Время Грейнджер

      — Мне показалось, или Пэнси весь вечер танцевала с Гарри? — спросила Жозефина, когда мы наконец-то оказались в моей комнате.       Ноги гудели ужасно, я почти не сидела, всё время танцевала и старалась выглядеть непринуждённо, но с каждым часом это становилось сложнее. А под конец я совсем утомилась от этого притворства.       — Нет, не показалось, — Пэнси на самом деле танцевала практически только с Гарри. — Я думаю, она предложила ему позлить Джинни, — та весь вечер косилась на Гарри. — Я так устала, — сняв диадему, я положила её на край стола и подошла к подруге, чтобы она помогла расстегнуть платье, потому что у меня не было сил даже руки поднять. — С ног валюсь.       — Бедняжка. Уверена, что не хочешь отдохнуть? Тебе надо поспать хотя бы пару часов.       — Не могу, — бал окончен, мне пора возвращаться на работу. — Утром допрос, мне надо к нему подготовиться.       — Тебя Драко искать не будет?       — Не должен, я попросила Блейза отвлечь его, — тот нехотя, но всё же согласился. — Мне пора, — я обнимаю Жози и прихватив с собой рюкзак, выхожу в гостиную, чтобы уйти через камин. — Увидимся у тебя дома, — я загребаю горсть зелёного порошка и бросив его себе в ноги, чётко произношу адрес.       Оставив рюкзак в своём шкафчике, я пошла в кафетерий, чтобы перекусить перед работой. Приготовив две чашки крепкого кофе, я захватила с собой шоколадный батончик и спустилась в кабинет капитана, который, как обычно был на работе.       Интересно, как всё это терпит его жена? Она ведь практически не видит своего мужа. Её устраивает подобный расклад их отношений? А, как бы отреагировал Драко, если бы после выпуска мы бы жили в таком ритме? Смирился бы он с тем, что меня практически никогда нет рядом и что однажды, я просто могу не вернуться домой?       — Ночная смена? — спрашиваю я, протягивая капитану чашку кофе.       — Я не надолго, — отвечает он, отпивая горячий напиток. — Введу тебя в курс дела и пойду домой.       — Хорошо, — вообще я надеялась, что он будет здесь и остановит меня в случае чего, потому что мне предстоит провести допрос Дина Голберда. — Кто сегодня на дежурстве?       — Должен был быть Марк, но он отпросился, поэтому ты, — капитан твёрдо смотрит мне в глаза, молчаливо напоминая, чтобы я держала себя в руках. — Мне не хочется оставлять тебя одну, но я не спал уже трое суток и ничего не соображаю.       — Это очередная проверка? Сдержу я себя или нет?       — Да, — честно отвечает он. — Я стал задумываться о том, чтобы отстранить тебя от работы, — уволить. Ты решил меня уволить. — Убеди меня, что я ошибаюсь.       — Тогда убедите меня, что на жалеете о методе своего обучения, — я ставлю чашку на стол и сурово смотрю на своего капитана. — Вы ведь видели, что мне сложно, но вы ломали меня, потому что я сама этого хотела, а вы пользовались. Я, только что вернувшая с войны, не знающая, как жить дальше, не понимала к чему приведёт меня жестокость, которой я отдалась с вашей руки, но вы то человек опытный, могли предугадать и остановить меня.       — Опыт не делает меня дальновидным, я могу ошибаться, — признаётся капитан. — И в твоём случае я ошибся, Гермиона. Когда ты только пришла к нам, я не думал, что ты к нам на долго. Твой срок был месяц, — после которого я должна была уйти. — Но уже через две недели я увидел то, что изменило моё решение. Я увидел в тебе себя и решил, что ты могла бы стать моим протеже.       Через две недели? Если я хорошо помню, то первые недели у меня была просто физическая подготовка и поручения по мелочевке, а потом я внезапно оказалась в допросной с капитаном. И я не помню почему.       — Поэтому вы учили меня так, как учили вас?       — Да, — капитан кивает и ухмыляется. — Я радовался твоим успехам, как своим. У тебя была самая короткая подготовка и то, ты больше занималась в зале, а я же ломал твоё мировоззрение, как когда-то сломали моё, только я не учёл одну важную вещь, которую пытаюсь сейчас исправить. Я знаю, когда надо остановиться, а ты уже теряешь ориентир, поэтому я не хочу, чтобы ты работала так, как я учу.       — Звучит смешно, — я смеюсь не веря, что он мне это говорит. — Вы мне наглядно показали, что будет, если работать так, как прописано в правилах, — он опускает голову, но я кулаком бью по столу, заставляя смотреть мне в глаза. — Люди погибли, потому что я долго получала информацию «законным путём», а сейчас вы мне говорите вернуться к старым методам?       — А для чего я вызвал тебя ночью?! — кричит он поддавшись вперёд. — Времени у тебя предостаточно до утра и умирать никто не собирается.       — Так нечестно.       — Знаю, но тем не менее, я всё ещё твой наставник и я всё ещё вижу в тебе себя, а ещё…       — Мой начальник, я поняла, — спорить, как всегда бесполезно. Мне надо сделать всё, что от меня требуется. — Я всё сделаю, — он довольно кивает и передаёт мне папку.       — Ты была права, — говорит он, когда я вижу колдографии тела со стола в морге. — Дарена Лоджа убили.

***

      Закрыв за собой дверь, я включила свет. Накрыв свой рабочий инвентарь тёмной тканью и обернулась к Дину Голберду, сидящему на стуле.       Как выяснила экспертиза, во время нападения, Дин был под кайфом и было решено допрашивать его, когда он будет чист. Капитан посоветовал не лезть к нему в голову без надобности, потому что из-за наркотиков парень обезумел и чёрт знает, чем это может сказаться на мне.       — Где я? — кряхтит он, силясь держать голову ровно. — Грейнджер?       — Голберд, — ответила я, не отходя от своего стола, думая стоит ли немного приоткрыть ящик, чтобы Дин видел, что его ждёт, если он не станет говорить. Я не обещала не использовать свои инструменты, я лишь предупредила, что попробую без них. — Я не буду спрашивать, как ты себя чувствуешь, потому искренне надеюсь, что ты страдаешь, — говорю я, всё же приоткрывая ящик.       — Где я?! — громче спрашивает он. — Мать твою, где я, Грейнджер?!       — На моём рабочем месте, — снова отвечаю я, оборачиваясь к нему. Его взгляд осознанный и Дин искренне не понимает, что происходит. Есть вероятность того, что он ничего не помнит, но мне плевать, я то хорошо все помню. — Помнишь подвал, нападение и избиение? — Дин испуганно округляет глаза. — Ты выманил меня в подземелья, ударил по голове, отравил наркотиками, сильно избил и бросил умирать? — по глазам вижу, что всё он помнит. — А я ведь предупреждала, что ты пожалеешь об этом, — я подхожу ближе и схватив его за волосы, сильнее оттягиваю голову в сторону, чтобы Голберд увидел стол. — Я же предупреждала, что заставлю тебя страдать, — шепчу я ему на ухо, отпустив его засаленные волосёнки.       — Где я?       — Да достал ты, — кричу я, отходя от него. — Ты арестован за нападение на мракоборца ТОМОН, — загибаю палец. — За употребление наркотических веществ на территории школы магии и волшебства «Хогвартс», — загибаю второй. — Этого мало?       — Какой мракоборец? Я-я…       — Ты тупой, ей-богу, — его точно отпустило? — Я, Гермиона Грейнджер, мракоборец Тайного Ордена Министерства Особого Назначения, ТОМОН проще говоря. Ты напал на меня при исполнении. Твоё дело веду не я и тебе везёт, но вот только ты связан с другим, которое уже веду я, и поэтому я здесь, — его взгляд темнеет, а на губах появляется усмешка. — Я рекомендую отвечать на мои вопросы.       — Да пошла ты, — выплевывает он, оглядываясь. — Это что прикол какой-то? У меня передозировка? Как такая шваль, как ты может быть мракоборцем? Отпусти!       — Успокойся, — спокойно говорю я, стараясь не обращать внимания на его слова. — Расскажи о Дарене Лодже. Я хочу знать, как ты впервые купил у него наркотик.       — Отпусти, сука! — кричит Дин абсолютно не слыша меня, всё ещё думая, что это иллюзия.       Сократив между нами расстояние в один шаг, я со всей силы бью его кулаком в челюсть, и, когда он скулит, добиваю в нос и только потом отхожу, потирая покрасневшие костяшки. Тяжело опустив голову, Дин протяжно скулит и пускает кровавые слюни себе на грязную, некогда белую рубашку.       — Мы знаем, что ты принимал наркотики, так же, как и Дарен Лодж, — нас волнует, как именно они связались. — Как ты купил у него первую дозу? Не думаю, что он ходил и на каждом шагу кричал, что у него можно взять наркоту.       — Так и было, он сам предложил.       — Чего?!       — Дарен сам предложил. Я ему говорил, что пробовал магловские наркотики, а он предложил вариант поинтереснее, чем магловские таблетки.       — Кто ещё в школе употребляет?       — Тоже доложишь? — Дин сухо смеётся. — Я не знаю, так что отъебись.       — Директор не от меня узнала, что ты принимал наркотики. Дарен Лодж сдал тебя сам, — тот ошарашенно смотрит на меня и я понимаю, что разговорить Дина будет проще. — Сейчас он выйдет сухим из воды, а ты получишь срок, — я разозлю Дина и заставлю выложить его всё, что он знает. — Разве это честно, тем более если он сам тебя подсадил? — я стараюсь говорить проникновенно и Дин ведётся. Его взгляд тяжелеет, а рот искажается в злостной ухмылке.       — Ублюдок, — шепчет он, тихо смеясь. — Это он во всём виноват! Это он!       — Помоги это доказать.       — Я знаю, что Дарен был не один. Он никогда не называл его по имени, но в тот день, — как-то уж слишком быстро Дин заговорил. — Я плохо помню, что случилось в тот день, когда я напал на тебя. Отрывки воспоминаний и я не могу понять, что было на самом деле, а чего не было.       — Говори в чём точно уверен, — пока узнаю это. — Что Дарен говорил?       — Он говорил, что ты мешаешь и тебя надо убрать, — он хмурится и тяжело сглатывает. — Я не понимал причём здесь я, если ты мешаешь ему, а потом Лодж сказал, что ты сдала меня директору. Помню, что разозлился и он стал сильнее убеждать меня, что ты мешаешь. Лодж не мог ничего сделать сам, потому что за ним следят, но он обещал, что Вик всё уладит, а потом какие-то провалы. Вроде он что-то мне объясняет, я куда-то иду и что-то делаю, а потом только кулак Малфоя помню.       — Понятно, ты знаешь что-нибудь о том, откуда он брал наркотик?       — Нет, — Дин не поднимает головы. — Спроси у Лайзы, они часто зависали вместе. — Что ж, видимо её всё-таки придётся допросить. — И ещё, — Дин медленно поднимает голову и фокусирует свой взгляд на мне, — они продают наркотики куда-то на сторону. Лодж никогда не отдавал мне дозу лично в руки, я всегда сам забирал из тайника и там всегда была полных две коробки.       Один пробел заполнен осталось ещё немного.

***

      Запутавшись в событиях, я за час до допроса секретаря министра, который «добровольно» согласился на встречу, засела за блокнотом выписывая имена, даты и события, чтобы сопоставить их и наконец-то уложить пазлы в картину. Я хотела найти недостающие элементы которых нам не хватает.       Итак, секретарь министра и Дарен Лодж.       Нам известно, что именно Виконт Ротемер, выдвинул кандидатуру Дарена Лоджа инспектору по школьным делам в министерстве, когда встал вопрос, кого взять на место профессора МакГонагалл. Кандидат показался сносным, но не более, поэтому инспектор, прежде, чем утвердить его, попросил директора МакГонагалл проверить Дарена. Тот её тоже не сильно впечатлил, но Виконт настойчиво рекомендовал своего кандидата и даже предоставил письмо от министра, которое, как оказалось позже, он подписал не глядя, якобы рекомендуя Лоджа. Министр в глаза не видел этого Дарена Лоджа, полностью положившись на мнение своего секретаря, который вовремя подсуетился.       Очевидно, что Виконт Ротемер очень сильно хотел, чтобы Дарен Лодж попал в школу и сейчас нам надо выяснить почему. — Виконт Ротемер, — говорит капитан, когда мы вместе заходим в допросную, где нас уже ждал секретарь министра. Я думала, что мы ещё не скоро его увидим, потому что гос служащего тяжело вызвать на допрос, нужно кучу бумажек, но капитан сумел надавить на совесть министра, который подписывает не глядя. По-человечески я понимаю, что в тот период министру было совсем не до профессоров. Он собирал по кусочкам остатки магической Великобритании, но как мракоборец, расследующий дело о смерти наркомана-профессора, мне понять его сложно. Каждый должен выполнять свою работу. — Спасибо, что нашли время посетить нас.       Его в приказном порядке отправили к нам, чтобы не позориться с ордером.       — Капитан, — молодой мужчина встречает нас дежурной, абсолютно не искренней улыбкой. — Мисс, — он смотрит на меня и приветственно кивает. — Рад служить правосудию, только пока не понимаю, какие ко мне могут быть вопросы по вашей части-то, — говорит вроде бы уверенно, но его выдаёт нервный смешок.       — Ничего страшного, мы поясним, — капитан садится рядом со мной и глазами показывает на папку. — Мисс Грейнджер, всё объяснит, — что ж, я принимаю правила игры капитана, пытающегося жёсткими ограничениями задушить зверя, выросшего в его руках и на его глазах. Мне самой любопытно, что из этого выйдет.       — Эм, прошу прощения, но разве она может без лицензии вести допрос и выполнять обязанности мракоборца?       Нечто подобного я от него и ожидала.       — Конечно нет, — легко отвечает капитан складывая руки на столе, — но она наш практикант, поэтому иногда для практики ее допускаю к интересным допросам. А так, она работает посыльным на полставки, — ложь. — Мы можем начинать? — Виконт кивает и чуть щурится.       — Вы знаете этого человека? — теперь уже я спрашиваю, выкладывая колдографии Дарена, которые мы нашли у него в комнате. Я не стала сразу доставать колдографии сделанные в морге.       — Вроде бы да, — придвинув к себе колдографию, секретарь внимательно вглядывается в лицо мужчины. — Я не уверен, но кажется его зовут Дарен. Приятный молодой человек.       — Дарен Лодж, — подсказываю я, выкладывая вторую колдографию, — и он убит.       — Убит? — секретарь мельком взглянул на колдографию из морга и брезгливо отвёл глаза, убрав руки под стол. — Какой ужас.       — Можете рассказать откуда вы с ним знакомы? — спрашивает капитан.       Дарена Лоджа не существует. Точнее формально он есть, в министерстве на него заведено дело, но оно пустое. Там ничего нет, кроме справки с места работы, а это подозрительно.       — Через общих знакомых, — ответил он, всё ещё не смотря на нас. — Я недолго был с ним знаком, может быть месяц или чуть больше.       — Видимо он так сильно Вас впечатлил, что Вы после месяца знакомство порекомендовали его директору МакГонагалл на место профессора по трансфигурации, — мы с капитаном уже узнали, как Лодж попал в Хогвартс и всё вело к секретарю, а Марк всё ещё уверен, что мы зря тратим время на Виконта. — Где он учился?       — В Лондоне, — ответил тот стрельнув глазами в капитана. — Министр сказал, что это просто беседа, а вы меня обвиняете?       — Мистер Ротемер, Вас пока никто ещё не обвинял.       — Пока?! Вы сейчас издеваетесь? — кричит он, почти прыгая на месте. — Что за цирк вы тут устроили?       — Сейчас только Вы ведёте себя, как клоун, — Виконт лжёт. — А мы ведём расследование и пока Вы наш главный подозреваемый.       — Что Вы себе позволяете, Грейнджер? Следите за языком, — кричит Ротемер, хлопая руками по столу, я смотрю на его руку и не замечаю кольца, но на пальце есть след. Он не так давно его снял. — Разговор окончен.       — Сел, — я поднимаюсь из-за стола и смотрю на секретаря, возмущённо пыхтящего напротив. — Выйдешь, когда мы разрешим, — терпеть не могу таких идиотов. Как он вообще попал в секретари?       — Не долго тебе ещё практикантом здесь быть, — угрожает Виконт в ответ, но на стул опускается. — Одно письмо министру и ты вылетишь.       — ТОМОН не подчиняется министерству, — резко отвечает капитан, — так что мне решать, кто куда и, когда вылетит, поэтому заканчивай валять дурака и отвечай на вопросы, если не хочешь попасть в другую комнату! — рычит капитан, стукнув по столу кулаком. Виконт испуганно дёргается. — Гермиона, продолжай.       — Спасибо, — я складываю руки поверх стола и смотрю на секретаря, пытаясь понять о чем он сейчас думает. — Мы запросили дело Дарена Лоджа, но оно пустое. Нет дипломов об окончании школы и об окончании университета. Ничего нет, — я внимательно наблюдая за реакцией Виконта. — А ещё нас удивило, что дело простого профессора засекречено. Пока капитан не послал личный вопрос, я не могла получить информацию. Кто он такой? Покрываете преступника, Виконт?       — В связи с тем, что однажды личность одного из профессоров была использована в террористических целях, мы решили, что будет лучше засекретить личные данные всех сотрудников школы, — чётко ответил он, взяв себя в руки и нацепив непроницаемую маску, которая с легкостью бы разбилась, если мы перейдем в другую комнату. Лопнула бы, как фарфоровая. — Можете проверить остальные дела, они все засекречены и просто так доступ получить невозможно, а по поводу того, что его дело пустое, это претензии не ко мне, мисс Грейнджер. Не я его собирал и на полочки складывал. Я видел его диплом и директор тоже, можете сами спросить.       И не придраться.       — Где вы были в позапрошлую субботу? — в день, когда Пэнси видела их вместе за Хогсмидом.       — Не помню, возможно дома или на работе. У меня очень загруженный график, — снова камень в наш огород.       — То есть не были в Хогсмиде и не встречались с Дареном? — тот замирает и одаривает меня недобрым взглядом. — У нас есть свидетели, которые видели вас вместе, а ещё поразительно, что спустя пару дней на волшебницу, которая заметила вас произошло нападение.       — Насколько я знаю не было доказано, что это не козни учеников школы, — уверенно заявил он. — В министерстве знают о произошедшем, это не новость, мисс Грейнджер. Все ваши слова лишь предположения без улик, — Виконт снова встает из-за стола. — ТОМОН может и не подчиняется министерству, но запросить ордер обязан, если хочет встретиться с гос служащими. Я пришёл сюда по доброй воли, — он ухмыляется, — по доброй и уйду.       Он выходит из допросной, а я смотрю на капитана, который медленно кивает и выходит следом, забрав папку со стола. Поднявшись на ноги, я бегу за секретарём, догоняя его у лестницы. Виконт слышит шаги и оборачивается, увидев меня он победно ухмыляется, но останавливает.       — Решили показать выход?       — Нет, сами найдёте, — я подхожу ближе, а он шагает к перилам, пока они не уперлись в его спину. — Вы порекомендовали Дарена Лоджа директору, подстраховались письмом министра, который в глаза не видела этого человека, — Виконт мрачнеет, а его взгляд становится угрожающим, только мне не страшно. — Вы были с ним и вас видели, — он хмурится. — Я нашла доказательства того, что Дарен Лодж напал на ученицу. Готовила ордер на его заключение под стражу, — ордер готовился в министерстве, — мы ждали, когда ученики покинут школу, чтобы не шокировать их, но внезапно, за день до ареста Лодж умирает и на его груди обнаружен след Вашего перстня, который сегодня Вы не надели, — Виконт скалится. — Вы единственный подозреваемый, других нет, а теперь можете идти, — я хлопаю его по плечу и отхожу в сторону. — Встретимся, когда я получу ордер. Всего хорошего!       Махнув ему рукой, я иду искать капитана, который внезапно оказался в кафетерии с чашкой горячего кофе. Он молча протянул мне вторую чашку и задумчиво вздохнул ни говоря ни слова.       — Мы сможем получить ордер? — с надеждой спросила я, отпивая сладкий кофе.       — Да, но министр связывает нам руки, — он с грохотом ставит чашку на стол. — Если бы Виконт не был его секретарём, всё решилось бы гораздо быстрее, но он точно что-то скрывает, пока мы не узнаем что, Виконт наш главный подозреваемый. Ты его припугнула?       — Угу, я не говорила о списке и наркотиках, — я лишь обобщённо выразилась. — У нас всё ещё есть козырь в рукаве, только он бесполезный, потому что мы не можем Ротемера ни с чем связать. У меня уже голова кругом идёт, — надо бы поспать пару часов, а то голова совсем скоро перестанет работать. — А где Марк? Я его со вчерашнего дня не видела.       — У него сегодня выходной, — я уже и забыла, что у нас могут быть выходные. — Надо ещё раз сопоставить всё, что у нас есть. Мне кажется, мы что-то упускаем.       — Мы уже выяснили, что секретарь помог Лоджу устроиться в школу. По словам инспектора были другие кандидатуры, но Виконт настаивал на Дарене, хотя тот казался неинтересным. Дальше Виконт готовит бумагу от министра, что тот якобы лично ручается за Дарена Лоджа, и это выступает гарантийным письмом, когда директора МакГонагалл отказывается нанимать Дарена, потому что он слабый, — она решила, что раз министр ручается лично, значит кандидатуру стоит рассмотреть. — Виконт сделал всё, чтобы Дарен попал в Хогвартс в то время, как сам Лодж ничего не сделал. По безумным заметкам, которые нам немного удалось расшифровать стало понятно, что Дарен следил за детьми Пожирателей смерти, которых помиловали. Дальше у нас пробел в пару месяцев, — которые нам должна восполнить Лайза. — Он не вызывает подозрения и ведёт себя тихо до дня, когда Паркинсон видит его в компании Виконта. Можно подумать причем здесь Дарен Лодж, но только он знал, где можно взять жидкого Боггарта.       — Мы не можем этого утверждать пока не поговорим с Лайзой, — говорит капитан допив кофе. — Она будет после одиннадцати, что дальше?       — Список фамилий, — мы не знаем к чему его привязать. — Дарен точно связан с Подобником. В этом списке есть фамилии которые не мелькали в газетах, о том, что они убиты знали только мы, министерство и непосредственно Подобник. Дарен Лодж мог быть информатором, не зря же он возился с детьми бывших Пожирателей. Пэнси в школе? — мне надо с ней поговорить.       — Как и остальные, — отвечает капитан. — У тебя есть час, успеешь?       — Вы можете отправить ей патронуса с сообщением?       Моего патронуса многие знают, а мне надо, чтобы Пэнси вышла к воротам школы.       Хочу прогуляться до места, где она видела Лоджа вместе. Благодоря Дину, я знаю, где тайник, теперь я хочу знать, где именно Пэнси видела Лоджа и Ротемера.