С Первым апреля

Чонгук заходит в гостиную общежития, скидывая тренировочную сумку на пол. Тишина. Хены, видимо, еще не вернулись. Как-то так получилось, что сегодня все отдельно друг от друга. Солнечный весенний день, к тому же еще и выходной. Кто где. А Чонгук на тренировке. Делать все равно больше нечего. Даже любимый Чимин уехал на встречу с родственниками. Ну да ладно, один день потерпит. Юноша идет на кухню, достает из холодильника банку какого-то лимонада и плюхается на диван, собираясь найти пульт от телевизора. Но в этом момент телефон негромко трещит, оповещая о сообщении от Хосока. «Чонгук, ты тут?» «Да, чего такое?» «Я надеюсь, мне просто показалось, но…» Странно. «Что случилось???» «Ты видел эти фото? Это кто? *2 файла*» И тут Чонгук невольно напрягается, придвигая смартфон ближе к лицу. На фото парень с какой-то девушкой обнимаются и целуются. Лиц не видно, но парень уж очень сильно напоминает Чимина. Чонгук матерится сквозь зубы, думая, что пора тормозить накручивать себя на ровном месте. «Я не знаю. Я спрошу у него.» ~ Шестеро ребят сидят в спальне двоих из них, пытаясь громко не ржать, чтоб не спалиться. Сегодня первое апреля, и им пришла в голову идея постебаться над мелким, учитывая, что тот никогда не смотрит в календарь. Лучшей идеи, чем устроить пранк с изменой, придумать не могли. Сказали, что пойдут по своим делам, а сами запрятались в комнате с ноутбуком, предварительно установив в гостиной камеру. Всем весело, все в предвкушении. И только Чимин сидит с бутылкой воды в обнимку и дрожит как осиновый лист. Издеваться над своим парнем не хочется от слова совсем. Во-первых, это слишком жестоко, учитывая, какой спектакль они придумали. Во-вторых, он просто понимает, что пиздец ему и его заднице, которая является главным фетишем Чонгука. — Парни, я не уверен, что это хорошая затея… — тихонько промямлил Пак. — Эй, успокойся, самое интересное начинается, — ухмыльнулся Хосок. — Я… У меня руки трясутся, я не смогу ему это писать, — дрожащим голосом говорит Чимин. — Дай сюда мобилу, писать буду я, — отзывается Тэхен, вырывая из рук еще одной жертвы телефон. ~ Попытки не забивать голову всякой дурью успехом не увенчались, поэтому Чон нервно набирает сообщение Чимину, ответ на которое не заставляет себя ждать. «Милый, можно вопрос?» «М?» «Это… ты на фото? *2 файла*» «Тебе уже сказали…» У Чонгука случился микроинфаркт. «???????????» «Да, это я…» «Чимин, я не понимаю. Что это все значит?» «Прости, Чонгук-а…» У Чонгука начался истерический смех. «Чимин-а, не шути со мной, пожалуйста.» «Прости… Мы больше не можем быть вместе.» Инфаркт, но уже не микро. «Что? Чимин, ты где? Давай поговорим.» ~ — Блять, блять, блять… — проскулил Пак, хватаясь за голову. — Предвкушаешь пиздец, Чимин? — не без издевки спросил Юнги. — РЕБЯТ, ОН ЗВОНИТ, ЧЕ ДЕЛАТЬ?! — Тэхен, не ори, спалимся, — заткнул последнего Намджун. — Чимин, отвечай, — предложил Джин. — Что?! Нет! — завопил Пак. — Ладно, я скидываю, — пожал плечами Ким-младший и сбросил входящий звонок. — Господи… — прошептал Чим, уставившись на экран компьютера, соединенного с камерой. ~ Чонгук звонит раз, два, три и даже четыре, но ответа не получает. Потом делает еще три попытки, пишет десять сообщений, но безуспешно. Вслух матерится очень долго и хватается за голову. В голове буря, ураган, мысли в кучу, ничего не складывается. Чимин, его родной Чимин, который буквально вчера сладко стонал его имя и признавался в вечной любви, ему изменил и бросил. Нет, ну быть не может! Тут явно что-то нечисто. Но фотографии и сообщения… А если он действительно его больше не любит? И действительно нашел какую-то шмару на замену? Как такое могло случиться? Как? Чонгук же его так любит… Чон встает с дивана, ходит по кругу, пытаясь успокоиться. Но это нереально. И в следующую же секунду его телефон отправляется в полет и с треском врезается в стену. Юноша продолжает шагать по комнате, а в уголках глаз уже скапливаются слезы. Чонгук видит полку с большой хрустальной вазой и резким движением руки сбивает ее нахрен. ~ Когда из соседней комнаты доносится грохот и на экране Чонгук яростно разбивает хрустальную вазу, Чимин вскрикивает, а парни понимают, что пранк явно не удался. Все зашло как-то слишком далеко. Никто особо не думал о том, что младший может на это так легко купиться. Парень на фотках же даже не похож на Чимина, что за хрень? Но Пак предупреждал, что Чон собственник, ревнивый до ужаса, да и вообще ко всему, что касается Чимина, относится по-особенному. Но никто ж не поверил. — Жесть… — почти беззвучно сказал Тэхен, взглянув на экран, а затем на бледного как смерть Чимина. ~ Херанув от души что-то еще об стену, Чонгук возвращается к своей начальной точке и падает на диван. Хватается руками за голову. Потом прикладывается одной рукой к лицу. Затем закрывает рот ладонью, чтобы не взвыть в голос. И начинает плакать. Слезы льются водопадами. Чон переживает то, чего боялся больше всего. Он и представить не мог, что может быть настолько больно. Он ведь правда поверил во все. Чонгуку кажется, что ужаснее, больнее и хуже этого ничего уже быть не может. И на этом связные мысли заканчиваются. ~ — Что я наделал! До чего мы его довели! Он плачет! Чонгук очень редко плачет! — бьется в легкой истерике Чимин. — Я тебе больше скажу, он рыдает, — заметил Юнги. — Я больше не могу его мучить! — Пак подрывается с места и выбегает из комнаты. ~ Чимин влетает в гостиную и буквально напрыгивает на Чонгука, цепляясь тому за шею. Младший от жизни офигевает и думает, что окончательно свихнулся, ибо что происходит вообще. — Чимин?.. Тот всхлипывает, прижимается сильнее и на одном дыхании начинает тараторить: — Чонгук, прости! Прости, пожалуйста! Я такой идиот! Это все неправда, это пранк! Они придумали над тобой пошутить, а я согласился. И все пошло не так! Чонгук-а, извини, я виноват, я не могу смотреть, как ты плачешь! В дверном проеме комнаты появляются остальные ребята, и Чон все еще не может прийти в себя. — Пиздец. Вы… Пиздец. Двоякое чувство: вроде я безумно счастлив, что это все неправда, а вроде вам пиздец. — Прости, Чонгук… — говорит Хосок. — С первым апреля… Младший смотрит на друзей и охуевает еще больше, ибо черт, первое апреля. — За что вы так со мной? Я чуть с ума не сошел… — Прости, Чонгук-и, прости. Ты можешь наказать меня, я заслужил, — шепчет Пак. — Больше никогда так не делай, слышишь, никогда! — Обещаю. Чон крепче обнимает своего парня, целует, немного успокоившись. А затем обращается к остальным товарищам: — А вам я еще отомщу.