Pride and resistance

Единственным способом снять напряжение, по мнению Роджерса, являлось несколько часов физических нагрузок. Ему нравился спортзал авиабазы, встречающий посетителей нежным прохладным воздухом. Только здесь, выколачивая из груши дух, Стивен чувствовал себя как дома. В Нью-Йорке, он платил хозяину спортзала и тренировался по ночам. Запах кожи и пыли напоминал ему об этом и заставлял забыть обо всех неприятностях и горьком существовании в компании идиотов-летчиков. С тех пор, как Старк отбыла наказание за всю группу, прошло две полноценных недели. За это время Стивен изрядно потрепал и ее, и Бартона, притворившись, что проглотил ложь об их одноразовых отношениях. Лейтенанту доставалось за одежду не по форме, за излишнюю любовь к курению, за некомпетентность и лень. В то время, как его «подружке» сержанту-технику, и повода не нужно было искать, что бы нарваться на дополнительные пять кругов по территории ангара, унизительные наряды, включающие чистку туалетов и душевых или ночные дежурства, которые Стивен придумал сам, используя природную креативность мышления. Атмосфера между ним и Старк с каждым часом накалялась, но Тони стойко терпела все издевательства, смиряя капитана самовлюбленной ухмылкой. В свою очередь, Стивен терпел ее выходки, но всё же не оставляя ее безнаказанной. Где-то в глубине души, ему нравилось ее унижать. Для Роджерса – это была очередная калифорнийская богатейка, привыкшая к роскоши и золотому щиту, скрывающему Тони от ответственности за то, что она творит. Но он не учитывал и того, что Старк не так проста, как кажется. Что ее выходки мотивированы рядом факторов, и что природа, наделившая ее интеллектом (с которым даже Беннер иногда не мог тягаться) и упрямством боевого танка, не позволила бы ей прогнуться под мускулистыми руками капитана «сахарной попки». Устав от перепалок и вечных споров, заканчивающихся наказаниями, Стивен всё же немного начал уступать желаниям своих подопечных. Он разрешил оставить диван и телевизор в ангаре, выделил полчаса отдыха и сжалился, перенеся общий сбор с пяти утра, на два часа позже. И на удивление, это сделало свое дело. Летчики, хоть и ненавидели своего диктатора, но их пыл поубавился, когда в тяжелую полную уничижений и упразднений прав армейскую жизнь упала капелька заслуженного кайфа. Да и Стивену стало намного спокойнее, когда дрожащий трепет перед ним, сменился на крошечную вероятность того, что его начинают уважать, а не бояться. Его методы не были идеальными, но разве эффективность не синоним этого слова? В ангаре запахло чистотой и дисциплиной. Полковник Роудс встречал его отчеты с ошеломленной улыбкой, ибо никто до Роджерса, не мог приструнить «хиппи» из ангара. *** Утро понедельника выдалось особенно жарким. Вместе с мозгами, плавилась и сила воли пресловутого Капитана Америки. Не выспавшись из-за ночной духоты, Стивен прибыл к ангару помятый и неопрятный, едва удерживая в руке холодный кофе. - Уууу…у кого-то явно была бурная ночь… - сгримасничала Старк, подтягивая штаны. - Если у него был секс, считай, нам повезло! – засияла Таша – Может, ему нужно было кого-то трахнуть, чтоб перестать дрючить нас? - Вряд ли… - закусила губу Старк – Ты только погляди на эту бедняжку…- выдавила смешок Тони, наблюдая за тем, как уронив папку, Стивен еле сгибается, что бы ее поднять. - Строимся, сейчас же… - из последних сил выкрикнул он, и ребята поплелись во двор. - Капитан, если вы плохо переносите жару, вам стоит перейти на зеленый чай с лимоном. Кофе вас обезвоживает, организм становится менее выносливым и уязвимым к жаре. - Заткнись, Беннер. – устало покачал головой Роджерс, нахмурив брови. – Значит так, тренировку проведет лейтенант Бартон, я проконтролирую. После, Одинсон и Старк, займетесь мойкой самолетов. Бартон, мне уже неделю режет глаза куча парашютов в дальнем углу ангара, угадай, что с ними нужно сделать? - Упаковать, разобрать, распределить? – улыбнулся Бартон, задирая нос. - Хороший мальчик… - выдохнул Стивен, отпив глоток кофе. – Романова и Одинсон младший, отрабатываете наряды на кухне. Сегодня наша очередь выделять рабов в столовую. Беннер, просто исчезни с моих глаз, и не попадайся в течение дня. Всем всё ясно? – вымученно произнес он. Все переглянулись в ошеломлении, кроме Тони и Бартона, которым было наплевать на состояние Роджерса. В его усталости, бывалые «летуны» видели определенную выгоду. Малоподвижный, не бдительный и безразличный капитан был абсолютно безобиден. И для тех, кого он чехвостил больше остальных, этот день выпал, словно Рождеством в середине июля. – Свободны. – отрезал капитан, пошаркав в ангар. - Нет, Романова, он явно не трахался. – оценивающе рассматривала его спину Старк – Тут и в глазах искры нет, и осанка несчастная. – они в унисон вздохнули и тотчас расхохотались. Спустя полчаса, жизнь в ангаре закипела. Выкатывая один за другим, истребители и беспилотники, Старк и Одинсон игнорировали палящее солнце. Клинт шумно перебрасывал парашюты в готовые самолеты, приостанавливаясь на перекуры, и радовался. Он скалился, как черт, когда при очередном грохоте, силившийся вздремнуть капитан, подпрыгивал на диване, словно его подорвало на мине. Солнце уже основательно нависло над ангаром, превращая его в душегубку, и Роджерс оставил тщетные попытки отдохнуть. - Заканчивайте, клоуны! – покачал головой Клинт, плюхнувшись на кучу упакованных парашютов и закурил. Отдав лейтенанту честь, Тор, задорно улыбаясь, направил поток воды в Старк, и та от неожиданности изверглась благим матом. - Бартон! – вылетел из ангара Стивен. Лучник подскочил, отдавая честь. Роджерс закатил глаза, выхватив из его губ сигарету, и одернул подвернутые рукава футболки. – Тунеядство, форма не по уставу. Неудивительно, что твой состав – это кучка недисциплинированных дегенератов. – вздохнул он, наблюдая за тем, как Клинт с кислой миной раскатывает рукава. Он скользнул недовольным взглядом по сваленным в кучу парашютам. – Я велел распределить это еще три часа назад. - Да, сэр, но Одинсон и Старк еще не закончили с самолетом, в который эти парашюты должны были быть погружены. - Одно другому не мешает. – фыркнул Стивен, поддевая пару парашютов. – Пошли. – кивнул он, направляясь к вовсю хохочущим Тору и Тони, обливающим друг друга из шланга, и Клинту пришлось повиноваться. – Вы собираетесь растягивать это на весь день? – сурово выпалил Стивен, сбросив груз на землю. Тор и Тони мгновенно выпрямились, спрятав шланги за спину. Роджерс улыбнулся, но перекинув взгляд на Старк, застыл в замешательстве. Видимо, сержанту не было известно о существовании такой мелочи, как нижнее белье. Нервно сглотнув, он отсчитал достаточное количество секунд, выделенных на то, что бы его пристальный взгляд не расценили как сексуальный интерес, и перекинулся на Одинсона. – Эээ…вы тут заканчивайте…Бартон, возьми Беннера для погрузки и…он все равно яйца околачивает без дела…я буду там…или в другом месте…в общем…выполняйте! – отмахнулся Стивен, прокашлявшись, и засеменил к ангару. - Чего это с ним? – скривился Тор. - Солнечный удар, наверное… - скучающе ответила Тони. - Черт, Старк…тебе не выдали лифчик вместе с формой? – сгримасничал Бартон. - Да пошел ты, Сокол! Сам надевай в такую жару! – фыркнула Тони, поливая его из шланга. - Да и сиськи у нее отменные, грех жаловаться. – рассмеялся Тор. - Действительно. – вскинула бровь Старк, запрыгивая на фюзеляж. Грудь у Старк и правда была отменной. Правильной формы, стандартного размера, что позволяло ей игнорировать наличие бюстгальтеров в своем гардеробе и наслаждаться свободной ничем не скованной жизнью. И если Бартон, Одинсоны и Беннер уже привыкли к наличию сексуально привлекательных особ женского пола в своем подразделении и не обращали внимания на их формы и разговоры о «бабских мелочах», то Стивену с этим свыкнуться теперь стало еще тяжелее. Он мог воспринимать их как бесполых существ, равняя с мужской частью авиабазы, но то, что предстало перед его глазами сегодня, теперь долго его не отпустит. Случись это вчера, когда ночь была холодной, а днем солнце пряталось за тучами, и Стивен чувствовал, что и в Калифорнии бывают погожие деньки, будучи бодрым, как никогда, может тогда Старк его не смутила бы. Но сегодня, когда ему даже дышать больно, а бдительность и самоконтроль метались от отметки «0» до «-1», Роджерс влип по самые помидоры. Он плюхнулся на диван. Его лицо искаженное ужасом говорило о безысходности человека, не имевшего возможности жить интимной жизнью уже два года. И он протянул бы еще два года, если бы не работа с боевым составом, включающим женщин. Эта картинка застыла перед его глазами, как замедленный кадр из какого-то эротического фильма. Ее сияющие детским задором карие глаза, выражающие недоумение и чуть уловимый страх перед наказанием, румянец на бледных щеках, чуть приоткрытый рот с мягкими пульсирующими в отдышке губами. Стивен завис, вспоминая капельку, упавшую с ее мокрой челки на ключицы, и застывшую где-то во впадинке. Затем, поддаваясь ее глубокому вздоху, покатившуюся под прилипшую к грудной клетке майку, которая совсем не силилась скрыть обнаженную грудь. Сочную идеально округлую грудь Старк, покрывшуюся гусиной кожей, просящуюся в руки, словно они были созданы для нее. Стивен никогда не понимал, почему его идиоты-друзья говорят о груди, сравнивая ее с персиками, видимо только сейчас он встретил именно такой случай. Он облизнул пересохшие губы, отметая мысли о затвердевших от прохладной мокрой ткани сосках Тони, и глубоко выдохнул. Унимая тяжесть внизу живота, Роджерс пытался стереть это из сознания. - Капитан! - Чего тебе, Одинсон? – буркнул Стивен, всё еще находясь в прострации. - Мы закончили с мойкой и погрузкой. - И что? - Эээ…капитан… - улыбнулся Тор – Каковы ваши дальнейшие распоряжения? - Я не знаю, Одинсон! Придумайте сами себе что-нибудь крайне изнурительное и унизительное. Я устал… - он прилег, подбив под голову подушку, и прикрыл глаза. – Только что бы тихо, мне нужно четыре часа здорового сна, что бы потом загонять вас как мустангов… - прокряхтел он, устраиваясь поудобнее. – Как же я вас ненавижу…бестолочи. – сладко промямлил он, накрывая глаза рукой, проваливаясь в дрему. - Эээ…сэр? – недоуменно наклонился к нему Тор. - Исчезни, Одинсон. И прими душ, ради всего святого! – стукнул его локтем в бедро Роджерс. Пискнув, Тор поковылял на выход, оставляя капитана в одиночестве. – Бестолочи… - улыбнулся сквозь сон Стивен, и мерно засопел.