Мармеладные услуги

      Было темно, душно и горячо. Дима нутром чувствовал, что парень, прижатый к стене, явно обдолбан и согласен буквально на всё, и это было ему лишь на руку. Рваный поцелуй в область скулы, переходящий в смазанный по губам и острый, отрезвляющий в плечо – именно так действовал Бамберг, прижимая худощавое тело к вертикальной поверхности стены в коридоре. Димины руки ловко скользнули под свободную футболку, поверх которой была надета ветровка, оказавшаяся впоследствии где-то под ногами. Парень льнул к прикосновениям, и Дима не мог не усмехнуться собственному либидо, что довольно урчало от ответных действий со стороны Сонечки. Да, именно Сонечки. Никак иначе Дима называть парня не хотел. Лишь Соня. Лишь Мармеладова. — Ну же, детка, держи, — и, достав пару ярких мармеладных долек, Бамберг облизнул нижнюю губу, одним движением протолкнув в приоткрытый рот парня сладкий мармелад. Тот лишь полупьяно ухмыльнулся, нахально скривив губы, и, с причмокиванием облизнув пальцы мужчины, с удовольствием поглотил сладость. Он был вполне доволен тем, как Хинтер «покупал» его. Нет, Сонечке даже нравилось, когда её услуги оплачивались так: приторно, дёшево, унизительно. Это подходило ей, её образу, и она, показательно проведя языком по верхней губе, опустилась на колени. Пальцы неловко, но быстро расправились с ремнём, а зубы потянули молнию на ширинке вниз. Чужая ладонь ухватилась за волосы сзади, путая их, но Соня лишь вызывающе посмотрела снизу вверх на Диму, проведя рукой по всей длине его члена и издав пошлый, слишком громкий для начала вздох. Это пиздецки бесило и заводило одновременно, поэтому Дима резко прижал парня к своему паху. Но Сонечка даже не подавилась от резко вошедшего в нее на всю длину члена — она привыкла, ей нравилось, и она начала работать языком. Горячий рот Сонечки разом вместил в себя полувозбуждённый член Димы, заставляя того тихо выдохнуть и крепче перехватить русые пряди на ее затылке. Азарт, с которым она сосала, наводил Диму на мысль о том, что ей это определённо нравится, и это лишь больше распаляло его желание, заставляя насаживать Сонечку ртом на собственный член. Её губы смыкались на головке, а затем плотным кольцом скользили по всей длине, побуждая Диму дышать чаще и двигать бёдрами навстречу горячему рту развратной девочки, что бесстыдно брала у него, стоя на коленях в прихожей. — Какая послушная… Да-а, вот так, дорогая, вот так, — Бамберг запрокинул голову, чувствуя, как приятная истома собирается где-то внизу живота, и блаженно прикрыл глаза. Слава медленно провёл языком по длине всего члена, улыбаясь реакции Димы на свои действия, и подался назад вслед за его рукой, оставляя на конце головки влажный отпечаток губ. Ему не хотелось останавливаться, прерываясь на прочие ласки: его тело и так трепетало от нетерпения, поэтому Сонечка, поднявшись, сразу уперлась ладонями в стену, выпятив задницу назад, и блядским стоном попросила продолжения. Услышав утробный рык за своей спиной, она растянула губы в улыбке и прогнулась ещё сильнее, чувствуя, как сильные руки грубо стаскивают с неё последнюю одежду. Она сама насадилась на подставленные ко входу пальцы и сладко застонала в ответ, будто намекая, что ей не требуется подготовка. Сонечка была готова давно, а её податливая дырочка лишь подтверждала это, легко приняв начавшие раздвигать её пальцы. Соня нетерпеливо застонала, сама сжала свою ягодицу и потерлась ей о член Димы. Так она ещё больше смахивала на настоящую шлюху. Дима грубо развёл пальцы в сторону и больно укусил Мармеладову за загривок, вырвав из податливого тела несдержанное шипение и тихий полустон от особенно жестких ласк. Такое поведение Сонечки Диме определённо нравилось, и, не затягивая с подготовкой, он вошёл в неё одним резким движением, притянув за талию, и ощутил, как стенки сфинктера плотным кольцом обхватили его член практически у самого основания. — Ну же, Сонечка, дай мне насладиться тобой, — хрипловато прошептал Дима Славе на ухо и почувствовал, как тот расслабился, позволяя начать движение. Несмотря на свою репутацию, Сонечка была узкой и ненасытной. Это Дима понял сразу, как только вошёл в неё. Она тут же исполнила Димину просьбу, прогнувшись в спине, и стала пошло стонать, всё громче и откровеннее с каждым толчком. Член Славы требовал незамедлительного внимания, но Сонечка терпела, растягивая удовольствие. Она отвела руки за спину, продемонстрировав Диме свою покорность, и тут же почувствовала, как её подбородок жёстко соприкоснулся со стеной. Грубые толчки ускорились, а Димины пальцы сцепились в замок на Славиных запястьях. Дима притянул Славу ближе к себе за туловище, а другой рукой вжал его голову в стену. — Быстрее, — просипела Соня, выгибаясь от и без того сильных проникновений, и для остроты ощущений сжалась, за что получила грубый шлепок по заднице и такой сильный толчок, что она буквально заскулила от боли и разбила губу об стену. Но Диму не заботили такие мелочи, как разбитая Славина губа или дискомфорт в его заднице. Его всё устраивало и даже более… Сонечка превзошла все ожидания Бамберга, стирая в порошок те мнимые стереотипы о человеке, что сейчас бесстыдно выпячивал задницу, прося брать его быстрее. И Дима брал. Грубо. Жёстко. Входя в Славу резкими, хаотичными движениями, каждый раз проникая под разным углом, из-за чего Сонечка сипло выдыхала и просила большего. Казалось, шлепки плоти о плоть заглушали какие-либо другие звуки, но вместо этого Дима слышал, как тихо и развратно постанывает его пассия, желая получить ещё большее наслаждение. И Дима подарил это ей, накрыв ладонью её изнывающий без внимания член. Из подрагивающего тела вырвался благодарный и блаженный стон, громкий и чёткий, наполненный похотью и всепоглощающим желанием. Теперь Дима долбился в Славу, казалось, с еще большим остервенением, отчего его тело била мелкая дрожь. Сонечка тихо хныкала, но все равно подмахивала бёдрами, стараясь доставить Диме удовольствие. Чувствуя приближение Диминого оргазма, Слава ловко выкрутился из-под нависшего над ним тела и вновь встал на колени. Девочка привыкла отрабатывать мармеладки по-честному, поэтому она, облизнув разбитую губу, подняла невинные глаза на Диму и обхватила губами его член. Умничка-Сонечка сразу резво заработала вёртким языком и начала активно водить рукой по стволу, ощущая максимальное напряжение и слыша сопутствующие ему тихие вздохи Димы, властно тянущего её за волосы. Дыхание становилось всё сбивчивее, и воздух в помещении словно накалился до небывалой температуры, поэтому, когда Слава со слабой улыбкой отстранился от возбужденного члена, было видно, как его лбу прилипли пряди волос, а по виску стекала капелька пота. Сонечка прикрыла глаза, высунула язык и подставила лицо под струю спермы, что излилась ей на веки и покрасневшие и саднящие губы. — Если у тебя остались мармеладки, можем повторить… — сладко облизнувшись и сверкнув на Бамберга взглядом, Сонечка заговорщически растянула губы в улыбке.