Трешовые песни

В две тысячи двенадцатом году, В эпоху процветания дестроя, Я из загона двадцать барских коз сведу, А козликов я выведу из строя. Разграблен супермаркет и киоск, Ржавеют в пробках вставшие машины, Бегут и плачут люди, губит мозг Прогнивший мир из плавленой резины. Аппокалиптический закат Красит пламенной гуашью Объятые паникой улицы города. Каждый человек в этом виноват, Тебе не страшно? Ещё не страшно? Господство страданий и голода За грехи твои. Не прячь лица! Быдло! Курни сигарца! ПЕРЕД СМЕРТЬЮ ! КУРНИ СИГАРЦА, БЫДЛО!!! И лица трупов серых, и вонизм, И неба нежно-алое сиянье, Зиянье дыр, и наконец затихли Сложивши лапки, злобные созданья. А я сижу, смотрю, как всё горит. И песни у костра, и жарю мясо. Что я погибну, всё здесь говорит. Зато хоть перед смертью будет классно. Это мира нового восход, Мира без людей и без страданий, Я целую всадников апокалипсиса В их горячие щёчки, И нет народа, и был ли народ? Эти пламенные дымные ночки За грехи твои. Не прячь лица! Быдло! Курни сигарца! ПЕРЕД СМЕРТЬЮ ! КУРНИ СИГАРЦА, БЫДЛО!!! В 2012 году погибает прогнивший мир. Я всё так же употребляю кефир. Всё так же жду страшного суда, Ну, когда!? Когда я увижу ангелов? Да ты спятила, подруга. Умирают – то навсегда. ПЕРЕД СМЕРТЬЮ ! КУРНИ СИГАРЦА, БЫДЛО!!!