовал Имир брату. – Мало ли, вдруг они испугаются пришельцев и откроют по нам огонь? Так они и сделали. Посадили невидимый для остальных корабль на небольшой пустырь возле здания со странным названием «Аптека»…

***

Саймон с семьей почти догнали корабль ицена. Им несколько мгновений не хватило… Тот прыгнул в провал, и все огорченно вздохнули. – Не успели, – сказал Ариан, расстроившись. – И что теперь делать? Этот рэрди сведет меня с ума. Как можно так рисковать собой и еще не родившимися детьми? Поймать бы его да выпороть за глупость. Сай, мы должны что-то сделать. Вернуть моих детей. – Ты прав, Ари, должны. Там опасно. Не только Фионну рядом с малоконтролируемым иценом, но и в самом переходе. Корабль хоть и древний, но может не выдержать такие нагрузки и непредсказуемость вселенной. – Не пугай меня, Саймон, пожалуйста. Если с Фионном что-то случится, дети погибнут… Я этого не вынесу, – запаниковал Ари. – Мы должны прыгнуть вслед за ними. Помочь, если понадобится. Твой древний корабль выдержит переход, я знаю… – Не уверен, что наш корабль выдержит, но выхода нет. Нужно прыгать. Образумить твоего бывшего мужа и вернуть назад. Все готовы? Зря Бонни взяли с собой. Если с сыном что-то случится в этом путешествии, я себе никогда этого не прощу. – Я сильный, отец, и выдержу переход, не волнуйся. Я бы сошел с ума от неизвестности дома, если бы ты пропал. Тем более мне необходимо отвлечься… Сам говорил, что первая любовь не проходит так быстро и безболезненно, как хотелось бы. А в путешествии все станет на свои места, приключения помогут отвлечься, и боль от отказа и расставания притупится. Мне нужно идти вперед… – Да, но это вперед должно быть не таким опасным и непредсказуемым. Ты по сути такой еще ребенок. Характером и мышлением весь пошел в меня. Я был таким же авантюристом и путешественником в молодости. Стал военным и улетел в неизвестность. Выбери я другую специальность, никогда бы не оказался здесь. Но лететь назад и возвращать тебя домой нет времени, если мы хотим догнать и перехватить корабль Эша, поэтому ты летишь с нами. Прыгаем, и будь что будет, ведь на кону жизнь детей… Провал встретил путешественников холодом и темнотой. Видимость - никакая. Потом все изменилось: полетело, закружило, перевернуло. Древний корабль бросало как пушинку, разворачивало, переворачивало, трясло, так что, казалось, сама вселенная хочет вытрясти душу не только из тел путешественников, но и внутренности самого корабля. – Все системы корабля отключились из-за повреждений, – оповестил семью Саймона ИИ корабля. – Еще немного, и корпус не выдержит, треснет от внешних нагрузок и давления внутри корабля. – Я перешел на резервное жизнеобеспечение, но, боюсь, при таких нагрузках скоро отключится и оно. Внимание, опасность! – Да чтоб этого Эша с его побегом трахнуло головой об стену, и он от удара стал соображать лучше! Какого он полез в этот провал?! – стал ругаться на ицена Сай. – Чего ему не сиделось на месте?! Ребята, как вы? – Нормально, – ответили главе семьи Ари и Бонни. – Нужно выбираться… Но не успели они подумать над тем, как выбраться, сохранив жизнь, их еще раз сильно тряхнуло и понесло с невиданной скоростью, от которой аж дух захватывало. Развернуло, подкинуло, опять развернуло и понесло еще быстрее. Вытолкнуло из провала и продолжало нести какое-то странное воздушное течение. Корабль все еще был неуправляемым. Никто из них даже не успел заметить, как их вынесло из одной звёздной системы и громким оглушающим хлопком внесло в следующую… Корабль сам стал тормозить и резко завис на месте. Путешественники отключились от таких нагрузок и напряжения, потеряв сознание. Первым очнулся Бонни и посмотрел на отца. Тот был бледным, но дышал, находясь без сознания. – Жив, слава Богам! – радостно вскрикнул юный космон и перевел взгляд на Ари. Рэрд тоже был в отключке, но живой. – Выбрались. – Это было ужасно, – сказал пришедший в себя Саймон. – Прости, сын, я не должен был так рисковать твоей жизнью. У тебя вся жизнь впереди… Да и Ари так молод. Хорошо, что все хорошо закончилось. – Тело так болит, будто по мне промчалось что-то тяжелое и длинное. Я жив, раз чувствую боль? – спросил Ариан, очнувшись. – Да, все позади. Осталось найти корабль ицена и Фионна. Только бы они выдержали переход… Для беременного рэрди такие нагрузки несовместимы с жизнью, – забеспокоился Саймон и попробовал включить чудом уцелевший сканер. – Нашел. Чуть впереди нас за большим астероидом их корабль. ИИ, мы можем подлететь ближе для стыковки кораблей? – После того как нас вынесло из провала, и мы остановились, все системы почти в норме. Ремонт повреждений я уже запустил. Через несколько мгновений можем включить двигатель и лететь. – Хоть одна хорошая новость за сегодня после всех потрясений, – обрадовались все присутствующие на корабле. Вдруг Саймон побледнел… – Что случилось? – забеспокоились Ари и Бонни. – Будущее… Оно поменялось… Странно…То, что я видел раньше про нас, изменилось… Похоже, мы тут застряли… – Как?! – Нас сюда впустило, но выхода отсюда нет, – ответил правду своей семье Саймон. – Кора там останется одна. Мы не сможем за ней вернуться… – Сай, рано отчаиваться. Нам всегда говорили, что Лискар замкнут, и из него выхода нет, а как оно на самом деле, узнали, лишь рискнув пройти через провал. От нас уходил не один корабль с переселенцами, но никто не возвращался, – рассказал Ариан мужу то, что узнал ранее. – Теперь понятно, почему. Может, все не так, а выход есть и отсюда. И еще - оракулы говорят только один из вариантов будущего, так что все в наших руках… – Хотелось бы в это верить. Давайте я один схожу за Фионном, так мне будет спокойнее. Он жив, я это точно знаю. Ранен, но жив. Вы с Бон-Боном оставайтесь здесь и присмотрите за кораблем. – Только будь осторожен, пожалуйста. С этим иценом никогда не знаешь, что взбредет ему в голову, – Ари попросил мужа об осторожности. – Если что, зови на помощь, любимый. – Я буду осторожен, и вы будьте начеку. Держите наш корабль наготове, мало ли что. Тут много планет, неизвестно, кто на них живет, и как нас встретят, – ответил Саймон и вошел в пристыкованный корабль Эша. Ари и Бонни оставалось только ждать и молить всех существующих Богов о благополучном возвращении Сая и Фионна.