Жизнь учеников Хогвартса интересней любой книги!

— Ты меня любишь, Эванс? — Нет, Поттер.

* * *

— Эванс, эй, Эванс, а ты меня любишь? — Отстань, Поттер!

* * *

— Эванс, ты же меня любишь, правда? — Поттер, ты меня уже достал!!!

* * *

— Мне кажется или ты вправду сегодня раздражительная какая-то… Настороженно протянула Марлин, краем глаза косясь на свою рыжеволосую подругу. — Кажется, — огрызнулась Лили, даже не смотря на подругу. Алиса удивлённо посмотрела на Эванс, а Мэри широко раскрыла глаза, не веря, что Лили Эванс вообще может огрызаться и кому-то грубить. — Ты точно Лили Эванс? Девочки, по-моему это её злой клон, а нашу Лили похитили инопланетяне, — сказала Алиса, пытаясь разрядить напряжённую обстановку. — Не дури, Стоун, это крайне бесит! –чуть ли не рыча бросила через плечо Лили слегка обидевшейся Алисе. — Лили, у меня есть догадка, что ты такая раздражительная сегодня из-за Джеймса…–осторожно начала Мэри, а Лили почувствовала ещё больший приступ злости. — Мэри, –ласково начала Лили, а потом повернулась лицом к вдруг побелевшей Макдональд, — а ней пойти бы тебе со своими догадками в… — Всё! Мне это надоело! Не знаю что такого у тебя случилось, Лили, но лично я устала, что срываешься на мне, Алисе и Мэри! Мы подождём, пока ты успокоишься! Пошли, девочки, — Марлин демонстративно взяла удивлённых Мэри и Алису за руки и повела в обратную от Эванс сторону. Лили удивлённо смотрела им вслед, а потом, гордо вздёрнув нос, пошла в другую сторону, часто и отрывисто дыша. Эванс с ногами залезла на один из подоконников и поджала их (ноги) к себе. По бледной щеке, украшенной розовым румянцем, скатилась слеза. Уже через несколько минут все рукава мантии, в которые уткнулась гриффиндорка, были насквозь мокрыми. мокрыми. «Кому я вру? Конечно, это из-за Поттера… Когда она зашёл в Большой Зал с этой его Эмили, стало так обидно… Захотелось прямо там расплакаться. Расплакаться не расплакалась, зато нагрубила подругам и плачу теперь»–думала Лили и с новой силой заплакала. А за окном шёл дождь. Небо тоже плакало. Вместе с ней. С Лили. — Клялся… в вечной… любви, — плечи девушки подрагивали от всхлипов, рыжие волосы лезли в лицо, а потому тоже намокли. Послышались шаги. Но разве могла Лили услышать их, полостью погруженная в свои печальные мысли? Зато проходящий мимо услышал её всхлипы и жалобный плач. — Эванс? Шокировано произнёс чей-то голос, который Лили с испугом узнала. Сириус Блэк. Девушка подняла на него заплаканные глаза, а парень разу полез в карман. Вытащив оттуда палочку и какой-то клок пергамента, он трансформировал бумагу в носовой платок красно-золотого цвета и протянул его девушке. Лили дрожащей рукой взяла платок и вытерла им красные от слёз глаза. — Спасибо, — тихо буркнула она, переведя взгляд в пол. Ей было стыдно, что Блэк видел её такой. Заплаканной, испуганной. Вконец запутавшейся в собственных чувствах. — Кто этот козлина, из-за которого ты сейчас плачешь? Сжав кулаки до побеления костяшек, прошипел Сириус, в глазах у него словно зажёгся какой-то огонь. Девушка пробормотала что-то себе под нос и отвернулась. — Малфой? –Лили повертела головой, — Нотт? –Эванс повторила жест, — Снейп? –сердце у девушки сжалось, при упоминании старого друга, но рыжеволосая вновь покачала головой, — Чёрт возьми, может мне Джеймса позва…–Блэк хотел уже договорить, но вдруг увидел, как медленно кивнула и вжала голову в плечи, а Сириус не нашёд слов, чтобы продолжить. Эванс. Плачет. Из-за. Джеймса. — Ты плачешь из-за Джеймса? –на всякий случай повторил парень, мало ли, может ему померещилось. Но Лили ещё раз кивнула. Померещится, конечно, могло, но не два раза подряд! — Не Реви, Эванс. Хорошо всё будет, — Сириус по доброму усмехнулся гриффиндорке, — Слышишь? Не реви, — парень хотел уже развернуться и уйти, как девушка схватила его за рукав мантии и прошептала одно-единственное слово. — Спасибо. — За что? –удивился Бродяга. — Просто спасибо.

* * *

— Просто спасибо. *** — И-и-и-и-и-и-и-и-и!!! Три гриффиндорки одновременно радостно завизжали, из-за чего на них начали оглядываться остальные ребята в гостиной. — Извините, — сказала уже повеселевшая Лили своим однокурсникам, те опять вернулись к своим делам: домашней работе, игре в волшебные шахматы или просто разговорам. — Чего вы визжите? –зашипела на них староста Гриффиндора, слегка покрываясь румянцем. — Как не визжать, если оказалась, что наша подруга влюбилась в парня, который добивался её шесть лет в тот момент, когда он вдруг пришёл на завтрак с другой девушкой и забыл про неё! — радостно прошептала ей Алиса, Марлин, до ужаса довольная, внимательно смотрела на свою рыжеволосую подругу, а Мэри закрыла рот руками, в глазах играли бесенята. — Я, конечно, могла бы этого не говорить, но тако-о-о-й повод…– протянулась Марлин, и обратилась к Лили, громко сказав– Чёрт возьми! Но я ведь и вправду тебе говорила! Все в гостиной опять обернулись в из сторону, а Лили опять сказала им: «Извините», после этого староста Гриффиндорка затолкала своих шумных подруг в спальню. — И что ты будешь делать? –спросила Мэри, наконец отошедшая от шока, а Лили замерла. И вправду, а что ей теперь делать? Нельзя же подойти и сказать: «Поттер, пошли в Хогсмид на выходных», спустя шесть лет игнорирования этого Поттера и именно в тот момент, когда у него появилась девушка. — Я… Я… Не знаю, –честно призналась девушка и поморщилась от собственной беспомощности. — Э-э-эх ты! Опять нам самим всё делать! –усмехнувшись, сказала Алиса, а Лили ей благодарно улыбнулась. — А что мы будем делать? –спросила Мэри. — Самое сложное, — с видом знатока сказал Алиса, подняв указательный палец верх, — уговаривать её, конечно! На лестнице послышался топот, а затем дверь распахнулась и на пороге женской спальни шестого курса стояли все девушки-гриффиндорки с третьего по седьмой курс. Закрыв за собой дверь, они обернулись к немало удивлённым шестикурсницам и Марлин (Марлин на пятом). — Итак, кто из вас влюбился? –серьёзно произнесла девушка с седьмого курса, по имени Элизабет Джонсон. — Откуда ты знаешь? Удивлённо спросила Мэри, смотря на всех гриффиндорок. — Мы же девушки! –обиженно сказала какая-то девушка с четвёртого курса, — Мы чувствуем! (Ага, чувствуем, а не внимательно слушаем) — Наша Лили! — радостно сказала Алиса, обнимая Эванс. В глазах у остальных девушек загорелся огонь и все кинулись к упомянутой рыжеволосой. — Кто? –спрашивали девушки, желая узнать, кто же этот счастливчик. — Поттер, — тихо пискнула Эванс, но все девушки одновременно взвизгнули. На лестнице послышался топот, потом крики и наконец ругательства. Девушки толпой пошли проверять, что же там случилось, Миранда Вейн — однокурсника Марлин, открыла дверь и все девушки увидели парней-гриффиндорцев в куче-мале у подножия лестницы, превратившейся в горку, когда они попытались подняться. — Что же у вас там происходит?! –спросил Ричард Сайфер с седьмого курса. — Наша Лили влюбилась! — радостно воскликнула Мелисса Бел. — Мелисса! Хором крикнули гриффиндорки. И все услышали, как что-то упало. Или кто-то упал… Джеймс Поттер, ужасно побледневший, лежал с широко открытыми глазами и глубоко дыша. — Джеймс? –осторожно позвал его Римус, — Ты там как? Живой? Парень кивнул и молча поднялся с пола, в оба глаза смотря на красную, как рак Лили. Его Лили. — Ну и кто этот счастливчик? –холодно спросил он у девушки. Лили улыбнулась ему. Девушки расступились, пропуская девушку к её возлюбленному. Горка в комнату девушек вновь превратилась в лестницу, стоило Лили подойти достаточно близко. Парни тоже расступились, понимая всю важность ситуацию. Рыжеволосая спустилась по лестнице и подошла к парню. — Поттер, чисто гипотетически, ты меня ещё когда-нибудь спросишь? — Зачем тебе это, Эванс? — холодно сказал гриффиндорец, смотря девушке в глаза. — Чисто гипотетически, что будет, если я скажу «да»? Спросила девушка, краснея до кончиков ушей. Джеймс неверяще посмотрел на неё, а затем прильнул к её губам. Когда парень отстранился, то усмехнувшись, сказал: — Я ответил на твой вопрос? — Да. Думаю, да, — сказала до сих пор красная Лили и сама поцеловала парня. — Эванс, пойдёшь со мной в Хогсмид? — Дурак, ты, Поттер, — засмеялась девушка и взлохматила ему шевелюру. — Ну наконец-то, я уж думал не доживу до этого момента, –сказал Альбус Дамблдор, сидя на диване в гостиной Гриффиндора и кладя в рот лимонную дольку. Все выжидающе посмотрели на директора Хогвартса. — Что? Жизнь учеников Хогвартса интересней любой книги Мадам Щипц, — а после, чуть тише, добавил, — Только ей не говорите. Стоит ли говорить, что та девушка, с которой Джеймс вошёл в зал, была его кузиной — Эмили Поттер? Думаю, всё-таки стоит.