С_К_И_П: Аластор

      Аккуратно, словно опасную вещь, Алес отложил браслет на подоконник, а после опустился на кровать, стараясь осознать, с чем столкнулся. Секта? Сейчас Алес был бы рад, если бы это оказалось так. Все было куда хуже даже самых необычных предположений. Привык думать, что Валентин бандит? Привык. И даже смирился. Решил что братья Верр наемники, которые решают совсем даже не простые вопросы, и скорее всего их руки в крови по самые плечи? Решил. Но рыжики, как их миролюбиво называл Макс, были настолько непосредственны, что их дела как-то не касались внимания Алеса. Решил, что Крис какой-то зловещий ученый, вроде доктора Франкенштейна? Запросто! Особенно с его каким-то маньячным блеском в глазах, когда он что-то убивал, даже самое мелкое. Чувствовалось, что так же, без каких-либо проблем он вскроет и крупное. Человека, например, и с таким же наслаждением оближет нож, собирая с него капли теплой а не холодной крови. Принял, что Макс какой-то слишком уж скрытный, и скорее всего занимается какими-то мутными махинациями? Да с Максом это было проще простого! Особенно с его графиками, которые Алес иногда видел на экране монитора, постоянными отлучками и замеченными в мусорном ведре вещах, прорезанных или даже простреленных. Теперь понимал, почему Макс из всех передряг выходил легко и просто. Заметил, ощутил, сам не понимая как, что даже без так называемого отката он бы излечился после удара в сердце за считанные минуты.       Но! Того, что эта команда еще ко всему прочему и по времени бегает... Нет, к этому Алес точно был не готов.       Воспоминания у него не оставалось, тех, что были до потери памяти, да и потери ли?.. Если у этих ребят такие технологии, позволяющие им по пространству и времени скакать, то где уверенность в том, что они ничего из будущего не прихватили, что и позволило затереть, или заглушить память. Вон, те же браслеты... Алес в упор их не видел, пока речь не зашла об этих треклятых вещицах. Невероятно мощных, если быть честным с самим собой. Алес ощущал эту вещь, будто живую. Браслет, который вручил ему Валентин – буквально сам к нему тянулся. Конечно, Крис же его «настроил» скорее всего какую-то общую волну, что сознание будто под какой-то гипноз попало, желая слиться с этой опасной игрушкой.       Воспоминаний-то не было, а вот уверенность в том, что то, что эти ребята делают – плохо – очень даже была. Если бы Алес имел больше доказательств опасности их действий, то уже бы пытался если не приказывать, то просить оставить время неизменным. Но... Ему даже нечего было противопоставить. Ведь он сам отказался примкнуть к команде. Но то, как Валентин смотрел на него... Алес понимал, что то снисхождение, которое было во взгляде Валентина, еще аукнется ему. Нет, пришибить не пришибут, а вот заставить, поменять сознание, восприятие... Вернуться в прошлое и уговорить еще раз – это они смогут. А судя по тому, как просто им дается перемещение во времени, которое Алес очень хорошо ощутил на себе, едва не подохнув там же, рядом с Максом, переместившимся всего лишь на доли секунды, то проделывать они это будут столько раз, сколько им потребуется. И он или согласится, или же раньше сдохнет от таких массированных изменений. Может быть потому и память потерял, что это на него так временной откат подействовал, стерев не только существовавшее один раз будущее, но и капитально заретушировав прошлое.       Вот только оставался один, горький и нерешенный вопрос: может ли он хоть чем-то помешать? И понимал, что ничем, никак помешать не сможет, если эти люди не захотят оставить его в покое. Найдут еще раньше, еще более молодого, сотрут из реальности снова, и заставят тогда еще менее окрепший разум согласиться быстрее.       А еще ему стал понятен собственный страх и унижение перед Валентином. Что если они уже встречались, и тот пытался его ломать, но не доломал, а сейчас пробует сделать, то же самое мягко? Что если все это хорошее отношение – фарс, игры палача со своей жертвой, и как бы он ни сопротивлялся, ему придется согласиться с тем, чтобы надеть этот треклятый браслет и согласиться на игры с временем?.. И только ли это?.. Ведь согласие с меньшей проблемой ведет за собой большую... Кем его хотят сделать? Оружием, которое выполняет приказы? Или же безвольным исполнителем?..       Как-то за своими мрачными мыслями Алес совершенно забыл, как характеризовал для себя группу, и как мечтал стать их частью, чтобы его видели равным, сильным, ярким... Как они сами. Как грелся в их тепле, силе, которая буквально сочилась из пресыщенных энергией душ.       − Можно? – Макс заглянул в комнату, увидев, что его даже не заметили. – Алес... Мы можем поговорить?       − Тебе можно запретить что-то делать в своем доме? – Алес мрачно хмыкнул. – Уговаривать будешь?       − Нет, что ты. Уговаривать... – Макс пожал плечами. – Уговаривать, то же самое, что заставлять насильно. Так нельзя. Запрещено законами. Я просто могу ответить на все твои вопросы. Хотя... если ты еще не изучал информацию, то вопросов у тебя как бы и нет.       − Скажи, вы уже работали с моим прошлым? Только честно. Поверь, я очень хорошо ощущаю, когда мне не договаривают или же врут. Лучше откажись отвечать на вопрос, чем лги.       − Скажу так, − Макс подошел, − Можно? – увидев кивок, он присел рядом. – Мы работали с тобой уже, раньше. Тебя перенесли из одного мира в другой. Не из времени во время, а из мира в мир. Это случилось примерно девять месяцев назад. Шесть – ты жил самостоятельно, три – с нами. До этого тебя здесь не было. Никогда.       − Память... Вы мне стерли?       − Да, − Макс ответил так просто и безыскусно, что Алес даже не нашелся что сказать.       − Зачем?..       − Тебе, там где ты был – жилось очень плохо. Не просто очень, а хуже, чем ты себе даже представить мог. В том мире, в той реальности, ты уже несколько лет был рабом. Рожденный полукровкой, ты не нашел в себе сил, чтобы противопоставить себя миру, хотя и пытался. Тових родных уничтожили, а тебя самого поработили. Чтобы эта память не так сильно над тобой довлела – пришлось ее стереть.       − Это не все. Есть что-то, что ты не говоришь.       − Ты... Ты был очень сильным существом. Слабым для тех, кто сумел поработить тебя, и слишком сильным для этого мира. Выпусти мы тебя сюда без стирания памяти, ты бы, в своем горе и обиде на все живое – уничтожил половину мира, прежде чем тебя удалось бы остановить. Это была необходимая мера.       − Необходимая – забирать меня оттуда? Почему вы не могли оставить меня в покое там? Что требовало – трогать, вмешиваться в мою жизнь? Ведь я, скорее всего, смирился с ней и не хотел уходить, так?       − Тебе было все равно, − Макс хмурился. – Валька заплатил за тебя такую цену, которую бы не согласился платить никто.       − То есть, в моем мире вы меня купили, а в этом выпустили, предварительно стерев сознание, чтобы через полгода появиться этакими избавителями и предложить еще более фантастический выбор? Ты же понимаешь, что все ваши действия – притянуты. Вы их совершили потому, что был нужен именно я. Почему, Макс? Как я вижу, у Валентина от тебя нет тайн, так позволь и мне услышать правду!       − Алес... Валька меня прибьет. Да и не он один, − Макс поежился. – Давай без этого?       − Помоги мне понять. Вдруг твои слова позволят мне не только согласиться, но и принять свою судьбу, перестать испытывать ужас, перед тем, что вы делаете и смириться с подобным ходом событий! Хотя, одна мысль о том, что вы меняете время – выбивает из колеи!       − Вообще-то мы не совсем меняем время, − Макс облегченно выдохнул, но Алес просто отступил от главного вопроса. – Как мне когда-то говорил Валька – наша точка сосредоточения – более тысячи лет назад на данный момент этого мира. То есть, все, что случилось после нее – еще не случилось. Это – будущее, фантазия, которого еще как бы, не существует. Этот катаклизм закрепили с помощью нескольких дополнительных аномалий, поэтому он нерушим. В далеком будущем – совершили один, самый большой парадокс за всю историю миров. Уничтожили планету, на которой была создана временная петля, а всех жителей того мира расселили по остальным мирам. Так же из памяти всех созданий всех миров, с помощью некоторых новшеств техники, магии и химии – были стерты все представления о возможности путешествия во времени и пересечения его собственной временной кривой. Одного катаклизма хватило, чтобы мир, который был един – расслоился на огромное количество копий самого себя, просеяв души сквозь сито собственного восприятия, каждой найдя свое собственное место.       − Погоди, ты говоришь за многогранность миров, или за многогранность единственного мира? Я знаю, что такое – метавселенная, но...       − Но, значение «мета-мир» тебе незнакомо. Да, − Макс оседлал своего конька. – Мир разделился только в одной точке пересечения самого себя. Распался, расслоился на версии, которые начали жить своими собственными жизнями. Сейчас, в наше время, в этом мире, в котором мы находимся, прошла тысяча лет, плюс-минус десяток. Но мы, только в одной копии одного реализованного мира на данный момент – проявленной реальности.       − Что? – Алес замотал головой.       − Представь, что ты – в библиотеке, разложил на столе тысячу книг написанных в один год, но разных авторов, разных направлений жанра, от научных до популярного чтива. Какие-то похожи, какие-то – почти копии самих себя, иногда – альтернативные копии. Есть даже труды по химии, физике, математике, истории... У всех этих книг – одна и та же дата начала. И, например, невозможно вернуть авторов книг с того света потому что... ну, например, они все давным-давно упокоились. Что бы они ни писали, как бы ни фантазировали, или же не излагали научные факты, у них есть один и тот же общий знаменатель. Год написания. За него они выйти не могут, но создать каждый свой сюжет – вполне. Так вот, наша отправная точка – тот год, после которого мир распался. На данный момент, и на все оставшееся будущее, которое существует только в фантазии этих авторов – мир расслоен на эту тысячу копий книг. И ты можешь залезть в любую часть любой книги, прочитать любую главу, или даже строку, и переписать эту строку или эпизод по-своему. В своих, личных записях. Ты можешь даже создать свою, альтернативную реальность, то есть – написать эту книгу сам, создав ее из осколков реальностей. Ты можешь вложить в каждую книгу записку с той реальностью, которую ты видишь. Может быть, она даже понравится читателям, которые ее откроют на той главе, которую ты переписал. Сама реальность каждой из книг, если это не научный труд – фантазия, которую ты можешь перелистнуть на любую главу. Они уже существуют. Понимаешь?        − Нет, − честно признался Алес.       − История каждого мира – одна такая книга, которую мы пишем по-своему. Никому не станет холодно или жарко оттого, что мы пишем свою историю по фантазии уже однажды написанной. Она нереальна.       − Я не об этом. Я понял, что ты хотел сказать. Просто в таком случае, нереальны все мы!       − Это парадокс в парадоксе. Нас не существует, потому что мы – фантазия, но мы не только существуем, но будучи героями данных книг – переписываем истории по-своему, создавая альтернативное будущее каждой из книг.       − Вы множите несуществующие реальности, которые никогда и никем не создавались, потому что будущего, реального будущего, в котором вы есть – не существует! – рявкнул Алес.       − Именно! – воскликнул Макс в ответ. – Его нет, но оно есть. Это все – будущее. Незакрепленное, нереальное, изменчивое! Сама точка соприкосновения, точнее расслоения миров, на данный момент не то что неизменна, а застыла в пространстве, закапсулировалась. Она никуда не движется, и в ней тоже ничего не движется. Если остаться там дольше, чем на месяц – ты и сам перестаешь двигаться, застывая. Вечная временная петля с повторением одной секунды бытия, из которого кое-кто нашел выход, притащил за собой первого исследователя, а тот уже начал тащить за собой остальных, чтобы наполнить эту точку жизнью, разветвляя ее, множа, позволяя работать с будущим, которое никогда не наступит, и которое уже вполне развито, чтобы жить самостоятельно. Некоторым мирам, которые мы посетили, уже более двадцати тысяч лет от момента расслоения, и они живут себе, даже не зная, что их еще нет.       − Как вы живете с этими знаниями? – простонал Алес.       − А мы с ними не живем. Я, вот, люблю жить такими теориями, поэтому я их собираю и обрабатываю, чтобы составить некую общность. Остальные стараются об этом не задумываться. Есть такая программка, называющаяся «полог», которая оставляя все знания в разуме, делает их для обдумывания неважными. Поверь, если бы не это, мы бы уже свихнулись. Все.       − А так, свихнулся только ты, − Алес невесело усмехнулся. – Как ты живешь со всем этим?       − Просто. Мне нравится подобное существование несуществующего.       − Ладно, это я понял... почти. И все же, почему я?       − Говорил за то, что мир не только расслоился, но и разбросал души по своему усмотрению? В те миры, которые наиболее соответствовали структуре тех или иных душ? – Алес кивнул, начав слушать внимательно. – Проблема в том, что в любой программе есть ошибки. И они, если их не править – множатся. Все мы, работающие в данном комплексе – ошибки мироздания, родившиеся не в тех мирах, которым предназначены наши души. Например я – огненный элементаль, но меня всунуло в одно из тел людей, подобных тому, что живут в этом мире. Нет, я кстати, не отсюда. Валька – тот просто путешествовал по мирам, ища свое предназначение. Сводобное существо, не нуждающееся в своем доме. Рыжики – те просто пошли за своим любимым, который тоже оказался элементалем, заключенным в мире магии. Есть у нас так же дракон, который по незнанию служил в ВВС одного из человеческих миров, и оборотень, который заканчивал музыкальную консерваторию. Это – только наш отряд.       − А я кто?       − Такая же заблудшая душа, оказавшаяся в мире, который ее готов был выесть, выпотрошить и разложить на составные. Ты бы там не выжил. Мы тебя вытащили. Этот мир – один из тех, для которых ты был рожден, и где можешь не только выжить, но и устроиться достаточно комфортно. Если ты не захочешь следовать за нами и помогать таким же как ты, заблудшим душам, отыскать свой дом – ты можешь остаться жить здесь.       − Ладно, вопрос поставил неправильно. В каком мире и в каком теле я жил.       − На Эртеусе, − совершенно искренне ответил Макс. – И там ты был рабом. Полукровкой. Сыном двух домов.       − Макс?..       − Алес, давай начистоту. Я знаю, что ты считаешь меня наивным идиотом, у которого можно выведать всю правду. С наивным идиотом с моей внешностью, ты еще встретишься. Я же уже более пятисот лет как являюсь Максом, и отлично знаю, что если мне запретили говорить тебе то или иное, то ты должен с этим смириться. Хочешь ответ на свой вопрос – обращайся к Вальке. Он имеет полное право раскрыть тебе тайну, которую храню и я. Может быть даже покажет что-то, от чего ты окончательно офонареешь.       − Ладно, − Алес согласно кивнул. – Ты прав, заставлять раскрывать тебя тайну, которую ты не имеешь права рассказывать – это нечестно. Объяснить, что такое этот браслет, который вы все носите, сможешь?       − Запросто. Это – коммуникатор, миником, а так же хронометр, который отсчитывает твое реальное время и время тех миров, которые ты посещаешь, максимально синхронизируя их. Благодаря этому девайсу ты не потеряешься во времени и пространстве, всегда сможешь вернуться на базу, а в случае твоей смерти, если вдруг тебя никто и ничто не сможет спасти – перенесет твою душу в клонированное и сохраненное тело, не отличающееся от твоего сегодняшнего ничем. Даже память будет сохранена до секунды. Ведь миником связан с комплексом постоянно, и все данные записываются в нем в реальном режиме. Если что – у нас есть все сохраненные копии всех реальностей, которые мы когда-либо меняли, а так же всех событий, которые мы по каким-то причинам должны или хотим забыть.       − То есть, если я его надену...       − Ты запишешь себя и свои параметры матрицы тела и духа в базу комплекса. Твою душу можно будет легко найти и отследить, а потом и вернуть ей вместилище.       − Вот, значит, что такое – ваше бессмертие...       − Не только. Мы еще и модифицированы. У каждого, кто работает в комплексе – внедрены наноботы, которые поддерживают здоровье и целостность тела. Так же – внедрен чип, который позволяет работать напрямую с системами, встроенными в миником и тело, и обходиться без внешних систем коммуникации. То есть, передатчика, компьютера и так далее. Ко всему прочему, в тело каждого внедрен минирепликатор... То есть, небольшой портальчик, который в случае невозможности употреблять еду того или иного мира, прямо из комплекса доставляет оную в желудок. Есть так же усилители мышц, специальная броня, которая делает тело неуязвимой, ну и так, по мелочи. Ко всему прочему, не забывай, что никто из нас не человек.       − Я человек.       − Душой. Так – не человек. Поверь, простым людям не интересно заниматься тем, чем занимаемся мы.       − А кто?       − У Вальки спроси, − легко отмахнулся Макс. – Алес, у меня блок на этот вопрос стоит. Даже если ты меня пытать будешь, я не отвечу. Правда, вряд ли ты додумаешься, как именно меня можно удержать, чтобы хотя бы задуматься о пытках.       − Я что, полный псих?       − Вообще-то – да, − Макс рассмеялся. – Кстати, поэтому твое происхождение я и не могу разглашать. Озвереешь, всех порешишь.       − А Валентин?..       − У него, как у оператора, есть право на такое решение. Изменить любое будущее любого мира, даже глобально – он имеет полное право. Я – нет. Надеюсь, ты не настолько недолюбливаешь меня, чтобы желать стереть меня из реальности. И да, не бойся спрашивать Вальку о том, кто ты. Он – добрый дядька, хоть и вредный. И любит тебя.       − А эту тайну ты мне открывать можешь?       − Боюсь, с тем, что я тебе рассказал, это уже тайной и не является, − Макс рассмеялся. – По большому счету, мы все уже не один век знакомы с тобой, и ты сам сказал, чтобы тебя хоть за уши, но притянули бы в комплекс. Если Валька захочет, ну... и если у тебя, взрослого, будет такое желание, то может быть, познакомишься с тем, кто ты есть, и увидишь, насколько ты... – Максим разулыбался. – Охрененный мужик, одним словом. Кстати, чтобы ты знал, ты меня вырастил. А перед этим – спас.       − А то, что ты говоришь...       − Поверь, за века жизни в комплексе, за тысячелетия скитания по мирам, за все откаты и наслоения, у тебя будет столько лишней памяти, что подобный разговор сотрется из твоего мировосприятия раньше, чем ты дорастешь до того возраста, когда окажешься рядом. Версии, десятки реальностей каждого мира, кучи откатов, переход с одной вероятности на другую... Короче, не заморачивайся! Живи спокойно, как живет каждый из нас, будучи немного не от мира сего. Так легче, проще и спокойнее. Ладно, вижу, я тебя слегка озадачил, так что – пошел. Мне еще по делам смотаться надо. Рыжики как раз присоединиться в одном деле просили.       − Макс, − тот повернулся с улыбкой на все лицо. – Благодарю тебя. За то, что не лгал.       − Смысл лгать? Все уже давно решено и пройдено, а каким образом тот или иной оказался в комплексе – не столь важно. Так что, решишь ты сегодня или завтра браслет надеть – жизнь твою там это не изменит.       − А если...       − Алес, в любой вероятности ты больше двадцати лет не думал. Побегай по миру, посмотри, реши сам для себя, чего хочешь, и почему здесь так скучно. Мы, когда уйдем, этот дом тебе оставим. Живи, занимайся делами. Жди, пока окончательно от скуки не взвоешь. А жизнь у тебя, парень, долгая. Практически бесконечная. Да и биологически ты – живучий. Сам не подохнешь, и другим себя убить не дашь.       − А если с катушек съеду?       − Получишь по мягкому месту от Валля, откат, который все твои мозги словно в миксере взобьет, и парочку лет в какой-нибудь особо пустынной реальности.       − Значит, все же не «да» и «нет», а «когда» и «как»... – Алес кивнул сам себе. – Я понял.       − Алес! – Макс погрозил пальцем, и сейчас, в этом Максиме Алес увидел нечто большее, чем смешливого мальчишку, словно все века, всех эпох, что он прожил и прошел – отразились в глазах. – Даже не думай. Валль может вернуться в любой день и час любого дня из тех, что ты уже прожил, и найдет-таки подход к твоему сердцу. Будь другом, не заставляй возиться с тобой как с малым ребенком. Ничего плохого там, куда тебя зовут, ты не увидишь. Наоборот, именно там, расслабившись и раскрывшись, ты обретешь истинное счастье и свободу.       − Свобода, к которой толкают – не так уж и сладка. Вот ты сам счастлив?       − Да, − Макс пожал плечами. – У меня есть тот, кого я люблю. Есть работа, которая мне по-настоящему нравится. Есть друзья, к которым я могу вломиться в любой час дня и ночи. Есть душевное равновесие и покой... – он задумался. – А когда выгорю, когда больше не смогу жить так, как живу сейчас – у меня всегда будет право уйти в любой, выбранный мною мир, и получить чистую как лист память, и достаточно юное тело, чтобы прожить определенный период времени так, как захочу.       − И сколько у тебя осталось лет, до того, как выгоришь?       − Ай! Даже вспоминать не хочу! Вроде как еще полторы тысячи реальных. А я только пятую сотню доживаю. Так что, в любом случае – еще очень и очень долго. Да и кто знает, может быть достаточно скучный отдых в одном из срединных миров, наскучит мне так быстро, что я сам затребую, чтобы меня назад забрали?       − Срединных?       − К Вальке! – указал Макс пальцем по направлению к комнате Валентина. – Он – твой, вот пусть тебя и просвещает, а я, все, что хотел сказать и чем желал поделиться – все уже сказал и поделился.       Алес только вздохнул, понимая, что и так вытянул из Макса все, и даже больше. Оставалось получить ответы на два последних вопроса. Но, судя по тому, что он успел услышать, ответы ему могли не понравиться. Точнее, Алес был к ним не совсем готов, и не знал, хочет ли подтверждения.       Макс достаточно рассказал о том, что у него достаточно не обычная психика и физиология. Крепость и жизнестойкость тела, очень долгая жизнь, упоминание срединных миров, а значит, присутствие и некоторых иных, которые явно не считали срединными, возможность уничтожить половину мира просто потому, что станет скучно... Упоминание Роном того, что он может не только силу выпить, но и душу... И какие-то скверные упоминания об источнике. Его личном, доступном только такому, как он.       Первое время, когда приходил в себя после потери памяти, но не навыков, которыми, казалось, пользуется впервые, потому что разум знал, как и что делать, а вот тело казалось чужим, неуклюжим, Алес просматривал очень много фильмов, чтобы составить хоть какое-то представление о мире, в котором жил. Или, как теперь выяснилось, и не жил никогда. И в те дни узнал, что люди любят верить во все мистическое. А если не только верят? Если это мистическое – он сам? И сейчас ходит по миру, в котором такого, как он, быть не должно?       Еще не определившись, что именно он собой представляет, и кем бы ему хотелось оказаться в конце концов, Алес решил поискать информацию в сети. По тем параметрам, которые, хотя или же нехотя, подсказал ему Макс. И увиденное ему не понравилось, хотя разум уже принял, что все совсем не так просто, как могло показаться. Вот только что делать с этими знаниями, он не знал. Как-то не слишком хотелось вылезать из уютного кокона незнания, в котором жил практически девять месяцев своей, вполне нормальной жизни. Очень не хотелось, но чтобы поставить точку в споре с самим собой, нужно было получить ответ. Четкий. Ясный. Конкретный. А после уже решать, что с этим делать.       Валентин был занят. Когда Алес зашел – показал ему раскрытую ладонь, что, скорее всего означало – «не мешай», а потом продолжил свой разговор с невидимым собеседником, попрощавшись достаточно быстро и скомкано.       − Как я понял, разговор с Максом у вас вышел плодотворным, − Валентин мягко улыбнулся. – Остались какие-то вопросы?       − Каков мой источник, учитель? – голос дрогнул, несмотря на попытки держать себя в руках. Очень не хотелось слышать ответ.       − Души... – Валль грустно улыбнулся. – Можно и не продолжать, так?       − Нет... – Алес сумел проглотить новость, которую уже успел обдумать. – Как часто?       − Видишь ли, я могу тебя кое-чем обрадовать, − Валентин присел напротив, после чего провел рукой над столом, образовав графин с янтарным напитком, два бокала и тарелки с закусками. – В нашей команде есть человек, который получает силу смерти. Всегда, много, постоянно переполняя себя, и не имея возможности оттока. Если ты будешь временами пить его силу, как делаешь сейчас, через кристалл... Да-да, он сливает избыток именно туда. Поэтому я и просил максимально полно опустошать кристалл. Но ты слишком уж зажат, и объяснить тебе прописные истины было достаточно сложно. Поэтому ему приходилось временами покидать нас и кормить того, кто с удовольствием поглощает всю лишнюю энергию.       − Я. Старший. − Алес уже не сомневался в том, что говорит. Если уж сходить с ума, то полностью и однозначно. – Крис сливал.       − Да. Так вот, если ты будешь поглощать его силу, то для полноценной жизни, работы и умиротворения духа, тебе потребуется примерно одна жертва в год. На юных девственниц не рассчитывай. Вам, жителям Эртеуса, даже лучше, если энергия темная и грубая. Утонченные души детей – не несут в себе никакой подзарядки. Я покажу тебе, как выбирать жертв. И поверь, жалеть о своем выборе ты не будешь. Эти энергетические сгустки и так доживают последние годы своей жизни перед полным распылением. А так, очень даже неплохая подпитка для того, кто совсем даже не любит убивать.       − Боялся худшего, − Алес коротко кивнул, залпом опустошив бокал. − Конечно, и этот выход не лучший... Где я буду брать этих людей?       − О, поверь, мы иногда по таким мировым клоакам ходим, что найти там то, что тебе понадобится – проще простого. Поверь, мы все – не белые овечки. Все, так или иначе, завязаны на темные энергии. Кто-то больше, кто-то меньше. Я потому и отбирал отряд с такой скрупулезностью, чтобы не было перекоса сознания. Так что, максимум что тебя могут попросить – не убивать слишком уж... кроваво. Хотя, когда-то я думал, что об этом придется просить Криса... Но мальчик, кстати, благодаря только тебе, держится на своем уровне, не переходя грань.       − А я – перейду.       − Не думаю. Поверь, на руках каждого из нас крови столько, что еще одно создание, убитое но использованное в пищу – никого не удивит. К тому же, тебе не обязательно убивать самому. Рыжики с этим прекрасно справляются сами. Просто вылавливай одну из искр из общего потока смертей и насыщайся.       − Думаю, что грязную работу тоже буду делать я.       − А так же – чистую, Алес, − Валентин улыбнулся. – Удивительно чистую и нужную. Ведь когда ты согласишься работать с нами, тебе очень часто придется манипулировать душами, переселяя их из одних вместилищ в другие. Аккуратно и бережно, как это умеешь делать только ты, не нарушая энергетическую оболочку и имея возможность снять с нее налет темной энергии.       − Погоди, но я могу питаться и остаточным фоном, если понимаю правильно.       − Обычно – да. Твои личные жертвы, это как уступка собственному голоду. Хотя, работая с нами, ты голодным энергетически не останешься никогда. Уже заметить был должен. Но... хронометра на твоей руке я так и не вижу. Могу узнать, почему?       − Я еще не согласился работать с вами.       − М-да... не к месту проснулось упрямство твоего рода, − Валентин так же, залпом опустошил свой бокал. – А приказывать тебе, как ты понимаешь, не имею права. Хорошо. У тебя есть возможность жить в этом мире так, как ты хочешь, и столько, сколько хочешь. Хронометр, будь добр, всегда держи под рукой, чтобы в случае чего, всегда мог бы его надеть и активировать. В момент активации тебя мгновенно перенесет в искусственно созданное пространство, где ты будешь проходить обучение всем премудростям работы в отряде. Дальше. Память. Сразу оговорюсь, память у тебя не ахти какая. Сложная, болезненная, жесткая, полная боли и страданий. Но не получив ее, ты не получишь главного. Возможности к трансформации. Сразу оговорюсь, процесс будет очень долгим, болезненным, жестким. Может на какое-то время свести тебя с ума, поэтому, чтобы не причинить вред невинным созданиям, постарайся провести его там, где пустынно. На остров какой, безлюдный отправься. В горы... И проход завали. От голода не погибнешь, а когда трансформация пройдет, легко переберешься в любой город, который тебе придется по вкусу.       − Ты так говоришь, будто уходишь...       − Алес, смысл мне сидеть здесь и уговаривать тебя последовать за мной? – Валль пожал плечами. – Если бы ты был юным и невинным, не понимающим реалий жизни – тогда да. В данном случае – тебе хватит того, что ты имеешь. Этого дома, со всем содержимым, суммы на твоем счету, кристалла, в который Крис будет сливать свою силу даже из другого мира, и транквилизатора, который я оставляю тебе в достаточном количестве. Его, будь добр, принимай постоянно. Нет, можешь попробовать и без него... Только сразу предупреждаю, ты не сталкивался ни с силой, ни с мощью, ни с потребностями своего тела. Тебя это может слегка... обескуражить. Когда в себя после приступа ярости придешь. Исправлять, учти, я ничего не буду. Сколько убьешь, столько на твоей совести и будет. Ну, и как я сказал, когда нагуляешься – добро пожаловать в учебный комплекс для новичков отряда. Кстати, там ты встретишься со всеми, разве что и еще с парочкой ребят, которых здесь не было. Ну, надеюсь, ты все понял. Если захочешь вызвать на разговор меня, − Валль положил на стол гарнитуру, − вызывай. Выслушаю, посоветую, помогу. Но не забывай, что прося самостоятельной жизни, должен будешь учиться этой самостоятельности. Так... что еще... – задумавшись, он начал накручивать на палей свой седой локон. – А! Да! Насчет твоей семьи! Все уже решено, и все получили неплохое прибежище в одном из миров. Правда, пришлось закрыть из возможности и стереть память, как и тебе. Все же на Эртеусе не самые приятные создания водятся. И из своей семьи – ты самое доброе и милое создание. Когда ненадолго сойдешь с ума, посмотришь на те разрушения, что произвел, увеличь их в десятки раз. Это и будет то, на что твои сестренки способны, если бы я их не закрыл.       − А можно получить память там, где я никому не нанесу вреда?       − Нет, − Валль встал. – Ты же не хочешь уходить и работать с нами. Не хочешь надевать коммуникатор, чтобы присоединиться к группе. Не желаешь иметь ничего общего с нами. Почему этого должны хотеть мы? Зачем нам помогать тому, кто хочет от нас только помощи? Будь готов дать в ответ, чтобы просить чего-то для себя. А до тех пор, пока личные, эгоистичные предпочтения для тебя важнее – живи здесь. Поверь, ничего страшнее несварения желудка с тобой здесь не произойдет. Самый безопасный и туповатый мирок, из всех срединных, которые я знаю. Может, у тебя даже получится его расшевелить. Все же, мышление развитое, да и знаний, которые я оставляю, будет достаточно, чтобы научиться самым простым операциям с энергиями.       − Значит... Прощай?       − Прощай, − Валль улыбнулся. – А возможно и до встречи, Аластор с Эртеуса.       И, проведя рукой над коммуникатором, мгновенно исчез в воздухе, словно его и не было. Как не было и всех остальных, что ушли во время их разговора, который Валль вел на самой грани, опасаясь, что Алес может сорваться в любую секунду. И если ему, как аморфу, ярость демона была не страшна, А Максу не очень и опасна, для Кристиана, пропитанного эманациями тьмы, она могла закончиться плачевно.