Business Hours

      Все они были идиотами. Каждый из них. Никто в городе не исключение. Кроме Генри, разумеется. Ее маленький принц, конечно, был упрямым, но не идиотом. Хотя, под небольшим влиянием Чармингов даже он не был застрахован от подобного. Ее неделя была адом. Все, чего Реджина желала — поехать домой и провести приятный вечер с бокалом сидра и книгой. Хотя бы на какое-то время укрыться от мира. Только Боги знали, насколько сильно она нуждалась в расслаблении.       Реджина вышла из своего кабинета и, когда секретарша остановила ее, послала женщине буквально кричащий о ее состоянии взгляд.       — Что бы это ни было, оно подождет до завтра, Саша. Какой бы идиот ни нуждался в моем внимании, ему пора узнать о рабочем времени.       После этих слов, Миллс гордо покинула ратушу, громко щелкая тонкой высокой шпилькой.       Попав в свой Мерседес, женщина наконец-то расслабилась. Знакомый запах кожи и ее собственных духов производил успокаивающий эффект. Однако Реджина хорошо знала, что наглые людишки могут остановить ее в любой момент, заметив за рулем автомобиля и решив, что неплохо было бы поговорить. Сегодня брюнетка не была уверена, что сможет остановить себя до того, как запустит огненный шар в наглеца. А данные действия явно разочаруют Генри. Поэтому она быстро завела машину и рванула домой, едва соблюдая правила дорожного движения и ограничения скорости.       И только когда дверь собственного дома захлопнулась позади, Реджина расслабилась окончательно. Она сбросила туфли и швырнула куда-то сумочку. Сегодня та самая ночь, когда ей не обязательно быть организованной. Утром она все поправит, как только почувствует, что готова разбираться с мирскими делами.       Миллс немедля направилась в кабинет, наливая стакан сидра. Приятный напиток обжег горло — это было именно тем, в чем она нуждалась. Женщина щелкнула пальцами, и в камине разгорелся огонь. Комната налилась уютом и мерцающим светом. Реджина благодарила Богов, что это та самая неделя, которую ее сын проводит в доме Эммы. Она любила своего маленького принца, но боялась, что ее ментальный настрой не предназначен для общения с тринадцатилетним мальчиком.       Мэр опустилась на диван, потягивая свой напиток. Она не думала, что сейчас может справиться с присутствием Эммы. Их отношения очень изменились после победы над Зеленой. Пират исчез спустя пару недель с другой женщиной, а Робин отправился строить счастливую семью с Мэрион. А Эмма с Реджиной объединились ради Генри, хорошенько играя свои роли и делая вид, что между ними нет никакого дискомфорта. Затем товарищество перешло в дружбу, и теперь Миллс никак не могла избавиться от этой блондинки, что поселилась в ее голове. В лучшем случае это просто было неприятно. Она понятия не имела, что на самом деле это может значить и сей бред последнее, о чем она вообще должна думать в данный момент.        Приговорив остатки сидра, женщина поднялась и налила еще один стакан, а затем направилась к шкафу и выхватила книгу с тайной полки, наполненной грязными романами, что расположились на самом верху. Реджина вернулась на диван, щелкнула включатель на лампе и поджала под себя ноги, устроившись у подлокотника и испустив довольный вздох. Да, это именно то, в чем она нуждалась — вечер для себя в компании хорошей книги и без мыслей о ком-либо, будь то идиот или вообще кто-то там. Потеряться в чужих выдуманных проблемах было куда более полезно.       Реджина читала быстро. Как для романа, книга действительно была неплохой. Некоторые элементы были предсказуемы, например, великолепный, храбрый мужчина и красивая женщина, однако сюжет превзошел ожидания. Мужчина не нашел себе девушку уже во второй главе, помимо романтики присутствовала сама история, поэтому мэру было интересно, как же все обернется дальше.       Часы ощущались минутами, пока листались страницы книги. Реджина была в восторге. Секс-сцены были прописаны довольно таки качественно, а самое главное, в них не присутствовало ни одного смехотворного сравнения, что обычно придавали процессу чего-то до смеха мистического, нежели реального.       Миллс ощутила, как по телу пробегает возбуждение после прочтения слов на открытых страницах. Она немного поерзала, перелистывая и чувствуя, как волна удовольствия проносится по телу, стоило ей только сжать ноги. Однако женщина попыталась игнорировать сей факт. Ей очень хотелось закончить книгу, несмотря на неконтролируемое возбуждение.       Она почти дочитала, когда на второй половине последней главы пульсация между ног стала настолько невыносимой, что игнорировать ее было уже невозможно. Тело жаждало освобождения. Реджина раздраженно отложила книгу, обещая себе вернуться к ней чуточку позже.       Миллс встала и направилась в спальню. Если быть откровенной, возбуждение не так уж и раздражало. Оно было очень даже кстати. Она была уверена, стресс вполне удастся облегчить приятным оргазмом или парочкой. Может быть, завтра даже настроение будет лучше.       Тихо фыркнув, мэр подумала, что это вполне могло бы сохранить паре-тройке наглецов головы на плечах. Если они не будут слишком глупы, разумеется.       Она прикрыла за собой дверь спальни и принялась медленно снимать одежду, поглаживая руками тело и смакуя ощущения. Реджина любила наслаждаться процессом в полной мере, и была не из тех, кто отдыхает вполсилы.       Платье упало на пол, руки скользнули к груди, сжимая соски сквозь ткань лифчика. Миллс тихо застонала, ощущая, как между ног все пульсирует. Она провела руками по животу и медленно скатала чулки, лаская пальцами бедра. Мышцы подрагивали в ожидании.       Мэр ощущала, что приближается к пределу и с поддразниваниями пора заканчивать. Ее тело было полностью готово к продолжению уже спустя пару мгновений, но Реджина решила проявить немного терпения. Вздохнув, она расстегнула лифчик, позволяя ему упасть на пол. Оставшись в одних трусиках, женщина заползла на кровать, устраиваясь точно в середине и опираясь на несколько подушек. Она бросила взгляд на тумбочку. Обычно, она не нуждалась в игрушках, когда была достаточно возбуждена, но прекрасно знала, что в данный момент они будут отличным дополнением и скрасят ее оргазм.       Наклонившись, брюнетка порылась в ящике прикроватной тумбочки, пока не вынула то, что искала — темно-фиолетовый вибратор. Она улыбнулась и повернула основание, включая его и наслаждаясь вибрациями, которые отдавались в руку. Эта штука действительно одна из ее лучших покупок в Интернете.       Реджина опустила игрушку на клитор и тут же выгнулась на кровати, поскольку вибрации, казалось, касались каждого нервного окончания. Ее глаза прикрылись от божественных ощущений. Прошло так много времени с тех пор, как она в последний раз себя удовлетворяла.       Брюнетка медленно передвигала вибратор вверх-вниз, поддразнивая вход, едва касаясь клитора или просто лаская особо чувствительные точки. Она чувствовала, как накаляется ее тело. Она понимала, что находится на пределе, но все равно продолжала дразнить. Это было слишком хорошо, чтобы отказываться.       Когда вибратор вошел внутрь, Миллс громко вскрикнула. В доме она была одна, поэтому спокойно могла натворить столько шума, сколько пожелает. Сделав несколько толчков, Реджина ощутила, как быстро ее тело подходит к заветной грани. Напряжение, пронзившее даже кончики пальцев, было невероятно восхитительным, но будучи на самом краю, она желала только одного — кончить. Брюнетка и вспомнить не могла, когда в последний раз у нее был такой яркий оргазм.       Свободная рука провела по животу и спустилась к клитору, начиная поглаживать его круговыми движениями, пока перед глазами мэра стояли разноцветные звезды. Она наклоняла вибратор под разными углами так, чтобы он давил на самую чувствительную точку, а затем меняла скорости. Пальцы второй руки слегка усилили давление на клитор, и это было все, в чем Реджина нуждалась, прежде чем громко застонать, выгибаясь, и кончить.       Она медленно опустилась обратно на подушки, все еще подрагивая, а затем глубоко вдохнула и расслабилась. Однако этого было мало. Она чувствовала, что нуждалась в большем. Кажется, сегодня одного оргазма недостаточно. Миллс была только рада.       Реджина вынула вибратор, выключила и отбросила в сторону. На этот раз, будучи слишком чувствительной после первого оргазма, она решила использовать только руки. Глаза вновь закрылись, когда пальцы коснулись груди, а по телу пробежалась новая волна возбуждения. Она принялась оттягивать и покручивать соски, разжигая новый огонь внутри легкой болью.       Незваные образы одной блондинки сами встали перед глазами. Эмма поглядывала на нее сверху-вниз, покусывая и посасывая соски, и дерзко ухмыляясь. Брюнетка застонала, выгибаясь под собственными руками. Она не должна думать о второй матери своего сына. Только не ради собственного удовольствия.       А затем ее руки скользнули вниз по телу, и она уже ничего не могла с собой поделать, но в собственных фантазиях это были руки Эммы, что поглаживали мышцы ее живота, заставляя подрагивать. А потом они скользнули ниже, касаясь клитора. Эмма застонала и с улыбкой провела пальцами вдоль мокрых складок, собирая возбуждение Реджины и пробуя его на вкус, ни на секунду не отрывая от нее взгляда. Картинки, что мэр представляла, были уж очень реальны.       Пальцы вновь задвигались, когда фантазия продолжила транслировать свой фильм. Эмма надавила на клитор, глядя на Реджину голодным взглядом и закусив нижнюю губу между зубами. Миллс громко и протяжно застонала. Несмотря на то, что она кончила совсем недавно, ее тело вновь возбудилось и, казалось, сильнее, чем в прошлый раз. Она всхлипнула, когда пальцы коснулись самой чувствительной точки, подводя ее к краю.       Реджина сунула пальцы внутрь и закричала. Достаточно громко, чтобы можно было услышать этот звук по всему дому. Несколько толчков и Эмма добавила еще один палец. Миллс почти забыла, что внутри нее двигалась ее собственная рука, ладонь которой потиралась о клитор. Она была так близко. Так близко. А потом Эмма наклонилась и взяла в рот ее сосок, прикусывая, отчего мэр застонала так громко, как никогда и кончила так сильно, как никогда не кончала.       — Эмма!       Ее спина вновь ударилась о простыни, когда дверь распахнулась.       — Реджина, Боже, ты в порядке? — раздался знакомый голос.       Благо, силы, чтобы открыть глаза у брюнетки еще были. В дверях ее спальни стояла Эмма. И Миллс видела эмоции, которые она выражала, осознавая, что именно застала в доме мэра. Лицо Шерифа побагровело, а сама она отвернула голову в сторону.       — Боже, Реджина, мне очень жаль. Я слышала, как ты кричала, а потом ты позвала меня по имени и я подумала, что ты в беде. И, похоже, я выбила входную дверь, чтобы добраться до тебя. Я починю. Прости. Обычно я не врываюсь в чужие спальни. Прости. Я просто… — Свон сделала глубокий вдох. — Ладно, я несу бессвязную ерунду. Я пойду, подожду тебя в другом месте. Окей? Если ты, конечно, не хочешь, чтобы я вообще ушла. Надеюсь, ты не хочешь. В смысле, чтобы в этот раз я ушла навсегда.       С этими словами Эмма вышла из комнаты, оставляя совершенно ошарашенную Миллс в одиночестве, смотреть на открытую дверь. В самом ли деле Свон только что ворвалась в ее спальню, застала мэра полностью обнаженной, да-к еще и мастурбирующей? О, Боже, да. И мало того, Реджина еще и имя ее называла. Не просто называла, выкрикивала, во все горло. Женщина так сильно покраснела, что подумала, будто ее лицо готово взорваться.       Она подтянулась к краю кровати и неуверенно села, а затем натянула на себя халат и отправилась искать Свон. Нужно все исправить. Нужно хоть что-то сделать. Ее чувства к Шерифу и без того были сложны, а теперь она усложнила их в несколько раз. Внутри разгорелось пламя гнева. Если бы Эмма не ворвалась в ее дом, все было бы нормально.       Однако блондинка сделала это, ибо волновалась за ее, Реджины, безопасность. Волновалась. За нее. Это было таким чуждым. Никто никогда ранее не беспокоился о ней.       Эмма заняла кабинет Миллс. В ее руках поселился стакан сидра, который опустошался так быстро, словно внутри была прохладная вода. Реджина прочистила горло и прислонилась к дверному косяку. Блондинка взглянула на нее широко открытыми глазами.       — Не помню, чтобы предлагала тебе выпить, — улыбнулась брюнетка, пытаясь облегчить момент.       — Э-э, прости. Просто после этого мне точно нужен был стаканчик сидра, — взгляд Шерифа пробежался по одежде Реджины. — Думаю, мне понадобится еще три, если ты будешь вот так одеваться.       Миллс вошла в кабинет, выхватывая из рук Эммы стакан и наполняя его новой порцией сидра, прежде чем вновь вручить его женщине. Она пошла за своим стаканом и также наполнила его щедрой порцией алкоголя, присаживаясь на диван и призывая Свон последовать примеру.       — И что вы имеете в виду, Мисс Свон? — выгнув бровь, спросила она.       — Эм, умф, я просто…       — У тебя в порядке с английским или дать парочку уроков?       Эмма с трудом сглотнула и отвела взгляд.       — Прости, просто очень трудно думать, когда ты вот так выглядишь. Мне очень жаль, что я ворвалась к тебе в спальню, а потом еще и стояла хорошую минуту, бессвязно болтая, вместо того, чтобы выйти. Я просто удивилась.       — Тому, что я мастурбирую?       — Нет, мм… — Эмма глубоко вдохнула. — Ну, в смысле, тому, что ты кричала мое имя, кончая, — лицо Шерифа вновь покраснело.       Реджина внимательно осмотрела женщину напротив.       Что здесь происходит?       — И что же тебя так удивило?       — Я не знала, что ты тоже…       — Тоже?       — Теперь моя очередь давать тебе уроки английского? — глянув на брюнетку, спросила Свон.       — Я пытаюсь понять, Эмма, — Реджина бросила на нее злобный взгляд. — У тебя не очень-то получается говорить двусмысленные вещи красиво.       — Разве «мой мозг полностью занят тобой, когда я себя удовлетворяю» для тебя недостаточно ясно?       — Уже лучше, дорогая.       Они еще долго сидели и просто смотрели друг на друга. Миллс не была уверена, что нужно делать. Похоже, у них обеих было сексуальное влечение друг к другу, но что делать дальше? Это может либо ничего не значить, кроме того факта, что они две шикарные женщины, либо значить нечто большее.       Эмма отвела взгляд.       — Прости, я, правда, не могу сосредоточиться, когда ты так на меня смотришь. Я как бы просто хочу взять и трахнуть тебя прямо на этом диване. И это дерьмово, потому что я не водила на обед или несколько.       Реджина рассмеялась.       — Ты хочешь сводить меня на несколько обедов?       — Окей, я понимаю. Обеды множественное число.       — То есть, ты хочешь предложить мне встречаться?       — Да, определенно что-то типа этого.       Брюнетка положила руку на плечо Эммы, заставляя ту медленно повернуться и взглянуть на нее.       — Завтра. После работы. Можешь отвести меня куда-нибудь.       — Правда? — глаза блондинки расширились от удивления.       — Правда, — женщина подалась вперед и оставила на губах Свон легкий поцелуй.       Это действие избавило их от оставшейся напряженности. Клубок чувств, который Реджина никак не могла распутать, глядя на Эмму, теперь размотался сам.       — Знаешь, не так уж и много времени, чтобы все спланировать.       Миллс поднялась с дивана с хитрой ухмылкой на лице.       — Я никогда не говорила, что отвести меня на свидание легкая задача, разве нет? — она подошла к двери. — Ты знаешь, что нужно делать. И, Эмма, — женщина остановилась и обернулась к Шерифу, — я, правда, жду, что моя дверь будет отремонтирована в ближайшее время.       Реджина вышла из кабинета с широкой улыбкой на лице и ощущением большей расслабленности, чем когда-либо у нее была. Не лучший способ раскрыть человеку свои чувства, но, кажется, в данной ситуации он сработал. Хотя, чтобы рассказать другим, нужно придумать историю получше. Для всех, кроме Белоснежки. Миллс засмеялась и вновь прикрыла за собой дверь спальни.