Родной дом Гермионы
3 июля 2019 г., 01:37
Гермиона подошла в старому дому в стиле «Рококо», находящемуся в лесу. Кажется, ей сюда. Живая изгородь из растений с ядовитыми шипами, усиленная чарами, а вот и калитка. Закрыто, но замка не видно. Была не была… Девочка достала из кармана складной швейцарский нож, экспроприированный для общего блага, порезала указательный палец и коснулась калитки, которая открылась.
Дом был не заперт, на портретах было оживление, подозрительно похожее на переполох, надо сказать, Гермиона практически не сталкивалась с живыми портретами.
— Здравствуйте, меня зовут Гермиона Джин Грейнджер, — представилась девочка.
— Здравствуйте, юная леди. Кто твои родители? — спросил один из портретов.
— Мистер и миссис Грейнджер, но они приёмные. Кто настоящие, я точно не знаю. Меня привела сюда неведомая сила, похожая на магию.
— Ты открыла вход в усадьбу при помощи своей крови?
— Да.
— Прекрасно, значит ты наша родственница.
— Кто-нибудь есть в этом доме?
— Домовые эльфы.
Гермиона прекрасно понимала необходимость соблюдения конспирации. Портретам не надо знать много лишнего.
— Кто это? — вежливо поинтересовалась девочка.
— Слуги.
— Я могу задержаться в этом доме?
— Конечно. Ты что-нибудь знаешь о магии?
— Немного.
— Ты проводила тест на родство?
— Нет. Мне сказали, что я магглорождённая ведьма, нам запрещено сдавать этот анализ.
— Кто это запретил?
— Министр магии Миллисента Багнолд издала декрет и подписала договор с гоблинами. Нельзя посетить свой детский сейф, если он есть. Даже при наличии ключа.
— А у тебя есть ключ?
— Да, я уже была в «Гринготсе». Гоблины тут же аннулировали ключ, ссылаясь на соглашение с министерством магии.
Гоблины даже не догадывались, что этими соглашениями и договорами они подписали себе смертный приговор.
— Зелёномордые совсем обнаглели.
— Полностью согласна. Все деньги из моего сейфа переданы в благотворительный фонд министерства магии. Если проще — разворованы. Гоблины получили сорок процентов комиссионных за сдачу сейфа чиновникам.
— Нехорошо получается.
— Меня хотели арестовать, но я сумела сбежать.
— Тебе повезло. Ты наверное устала, когда искала дом.
— Домовые эльфы могут приготовить мне ланч?
— Да, конечно. А как и что ты узнала о магии?
— Я познакомилась с девочкой по имени Натали, она показала мне простейшие заклинания. Она сбежала из дома и вела себя не очень прилично. Она рыжая. Фамилия, возможно, Уизли. В следующем году я пойду в школу чародейства и волшебства «Хогвартс».
— Как хорошо. Надо учиться.
— Согласна с вами.
Через некоторое время Гермиона села есть и у неё внезапно потемнело в глазах…
***
Пришла в себя связанной и лежащей на полу перед портретами в каком-то зале от сильной обжигающей боли. Вокруг стояли домовые эльф, один из них ткнул девочку раскалённой кочергой. — Рассказывай, грязнокровка. Кто ты такая и кто тебя прислал? Хочешь сдать наш дом предателям крови? — Калитка открылась от моей крови! — Значит, ты бастард. Надеешься выклянчить приданое? Не выйдет. А может хочешь привести сюда Уизли в обмен на долю в добыче? — Я хотела узнать, кто мои настоящие родители. — Сходи к мастеру магии крови или гоблинам. — Это запрещено. — Этого не может быть. Прижги её. После прикосновения раскалённой кочерги Гермиона издалека нечленораздельный вопль. А ведь она говорила портретам только правду. «Ну вас нафиг», — подумала девочка и трансгрессировала оттуда, на что имела полное право, как член семьи. А портреты лишний раз убедились, что это явная гадина и никакая не будущая школьница. Где это видано, чтобы в таком возрасте трансгрессировали?***
Жутко саднила обожжённая кожа, но что гораздо хуже эта трансгрессия вытянула все магические силы, и так небольшие в этом возрасте, у всех трёх тел. Тело Гермионы оказалось у заброшенной фабрики, где она познакомилась с детьми и Морфином Гонтом. Была прохладная погода, пасмурно и сыро, около 6 °С. Эти домовые эльфы сняли с Гермионы перед пытками всю одежду. Сил не было, пришлось вспомнить опыт общения с привидениями. Хорошо хоть, что перед визитом в родовую усадьбу она оставила детям шестьдесят фунтов стерлингов мелочью и много продуктов. Сучкорез, ножовка и топорик, изъятые из сельского магазина хозтоваров, позволяли детям собирать сухие ветки, несмотря на то, что ящики ещё оставались. Сил наколдовать платье не было, идти в магазин, чтобы прикрывшись чарами взять нужные вещи, тоже. И Гермиона пошла в здание фабрики. Авось приютят, несмотря на то, что у неё с собой ничего нет, совсем нет. До этого же покормили. — Гермиона, это ты? — удивился Джеф. — Я, — тяжко вздохнула девочка. — На тебя напали? — Попыталась пообщаться с родственниками. — И как? — Самое противное, когда тыкают раскалённой кочергой. — Этот ожог от кочерги? — Да. Через несколько секунд Гермиона лежала в толстовке на надувном матрасе и была укрыта тёплым одеялом, на ноги натянули тёплые носки. В камин подбросили досок от ящика и веток, чтобы подруге стало теплее. Там же оказался алюминиевый чайник и кастрюлька с водой для макарон и сосисок. Гермиона умела читать мысли: эти дети считали её своей подругой, а в их кругу дружба — очень важное дело. Они хотели сделать всё от них зависящее. А завтра скататься на велосипеде в аптеку, чтобы купить мазь от ожогов. Наконец-то появились настоящие друзья. Когда вода закипела, Гермиона заснула. Её не стали будить. Пускай отдыхает, у неё не родственники, а изверги какие-то. Почему их не посадят за жестокое обращение с детьми? Это же явно несправедливо.***
«Исчадие ада», как учителя продолжали именовать между собою мисс Грейнджер, внезапно заболела и слегла в постель в школьном лазарете. Были прописаны покой и постельный режим, всё было списано на переутомление, стресс и нервный срыв.***
Доктор Хаус обнаружил, что его племянница слегла. Оказывается, обожжённое место болело у всех троих, но ожоги были всего на одном теле. Лечение проблем не составляло, поскольку Гермиона уже притащила домой краткий справочник по магическим болезням. Методология, с точки зрения доктора, была весьма и весьма архаичной, но он быстро разобрался, что к чему, и принял необходимые меры.***
Волшебный мир оказался очень жесток к новеньким, а также к тем, кто потерял связи и собирается вернуться. Портреты родственников родственницу не признали, а Гермиона хотела использовать эту усадьбу в качестве опорного пункта и базы для дел и делишек. Но сейчас Гермиона хотя бы знала, откуда она родом, кто её биологическая семья. Воспоминания Морфина Гонта о разговорах с заключёнными в Азкабане позволили сделать определённые выводы. Может портреты, отдавшие приказы домовым эльфам, и правы, но после произошедшего общаться с кровными родственниками явно не стоит. Даже если они выживут после Азкабана, а если выживут… Артур Уизли слишком громко думал, ему обещали Гермиону в качестве жены одного из сыновей. Брак с предателем крови вызовет неизбежное изгнание из рода. Больше всего радовало одно интереснейшее открытие: правило «Сам о себе не позаботишься, — никто о тебе не позаботится» оказалось не работающим. Что характерно, все друзья не были магами. Как и дядя Грегори. А может рыжая Натали права, сбежав из дома? Сбежала она от плохой жизни и Гарри Поттера утащила с собой в Бразилию. А плохо себя ведёт, потому что по-другому не умеет? Психологи говорили про влияние родителей. Видно у предателей крови дома происходит что-то не то. Совсем не то.
