First-class boy

Юнги обретает смелость. В самом деле, её стоило давно обрести. Но скажите спасибо, что это вообще произошло. Он набирает воздух полными лёгкими, а потом входит в гостиную, где сидят его родители и Юнчжи. Обыденность этой картины, учитывая собственный хаос во внутреннем мире, на немного выбивает из него все слова. Он понятия не имеет, чем закончится их серьёзный разговор и, если уж совсем честно, у него в голове всё путается, а ещё колени чуть-чуть дрожат, потому что одно дело сообщить родителям о том, что получил очередной неуд, а совсем другое сообщить им о своих сексуальных предпочтениях. Проблемы поглобальнее, да и в масштабах вселенскому апокалипсису почти не уступают. Ну, разумеется, во вселенной Юнги. А вообще, где-то на задворках сознания, Юнги думает, что его не сильно будет беспокоить, даже если родители не сразу примут. - Кхм, - Юнги прочищает горло, прежде чем подойти к спинке дивана, тем самым привлекая внимание семьи. – Я…вы можете отвлечься сейчас? – он кивает на говорящий телевизор. Мама кивает, а потом приглушает звук экрана. – Это серьёзно. Телевизор отключается вовсе. Юнчжи смотрит и, кажется, всё понимает. Юнги садится в кресло напротив семьи и опускает взгляд вниз, на свои колени. Он теперь понятия не имеет, как вообще начать разговор, с чего, блять, что сказать, как преподнести. - Что случилось? – тревожно смотрит на сына Хемин, и Юнги вздрагивает. - Эм, - он медленно пожёвывает губу, а потом поднимает взгляд нерешительно: - это, в общем-то… Он опять замолкает, а потом проводит ладонью по лицу, тяжело вздыхая. С чего-то надо начать. Не в убийстве же признаваться собирается. - Помнишь, мам, ты спрашивала, почему я не знакомлю вас ни с кем? – начало не совсем издалека, но он ждёт медленного кивка матери, а потом боковым зрением подмечает напряжение во взгляде сестры. – В общем, я бы…хотел… - Познакомить нас, наконец, со своей девушкой? – перебивает его в нетерпении Хемин, и Юнги давится воздухом. Девушкой, ага. - Я бы хотел познакомить вас с человеком, ладно, пока просто рассказать хотя бы о нём, о человеке, которого…эмм…, - Юнги опять мнётся: - люблю. И… - И? – приподнимает бровь в ответ на паузу отец. - И…это парень. Наступает тишина. Юнчжи смотрит на него в изумлении, приоткрывая рот, но Юнги не замечает этого, напряженно вглядываясь в лица родителей. Боже, блять, ну, хоть как-нибудь проявите хоть одну эмоцию, дайте понять, бежать мне или пока нет. Тишина сгущается, опускается тяжёлым пластом на гостиную, и Юнги поджимает губы. Не надо было так резко. Подготовить, что ли. Ну, блять, извините, куда ещё больше подготавливать надо было? - Независимо от того, что вы скажете или как отреагируете, этого уже не исправить. Я…не могу ничего с этим сделать. И не особо-то и хотелось. - Парень? Человек, которого ты любишь, парень? – изменившимся голосом уточняет мама. - Да. Женщина бросает беспомощный взгляд на каменное лицо мужа, а потом обратно переводит его на Юнги. - Но…Юнги… - Слушайте, я вам это сообщил просто потому, что надо было. Я не жду вашего одобрения или что-то вроде того, потому что понимаю, что… - парень чуть кривится: - это далеко от вашего восприятия, я просто говорю это. И даже если вы будете злы или не захотите видеть меня, вы должны будете принять это. Я, чёрт возьми, это не контролирую. - И как долго ты это скрываешь? Нет, как долго ты и…этот парень… - матери очень тяжело даются слова, и это видно буквально по лицу. Она выглядит так, словно отчаянно пытается не выдать разочарование или что-то близкое к отвращению на своём лице. - Два месяца уже, - быстро отвечает Юнги. - Так вот где ты оставался на ночь, - тихо говорит Хемин, на её лице проступает мало-мальски понимание, и Юнги молчит, не считая нужным отвечать на это, потому что слишком очевидно. – Кто он? Мы его знаем? - Нет, это мой одноклассник. Точнее, из параллельного класса. - Хорошо, что ты, наконец, рассказал нам, - вклинивается в разговор мягко Юнчжи, разбавляя его своей нейтральностью. Юнги опять чувствует, как благодарен сестре и внутри его грудная клетка словно наполняется чем-то тёплым. Хемин переводит медленный взгляд на Юнчжи. - Ты знала, - говорит женщина, не спрашивая. – И не говорила нам. - Юнги просил не говорить вам, - не моргает и глазом Юнчжи. - А что тут такого? Знаю, что это не совсем…стандартно, но, по сути, это обычные отношения, - пожимает плечами Юнги. – Неважно, что вы скажете, я не собираюсь прерывать их или что-то вроде такого, - парня немного коробит всё ещё нечитаемое в плане эмоций лицо отца, но он старательно игнорирует его, потому что ему важно сказать, что он хотел, а потом будь что будет. - Да, - чуть повышает голос мама: - но вы оба…парни! - И? – голос Юнги в ответ наполняется чем-то холодным и резким. – Это сильно меняет что-то? Ты в папу влюблялась, потому что он был мужчиной, а ты женщиной? - Не смей сравнивать, Юнги, - Хемин искренне пытается сделать интонацию мягче, но её голос всё ещё дрожит и ломается где-то. – Это…немного неправильно. Юнги собирает джинсовую ткань на бёдрах, сжимая кулаки. - А что правильно? – он чуть молчит, и не дожидается ответа, поэтому встаёт: - я понял. Я понимаю, что это сложно принять, но моя задача выполнена, я вас оповестил, так что дальше делайте, что хотите с этой информацией, - голос сочится чуть обиженной интонацией и горькой иронией. – Надеюсь, вы не выкинете меня из квартиры до следующего утра, потому что я чертовски хочу спать, - Юнги кивает всё ещё молчащим родителям, а потом выходит широким шагом из гостиной, направляясь к своей комнате. Он не планировал запираться, но именно это и делает, как только попадает в своё обиталище. Стягивает с себя штаны и футболку и забирается в холодную постель, поджимая пальцы на ногах, а потом тянется за телефоном на прикроватной тумбочке, зажигая свет ночника. Он неосознанно напрягает слух, пытаясь уловить какое-нибудь движение в гостиной или ещё где-нибудь, но в квартире стоит такая гробовая тишина, так что Юнги чувствует себя ещё больше не в своей тарелке. Конечно, он не рассчитывал на спокойное приятие от родителей, но, чёрт, они же живут в такой стране, где нетрадиционная ориентация, конечно, ещё не правило, но и не исключение. Блять, это так несправедливо. «Напиши, как всё пройдёт» - Юнги открывает последнее сообщение от Тэхёна. Тот предлагал прийти вместе, но Юнги, если честно, немного боялся того, что может сказать отец. Его отец был немного резким и порой совершенно грубым, поэтому, естественно, Юнги не хотелось, чтобы Тэхён ещё и услышал что-нибудь достаточно неприятное. Его парень, конечно, не принцесса на горошине, но…в общем, Юнги отказался. И правильно сделал, наверное. Тэхёну необязательно знать, насколько консервативны его родители. «Ладно, всё могло быть хуже. По крайней мере, от меня ещё не отказались» - Юнги накрывается с головой одеялом, печатая сообщение парню. «Очень смешно, Юнги. Всё настолько плохо? Я приеду.» - и, конечно, даже без вопроса. Весь Тэхён. «Время-то видел? Дома сиди, герой.» «Хоть раз бы подыграл мне. Но я серьёзно, Юнги. Я знаю, что ты точно не скажешь мне этого, но я тебе н у ж е н» «Я тебя не пущу, так что даже не надейся» «Окно?» «Четвёртый этаж, да. Серьёзно, я в порядке, просто иди уже спать» «Окей, ладно. А ещё ты забыл у меня свою ветровку. Полагаю, она тебе не нужна» Юнги улыбается, почти не замечая, как становится чуть легче. "Принеси её завтра. И даже не смей её трогать" "Как скажешь, детка" Юнги слабо фыркает. «Ты должен быть благодарен, что у нас дают пожизненное за убийство.» «Люблю тебя» «Я сплю»

***

На удивление, с утра родители ведут себя так, словно никакого разговора вчера не было. Юнги мысленно пожимает плечами, принимая это как новую тактику – если игнорировать проблему, она уйдет сама. Он не завтракает и берёт ланч с собой, а потом улыбается сонной Юнчжи. - Мне кажется, они всё поняли, - говорит она шёпотом на прощание. Юнги неопределённо ведёт плечом, а потом выходит из квартиры. В школе ничего не меняется, по сути, в жизни тоже ничего не меняется, так что Юнги вообще забывает о тяжёлом разговоре с родителями, пока сидит на скамейке у школы во время перемены и вяло переговаривается с Оливером, обсуждая совместный проект по психологии. Он понимает, что Тэхён опять подкрадывается сзади, когда видит мелькнувшую усмешку на губах друга, но не разворачивается, позволяя обнять себя со спины. Тэхён бегло целует его в щёку, а Юнги чуть закатывает глаза. Оливер хмыкает, а потом поднимается со скамейки и бросает насмешливое «потом договорим». - Ты опять мне испортил беседу, - говорит ворчливо Мин. - Доброе утро, - отвечает Тэхён, перепрыгивая через скамейку и садясь рядом с Юнги. – Не думал, что проект по психологии для тебя интересен. - Психология для меня вообще интересна, увлекательна и приятна. - Приятнее, чем секс со мной? – приподнимает брови игриво Тэхён, наклоняясь к Юнги. - Ой, блять, - фыркает смущённо Юнги: - романтик хуев. Да, может, и приятнее. - Как умею, - пожимает плечами Тэхён, а потом хватает отклонившегося Юнги за воротник поло и тянет к себе, целуя того. – Так, что, стоит проверить? - В школе? – изгибает бровь Юнги. – Ну, уж нет, экстремал чёртов. Где моя куртка? - В машине осталась, - кивает в сторону парковки Тэхён: - ты мне так и не сказал, что сказали твои родители. Юнги отводит взгляд в сторону, куда до этого смотрел Тэхён, пытаясь не обращать внимания на посерьёзневший взгляд парня. - В общем, я сам ничерта не понял. Вчера вроде и злые были, но ничего хуевого не сказали, а сегодня ведут себя как обычно, - он пожимает плечами, а потом чуть щурится. – Так что сам не понимаю. - А если они будут всё-таки против? – спрашивает Тэхён, пытаясь заглянуть в глаза Юнги. - Ну, я ведь могу съехать и всё такое, да и не думаю, что они долго будут злиться. Тэхён выдыхает. - Но ты не будешь отказываться? Юнги поднимает взгляд. Тэхён рассказывал о том, как его родители узнали об этом – просто застукали его за поцелуем с каким-то парнем. Разразился огромный скандал, закончившийся ударом от отца по лицу, истерикой матери, ошеломлённым Хосоком и совсем не удивлённым Джином, который потом и привёл всю семью в чувство. Отец, конечно, за удар не извинился, но всё-таки смирился, ибо Тэхён не старший сын, по праву наследования компании идёт третьим по счёту, поэтому его личная жизнь не особо оказывала влияния на жизнь бизнеса. Мать изначально истерила из-за ссоры между сыном и мужем, а Хосок лишь присвистнул, но ничего более ужасного не произошло и со временем все приняли это. У Юнги было всё не так, и он даже не знает, что лучше: если бы было так, как у Тэхёна, или всё-таки его ситуация? - Нет, не буду, - кивает он, а потом тяжело вздыхает и опускает голову на плечо Тэхёна. Чуть позже съезжает вниз, и закидывает ноги на скамейку полностью, опираясь о парня. Мимо пролетает стайка девчонок из параллельного класса, которые хихикают, глядя на них. Юнги очень хочется показать им фак, но он слишком устал, а ещё руки Тэхёна сцепляются в замок на его животе, так что он сосредотачивается на этих приятных ощущениях. Какая ему разница, о чём эти сплетницы опять будут трепаться? Если так завидуют, то они могут начать с самих себя, а не с Юнги. Это их проблемы. - Я, кстати, всё ещё думаю над тем, чтобы не поступать в этом году, - говорит он после недолгого молчания, потому что чувствует, как от мягких поглаживаний Тэхёна он, блять, скоро хныкать от удовольствия будет. - Джульярд? – Тэхён оживляется: - значит, тебе нужны будут контакты Джереми, - ох, этот парень, знакомый Тэхёна, который как раз обучался на втором году в школе искусств, и чья помощь будет очень важна в подготовке к поступлению в такое серьёзное заведение, как Джульярд. Ну, в общем, так говорил сам Тэхён, Юнги просто повторяет его слова. - Да, можешь скинуть. Чёрт, думаю, моих родителей хватит приступ, если они узнают о том, что я не хочу поступать в этом году и даже не на экономический, - негромко хмыкает Юнги, прикрывая опять глаза. Он чувствует движение воздуха над собой, и Юнги улыбается, когда Тэхён склоняется над ним, закрывая от палящего солнца, и целует Юнги в нос. Рядом слышится чей-то сдавленный писк. - Зато ты будешь заниматься тем, что тебе нравится, - уверенно говорит Тэхён, совершенно привыкший к тому, что за ним наблюдают в этой школе двадцать четыре на семь. - Мои родители убьют тебя. Это ты на меня так отрицательно влияешь, - чуть раздражённо отвечает Юнги, потому что его бесит такое внимание к их отношениям, но оно быстро испаряется, когда Тэхён опять целует его в нос. - Это не отрицательное влияние, это правильное. Кстати, в субботу матч. Придёшь? - Опять будешь позориться? – смеётся Юнги, а потом получает тычок под рёбра. - Я скажу в мегафон, что эта победа будет посвящена тебе, - ржёт в ответ Тэхён: - в конце концов, это мой последний матч в этой школе. - О боги, Тэхён, ты серьёзно подсел на ромкомы? – издевательски уточняет Юнги и опять получает тычок в рёбра. – Избавь меня от этого, серьёзно. Я и так ощущаю себя ебучим вымирающим видом животных в этой школе, так что нет, я просто приду. - А что мне будет за победу? – пошло ухмыляется Тэхён, а Юнги фыркает опять. - Я куплю тебе пиво, идёт? - Только если ты встретишь меня с этим самым пивом в белых чулках. - Ох, блять, что за извращенец, - Юнги старательно закатывает глаза, давя в горле смущение. - Можно даже не кружевные, - ещё тише шепчет Тэхён, наблюдая с умилением, как краснеют щёки Юнги. - Ты охуел, - не вопрос. Факт.

***

- Юнги, иди обедать, - зовёт его мама, и Юнги отшвыривает от себя ручку с раздражением, потому что его начинает подбешивать, что родители как будто бы вычеркнули их вчерашний разговор. Он с размахом садится за стол, а потом сверлит взглядом тарелку. - И как долго вы будете делать вид, что ничего я не говорил? – с нескрываемым раздражением спрашивает он. Хемин чуть медлит, а потом мягко улыбается и садится рядом. - Мы с отцом обсудили и, ну, в этом ведь действительно ничего такого нет, - начинает она. – Я лишь рада, да и отец твой будет рад, если ты просто будешь счастлив. Пауза. У Юнги сосёт где-то под ложечкой, а с души будто падает огромный камень. Ему пока чуть-чуть, совсем чуть-чуть, не верится в только что услышанные слова. - Да, это было сложно принять для нас, не привыкшим к подобного…рода отношениям, и я думаю, мы и не сразу смиримся и свыкнемся с этим, но… - женщина опять улыбается: - когда ты нас познакомишь? Юнги прокашливается, а потом чуть отстраняется, откидываясь на спинку стула. Он серьёзно хотел услышать что-то подобное, а теперь не мог поверить. - То есть... – неуверенно уточняет он, боясь, что ослышался: - вы не злитесь? Женщина хмурится. - Злиться? На что? Мы, конечно, были поражены и удивлены, но точно не злились. Твоей вины ведь здесь нет. Юнги щипает себя за руку. - Вау, - он тупо пялится в свою тарелку: - ладно. Хорошо. Окей, да, - Юнги проводит ладонью по лицу, а потом выдыхает: - значит, окей? Я уж думал, мне нужно подумать о том, чтобы искать съёмную квартиру, - хмыкает нервно Юнги. - Юнги, - укоризненно цыкает языком Хемин: - хорошего же ты мнения о своих родителях. - Вчера я не был именно такого мнения, - начистоту говорит он, и женщина поджимает губы. - Я…понимаю. Я очень некрасиво себя повела и… - Ладно, мам, - прочищает горло Юнги, а потом тянется рукой за стаканом с апельсиновым фрэшем и отпивает чуть-чуть: - не надо. Отец точно не против? - Ему сложнее всего принять, но…думаю, нет, - улыбается женщина. – Я с ним говорила. Так что всё будет хорошо, я думаю. Так когда ты познакомишь? - Позже, мам, - облегчённо говорит Юнги, он прямо-таки ощущает лёгкость: - думаю, чуть позже. - Надеюсь, он хороший человек, - замечает женщина, а потом поднимается к кухонному гарнитуру, наливая себе в стакан воды. - Замечательный, - неосознанно говорит Юнги, а потом прикусывает язык. - И не забудь сказать своей сестре спасибо тоже. Она проявила все свои лучшие дипломатические способности при разговоре с твоим отцом, - добавляет Хемин, улыбаясь на слова сына.

***

- Я приеду к тебе через год, - говорит Чимин, когда они сидят в комнате дома у Чимина, а потом тыкает в карту. Чонгук следит за пальцем парня, а потом кивает. - Я всё ещё могу остаться, - ненавязчиво отвечает он. - Не надо. Не будем злить твоего отца ещё, - машет головой Пак, а потом тянет указательный палец дальше от большого. – Мистер Чон всегда был импульсивным, но когда он схватился за плойку твоей сестры, я думал… - Чимин сам начинает смеяться, когда видит, как при упоминании той ситуации Чонгук начинает моментально краснеть и закрывать лицо ладонью. – Хотя, будь я твоим отцом, я бы тоже так делал. Не самая приятная ситуация, когда ты видишь одного и того же мудака, которого приводит знакомить с тобой сын. - Заслуженно, - пожимает плечами Чонгук. Чимин кивает. - Не спорю. - Тэхён зовёт нас на вечеринку сегодня, устраивает по поводу победы команды в матче против Либерти, - говорит Чонгук, когда читает сообщение от друга. Чимин поднимает голову. - И меня он тоже будет рад видеть? Чонгук закатывает глаза, а потом подсаживается ближе. - Прекрати, Чимин. Тебя тоже, и меня тоже. Всех, уж поверь мне, - Чонгук притягивает к себе Чимина и целует, сразу проникая языком в рот. Чимин сдавленно стонет, убирая руки с карты и отвечая на поцелуй. Он перенимает инициативу, проходясь языком по ряду зубов, сплетается с языком Чонгука и чуть давит на грудь, заставляя опуститься на пол. Не разрывая поцелуя, на ощупь ищет пуговицы на рубашке и дёргает за них в нетерпении. - У нас ещё есть время до вечеринки? – прерывисто дыша, спрашивает Чимин. Чонгук косится расфокусировано на часы, а потом кивает и опять тянется за поцелуем. – Крова-ать, Чимин. Чимин легко поднимается и тянет за собой парня, толкая того на постель. - У нас нет презервативов, - говорит между поцелуями Чимин, а старший отрицательно машет головой. - Похуй, - руками цепляется за ремень на джинсах Чимина и хаотично водит по нему пальцами, пытаясь расстегнуть. Пак скользит губами по оголённой груди, целуя быстро-быстро, заставляя Чонгука стонать от ощущения одних только губ младшего на теле. Боже, он всё также теряет голову от Пак Чимина даже спустя столько времени. - У нас два часа, - выдаёт он. Чимин пошло облизывается. Чонгуку опять сносит крышу.

***

- Очень классно звать на вечеринку, а самому на ней не появляться, - обиженно бурчит Чонгук, отбирая у Чимина очередной шот. - Он был, в начале, - пьяно говорит Марк. – Тут просто….просто… - он водит пальцем в воздухе, пытаясь обрисовать ситуацию. - Да Юнги его тут объявился, - отвечает громко Крис, тут же цепляя взглядом симпатичную младшеклассницу из толпы, которая уж слишком соблазнительно извивалась на танцполе. – Вид у него был там такой, я тебе скажу, я бы его сам с удовольствием нагнул, хоть и не по мальчикам, да только Ви мне потом яйца оторвёт за поползновение в сторону этого парнишки. С чокером, глаза подвёл, и штаны эти свои в облипочку нацепил, так что Ви как обычно повёлся. Ладно, чуваки, я сейчас, - Крис поднялся, не выпуская из рук стакана с джином, и направился к той самой девушке на танцполе.       - Очень интересно, для кого ты так вырядился, - спрашивает Тэхён, нависая над распластанным на кровати Юнги. В довесок ведёт рукой вниз, цепляя пальцем чёрный чокер, который просто охуеть как сексуально оттенял молочную кожу Юнги. Юнги оборачивает ладони вокруг шеи Тэхёна, заставляя того наклониться к себе, а потом облизывает губы. Совсем немного текилы и его уже несёт. - Не нравится? – хрипло отвечает вопросом Юнги, а потом тихо стонет, когда Тэхён вгрызается грубым поцелуем в губы. Он кусает в ответ, чуть приподнимаясь и прижимаясь телом к телу Тэхёна. - Блять, Юнги, - шипит Тэхён, приподнимаясь и прижимая руки парня к постели. – Прекрасно знаешь, насколько твой вид заводит меня, а тут ещё и такие дела проворачиваешь, - говорит он, перемещая руки на рубашку, почти отрывая пуговицы от неё. Сдёргивает её с Юнги, а потом то же самое проделывает с этими ебаными обтягивающими джинсами и боксерами, отбрасывая всё это в сторону. Потом продевает пальцы под чокер, и тянет слегка на себя, ведёт языком за ухом и вкрадчиво шепчет: - я тебя выебу так, что ты завтра ходить не сможешь. Юнги тихо скулит, а потом быстро-быстро кивает. Его, блять, так охуеть как заводит, когда Тэхён становится грубым. Ебанутый мазохист. Тэхён засасывает кожу на ключицах, на шее, рядом с чокером, цепляет его зубами, а потом сжимает грубо ладонями мягкие ягодицы Юнги, заставляя того жмуриться и впиваться в спину Тэхёна ногтями ещё сильнее. Бьёт одной рукой по одной из половинок, чуть сжимая её, а потом скользит одной ладонью вверх, перемещая плавно на впалый живот, затем на быстро вздымающуюся грудь, поддевая сосок, и прихватывает пальцами его, оттягивая чуть вверх, отчего Юнги судорожно хватает воздух ртом, поджимая ноги. Тэхён спускается поцелуями вниз, кусает второй сосок, а потом дальше, обводит языком пупок, заставляя мышцы живота бешено сокращаться и ведёт ещё дальше, останавливаясь у тазобедренных косточек. Поочередно целует их, а потом отрывается и встаёт, стягивая с себя джинсы и боксеры, и тянется за бутылкой смазки. Юнги потерянно смотрит на него, а потом хрипло шепчет севшим голосом: - Не надо. Тэхён не совсем понимает, что говорит Юнги, и не особо слышит, потому что музыка с первого этажа неплохо доносится и сюда. Но потом когда он смазывает пальцы и проталкивает один внутрь Юнги, понимает, что тот имел в виду. - Ты подготовился, - вкрадчиво говорит Тэхён, возвращаясь обратно к лицу Юнги, награждая того поцелуем: - какой хороший мальчик, - Юнги почти плохо от этого томного взгляда Тэхёна. Он чуть ёрзает бёдрами по постели, потому что ему, блять, ужасно хочется, поэтому Тэхён сейчас должен прекратить это издевательство и трахнуть его уже. Тэхён входит резко, почти сразу на всю длину, до основания, и Юнги ловит звёздочки опять перед глазами, буквально сходя с ума от ощущения наполненности. Он цепляется за плечи парня сильнее и стонет, наполняя ими комнату, когда Тэхён задевает по несколько раз простату, и Юнги уже задыхается в них, царапая короткими ногтями спину Тэхёна. Тот практически безжалостно вбивается в тело Юнги, не давая тому и шанса хотя бы на попытку вдохнуть раскалённый воздух до полных лёгких. Он стонет и почти плачет от удовольствия, когда Тэхён выходит из него, а затем вновь проникает одним резким движением, потому что ему охуеть как х о р о ш о. Тэхён ужасно беспощаден к Юнги, потому что Юнги необходимо как можно больше воздуха, больше Тэхёна, который этот воздух и отбирает, ему нужно больше и глубже. Он опять выстанывает имя Тэхёна, а потом жмётся к нему, сталкиваясь бёдрами с его, кусая за плечо, и опять стонет. Юнги обвивает руками шею парня, и Тэхён закидывает стройные ноги Юнги себе на бёдра, чуть меняя угол проникновения и вновь задевая простату членом, заставляя парня под ним опять заходиться в хриплых стонах. - Чёрт, твои стоны, Юнги, блять, - сбивчиво шепчет Тэхён, которому конкретно так сносит крышу только от этих стонов его парня, кусая Юнги в шею, а потом оттягивает зубами чокер вновь, ограничивая доступ к кислороду. Юнги позорно хнычет, потому что он никогда бы не подумал, что ему будет так вставлять такое грубое отношение к нему. Он кончает, вновь не прикасаясь к себе, и следом за ним кончает Тэхён, изливаясь в него. Юнги прижимает к себе взмокшее от пота тело парня и тяжело дышит ему в шею, когда тот скатывается с него, укладываясь рядом. Внутри всё горит и, кажется, Юнги начинает понимать. Он чуть морщится, когда пытается шевельнуть бёдрами, и ловит уставшую ухмылку Тэхёна. - Я предупреждал, - говорит он чуть позже, отдышавшись, а потом приподнимается на коленях, и кладёт руки по бокам от Юнги. – И это только начало, - проникновенно шепчет он на ухо, а потом отстраняется и приникает опухшими губами к губам Юнги.

***

Прошёл уже почти год с их выпуска, год с начала их отношений, год с тех пор, как Тэхён поступил в Гарвардскую школу бизнеса и как Юнги начал усиленно готовиться к поступлению в Джульярдскую школу, и с тех пор, как он начал жить отдельно от родителей, подрабатывая в магазине музыкальных принадлежностей. Часть за съём квартиры он оплачивал сам, частью помогали родители, которые всё же не смогли совсем оставить сына на самого себя. Юнги обводит замученным взглядом светлое помещение музыкальной студии. Нет, он всё ещё помнит, как они достаточно ругались с Тэхёном из-за этого подарка. Из-за студии. Чёрт блять возьми, студия. Отдельное ебучее помещение, в котором всё, как сказал Тэхён, принадлежит Юнги, чтобы тот смог полноценно готовиться к поступлению. Это, блять, нечестно. Юнги уже сказал Тэхёну, что думает об этом подарке и о том, как это задевает Юнги, потому что Тэхён этим подарком в прямом смысле нехило так посягнул на самостоятельность Юнги. Ему не нужны такие дорогие подарки. Это была их не первая ссора, но первая настолько крупная. И Юнги пришлось первому сделать шаг к примирению, потому что как бы то ни было, Тэхён просто хотел сделать ему приятное, просто сделал ему подарок, потому что, блять, мог себе это позволить и не его вина, что у Юнги по горло стоят эти собственные принципы и гордость, которые, ну, вот вообще не давят. В обмен Тэхён согласился на жёсткое «никаких дорогих подарков, будешь ходить нахуй, ясно?», а Юнги всё-таки посетил во второй раз свою !собственную! студию. Он захлопывает блокнот, а потом разминает шею. Работа в студии серьёзно затягивала, и Тэхён уже громко говорил несколько раз, что жалеет, что вообще подарил её Юнги, потому, что теперь его парень встречается с музыкальной студией, а не с ним.       Юнги только усаживается на диван, чтобы отдохнуть, как слышит чужие шаги. Тэхён. Он быстро смотрит на часы, половина пятого, да, у парня как раз закончились занятия. Тот входит со стаканчиком кофе из старбакса, а потом улыбается, когда видит Юнги на диване, собравшего ноги под себя. - Ты даже не работаешь опять над текстами, - приподнимает брови Тэхён, а потом садится рядом и протягивает парню кофе, тут же целуя того в губы. - А ты опять не поехал сразу домой, - говорит Юнги, а потом жмурится, отпивая горячего напитка. - Позже, - отмахивается он, а Юнги вспоминает кое-что, ехидно растягивая губы в улыбке. - Завтра твой фейковый день рождения, мистер Лгун, - начинает ржать Юнги и чуть не проливает на себя кофе. - Ну, хватит вспоминать про это, - улыбается ничуть не раздражённо Тэхён, а потом хмыкает. – Зато благодаря этому фейку мы теперь вместе, так что, на самом деле, ничего страшного. Ложь во благо, слышал о таком? - Не думаю, что это благо, - говорит Юнги и улыбается, когда Тэхён тянет его за свободную руку на себя. Он залезает на бёдра Тэхёна, протягивая ноги дальше и продолжая дуть на кофе. - Ты бы не получил такого охуенного парня, как я, если бы не моя ложь, - говорит Тэхён, а Юнги закатывает глаза. - Было бы чудом, - и смеётся, когда получает шлёпок по заднице. Вообще, это отдельная тема. Юнги уже делал хуеву тучу замечаний по поводу того, что Ким Тэхён охуел домогаться его священной задницы. Чонгук называет это высшим уровнем проявления романтической стороны Ви, потому что столько комплиментов, сколько получает юнгинова задница в свой адрес в сутки, не получал ещё никто, Чонгук готов поспорить. Особенно много, когда Юнги надевает свои любимые светло-голубые скини с дырками на коленях. Юнги не очень нравится солидарность Чонгука с Тэхёном, поэтому он всегда щурится и материт парня, как только Тэхён связывается с другом, который уже вовсю изучает инженерное дело в Вашингтонском университете, по фэйстайму в присутствии Юнги. - Я готов делать сам комплименты твоей зачётной заднице, Мин Юнги, но, боюсь, Чимина это не устроит, - разводит руками каждый раз Чонгук, а Тэхён громко ржёт и оборачивается в таких случаях на недовольного Юнги. – Вообще, ты должен гордиться. Ви никогда не делает комплименты никому, кроме тебя. Он даже задницу моего Чимина не ценит, что уж говорить о моей. - Сдалась она мне, - фыркает Тэхён, складывая ноги по-турецки. Они у Юнги в квартире, поэтому пока Юнги хозяйничает на кухне, Ким звонит своему несчастному другу. - Вы тут вообще охуели, я смотрю, - говорит Юнги, появляясь в дверном проёме. – Ещё одно слово о моей заднице, Тэхён, и эта ложка прилетит в твоё ебало. - Какая романтика, - тянет издевательски Чонгук. – Отлично, чувак, надеюсь, твоя принцесса ещё не совсем загнала тебя под каблук. - Чон Чонгук, я бы на твоём месте побеспокоился за своего дружка, когда твой кроличий рот открывается для того, чтобы назвать меня принцессой, - кричит с кухни Юнги, а Тэхён утыкается лицом в подушку, опять заливаясь смехом. Чонгук обижается, а потом они обсуждают свадьбу Джина, которая будет совсем скоро, в начале июля. Тэхён рассказывает про учёбу в своём универе, потом Чонгук по охуеть какому страшному секрету говорит, что курил анашу. «Хуйня», - говорит он, а потом ему пишет Чимин и на этом Тэхён прощается со своим другом. И так всегда. Тэхён отбирает у него стакан с кофе и кладёт на пол рядом с диваном, а потом укладывает руки на талию, прижимая к себе. Целует Юнги, перемещая ладони на спину, а Юнги скрещивает ноги на пояснице у парня, отвечая на поцелуй. - Боже, этот кофе… - говорит Тэхён, отрываясь от парня. - Не нравится, не целуй, - хмыкает Юнги, завершая фразу уже куда-то в рот Тэхёну, потому что тот опять целует. Они целуются до нехватки воздуха опять, и Юнги поверить не может, что даже спустя год ощущения от этих привычных поцелуев всё такие же волнительные и страстные. Юнги вспоминает ещё кое-что, о чём думал уже долгое время. - Тэ, - говорит он, чуть отдышавшись, и Тэхён улыбается, вопросительно глядя на него: - переезжай ко мне. Тэхён моргает, а потом широко улыбается. - Думаешь, сможешь жить со мной? – изгибает бровь Тэхён. - Будешь наказываться за каждый проступок, - говорит Юнги, и Тэхён улыбается ещё шире. - А оплата… - Будет приниматься завтраками в постель и утренними поцелуями, - Юнги сам начинает улыбаться на смешок Тэхёна, а потом зарывается лицом в воротник рубашки Тэхёна, и оттуда глухо сипит: - и хватит меня уже целовать. Конечно же, его никто не слушает. Естественно, они опять целуются. Юнги немного счастлив. Безумно, на самом деле.