По праву рода

- Курво, - голос старшего брата был укоризненным, - рано или поздно это должно было произойти. Неужели ты этого не понимал? - Понимал, конечно, - Куруфин поморщился, точно от боли, и мучительно выдохнул. - Но не ждал. Сейчас не ждал. Ты меня не поймешь... Для меня Тьелпэ навсегда останется ребенком... Тьелкормо, абсолютно трезвый, в отличие от брата, покачал головой: - Ты лжешь сам себе, Курво. Наш отец признавал нас взрослыми... И не только нас, но и Амбаруссар, иначе бы не дозволил им дать Клятву. А ведь они тогда были ровесниками твоего Тьелпэ. Атаринкэ поднял голову и обозленно схватился за стакан. Отхлебнув, он немного успокоился и буркнул: - Но почему именно теперь? Зачем ему эта дева? Подумаешь, потанцевали! Она его потом сама... Сама, я видел и слышал!.. позвала на прогулку, а он... он и поддался! - Но ведь Тьелпэ пока и не говорил о браке, - резонно возразил Туркафинвэ. - Он всего лишь просил дозволения ухаживать за нею... Цени, Курво, я такого у отца никогда не спрашивал! - Да сын не любит ее! - отчаянно воскликнул Атаринкэ. - Я же вижу! Как ты не понимаешь?! - Не понимаю, - скривился старший брат. - Он уже не несмышленыш, а взрослый эльда. Сам решит, как ему быть. Захочет — женится, захочет — бросит. Что в этом особенного? - Тьелко, ты всегда был таким, - раздраженно бросил Куруфинвэ. - А Тьелпэ не такой. Он, если даст слово, сдержит. - А я, стало быть, не сдержу? - ухмыльнулся старший брат. - Курво, перестань третировать сына! Он только учится ухаживать за девами... Вполне возможно, что он об этой вскоре и думать позабудет. А ты переживаешь. - Я не могу допустить, - глухо произнес Куруфин. - Я не могу допустить, чтобы мой сын... Так же, как я... - Ах, вот оно что... - Келегорм сощурился. - Так и говори, что тебя волнует не сын, а твоя собственная любовь и судьба. Но то, что твоя жена не разделила твоих стремлений и не последовала за тобой — не повод отказывать сыну в семейном счастье. На мгновение воцарилась тишина. В общей гостиной лордов Химлада горели свечи, уже давно над Ардой погас свет Анара, а двое братьев-феанорингов никак не желали угомониться и разойтись по своим спальням. От очага шло приятное тепло, по зимнему времени особенно желанное. - Молчал бы, - наконец зло выдохнул Атаринкэ. - О семейном счастье ты не знаешь ровным счетом ничего. - Возможно, - сжал зубы Тьелкормо. - Ты прекрасно знаешь, что она... уже не хочет вернуться. Сказала мне, что теперь замужем и это окончательное ее решение. Хоть я не признал этого брака! И никогда не признаю!.. Действительно, что это я? Откуда мне знать о любви? - Тьелко, - Куруфин заговорил одновременно просительно и грозно. - Я ведь тебя знаю. Ты можешь и без... А мне... А я... - Вот что, Курво, - Тьелкормо нахально отнял у младшего брата стакан. - Хватит пить! Хочешь знать, как я справляюсь с тоской по Ириссэ? - Хочу! - резко воскликнул Куруфин. - И отдай. - Нет, - Туркафинвэ выплеснул содержимое стакана прямо на ковер. - Так вот я, чтобы справиться, ищу спасения в объятиях Меликвэн... - Меликвэн? - пьяновато произнес Куруфин. - О, у тебя новая дева? Вроде не помню такой... - Да какая же она новая, - фыркнул Келегорм. - Я с ней уже здесь познакомился, когда она помогала нам и нашему отцу обжиться у Митрим. Честно, Курво? Она ничего не умеет. Вообще ничего! Ни приготовить еду, ни сшить одежду, ни держать меч. Но она умеет вдохновлять... - Вот я и говорю! - воздел руку вверх Куруфин. - Ты всегда мог. А я — нет! Я не такой! И вообще... Что мне за дело до этой твоей девы? - Можешь сходить к ней. Станет легче. - Что?! - Атаринкэ поднялся на ноги, едва не оступившись, и попытался отхлебнуть из графина. Однако Тьелкормо вырвал емкость у него из рук и прошипел: - А ничего! Сколько можно страдать по Аименэль?! Она от этого здесь не появится! Она бросила тебя и сына! Так посмотри на Меликвэн! Я оценил ее еще тогда, когда узнал, что она в одиночку с нами отправилась — ее родители и сестры остались в Амане! Сильная, самостоятельная, умеет приспосабливаться... и хороша собой, весьма. Высокая, с темными волосами, как нам с тобой обоим нравится. Она вряд ли будет против, если ты придешь к ней. - С чего ты взял? - выдохнул Куруфин. - Это ведь твоя дева. Мы ж не Амбаруссар, даже в темноте не спутает. - А Меликвэн и не моя, - задумчиво уточнил Тьелкормо. - У меня много дев было. Разных. Ну, о примерно половине ты знаешь... Я ведь ни одной не врал и ничего не обещал. Сами себе придумывали, сами верили, сами обманывались и сами потом страдали. Я от каждой первой слышал что-то вроде «я теперь твоя» или «делай со мной что хочешь», но не от нее. Я вообще не уверен, что я у нее единственный! То есть на момент первого раза точно был не первый... а ведь она не замужем. Знаешь, что она мне сказала тогда, после первого раза у Митрим? - Что? - Куруфин, отобравший графин обратно, все больше пьянел. - Поблагодарила! Знаешь, так, как будто оценила старания... Если честно, я тогда на это разозлился. Теперь уже не злюсь. - И ты думаешь, что если у нее был ты и кто-то еще, то она и со мной захочет... свидания? - Ну, ты ничего такой, - скептически окинул младшего брата взглядом Тьелкормо. - Пока не женился, на тебя девы смотрели только так. Не вздумай совсем напиться, ей не понравится! - И что, думаешь, поможет? - Забыть Аименэль твою? Не, не поможет. - Ну и зачем тогда? - Легче станет. - Ладно, - Куруфин наполнил кубок вином и залпом опрокинул в себя чуть ли не половину. - Как ты сказал, эту деву зовут? - Меликвэн, - повторил Туркафинвэ. - Постарайся ей понравиться. Она многое умеет... Но ведь и ты в супружеской спальне не крестиком вышивал? Что-то же должен уметь. - Заткнись, - Куруфин чуть покачнулся, но нашел в себе силы встать ровно. - Мало ты надо мной насмехался после моей первой брачной ночи... - Тебя проводить? - сочувственно вздохнул Келегорм. - Нет! Я сам! Я докажу... Ты только скажи, куда идти-то. Голос брата стал немного невнятным, а Тьелкормо почти неслышно выдохнул: - Сначала себе докажи. *** - Рассказывай уже, - буркнул Куруфин, искоса взглядывая на брата. Гостиная крепости Аглона была освещена лишь свечами, за окнами же было абсолютно темно. Почетный гость, брат лордов Химлада Карнистир, развалившийся в кресле, сразу как-то весь подобрался, словно видя перед собой угрозу, и посмотрел на Куруфина недобро: - О чем это рассказывать? - О том, о чем хочешь рассказать, - пояснил Атаринкэ. - Ни о чем не хочу, - пожал плечами Карантир. - Я молчал. - Ты всегда молчишь, Морьо, - хмыкнул Куруфин. - Я тебя всю мою жизнь знаю. Но сейчас ты молчишь как-то... неправильно. Обычно молчишь не так. - Да? - на лице Морифинвэ промелькнула едва заметная усмешка. - А как? Куруфин проигнорировал язвительное замечание и обратился к брату много ласковей: - Да расскажи уж, чего там... Не бойся, не разболтаю. Даже Турко не расскажу, если потребуешь. Наверное, сердечные дела? - Это ты тоже по моему молчанию понял? - уточнил Карантир. - Нет, - Атаринкэ откинулся в своем кресле и подтолкнул к брату кувшин по столу. - Выпей, легче станет. Турко сейчас уехал к югу наших владений — и ты молчишь, застав в крепости только меня. Ну, извини... мы с ним делим обязанности лордов Химлада.... Хотя, конечно, по сердечным проблемам лучше у Турко справляться. - Ни о чем я не справляюсь, - буркнул Карнистир, шумно наливая себе в стакан розовато-алую жидкость. - Но ты прав... частично. Я хотел спросить, что опять сделал не так. Но ты мне не поможешь, потому что не ты в прошлый мой приезд давал мне советы. - Так, может, оно и к лучшему? - приподнял бровь Атаринкэ. - Разные речи послушаешь. У нас с Турко разные взгляды. И на жизнь, и на любовь. А ведь больше ни к кому ты с таким делом не пойдешь. - Может... - Карантир явно задумался, а потом посмотрел прямо. - Я всё сделал, как Тьелко велел. Вокруг да около не ходил. Сначала смотрел. Долго. Потом на празднике на танец пригласил, хотя у нас даже гномы знают, что я не любитель танцев. Потом несколько раз беседовал. Потом позвал на прогулку... Но ты ничего такого не думай, потому что там я тоже ничего такого не делал. Потом подарил браслет. Потом... Ну, может, не сильно-то ловко у меня вышло, но сказал, что хотел бы видеть ее своей. Она... отказала. Что я сделал не так? - Больно сжатый у тебя пересказ получился, - поморщился Куруфин. - Ты поподробнее как-то можешь? А то, может, ты ее на гномий танец пригласил, или браслет из желудей сделал, почем я знаю? Карнистир посмаковал еще вина и с гулким стуком поставил стакан на полированный стол. - Курво, если ты издеваться думаешь, то я лучше еще помолчу. Всё я нормально делал. У меня даже записано было... Правда, после отказа бумагу я сжег. И танец был приличный — не один я деву приглашал; и браслет дорогой, с камнями. Когда помолвку предлагал, в красивых словах попутал немного... но я не менестрель, и она это знала. Так почему отказала?! - А как она тебе отказала? - принял серьезный тон Куруфин. - И что это за дева вообще? - Она... - Карнистир запнулся. - Красивая. Легкая... Макалаурэ бы, наверное, сказал «утонченная». А может, и еще какое слово позаковыристей бы нашел. - Это ты в балладе напишешь, - не проникся Атаринкэ. - Кто эта дева? Чем отличилась, что ты ее отметил? - Младшая дочь одного из моих советников, - послушно ответил Морифинвэ. - А что я еще скажу? Красивая. На мой вкус. Поет, танцует... Она не воин, не политик и не дипломат. Она просто... С ней душа отдыхает. А отказала... Сказала, что весьма польщена моим вниманием, дорожит моей дружбой. И всё. Но я ж не дурак, понял, что с такими словами на помолвку не соглашаются. Извинился да и ушел... Так что не так было? Почему не получилось? Знаю, не красавец, умений отца тоже не унаследовал, но всё же кое-что да могу предложить возможной супруге. - Погоди, Морьо, - задумчиво пробормотал Куруфин. - А скажи, почему ты себе именно эту деву выбрал? Не воительницу, не гения торговли? Мне всегда казалось, что если ты на ком и женишься, то только на такой. - Вот и Тьелко из меня всю душу вымотал... - вздохнул Карнистир. - Да не знаю! Не могу сказать, что в сердце прямо великая любовь зажглась, но... Нам ведь всем еще в Амане говорили, что если брак не по любви, то по меньшей мере должен быть по приязни друг к другу. Ну, я и нашел такую склонность в себе. Готов был видеть ее рядом каждый день, для нее был готов что-то делать. А еще давит, Курво. Одиночество давит, тревоги давят. В спальню ухожу — заснуть не могу. А больше всего Клятва давит. Какая уж тут любовь, когда Клятва... не смогу я полюбить деву, наверное. Забыть хотел, хоть ненадолго. А у нее песня льется — и я забываю. А потом, у себя когда уже, еще хуже становится, словно та же Клятва в три раза тяжелей. Вот и думал — мне легче станет, а я ей тоже отплачу, чем сумею. Может, даже детей вырастим, ведь пока Мир... Хватит, Курво. Я перед тобой тут душу изливаю, а ты, словно... словно вина в рот набрал. Воды-то уж, поди, давно не пьешь. Что я сделал не так? Куруфин побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и наклонился вперед, как будто сообщал тайну: - Деву не ту выбрал, Морьо. Карнистир долго молчал, пытаясь переварить слова брата, а потом неуверенно брякнул: - Это потому что любовь должна была зажечься? Ну, как там Макалаурэ поет? Звезды в волосах, искры в глазах. Или наоборот?.. Так Тьелко мне не то говорил. Он сказал, что любовь — дело десятое. - Больше его слушай, - хмыкнул Атаринкэ. - Хотя в чем-то Турко прав. Дело не в любви. Точнее, не только в ней. Морьо, самое главное, чтобы вы с женой были... одинаковые, понимаешь? Неважно, воительница она или не воительница... Вы с ней на одном языке говорить должны. А ты на эту дочь своего советника смотришь, будто на птичку диковинную. Чирикает что-то непонятное... Будто она не эльдиэ, а в жилах у нее не кровь, а мирувор. А потом договорились, и ты ее в клетку посадил, а она с твоим наличием примирилась. - Ну, знаешь!.. - Карантир даже не сразу нашелся. - А ты-то в этом что понимаешь? В Эндорэ ты пришел один! - С сыном, - резко бросил младший брат. - В том-то и дело, Морьо. В том-то и дело! Слишком хорошо мы с Аименэль друг друга понимали... Помнишь ночь после Клятвы? - Тогда всегда ночь была, - буркнул Карнистир. - Но забыть вряд ли получится. Ты пьешь, я пение слушаю, а оба помним... И Аименэль твою помню. Как-никак, все вместе в Форменосе жили. - Так вот я только в комнаты наши зашел... после... Мы же ни одним словом тогда не обменялись. Ни одним, Морьо! - боль прорывалась наружу, и Куруфин возвысил голос. - Я только посмотрел — и сразу все понял. А Аименэль... Она мне в глаза заглянула только. И всё. Потом поговорили, конечно, объяснились... Только зачем? Она мне потом Тьелпэ сама передала, на корабль. И игрушки его, целую котомку. Плакала. Но осталась верной своему решению. Я ее, конечно, никогда не пойму. Но бесконечно уважаю. И считаю женой и... любимой, до сих пор. Разные решения мы с ней приняли, приняли разную судьбу. Но мы с ней — одинаковые. Вот именно такой брак, наверное, и благословлен самим Создателем. У наших с тобой родителей тоже, наверное, так. Карантир снова отпил вина и покрутил стакан в руке, старательно заглядывая в него, как будто пытался на дне найти ответы на свои вопросы. Ни одного не задал, только молчал. Куруфин тоже долго хранил молчание, а потом вновь заговорил: - Я в третий раз это рассказываю... Раньше только Турко и Нельо говорил. А больно... больно так же, как в первый. С Клятвой так же было. Вот и тебе, Морьо... Я тебя хорошо знаю, хоть ты обычно неразговорчив... Тебе такая нужна, чтобы не пением отвлекала. А такая, с которой про Клятву не забудешь — но это и не нужно, понимаешь? Того же теста, что и ты. Чтобы ты знал, что она за тобой и за Клятвой твоей до конца пойдет. Чтобы ничего не боялась, даже если меча в руке никогда не держала. Чтобы могла взять твой народ, если ты сдохнешь за нашу Клятву. Чтобы сильная была, а не на свистульке играла. Чтобы в торговле понимала, даже если ничего не решает. Чтобы мог ты ей рассказать обо всем, что на душе, перед сном, а потом лечь и спать покойно. Чтобы она доверяла тебе — если, как ты говоришь, по взаимной приязни. Чтобы ты доверял ей — и слушал о том, что для тебя выглядит совершеннейшей ерундой. Не получится без всего этого брака, Морьо. Даже без любви. Карантир устало и медленно покачал головой, как немолодой адан: - Я уже понял, что с такой... диковинной птицей не получится. Может, ты и прав, Курво. Но тогда мне стоит признать, что я навсегда один останусь. Не в том дело, что я хотел бы... ну, не в желаниях тела. Тебе, может, тяжко слышать, но ты ж хотел, чтобы я говорил... Не могу я на деву такой груз взвалить. Мне такое ей компенсировать нечем. - Совсем ты в своих торговых соглашениях увяз, - вздохнул Куруфин. - Брак — это же не торговый лист гномов, а... Он тоже запнулся и замолчал. - А что? Искра любви? - хмыкнул Морифинвэ. - Пламя? Этого мне хватило по самую маковку. Видал я у нас и таких дев, с которыми хоть против Моринготто иди, но такого я точно не потяну. Воительницу или интриганку, наверное, именно полюбить надо, чтоб жениться. Здесь-то хоть Тьелко помог... Речь написал примерную, план действий. А таких — даже я понимаю — браслетами и танцами не завоюешь. На большее я не готов. Той любви, о которой ты мне толкуешь, не чувствовал никогда. Почувствовал — женился бы уже. И меня бы вряд ли что остановило. Через многое уже переступал. Но покоя — лично своего — я хочу. - Знаешь, - вдруг дернулся Атаринкэ, - есть у меня одна... знакомая эльдиэ... - Знакомая? - прищурился Карантир. - Как у Тьелко? У него много знакомых эльдиэ. - Вроде того, - криво улыбнулся Куруфин. - Я тебе сейчас схему набросаю, где она живет. Заглянешь, побеседуешь... Не прогонит. - Нет уж, - Карнистир замотал головой. - Если надо, я такого и у себя в Таргелионе найду. Девы из народа Пришедших Следом... в общем, было у меня. Я не хотел, они сами! И не смотри на меня так! Они подаркам радуются. А некоторые еще в... процессе... подарков требуют. - Никак я на тебя не смотрю! И помолчи ты, дай договорить! - рявкнул Атаринкэ. - Не в том смысле. Даже если ты ей не понравишься, не прогонит. Вина нальет, поговорит. С ней хорошо говорить, она эльдар понимает. Это, в принципе, всё, что она умеет — понимать. Ну, а если понравишься... Тоже не вздумай к ней с браслетами да колечками, даже очень ценными. И моргнуть не успеешь, как выставит из своих покоев, я пробовал. Ведь просто тогда для нее браслеты сделал... В общем, она не для богатства и не для положения. - То «расскажи», то «помолчи», - недовольно брякнул Карантир. - А что мне от нее надо-то, если «не для того»? - А вот сам и поймешь, - усмехнулся Куруфин. - Может, заодно поймешь и какая жена тебе нужна. Только брака Меликвэн не предлагай — откажет. - А ты что, пробовал? - фыркнул Карнистир. - А у валар дозволения спросил на второй брак? - Нет, - хмыкнул Атаринкэ. - Мне после свиданий с ней и впрямь стало легче, да и хоть что-то я в девах понимаю. Но в браке она откажет. Точно откажет. Ты прав — и я у нее гостем бываю, и Тьелко тоже. Оч-чень... самостоятельная дева. Но очень красивая. И понимающая. - Проверенный, значит, товар? - язвительно бросил Морифинвэ. - Я ж говорю, совсем на своей торговле помешался, - куда-то в сторону сообщил Куруфин и торопливо набросал схему на оборотной стороне чьего-то письма, что во множестве валялись на рабочем столе кабинета. - Иди. Потом сам спасибо скажешь. - Спасибо, - Карантир безукоризненно-вежливо поклонился, поднявшись на ноги, но бумагу забрал. - Если получу от нее по морде — переадресую тебе, Курво. *** - Ведь знал же, что так будет, - простонал Маглор. - Знал — и все равно поехал? - притворно-озабоченно произнес Келегорм, и вдруг улыбнулся. - Да тобой можно гордиться! Наконец-то ты становишься похож на настоящего сына нашего отца! А теперь, когда долг вежливости отдан, поклоны и пышнословие позади, позволь, я задам тебе один маленький, но нескромный вопрос?.. - Ну? - мрачно глянул на него старший брат. - Ты на хрена приперся, Макалаурэ? - участливо поинтересовался Келегорм. - Нет, я всегда рад тебя видеть... Кстати, можешь доложить Майтимо, что у нас тут всё прилично. - Я собирался посетить Нарготронд, - независимо откликнулся Маглор. - Нас с Финдарато связывают дружеские узы, но он нечастый гость в моих землях... В Оссирианд его и то вытащить проще. Но в Оссирианде себя неуютно чувствую уже я. - Да-да, - Келегорм насмешливо ухмыльнулся. - О вашей дружбе с Финдарато много говорят. Общих Пришедших Следом вон нашли... Правда, о дружбе Финдарато с Турукано говорят не меньше. - Прекрати, - рявкнул Маглор. - Уж ты-то, я думал, не разносишь дурацких слухов. Поохотиться уже нельзя... - Просто ты и охота — совершенно разные вещи, - участливо пояснил Тьелкормо. - В умах нолдор они плохо сочетаются. - По-твоему, я должен только сидеть в своей крепости в обнимку с арфой и ронять слезы от отсутствия вдохновения? - раздраженно буркнул старший. - Нет, ты вполне можешь сидеть в обнимку с кем-нибудь другим... И вместе оплакивать покинувшее вдохновение... Макалаурэ длинно выдохнул, после чего явно взял себя в руки: - Оставь свои грязные намеки, Тьелко. Мне действительно не пишется в последнее время... И это тяготит. Я нередко ищу новых впечатлений. И сейчас отправился на юг именно для этого. По пути заехал к вам. Не люблю долгие переходы, когда ни отдохнуть, ни омыться, но не к Синголло же заезжать... - Да, он нам омыться не предлагал, - брякнул Келегорм. - Разве что ванну с дубильной кислотой. Но мне как-то не очень хочется отдать шкуру на флаг Лестанорэ. - Вот и меня не прельщает такая перспектива, - кивнул Маглор. - Впрочем, если ты мне настолько не рад в своих владениях, то я могу уехать хоть завтра. Отосплюсь — и в путь. - Нет, - сбавил тон Тьелкормо. - Да ладно тебе, Макалаурэ. Я уж думал, ты проверяющим от Майтимо. А то нередко в письмах грозится приехать и лично проверить, но я-то знаю, что у него забот невпроворот. Так что — и я говорю это искренне! — добро пожаловать в Химлад. - Я уже это слышал сегодня, - фыркнул Маглор. - Раз пять. - Искренне! - весомо произнес Тьелкормо. - Выпить будешь? - Нет, - отмахнулся Макалаурэ. - Пробовал, не помогает. - Вонючего дымного зелья? - предложил Келегорм. - Есть у нас и эта гадость здесь. Гномы Карнистира завезли, а потом и местным атани понравилось. Дым изо рта идет, как от костра. В общем, хоть отселяй их к Моринготто. Но тебе могу предложить, если хочешь. Сам не пробовал, но говорят, расслабляет. - Вот еще, - скривился Маглор. - Я такое в Оссирианде пробовал. Невкусно, и голос сразу садится. - М-м-м... Тогда... - А весь список развлечений Химлада можно? - хмыкнул Макалаурэ. - Будет, что Майтимо доложить. - Да пожалуйста, - разулыбался Тьелкормо. - Охота, стрельбище, тренировочные бои? Что предпочитаешь? - Ты издеваешься, - печально констатировал Маглор. - На тебя не угодишь, - притворно-грустно развел руками Келегорм. - Я вдохновение ловить не умею. Для меня охота — как глоток воздуха, а возможность помахать мечом — отличный способ отдохнуть. - Погуляю по окрестностям вашего замка... - неуверенно пробормотал Макалаурэ. - Пообщаюсь с твоими друзьями... У тебя здесь певцы есть? - Есть, - в компании старшего брата Келегорм не мог не язвить. - Некоторые та-а-ак «поют»! Особенно, когда на пьянке поймаю или еще на чем. - А что, в Химладе пить дозволяется только лордам? - не менее язвительно откликнулся Маглор. - На боевом посту — только нам, - Тьелкормо улыбнулся. - Макалаурэ, ты чего-то все рекорды бьешь. Неужто вдохновение так далеко ушло? Может, тебе морду набить, чтобы новых впечатлений добавить? - Эти впечатления несколько устарели, - Макалаурэ даже глаза закатил. - Совсем устарели. С Эпохи Древ, я бы сказал. - Новое — это хорошо забытое старое, - торжественно провозгласил Келегорм, а потом добавил. - Ну, если не пить и не охотиться, то, может, поухаживаешь за кем? Могу подсказать. - Список составь, - лениво бросил Маглор. - И оценки проставь, чтобы я времени не терял. - Вот стоит с тобой приветливо заговорить, ты же оседлаешь да еще и погонять начнешь, - огорченно произнес Тьелкормо. - Не такой уж я гад, - Маглор принял тон. - Но мне и впрямь не по себе, Тьелко... Никогда такого со мной не было. Опустошение, что ли... Даже после Исхода в душе что-то билось: боль, ярость, обида, горечь... Много всего было. А теперь — как будто и сказать нечего. Я впервые подумал, что нот всего семь. Всего семь! Так мало... - Не мало, - Келегорм отлично чувствовал, когда старший брат говорит всерьез. - Нас вот тоже всего семь, но Музыку мы не хуже айнур замутить можем. Макалаурэ слабо улыбнулся: - Вот за что я тебя люблю, Тьелко, так это за то, что ты в любом дерьме что-то светлое отыщешь... Почему так? - Потому что я чаще вас в дерьме оказываюсь, - не задумываясь, отозвался Келегорм. - Уж не знаю, почему. - Противоречий слишком много, - пожал плечами Маглор. - Характер у тебя такой. Когда слишком много неустойчивых интервалов... - Ой, хватит, - сразу перебил его Туркафинвэ. - А то ведь я тебя знаю! Как начнешь — так и не закончишь до утра. А мне эта музыкальная наука никогда не давалась. Интервалы, доминанты и разрешения трезвучий. Мне всё это о чем-то неприличном напоминает. А слово «трезвучий», на мой вкус, и вовсе прилагательное. Маглор рассмеялся, ярко и весело: - Ладно, не буду тебя мучить. Лучше Финдарато помучаю, как до Нарготронда доеду. - Так ему это, наверное, нравится? - неуверенно спросил Тьелкормо. - Как ты мучаешь? - Теперь уже мне что-то неприличное в этом слышится, - дернул плечом Маглор и вдруг задумался. - Раз у вас тут все развлечения, как у дикарей, то... Ты предлагал за кем-то поухаживать? - Тебе жениться или отдохнуть? - деловито поинтересовался Келегорм. - Вдохновение ловить, - хмыкнул Маглор. - И поговорить. Жениться не собираюсь, не встретил пока той... Отдохнуть? Пожалуй, можно. - А, ну тогда это к Меликвэн, - легко решил Тьелкормо. - Она одна такая, с кем поговорить можно. - Подожди, - решительным жестом остановил его Маглор. - Это тебе с остальными поговорить, может, и не о чем, а для меня гармонический минор — это гармонический минор. И вообще, что за дева? Она не будет против? - Да нет, конечно, - Келегорм даже поморщился. - Она одна такая, что говорить можно прямо. Цени, Макалаурэ, от сердца отрываю! Маглор нахмурился: - Может, не надо от сердца?.. Твоя Ириссэ... - Нет, она не станет, как Ириссэ, - резковато отозвался Тьелкормо. - И никто уже не станет. Просто хорошая девушка. Смелая, умная, честная. Именно что честная, хотя привечает... ммм... всех, кто ей по сердцу. Но именно по сердцу, не по душе. Если тебя не напугает, что ты у нее не первый и не единственный... - Не напугает, - насмешливо улыбнулся Макалаурэ. - Не люблю быть первым. И не завидую Майтимо. - Ты ей там не вздумай что-нибудь подарить. А то у нас тут Карнистир гостил, тоже с ней... время проводил... - О, Морьо? Да ладно. Вот это я Майтимо точно расскажу. - Он, когда уезжал, попытался ей ожерелье вручить. От чистого сердца, в благодарность за понимание. - А она? - Хм... Так Морьо не бегал даже от разъяренного отца... - Интересная дева, - Макалаурэ, казалось, и впрямь оживился от своей меланхолии. - Зайду. В разговоре не откажет? - Во всем остальном тоже. - Я не собираюсь требовать ничего такого за беседу, - усмехнулся Маглор. - А вот она может и потребовать, - пожал плечами Келегорм. - Так что будь готов и к этому. Решать будешь не ты, если придешь к ней. *** Крепость у ущелья Аглона напоминала разворошенный медведем или кротом муравейник. Несмотря на то, что время было предзакатное, в замке царило тревожно-напряженное оживление. Лорд Маэдрос вместе со своим отрядом появился в крепости уже с час как, и был со всем нервным почетом препровожден в гостевые покои. Примерно тогда же вернулся Куруфин, который вместе с друзьями из кузнецов, никого не предупредив, уехал осматривать обнаруженную в шахтах новую жилу. Второго правителя пока найти не удавалось. Когда Келегорм вернулся из поселений к югу от Аглона, переполох уже несколько улегся, и лордам и их брату подали поздний ужин прямо в гостиную. Маэдрос был хмур, и больше молчал, чем говорил. - Может, наконец, скажешь, что случилось? - Келегорм откинулся на спинку кресла, покачивая в руке кубок. - Мне сказали, ты приехал с запада. - Я от Нолофинвэ, - коротко кивнул старший брат. - От Нолофинвэ? - теперь уже встревожился и Куруфин, чуть приподняв бровь. - Ты обычно если с той стороны приезжаешь, то от Финдекано. И что же нашему королю было от тебя нужно? - Он тебе что, приказал явиться? - насмешливо спросил Келегорм. Майтимо метнул в его сторону нехороший взгляд: - Помолчал бы, Тьелко. Когда я говорю с королем, то в том числе и от вашего имени тоже. От имени всего нашего Дома. И только поэтому вам не приходится кататься туда самим. И только поэтому мы еще не разругались с западными владениями нолдор! В отличие от некоторых тут, я умею не обострять отношений на ровном месте! - Да ладно тебе, - Куруфин встрял, почувствовав, что обстановка накаляется. - Что случилось-то, что ты такой дерганый оттуда приехал? - А ничего, - громыхнул Маэдрос, отодвигая тарелку и придвигая кубок. - У Нолофинвэ — очередные планы атаки на Ангамандо. У них в прошлом месяце на Ард-Гален пропал отряд. Никто не вернулся, о судьбе тех эльдар ничего неизвестно до сих пор. Ни следов схватки, ни тел. Нигде. Это на равнине-то. - И после этого наш король опять вспомнил, что мы пришли сюда за Моринготто, - безмятежно ответил Келегорм. - И призвал тебя для обсуждения военных планов... А в письмах это обсудить было нельзя? Лорд Химринга неожиданно слегка улыбнулся: - Финдекано мне уже потом наедине сказал, что даже не стал отговаривать отца от того, чтобы вызвать меня в Барад Эйтель. Я приехал, мы поговорили, и теперь там все снова вздохнули с облегчением. Всё снова хорошо и спокойно. Финьо очень благодарил за помощь, обещал приехать с ответным визитом ко мне. - Каких у тебя только талантов нет, Майтимо, - развеселился Келегорм. - Например, успокаивать нашего нолдорана... - Я сейчас тебя успокою, - пообещал ему Маэдрос, но без угрозы в голосе. - А на обратном пути в Дортонионе еще... Полило сверху, будто потоп, не видно ничего, продвигаться вперед почти невозможно. Вымокли до нитки, естественно. От крепости Ангарато и Айканаро уже далеко отъехали, чтоб попросить крова, до вас еще тоже далеко было. Ерунда, но раздражало. Пришлось лагерем встать, а я не люблю такие задержки. Еще и об отряде этом пропавшем всё думал — и куда, в самом деле, делись... - Да расслабься, Нельо, - Куруфин дружески кивнул старшему брату. - Ты и так постоянно в заботах... - Перед отъездом из Химринга еще письмо от Питьо получил, - продолжал недовольно бурчать Майтимо. - Пишет, что у них там всё хорошо, о строительстве на Амон Эреб докладывал... А то я сам не знаю, как крепости возводят! Развлекаются там Амбаруссар больше, чем строят! А то я их не знаю! Охота, пьянки, девы оссириандские... Дождутся — сам приеду! - Хочешь, я к ним съезжу? - теперь уже проникся и Келегорм. - Меня они слушаются хоть как-то... Проверю, чего они там понастроили. - Я сам, - хмуро ответил Маэдрос. - Если ты съездишь, это ничем не поможет. Будет у вас там только на троих охота, пьянки и девы оссириандские. - Ну, по крайней мере я близнецов предупрежу, что ты к ним собираешься, и неплохо бы хоть какие-то результаты предоставить твоему взору, - развеселился Тьелкормо. - А вообще, ты прав. - Я всегда прав, - глава семьи немного успокоился. - У вас тут вроде всё в порядке, я прошелся, посмотрел, как и что... Суетились, правда, ваши приближенные больше обычного, а значит, хотели что-то скрыть. И не дело это, что никто не знает, куда это лорды могли подеваться. Хоть предупреждайте своих, если уезжаете. - Теперь непременно, в письменной форме в двух экземплярах, - шутливо-покорно склонил голову Келегорм и потянулся к кувшину. - Тебе налить, Майтимо? - Сам, - тот поставил кубок и протянул руку. - Надеюсь, что хоть когда в Химринг приеду, там сюрпризов не будет. Дверь в гостиную тихо скрипнула, все трое повернули головы, но в проеме показалась всего-то огромная голова Хуана. Келегорм сделал псу жест «уходи, я занят», и тот понятливо попятился. - Два дня где-то пропадал, - вздохнул Тьелкормо. - Небось, в лесах. Сейчас пойдет и уляжется своей грязной тушей мне на постель. Хоть дверь в спальню запирай. - Тогда он тебе дверь снесет, - заметил Куруфин. - Ты же сам его еще щенком приучил у тебя в кровати спать, - усмехнулся Маэдрос. - А я тебе говорил. - И мыться дается только мне, - печально ответил хозяин Хуана. - Ладно, помою его уже утром. Ты надолго к нам, Майтимо? Если останешься, я тебе рябчиков настреляю, ты их любишь. Сейчас как раз сезон. Маэдрос явно заколебался: - Вообще-то, я хотел завтра уехать... А когда настреляешь? - Да хоть завтра и настреляю. - Ладно, тогда еще на день останусь, - Маэдрос нахмурился, словно раздумывая, можно ли себе позволить такую поблажку. Он тяжело повернулся в кресле, устраиваясь удобнее, и братья поняли, что их старший наконец-то расслабился после перехода и политических переговоров. Майтимо любил порядок — в Химринге была жесткая и военная, и мирная дисциплина, почти не случалось неожиданностей. Так же он относился и к себе — если дело происходило не на поле боя, то одежды его всегда были в порядке, волосы расчесаны и собраны, а вызвать его на яркое проявление чувств удавалось только избранным. В особенности, конечно, братьям. Эти качества после плена только многократно усилились, словно Маэдрос искал для себя опору в этом мире, что-то несокрушимое, постоянное. Но, как ни странно, он продолжал хорошо ладить с Маглором, во владениях которого были совершенно иные порядки. - Новую деву нашел, Тьелко? - непринужденно поинтересовался Маэдрос. Он налил себе кубок в третий раз, и Куруфин про себя отметил, что дальше разговоры уже непростыми не будут — обычно Майтимо позволял себе больше двух кубков только на пиру. - С чего ты взял? - удивился Келегорм. - У тебя там, на шее... Всерьез или как обычно у тебя? - А-а, - Тьелкормо подтянул повыше воротник. - Не всерьез, но и не как обычно. Кстати, Курво, Меликвэн выразила желание тебя видеть у себя. Просила передать, чтоб ты не обижался за прошлый раз. Не знаю, что там у вас произошло, она не сказала, но на тебя не злится. - Да я тоже не злюсь, - усмехнулся Куруфин. - Так, недоразумение... Подумаешь. Но я рад, что так — с такой не знаешь, как и извиняться, если что. - Не понял, - Маэдрос перевел взгляд с одного на другого. - Вы что, решили взять пример с Амбаруссар и ухаживать за одной девой? - Это не мы, - непонятно ответил Келегорм. - Это Меликвэн. - Это та, что единственная из своей семьи пошла с нами и еще нашего отца просила взять ее с собой? - Иногда мне кажется, Нельо, что ты весь народ нолдор поименно помнишь, - Куруфин отпил из кубка и отбросил назад распущенные уже после посещения шахт волосы. - Или, по крайней мере, нолдор Первого Дома. - Я с ней кажется, даже никогда не разговаривал, - пожал плечами Маэдрос. - Помню, что она около Тьелко крутилась, когда у Митрим жили. Высокая такая, черноволосая. Наряжалась даже в походе от Лосгара к Митрим. - Я ее не помнил, а он — помнит, - поразился Атаринкэ. - Понравилась, что ли? Маэдрос неожиданно как будто слегка смутился: - Необычная. Вот и привлекала внимание. Не только мое. - И ты с ней даже не заговорил? - насмешливо и с сочувствием спросил Тьелкормо. - Так поговори. Она же здесь живет, в крепости. - Чем занимается? - машинально поинтересовался Маэдрос. - К ремеслу у нее ни руки, ни душа не расположены, - ответил ему Куруфин. - Ни к какому. Кошек любит — у нас тут пара десятков живет, чтоб мышей и крыс не водилось. Кормит их. Формально это ее должность. Смотрительницы за котами. - Вот об этом и поговорите, - воодушевился Келегорм. - У тебя же тоже уже сколько веков личные коты есть. - Это идея Финдекано, - Маэдрос смутился еще больше. - Еще когда он меня только... забрал, вскоре выяснил, что я с животным в постели лучше сплю, спокойнее, не снится плохого. Я с тех пор и держу личного кота. Это нужно. Коту выделяется необходимое довольствие. - С девой в постели еще лучше, чем с котом, - заметил Тьелкормо. - Серьезно, Майтимо, поговори с Меликвэн. Она не будет против. Она со всеми, кто ей нравится, говорит. А сыновья Феанаро ей явно по душе. У нас тут уже и Макалаурэ был, и Карнистир... Маэдрос слегка побледнел, а потом нашел в себе силы спросить: - Я... правильно понимаю? - Правильно, - кивнул Куруфин. - Ну, вот такая необычная дева... поверь, никто не делает ничего против ее воли. Да она и сама не позволит. Сильная и самостоятельная. Сама выбирает. И потом, она же тебе, кажется, нравилась? - Я не могу так, - отрезал Маэдрос. - Да, я на нее смотрел тогда... давно... но уже тогда понимал, что дева не та, что может стать хорошей женой. По крайней мере, мне. - А ей этого и не нужно, - заметил Келегорм. - Кстати, не вздумай предложить. Пошлет очень далеко. Мне иногда кажется, что ругательства она за нашим отцом записывала. Майтимо, серьезно, у тебя-то за все эти годы хоть что-нибудь было? Или ты только с Химрингом и с благом народа нолдор? И еще с Нолофинвэ и с Финдекано? - Чего-о-о? - Да я не в прямом смысле, - отмахнулся блондин, наливая себе очередную порцию. - Девы-то хоть были? Маэдрос помолчал, а потом коротко бросил: - Да. Еще в Амане. Было, целовались. Два раза. Но мы еще там расстались, до Исхода. Тогда как раз Амбаруссар родились, я был занят, почти не мог уделить ей своего времени... Она себе ваниа нашла. И сама к нему в Валимар потом ездила. Вам я не говорил, а вот Макалаурэ знает. - Значит, не твое и было, иначе бы дождалась, - бросил Куруфин. - Я себя недостойно тогда вел, - Майтимо покачал головой, и стало понятно, что вино уже успело оказать на него свое воздействие. - Подглядел как-то, как она с этим... золотоволосым... встречается. Ну, хоть сдержался, ушел, драки не устроил... Кстати, Курво, а ты-то! Ты-то как можешь... ммм... ходить к этой деве? А как же Аименэль? - Знаешь, - Куруфин тоже приподнялся и налил себе еще. - Это совершенно разные вещи. Знаешь, если у Аименэль в Валиноре сейчас так же, как у меня, то я не попрекнул бы ее в этом. - Чем больше проходит времени, - задумчиво сказал Маэдрос, - тем больше странного я вижу вокруг себя. То с детьми Аулэ познакомишься, то половина братьев к одной деве ходит... за разговорами. - Зная Амбаруссар, я предположу, что ты один у нас еще не пережил сладостных минут в объятиях девы, - пьяновато усмехнулся Келегорм. - Не хочешь восполнить сей пробел в жизненном опыте? Майтимо на секунду задумался, но потом резко ответил: - Я еще могу предложить что-то возможной жене. Но не встречал той, которая бы вынесла всё, что у меня за душой, и той, с которой мы могли бы стать друг другу поддержкой и радостью. Наверное, потому здесь, в Эндорэ, не чувствовал любви — потому что нет такой девы, или я ее не знаю. Если той деве, Меликвэн, о которой вы говорите, интересна только близость тел, то мне тем более нечего ей дать. Тьелко, помнишь, как мы с тобой и Финдекано купались в озере Митрим вскоре после моего выздоровления? Ты помнишь, как я теперь выгляжу без одежд? Да я сам, когда после плена себя впервые в зеркале обнаженным увидел, чуть ли не испугался! И себя не узнал! А жалости мне не нужно... Маэдрос выдохся после своей пламенной речи, и Келегорм утешающе заметил: - Знаешь, я не думаю, что она испугается или будет тебя жалеть. Не такова. Вот если какой кошке хвост дверью прищемят — она и жалеет, и на того, кто прищемил, набросится. - Даже если, - хмуро ответил Маэдрос. - Пусть не испугается. Я все равно в этом плане... ничего не умею. Если она там коллекционирует сыновей Феанаро, то мне ей дать нечего. - Мы тебя долго будем уговаривать? - насмешливо спросил Куруфин. - Иди уже. Я покажу, куда. Запомни несколько правил — брак не предлагать, подарков тоже, а то Морьо тут уже пытался. Быть честным — а если о чем-то не хочешь говорить, так и скажи, она не будет настаивать. Не спрашивать, как она дошла до такой жизни, Меликвэн не любит таких разговоров. Относиться с уважением, и до, и после — тогда и к тебе так же отнесутся. Маэдрос еще несколько секунд смотрел на обоих своих братьев — будто всё сказанное плохо укладывалось у него в голове. Потом неловко стянул с головы медный венец и заведя левую руку за спину, потянул за край ленты, стягивавшей растрепанную рыжую косу. - Расчесаться есть чем? Куруфин невольно огляделся, но Келегорм уже достал из кармана собственного сброшенного на подлокотник кресла плаща гребень: - Кто тебя так заплел? Кто-то из твоих воинов? - Финдекано, еще в Хитлуме. - То-то я и смотрю, плел явно мастер, хоть уже и растрепалось. Не дергайся, сам расчешу. И венец обратно надень, ей такое нравится. - Подай мне плащ. Хоть правую руку прикрою. - Не стоит. - Думаешь, не стоит? - Думаю, да. Да не волнуйся ты! Курво, найди ему закупоренную бутылку вина. - Опять в подвалы меня гонять, да?! - А может, она уже спит?.. - Вряд ли, Меликвэн ложится поздно. Майтимо, не крути головой! *** Карантир, в парадных, но немного помятых одеждах, решительно пересек зал и прервал разговор братьев: - Может, хоть вы объясните, что здесь происходит? Келегорм, веселый и бодрый, помахал кому-то в толпе и развернулся к младшему: - А что же, не знаешь? А я смотрю, оделся прилично... Сам, что ли, додумался? - Нет, - резко бросил Морифинвэ. - Я был с визитом в Белегосте. Посыльный Майтимо не дождался меня и уехал. Оставил письмо от Майтимо... Но вы же знаете, как он письма пишет. Я не понял ничего. Тэратаро мне тоже объяснить ничего толком не смог, он уже и вещи для похода подготовил. Мне оставалось только сесть в седло. Мчались, как на пожар. Я больше суток не спал. А сюда приехал — тут все тоже на ушах стоят. Давно такого в Химринге не видал. Успел хоть? А если успел, то куда? Или на что? - Майтимо изволил пригласить Амбаруссар, - включился в разговор Куруфин. - Насколько я понял, он все пытался выкроить время для поездки на Амон Эреб, но так и не смог. А тут Химринг Финдекано навестить сподобился. - А я тут причем? - с легкой досадой бросил Карантир. - У меня в Таргелионе дел невпроворот. Я все бросил и сюда прикатил... чтобы лицезреть Финдекано? - Не только Финдекано, - состроил таинственную физиономию Тьелкормо. - Есть тут и еще кое-кто, кто тебя видеть желал. - Терпеть не могу, когда ты загадками говорить начинаешь, - недовольно откликнулся Морифинвэ. - Говори как есть. - С нами в Химринг приехала гостья, - насмешливо начал Куруфин. - О тебе вспоминала. О Майтимо — тоже. - И о Майтимо, значит? - мрачно усмехнулся Карнистир. - Список растет. А я догадывался. - Делаешь успехи, - фыркнул Келегорм. - Сердцем чувствовать начинаешь... - При чем тут сердце? - искренне удивился Карантир. - Когда из покоев выходил — прямо напротив Майтимо поселили — видел там очень знакомого кота. Вот вроде бы все эти усатые на одно лицо, а этого запомнил почему-то. - Верно мыслишь, - чуть улыбнулся Атаринкэ. - Майтимо этого кота тоже запомнил. Умная животина и харизматичная. С нами из Химлада приехал. Точнее, с нашей гостьей... Майтимо в письме просил, дескать, интересы нолдор требуют. Ты ж знаешь, они долго не живут... Коты, я имею в виду. - Да нолдор... тоже, - угрюмо произнес Морифинвэ, но немного просветлел лицом. - И что же, и про меня речь шла? - И про тебя тоже. Только чуть позже, тут сегодня торжество намечается. - Вот как? - Карнистир сделал жест рукой, точно обводя зал, и добавил язвительно. - А я-то и не догадался. А по поводу? Майтимо редко что-то празднует. Или кота обмывает? - Кот чистый, - встрял Куруфин. - А обмываем мы гораздо более скромное событие — старший сын короля нолдор дозрел жениться. Несмотря на ехидный тон, улыбок не появилось. Все трое понимали, о чем идет речь, и только Морифинвэ, не доверяющий собственным чувствам, уточнил: - Это потому что Майтимо..? - Естественно, - сухо бросил Келегорм. - Друзья навек. Финдекано тот еще... Годами свою Лиссэвен мариновал. А как Майтимо оттаял — в этом плане — сразу невестой объявил. А до Таргелиона вообще новостей не доходит? - Только у меня и дел, что с невестами хитлумскими разбираться, - отмахнулся Карнистир. - Может, кто чего и болтал, только я такого не слушаю. - А зря, - наставительно заметил Куруфин. - Из таких разговоров умный эльда всю политическую, а то и военную подноготную раскопает. - Только не я, - хмыкнул Карантир. - Это Макалаурэ у нас — мастер «читать между строк». А мне желательно нормально и по всей форме докладывать. - Докладываю, - шутливо вытянулся Тьелкормо. - Меликвэн доставлена; график посещений согласован и подписан! Карантир только поморщился и огляделся с тоской: - А выпить нечего? А еще бы поесть неплохо. А то я последний раз лембас сжевал прямо верхом, и еще вчера вечером. - Да все уж скоро соберутся, - сжалился над ним Куруфин. - Но могу тебе что-нибудь притащить, хочешь? - Нет, - грустно вздохнул Карантир. - Еще не хватало, чтобы мне Майтимо потом высказал, что я его перед королевским родом несоблюдением этикета позорю. Потерплю, чего уж там. А где сама Меликвэн? - Да кто ж ее знает? - глубокомысленно пожал плечами Келегорм. - Приглашение она получала лично от Майтимо, а уж когда появится... - Тогда пойду поищу его, - Карнистир оправил одежды. - А то даже не видел еще. Народу постепенно прибывало. На столах заканчивали расставлять приборы и какую-то снедь, но туда четвертый сын Феанаро предпочитал не смотреть, чтобы не соблазняться. Нолдор Дома Нолофинвэ уже тоже были здесь, но самого Финдекано пока не было. От скуки Карантир порассматривал приезжих дев, но Лиссэвен помнилась ему слишком смутно, и он так и не смог понять, здесь она или еще нет. Зато он с неожиданной гордостью отметил, что девушек прекраснее той, с которой ему довелось провести немало восхитительных часов, здесь не водится. Или так только казалось? Среди прибывающих мелькнули рыжие волосы, и Карнистир тотчас обернулся в ту сторону, однако это был явно не Маэдрос — рыжих макушек было две, да и ниже они плыли, чем грива долговязого старшего брата. - Рыжики, - окликнул близнецов Карантир. - Эй, вы, два! Оба младших, казалось, среагировали не на домашнее прозвище, а на куда более знакомое обобщение. Они переглянулись и, ловко лавируя в толпе, причалили к брату. - Звал? - деловито спросил Тэльво. Несмотря на деловой тон, оба глядели с искренней радостью, и Карнистир почти улыбнулся: - Звал. Ну как, отстроились? По вам не скажешь, что работой замучены. - Плохо, что не скажешь, - констатировал Питьо. - Потому что крепость мы так и не достроили. Не получается как-то. - Что значит — не получается? - озадачился Карнистир. - Разваливается, что ли? - Нет, - Тэльво легкомысленно улыбнулся. - Просто как-то очень медленно строится. Странно. У Майтимо куда быстрее получалось. А мы изо всех сил выкладываемся — и ничего. - Вдвоем строите? - фыркнул Карнистир. - Ну... нет, - переглянулись близнецы. - Мы сами... ммм... почти не занимаемся работами. Руководим! Морифинвэ усмехнулся, но попрекать и учить жизни младших не стал — во-первых, это еще Нельяфинвэ успеет; во-вторых, себе дороже. - А здесь вроде и ничего, - огляделся Питьо. - Майтимо, похоже, позиции сдал, военачальник... - И Финдекано женится, - подхватил Тэльво. - Не иначе как Майтимо тоже себе боевую подругу нашел. Что очень хорошо. - Это почему это хорошо? - несколько ревниво уточнил Карнистир. - У нас, - Амбаруссар переглянулись, - неприятность получилась. Мы опасаемся, что без него не обойтись. - А ну-ка, рассказывайте, - взгляд Морьо сразу потяжелел, а привычка выгораживать младших перед старшим сработала, как в Амане. Близнецы снова переглянулись, а потом Питьо уныло заговорил: - Через Оссирианд переходило племя атани... - он замолчал. - А мы там, в Оссирианде, как раз были на празднике... ммм... объединения, вроде Мерет Адертад, - подхватил Тэльво. - Только там его дольше празднуют... - У нас-то что? Две недели — и конец... - А мы там задержались... - А Смертных, надо сказать, лаиквэнди не очень любят... - Но мы немного выпили... Карнистир послушно переводил взгляд с одного на другого, а потом терпение его лопнуло: - Так, кто-нибудь один! И внятно! Питьо, как старший, вздохнул и попытался объяснить: - В общем, зазвали мы Смертных на праздник, но объединения особо не вышло. Точнее, сначала выходило неплохо, а потом... Потом соперничество все равно дало о себе знать. - И что? - сурово спросил Морьо. - Отпустили бы несчастных атани — и дело с концом. - Мы и отпустили, - грустно сказал Тэльво. - Только была там одна... Мы же не знали, что у Смертных девы с сюрпризом! В общем, нехорошо получилось. Племя двинулось на север, а девушку мы с собой увезли. Но долго держать не сможем... Незачем обстановку международную накалять. Карнистир нахмурился: - Зачем вы выкрали деву, разбойничьи ваши рожи?! - Да она бы не дошла, - охотно пояснил Питьо. - Кто же деву в тяжести в поход отправит? Морифинвэ округлил глаза и выдохнул: - Вы..?! - Да мы же не знали, что так может быть! - возмущенно откликнулся Тэльво. - И вот теперь ее куда-то надо пристроить. У нас там атани вообще нет. - Эру Единый, - Карантир вздохнул. - Отец бы вас просто убил за такое! - Ничего, - мрачно буркнул старший из близнецов. - С этим и Майтимо справится. - Незачем ему знать, - покачал головой Карнистир. - Ко мне привезете. У меня там и эдайн, и наугрим — кого только нет. Скажем, что муж ее погиб, да и всё. Если не дура, то обойдется. Я пригляжу. А вам она что, совсем не нужна? Амбаруссар синхронно вздохнули: - Не настолько, чтобы из-за нее проблемы с лаиквэнди начались... Карнистир еще раз покачал головой: - Напишите как можно скорее, чтобы ее в Таргелион кто сопроводил. А то неизвестно, насколько мы тут застрянем, а у нее каждый месяц на счету. Я тоже напишу, чтобы приняли... - Отлично, - Тэльво явно повеселел. - Она, вообще-то, неплохая. Жизнерадостная, бойкая. - Но объясняться с ней... - закончил Питьо и взглянул брату в глаза. - Выходит, мы теперь свободны. - Так, - нехорошо сощурился Карнистир. - Вы еще с одной не управились, а уже заново нацелились? - Больше никаких смертных, - клятвенно заверили его оба. - Теперь — только эльдиэр. Где-то рядом раздались звуки музыки, и все трое развернулись к небольшому возвышению во главе зала. Карнистир отметил там легкую суматоху и мелькнувшие перевитые золотом черные косы — отличительный признак лучшего друга Маэдроса. Амбаруссар переглянулись: - А вон та вроде и ничего... Карантир машинально проследил за взглядом, уставился на темноволосую деву и сразу понял, что не забыл черт Лиссэвен. Просто не мог воскресить в памяти. Тут в голове мелькнуло осознание, и он погрозил младшим кулаком: - Не сметь! Если вы попытаетесь отбить невесту у сына нолдорана, вам не поздоровится. И я лично добавлю. - Так это она и есть? - с любопытством поглядели на деву близнецы. - А мы такой не помним. - Еще бы, - язвительно откликнулся Карантир. - Когда у Митрим жили, вас из синдарских поселений за уши было не вытащить... - Так интересно же!.. - начал было Питьо, но тут деву осторожно поддержал за локоть Финдекано, а вперед выдвинулся Майтимо с какой-то речью. Карнистир почти не слушал, но отметил, что Макалаурэ явно где-то неподалеку — сам Нельяфинвэ такого бы в жизни не сказал. Когда приветствия окончились, и музыка зазвучала громче, Карантир ненадолго задумался. Поприветствовать брата было необходимо, но оставлять младших шалопаев одних не хотелось. По крайней мере, до суровых наставлений Майтимо... - За мной, Рыжики, - бросил он и решительно двинулся к возвышению. Маэдрос выглядел не столь возбужденным и радостным, как нолофинвион, но лицо его было светло и приветливо. Завидев братьев, он охотно спустился к ним и долго тормошил мелких — как он их сам называл, — после чего отступил: - Морьо, неплохо выглядишь. Мелкие, что там у вас? Откуда-то подошел Маглор и усмехнулся: - Жизнь у них отлично. Хорошо отдыхают, сразу видно. Майтимо, ты бы сходил, тебя Курво и Тьелко зовут... И ты, Морьо, тоже далеко не отходи. - Какие-то тайны? - сразу оживились близнецы. - Какие еще тайны, - хмыкнул Маэдрос, но ретировался быстро, строго наказав перед уходом: - Пока не разберусь с вами, слушайтесь старших. Макалаурэ, присмотри. Менестрель глянул на притихших близнецов и насмешливо бросил: - Передо мной можете не делать вид, что маленькие. Я не Майтимо, на это не куплюсь. Признавайтесь, что натворили. - С чего ты... - начал было Карнистир, но Маглор перебил: - Да вот хотя бы с того, что они не сами ответили, а ты их защищаешь. А то я не знаю... На лицах всё написано, хотя здоровые уже лбы. Если честно признаетесь, не выдам вас Майтимо. Амбаруссар синхронно посмотрели в разные стороны и нехотя поведали историю, которую уже слышал Карнистир — в гораздо более расширенном ее варианте. Впору было хвататься за голову, как вдруг Макалаурэ повернулся к нему: - Морьо, тебе не кажется, что их надо познакомить с... - С ней? - в кои веки у Морифинвэ проснулось шестое чувство и ревность проявилась ярче. - А по-моему, они и сами себе найдут. - Приключений они себе на задницу найдут, - вздохнул Маглор. - А тут еще и этот приехал. Хочешь, чтобы слухи до Хитлума дошли? - Такого допустить нельзя, - твердо откликнулся Карантир. - Если ты считаешь, что поможет, знакомь. Но я не уверен, что она... - Зато я почти уверен, - пожал плечами Макалаурэ. - Мы неплохо поняли друг друга. - Вы о ком? - осторожно поинтересовался Тэльво. - Об одной эльдиэ, - вкрадчиво пояснил Маглор. - Обсуждаем, заинтересуется ли она вами. - А что, нами уже и заинтересоваться нельзя? - как будто обиделся Питьо. - Да уж больно дева своеобразная, - покачал головой Макалаурэ. - Тогда знакомь, - сразу загорелись оба. - Надо же силы попробовать! Здесь у вас свободные девы — редкость... - Редкость, - подтвердил менестрель. - А вам еще заслужить надо. - А хоть посмотреть можно? - Можно, - Маглор указал в сторону второй половины братьев. Карнистир тоже повернулся, и в сердце сразу заныло — понял, что скучал. Не по влажным простыням и сбитым подушкам, а по резким и точным замечаниям, по гордому повороту головы, по метким остротам... Меликвэн стояла спиной, длинные темные волосы ее разметались по плечам, едва перехваченные лентой, а платье было совсем простым — и уже этим выбивалось из нарядов присутствующих. - На фигуру вроде ничего, - оценил Питьо. - И ловкая, сразу видно, - добавил Тэльво. - Даже жаль доверять, - вырвалось у Карантира. - Ничего, - глянул на него старший брат. - Может, им на пользу пойдет. Пришлось признать, что это действительно так. Морифинвэ плохо понимал, что чувствуют и чем руководствуются девы; но чувствовал — если кто-то и сумеет образумить Амбаруссар, то только такая. Не щадя, не уступая... А еще по ругани обоих за пояс заткнет, если что не так... - Идем, - скомандовал Морифинвэ. - Чем быстрее — тем лучше. Да и... Финдекано без своего Майтимо заскучал. О том, что ему и самому хочется заглянуть в темные глаза, Карнистир не сказал. *** - Ты думаешь, не прогонит? - с сомнением спросил Куруфин почти у дверей покоев. Сомнения мучили его с самого начала, но не пойти за братом он не смог. - А почему должна прогнать? - приподнял бровь, повернувшись к нему Келегорм. - Я же вроде сегодня должен... - Ты, но не я, - многозначительно произнес Атаринкэ. - Двое — это в два раза больше, чем один. - Если ты не в курсе, Амбаруссар всё всегда вместе делают, - прозрачно намекнул ему старший брат. - Так почему бы нам не прийти вдвоем? - Но мы же не знаем, как они там договорились! - Ну, вот и договоримся, - потащил его за рукав Тьелкормо. - Брось, Курво, я же вижу, что соскучился. Из-за дверей покоев раздался вроде бы какой-то звук, но за разговором ни один из братьев не успел понять, что это было. - А вдруг она там не одна? - снова засомневался Куруфин. - Да что ж это, секрет, что ли? - поморщился Тьелко. - Если комнаты такие же, как у нас, то первая комната — гостиная, а спальня — за другой дверью. Услышим, если что. - Ладно, - Атаринкэ окончательно сдался и только было занес руку, чтобы постучать, как старший брат перехватил его за локоть. Покрутив головой, Келегорм отстранил младшего и решительно толкнул дверь. Та распахнулась почти неслышно, а за дверью вдруг раздался мелодичный женский смех. И тишина. Теперь уже и Туркафинвэ не был уверен, что пришли они с братом сюда не зря, но из-за двери позвали: - Курво, Тьелко, заходите, вы последние остались... Не очень понимая, что происходит, Тьелкормо шагнул вперед, подтаскивая за собой чуть упирающегося брата... и опешил. Атаринкэ ощутимо врезался ему в спину. Уютная и светлая гостиная — надо же, Майтимо даже на подушечки и салфетки расщедрился! — была обитаема. Майтимо, Макалаурэ и Карнистир оккупировали диван, оба Амбаруссар устроились прямо на ковре, а сама хозяйка покоев устроилась в кресле. Она сидела, поджав ноги и распустив волосы. Что особенно любопытно — настроения здесь, похоже, царили мирные и веселые. - Кхм... - Тьелко справился с первым изумлением и выдохнул. - Мы не вовремя? Или я чего-то не понимаю? Сегодня же вроде я должен был... - И мне так тоже казалось, - хмыкнул Маэдрос. - И мне, - улыбнулся Маглор. Карантир коротко указал на близнецов: - Вот из-за этих путаница произошла. Амбаруссар одновременно фыркнули, а Меликвэн закатила глаза: - Проходите, не стойте. И дверь прикройте, а то вдруг кто еще придет... - Как-то это... - Куруфин вздохнул и плюхнулся на второе кресло. - Неправильно. Тьелко, садись, что ли, на ручку... Устанешь — я тебя сменю. Меликвэн распрямилась и предложила: - У меня в спальне пуфик есть. Принести? - Ах, даже пу-у-уфик, - протянул Келегорм, глядя в упор на Маэдроса. - Серьезно, Майтимо? Пуфик в Химринге? Я поражен... Сиди, Меликвэн, будет неудобно — сам себе принесу. - И что вы тут делаете? - обратился к деве Атаринкэ. - Сидим, пьем, - рассмеялась та в ответ. - Рыжики, дайте им бутылку. - А что, налить не во что? - брякнул Тьелко. - У меня есть два кубка, - язвительно отозвалась нолдиэ. - Я не предполагала принимать больше гостей. - Точнее, я не предполагал, что здесь будет больше одного гостя, - пояснил Маэдрос. - Поэтому укомплектовал в соответствии с ожиданиями. - А раз кубка всего два, - продолжила Мэликвен, - то для честности пьем так. Идти за посудой никто не захотел. Или, может, вы сходите? - Не, мы так... - помотал головой Куруфин. - Вот вроде разные все такие, а в чем-то все равно одинаковые, - задумчиво произнесла дева. - Да? - явно заинтересовался Макалаурэ. - И кого же из нас ты бы назвала лучшим? - он оглядел братьев. - Раз уж мы все здесь, то это вполне честный вопрос, не так ли? - Не уверена, что по отношению ко мне этот вопрос честен, - отбила выпад дева. - Но я отвечу. Раз уж вы все тут собрались... Лучший? Лорда Феанаро пока никто не превзошел. На секунду в комнате воцарилась совершеннейшая тишина, а потом каждый из гостей издал какой-то неясный звук. Меликвэн спокойно улыбнулась: - Так достаточно честно? Я сама попросилась к нему на корабль, но даже не мечтала, что он обратит на меня внимание. - А потом почему ты пошла именно в Химлад? - слабо вопросил Куруфин. - Животных люблю, - откликнулась дева. - Гораздо больше, чем эльдар, атани и прочих. А у вас был Хуан. Впрочем, всё могло бы сложиться не так. - Значит, нам повезло, - меланхолично заметил Тьелко. - На Хуана многие клевали, но совсем не так. Скорее, восхищались грозным псом и его хозяином. - Тоже мне, грозный, - фыркнула Меликвэн. - Пузо подставляет и в траве катается. - Вот значит, как?! - возмущенно воскликнул Тьелкормо, сразу приходя в себя. - А что? - окинула его резким взглядом дева. - Если ты против, то договаривайся с ним, а не со мной. - Я не о том... Ты значит, тоже его купать можешь? И молчишь?! - Ну, могу... - недоуменно протянула Меликвэн. - А что? - Твои обязанности в крепости Аглона будут расширены, - популярно объяснил ей Куруфин. - Не только котов кормить, но и собаку мыть. - Напугал, - дева наклонилась и подхватила бутылку. Отпив глоток, она мечтательно зажмурилась. - Хорошо. Вот сижу с вами со всеми — и хорошо. - Да?.. - у Куруфина вдруг мелькнула шальная мысль. - Меликвэн, послушай, а тебе все мужчины Дома Феанаро нравятся? - Да мне вообще мужчины нравятся, - легко отозвалась дева. - Но, в общем, да. А что? - Может, на Тьелпэ внимание обратишь? - Зачем? - приподняла бровку та. - Симпатичный мальчик, конечно, и на тебя похож... Но зачем? - Да не верю я, что он любит ту свою... - нахмурился Атаринкэ. - Если не соблазнится тобой — значит, любит. И так тому и быть. - Обычно я не участвую в интригах, - Меликвэн поболтала вино в бутылке. - А впрочем, ладно, уговорил. Мне и самой интересно.