Сладость

Голос. До его слуха донесся голос. Такой тихий. Но самый любимый. Его голос. Есть чувство какой-то тяжести на груди. Но ему совсем не тяжело, потому что он знает, это он. Наконец, Луффи открыл глаза. На своей груди он увидел, то что и ожидал. Санджи сладко спал, но сидел на стуле, переплетя свои пальцы с его. Монки перебирал его светлые волосы, осторожно приоткрыл лицо. Бледное, даже во сне напряженное. Легкая улыбка коснулась губ резинового парнишки. Санджи думал, что это его вина, никак не иначе. Луффи осторожно приподнял голову повара, сумел встать с кровати. Подхватил парня на руки, стараясь не разбудить, положил на кровать. Стянул обувь, скинул ненужную одежду, аккуратно сложив ее на прикроватном столике. Блондин пошевелился, но не проснулся. Луффи пригладил его светлые волосы, легонько поцеловал в лоб, разглаживая складку между бровей, и прилег рядом с Санджи. Нащупал руками одеяло и накрыл на них. С легкой улыбкой Монки обнял парня за талию, прижался к его груди, вдыхая запах Санджи. Приятный привкус сигарет всегда нравился Луффи. Но нравилось это только в Санджи. Только ему подходил этот привкус, несильный, мягкий, приятный. Его руки умели готовить все. И несмотря на душистое мыло, что всегда покупала Нами, вкусы специй всегда чувствовались. По его рукам можно было узнать, что их ждет на ужин. Или обед. Ну или завтрак. Луффи помнил сладость Санджи, когда был день рождения Чоппера. Блондин так старался с самого утра, что к вечеру еле стоял на ногах, но лишь смеялся. Таков уж он. А к концу вечера сумел, наконец, расслабиться. Наблюдательная Робин и любящий Луффи прибрались на кухне, вымыли посуду. То была маленькая, но важная радость для самого повара. Прижимая к себе теплое тело дорогого сердцу человека, Луффи понимал, что скучал. Они разошлись на Дресс Розе, не виделись и на Зоя, а встретившись на Пирожном Острове, лишь подрались. Ну, как подрались? Сопротивляться Луффи даже не стал. А сколько боли было причинено ему самому! И все это ради них, ради их безопасности. - Луффи? – Монки поднял голову и встретился со взглядом голубых глаз и утонул в них. Таких невероятных. - Ммм? – с улыбкой промычал Монки, не отрываясь от глаз Санджи. - Ты в порядке? - Угу, - кивнул парнишка, все так же улыбаясь. - Прости, - уже тише прошептал повар, уткнувшись носом в темные волосы Монки. Он жалел. Жалел обо всем произошедшем, о ранах, что нанес капитану, о ранах, от которых не уберег его, о своей глупости, из-за которой пострадали его накама, а ведь их он и хотел уберечь, о своем желании спасти свою семью, которая едва их не погубила, наплевав на все. Ошибка, совершающая одни ошибки. Удивительно, как его вообще приняли обратно после всего произошедшего. Хотелось рассказать все ему, Монки, но боялся, что его неправильно поймут. Это же Луффи, которому наплевать на долгие объяснения, который редко когда слушал что-либо. Ему не понять. - Не нужно извинений. - Нет, я избил своего капитана, ты это понима… - Нет, не понимаю. - Луффи, ты… - Но ты ведь делал это ради нас? Луффи привстал, перекинул ногу, садясь верхом на живот блондина, откидывая в сторону одеяло. Медленно провел пальцами по лицу Санджи. Блондин выдохнул. Прикосновения Монки лишили повара желания продолжать пререкаться с ним. Луффи улыбнулся, наклонился к нему, накрывая его губы своими. Мягко и нежно целовал его, лаская, возбуждая Санджи. Тихий стон потонул в очередном поцелуе. Руки Монки ласкали грудь повара, касались горячей кожи, он с удовольствием слушал сладкие слуху стоны, наблюдал за раскрасневшимся Санджи… …Со стоном Санджи сжал простыни, запрокинув руки над головой. Удовольствие прокатывалось по всему телу волной, вырываясь стонами. Боли не было, была лишь сладость, нежное, щемящее в груди чувство. Луффи вновь наклонялся к блондину, даря очередной поцелуй, легонько касаясь его эрегированного органа. Руки Санджи обхватили парнишку за шею, выдыхая его имя. Луффи кусал губы, сдерживаясь, стараясь не навредить блондину, не причинить лишней боли и без того уставшему морально парню. Он придет в себя. Но ему нужно время. Тяжело дыша, Санджи лежал на кровати. Глаза были закрыты, а тело отказывалось двигаться, но оно и не надо было. Луффи чуть приподнялся и прошептал: - Санджи, открой глаза. Повар послушно поднял веки, уткнувшись взглядом во внимательные черные глаза парнишки. - Ты больше никогда не уйдешь. Это была не просьба, это было утверждение. Санджи мягко улыбнулся и кивнул. Луффи улыбнулся в ответ и бухнулся рядом с поваром, вернувшись в то же положение, в котором Санджи и увидел Монки, проснувшись. Он пригладил волосы парнишки, слушая его сопение. Прежде, чем погрузиться в сон, Санджи понял: «Я – идиот».