Блокнотик номер два

      Валентинок была целая стопка — больше, чем прошло лет со дня их знакомства. И это при том, что несколько первых не сохранились. Они часто присылали друг другу по несколько валентинок зараз — не могли выразить в одной всю гамму своих чувств друг к другу.       Филия искренне сожалела, что когда-то сжигала присланные им валентинки. Теперь приходилось жить с ощущением неполноты коллекции.       На карточках были напечатаны, а иногда и от руки написаны оскорбления разной степени оправданности. Почерк у Зеллоса, кстати, на удивление аккуратный. Оскорбления были самыми разнообразными — от лицемерия и высокомерия до грубости, тупости и уродства. Филия, впрочем, не оставалась в долгу. Она тоже ежегодно искала по всему городу уксусные валентинки, а порой придумывала и рисовала их сама, с нуля, в единственном экземпляре. Иногда прямо с портретами.       Интересно, вдруг он тоже их хранит?       Сегодня Филия снова задумчиво сидела над белым листом и крутила в голове образ того, кому будет адресовано ее будущее творение. Что же ей высмеять на этот раз?       Нет, она… понимала, к чему все идёт.       Это было… кто кого переупрямит, немного.       Однажды, вполне возможно, они обменяются и другими валентинками.       Но первой она не будет!       Так что Филия, немного покусав карандаш, начала увлеченно царапать на картонке мусорный бак, и одновременно с этим мысленно подбирала слова, сочиняя едкое четверостишие в тему. Или хотя бы просто обидную подпись, без рифмы.       Воистину, день психически больных.

***

Альтернативная концовка

      «Ты мусор, который я все никак не могу выкинуть», — Филия нарисовала карандашом сердечко сразу за последним словом. Потом его с нажимом стерла.       Начала обводить и раскрашивать рисунок, уделяя внимание каждой детали, каждому таракану, каждому потеку на баке, каждой складочке мусорного мешка.       Да, она осознавала, что у монстров хорошее зрение.