Время Грейнджер

      — Трое на одного, — я медленно обернулась, и с неприязнью ощутила утыкающиеся в меня три палочки. Если бы не их маски типичных пожирателей смерти, думаю я бы увидела все ненавидящий взгляд безумных глаз. — Это не честно.       — В войне нет честности, — что покрупнее снова тычет меня своей палкой. — Ты идешь с нами.       Когда я получила это задание, то понимала, что возможно произойдет засада, и уже, как только огляделась на местности, строила планы отступления, но было кое-что еще, о чем знаю только я, и о чем догадывается Д’арманьк, но пока он ничего мне про это не говорит; пока он просто молча терпит мои загоны; пока они не опасны. Мне стоило усилий, чтобы признаться в этом самой себе, но я это сделала, когда на одном из допросов, я разошлась и мне стоило огромных усилий остановиться.       На допросах, которые происходят с пытками, я получаю ужасное, непонятное моему мозгу, удовлетворение. И к сожалению понимаю это не сразу, а спустя время, и мне становится стыдно за себя, за слабость и за страх. Я понимаю, что отвратительно и мерзко, ликовать, когда капли их крови попадают на мои руки; улыбаться, когда они кричат от боли, и просто уровень наслаждения зашкаливает, когда они склонив голову к груди тихо стонут и молят о пощаде, а я делаю вид, что не слышу их слов.       Я ужасна, такая же, как ужасны они. Я меняюсь, и темная сторона моей души, та сторона, которая страдала, мучилась и видела все жестокие смерти начинает преобладать надо мной. Иногда мне страшно, что проснувшись утром, я не узнаю себя, не буду прежней девочкой, которая была против насилия, и уж тем более против пыток над людьми, даже если они были убийцами.       Капитан видит это, но пока ничего не делает, возможно ждет, что я образумлюсь, или же ему лучше иметь такого больного мракоборца, которого он сотворил сам, надломав мои принципы своим жестким испытанием.       И когда я вызвалась на это задание, он не удивился, а легко отпустил меня, как будто собаку спустил с поводка, и дал команду «Гулять!». Отправив меня одну, он знал, что за меня пережевать не стоит, но я не хочу той жестокости. Не хочу питать ту темную сторону еще более кровавыми и приятными действиями, и потому, я сразу придумала план отступления, когда немного огляделась. Если быть точно, то я не особо знаю где нахожусь. В Великобритании точно, но где именно, без понятия. Мне дали координаты и я отправилась туда, что бы проверить активность.       Была зацепка, что тут располагался временный лагерь этих ублюдков, и мне нужно было проверить все здесь до того, как созывать все отряды, довольно безобидное задание.       Внешне хилый домик внутри оказался большим особняком, со множеством ходов и выходов, ну что от волшебного мира ожидалось? Уж точно не меньше. Я проверила почти каждую комнату, но ничего, что могло бы нам помочь, не обнаружила, поэтому вышла на улицу, чтобы оттуда трансгрессировать обратно на базу и доложить обо всем, но не успела. Меня не вовремя настигла та самая активность, которую я искала в лице трех преступников, готовых меня убить сию минуту. Выдуманный заранее план отступления пригодился.       Дом находился практически на обрыве, к которому они меня и прижали, думая, что я никуда не денусь и пойду с ними, потому что под обрывом не быстротечная река, а скалистые камни о которые можно запросто расшибиться насмерть, если вовремя ничего не принять, а трансгрессировать на ходу я научилась, когда мы еще с парнями прятались в лесу в палатке. Важный навык оказался.       — Депульсо! — выкрикнула я, отступая назад к обрыву, они не успели отразить мою атаку, и просто повалились назад. — Экспеллиармус!       — Авада Кедавра! — я не успеваю отследить кто это сказал, но изворачиваюсь от зеленого залпа света, когда в меня попадает другое заклинание, которое мгновенно отдается по всему телу волной ужасной боли, но я не кричу. Я просто смотрю на свои руки медленно покрывающиеся кровью, липкой, багряной жидкостью, покрывающей мои белые тонкие пальцы, которыми я уже не так уверено держу палочку в руках.       Шаг назад и я лечу в пустоту, все еще смотря на свои пальцы в крови, но еще одна волна заставила меня очнуться, крепче схватить палочку, и попытаться трансгрессировать несмотря на боль, которая с каждой секундой увеличивается.       В голове все перемешалось, четкой картинки у меня не получилось, в голове мелькали разные помещения, класс в школе, кабинет д’Арманьяк на базе, комната в моем доме, который теперь мне не дом. Я чувствую, что вот-вот потеряю сознание от острой боли что вот-вот разорвет мое тело пополам. В последний момент что-то мелькает перед глазами, и я проваливаюсь в темноту, окруженную лишь моей болью.

***

      — Ты пропустила собрание, Грейнджер. — Вот кого я сейчас хотела видеть меньше всего, так это надоедливого Малфоя. — Директор тебя ждет, ее еще волнует судьба балов. Наверное. Я не знаю, почему она тебя ищет.       — Я позже к ней зайду, — отвечаю я пересохшим ртом. Возможно уходить из госпиталя почти сразу после ранения было не лучшей моей идеей, но мне нужно было вернуться в школу, чтобы не вызывать подозрения. Мне надо закрыться в своей комнате, чтобы успокоиться, вернуться в центр и показать им, какого это быть жертвой на самом деле. Я просто хотела видеть их боль, а не узнать что-нибудь про нашего Подобника. Я сбежала из больницы, чтобы сбежать от самой себя, потому что за свою пролитую кровь, я требую такой же пролитой крови, в качестве платы.       — Грейнджер, она ждет тебя сейчас, — я хотела его обойти, но он не дал мне этого сделать, уперевшись рукой о стену прямо передо мной, насильно останавливая на месте. — Вперед.       — Я же сказала, — говорить дается с трудом, как и стоять на месте. Мне осталось пройти пару метров до своей комнаты, чтобы я могла рухнуть хотя бы уже на пол, но мне мешал этот идиот. — Я позже зайду.  — Вкус крови снова чувствуется во рту, и меня начинает мутить. — Скажи я все позже объясню.       — Грейнджер я весь день сегодня выполняю твою работу!       — Малфой, — я хочу оттолкнуть его, но все что мне удается это просто повиснуть на вытянутой руке, которой он неосознанно удерживает меня на месте, пока я чуть не оседаю на пол.       — Гермиона! — я узнала ее голос, но у меня не было сил посмотреть на нее. — Боже, опять? Гермиона, что опять случилось?       — Тише, — говорю я, смотря куда-то в пустоту практически невидящим взглядом, которая снова стала застилать мне глаза. — Просто помоги дойти до комнаты.       — Это что? Кровь?       — Тише! — я открываю глаза и отталкиваюсь от руки, которая все еще держала меня, пока я на шатающихся шагах болталась у стены. — Просто помоги, Жози.

***

      — Почему ты не в больнице? — Жози гневно смотрела на меня, пока ее отец осматривал мои порезы на руках, которые затягивались после настойки от медсестры, снабдившей меня ею в госпитале. Утром я буду в порядке. — Зачем надо было возвращаться?       — Как бы я объяснила свое отсутствие учителям? — разумный вопрос, на которого нет ответа. — Это моя вина, так что не стоит переживать.       — Ты практически повисла на Драко, и просишь не переживать?       — Всякое бывает, — мне больше нечего ей сказать в свою защиту. — Утром я буду в порядке, с Малфоем разберусь, а ты в следующий раз не кричи на всю школу «Кровь!», хорошо?       — Прости, — она виновато склонила голову. — Что будешь делать с Малфоем?       — Ничего. Ты думаешь, он завтра подойдет и спросит, что это со мной было? Все что он может, так это поиздеваться над тем, что я правда беспомощно повисла на его руке, а с этим справлюсь.       — Жозефина, — капитан пристально посмотрел в глаза дочери, и та, поняв его немую просьбу, покинула комнату, плотно закрыв дверь за собой. Д’Арманьяк решил перестраховаться и заглушил комнату, чтобы она точно не услышала наш разговор. — Докладывай.       — Я осмотрела дом, в нем явно кто-то жил, но давно не появлялись. Могу предположить, что они неожиданно уехали, — начала я, вспоминая в каком виде нашла столовую. — Везде была расставлена посуда, а еда покрылась плесенью, думаю, что где-то с недели полторы там никто не появляется, скопилась легкая пыль и так далее. Но ничего, что нам могло бы помочь, я не нашла, ну помимо тех троих. Вы их схватили?       — Да, сразу, как ты обрушилась на голову, как гром среди ясного неба. — Ответил он, грубо хохотнув. Но что смешного? — Ты не помнишь, что обездвижила их?       — Нет, — вообще не помню. — Точно я сделала?       — Ты, — я их не убила, хорошо. — Я палочку проверил, как полегчает займешься ими. Кто-то из них что-то знает, — он встал с кровати и подошел к окну. — У Дэмиана объявился дальний родственник, который обратился к нам с просьбой защитить его племянника, и я порекомендовал тебя.       — Меня? — мысленно, я надеялась, что успокоюсь к тому времени, когда займусь их допросом, иначе дело плохо закончится. Я уже представляла себя покрытую задолженной мне кровью в душе с истерикой, что случалась со мной после осознания своей никчемности, и тут же в разрез своим мыслям слышать о защите ребенка, было дикостью.       — Я не называл имени. Дал только общую информация, объяснил, что в школе находится наш человек. — Д’Арманьяк смотрит на меня и в его взгляде сочится сочувствие смешанное с уважением, я отвернулась. — Ты вроде квартиру хотела, не так ли?       — Вы же знаете, я возьмусь за все, — он соглашается со мной, кивком. — Когда приступать?       — С завтрашнего дня ты должна пристально следить за этим парнем, за каждым его шагом, вздохом и выдохом. Без присмотра он не сможет покинуть школу, у тебя есть все полномочия на этот запрет, — д’Арманьяк отходит от окна и идет к двери. — Справишься?       — Он будет знать, что за ним смотрят? — я должна справиться.       — Будет, но не будет знать кто, так что будь осторожна.       — Хорошо, а много подобных предложений поступает?       — Хочешь, взять еще?       — Можно было бы, — я снова отвернулась. — Только скорее всего придется раскрыться, чтобы собрать группу за которой я буду следить, так было бы проще. Как думаете?       — Справься сначала с этим парнем, а там посмотрим, — коротко ответил он.       — Я тогда утром отправлю с совой список вещей, что мне понадобится, — сказала я, поднимая на кровать ленивого кота.       — Отправляй сразу Марку.

***

      — Ты какая-то бледная, — Гарри озабочено всматривается в мое лицо, и невнятным «не выспалась», я легко отделалась от нотаций. — Так много работы? Серьезно, поручи нам что-нибудь с Роном, мы поможем!       — Чтобы я потом за вами двумя перепроверяла? — я оторвалась от пергамента и посмотрела на этих двух балбесов, которые обижено переглянулись.       — А за Малфоем значит не перепроверяешь, — обиженно высказался Рон, небрежно оттолкнув от себя журнал с расписание дежурств. — Ему больше доверяешь?       — Рональд, давай будем честными, вы с Гарри те еще оболтусы, которые умудрились потерять тетради в библиотеке, — этот случай с четвертого курса я припоминаю им до сих пор. — Не задавай вопросов, когда знаешь, что тебе ответ не понравится.       — Гермиона! — в один голос воскликнули парни.       — Ты что на его стороне? — Рон презрительно оглянулся на стол зеленого факультета, но Жози быстро дала ему подзатыльник.       — Это уже слишком, Уизли, — теперь обижаться начала она.       — Прости, я не подумал.       — Вот еще один аргумент не доверять вам ребята. Гарри, у вас уже начались тренировки? — он нервно поправил очки на носу, и неловко ухмыльнулся. — Понятно. Знаете что, не хотите прогуляться?       — Сейчас? — Рон обернулся назад, смотря на небо в окнах под потолком. — Там же холодно. С ума сошла?       — Ну тогда, как хотите, — я посмотрела на Жози коротко кивнув ей на свои вещи, схватила тетрадь, в которой лежала карта одолженная у Гарри и побежала на выход из Большого зала вслед за Дэмианом, который без разрешения покинул территорию школы. Даже не оставив свое имя в книге. Видимо с этим ребенком будет куда сложнее, чем я думала.       Добравшись до своей комнаты, оттуда трансгрессировала в Хогсмид и отправилась сразу в Три метлы, где и нашла этого проказника попивающего сливочное пиво, который заметив меня, неловко подавился напитком.       — Оперативно, — сказал он откашлявшись, скорее утирая нос.       — Очень, — я села за стол и сложив руки на столе посмотрела ему в глаза, тот смутился прямого взгляда и опустил взгляд на кружку.       — Снимите очки? — тихо спросил он.       — Должна, а тебе еще от Малфоя влетит, — Дэмиан согласно кивнул, но виду не подал, будто его подобная чушь волнует. — Почему ты покинул школу без разрешения?       — Хотел проверить кое-что, — умно.       — Проверил?       — Не подтвердилось, — уныло ответил он, смотря на меня с надеждой. — Я допью?       — Я подожду.       Он хотел встретиться с тем, кто следит за ним, но для чего? Просто, чтобы знать кто это? Возможно мне стоило бы ему открыться, но такого я пока не допущу. Дэмиан может быть просто парень со школы, оставшийся один и желающий знать того, кому вверена его жизнь, но знание моего лица и имени, сыграет плохую шутку и с ним, и со мной. Наверное глупо было предлагать себя защитником для мини отряда.       — Как ты узнала, что я здесь? — спросил он, выпив половину своего напитка. Возможно он начинает подозревать, но действует аккуратно.       — Если я сейчас скажу, в следующий раз ты попытаешься это обойти. — Заговорила я смотря прямо ему в глаза. — Я тебе не скажу.       — Я больше не собираюсь сбегать, — ответил Дэмиан, скрестив руки на груди. — Я же не дурак. Понимаю, в какой ситуации оказался.       — Кто сбежал один раз, сбежит снова, поэтому нет. — Я осталась непреклонна с этим решением. — У старосты должны быть свои секреты. — Бинго! Парень расстроился, что его идея фикс не сработала. — Ты сейчас больше переживай за то, что с тобой сделает Малфой, когда узнает о твоей выходке.       — Не страшно, — хмыкнул тот. — Твоя комната на нашем этаже, ты сможешь его остановить.       — Я не могу заходить в вашу гостиную.       — Ты же глава старостата, — он хитро улыбнулся. — Мне казалось ты вне факультетов.       — В любом случае, спасать таких как ты пользуясь моим положением не входит в мои планах.  — Я не сумела сдержать улыбки. — Ты допил? Уже пора возвращаться в школу.       — Почти, — он немного сдулся и одним большим глотком выпил остатки, после чего шумно встал из-за со стола, со скрипом отодвинув старый деревянный стул.       — Дэмиан Д’Арк, — леденистый голос прокрался в наши сознания так быстро и неожиданно, что мы вдвоем вздрогнули оборачиваясь к говорившему. — Что за хрень ты устроил, маленький противный хорек?! — Малфой, это кто еще хорек?       — Кажется тебе даже в гостиную заходить не придется, — тихо протянул Дэмиан с опаской смотря на Малфоя, который был практически полон ледяной яростью.       — Что ты там вякнул? — злобно спросил Малфой сощурившись, делая шаги в нашу сторону.       — А ты что здесь делаешь? — я подошла к Малфою, закрывая обзор на парнишку, не спеша обходившего стол. — Тоже со школы сбежал?       — Не твое дело Грейнджер, — бросил тот посмотрев мне в глаза, которые ни на йоту не изменились. — Ты сейчас тоже у меня отхватишь, чертова гряз…       — Попробуй только закончить слово,  проблем не оберешься Малфой, — я сделала шаг к нему. — Я тебе это обещаю, — он явно перешел границы, и я кажется предупреждала его, что молчать не буду.       — Что ты мне сделаешь? Настучишь директору? Дашь плохую характеристику и оставишь меня нищим? — зашипел он делая шаг на встречу. — Что ты мне сделаешь?       — Заставлю пожалеть, что ты на свет родился, — вторю я ему подобным тоном. — Медленно и мучительно заставлю тебя страдать, — черт, Гермиона, успокойся! — И все, что ты перечислил, будет для тебя сладкой пыткой. Д’Арк, жди у входа, жди у входа, — я обернулась к парню, который уже не спеша жался к выходу.       — Хорошо, — тот лишь был рад такому приказу и быстро исчез за дверью.       — Что ты себе позволяешь? — спросил Малфой, недоумевающий от моей дерзости.       — Это что ты себе позволяешь, идиот? — я тыкнула ему пальцем в грудь, и он опешив, хоть и не показывая этого, все же сделал шаг назад под моим напором. — Я всеми силами стараюсь наладить отношения между факультетами, а ты все время мне вставляешь палки в колеса, и если ты не понимаешь по-хорошему, Малфой, значит будет по-плохому.  —В моем голосе снова звучит сталь, которая заинтересовала Малфоя, хотя он снова старается этого не показывать, но я будто насквозь его вижу. Он постепенно становится для меня открытой книгой, которую я легко могу начать читать, если посильнее надавлю на корешок. — Ты меня заебал своими истерическими нападками. — Я подошла почти вплотную положив руку на его грудь поверх значка. — Ты отстранен на неделю, — и резким движением срываю его значок старосты и ухожу из паба, широкими шагами направляясь к школе.