Драбблы к "Я не отпущу завтрашний день..."

Ещё до того, как она разломила защитную оболочку своего яйца, она чувствовала что-то неправильное в мире вокруг неё. В отличии от того, что должно было быть по-нормальному, окружающие её потоки Ауры были искаженными и просто… не такими. Всё же, она не могла здесь больше находиться, так что единственный удар органо-металлического шипа расколол твёрдую кальциевую скорлупу, позволяя маленькому Излучающему Покемону попасть в большой мир. Она осмотрела себя. Не то, чтобы она была совсем уж уверена, но разве на её руке не должно было быть три пальца, а не четыре плюс противопоставленный им пятый? Возможно ли, что Аура этого места что-то с ней сделала? И… почему она размышляла так ясно для того, что только что вылупилось? Внезапно её «дреды» почувствовали что-то сердитое. Что-то, что было очень заинтересовано в свежерасколотом яйце и уверено в том, что что бы ни вылупилось из него, далеко не смогло уйти и вот-вот послужит неплохой закуской. Она попыталась «притушить» свою Ауру и скрылась в руинах, полных острых металлических деталей и ненадёжных полов, сделанных из бетона (она всё ещё не была уверена, откуда она всё это знала, но не то, чтобы это сейчас что-либо значило) Она пассивно «взглянула» Аурой на своё предыдущее местонахождение и увидела большого покемона, лучившегося голодом и агрессией, который осмотрелся по всем сторонам (буквально, благодаря трём крупным фасетчатым глазам) и затем, ещё сильнее разозлённый, поглотил то, что осталось от скорлупы и маленького летающего покемона, которому просто не повезло пролететь мимо в этот момент, одновременно разрубая второго напополам одним коротким взмахом длинного языка с бритвенно-острыми шипами. Когда он ушёл, она аккуратно вернулась и, чувствуя сильный голод, прекратила агонию того, что осталось от второго летающего покемона, после чего удостоверилась, что тело не пропадёт зазря. В этот момент она и не могла догадаться, что это станет её стилем жизни на несколько следующих лет — найти почти-мёртвого или свежеубитого покемона, отрезать от него кусок изобретённой ей самой особой Аура-атакой и быстро поглотить его, пока сюда не прибыли настоящие падальщики или хищники. Хотя её цвета шерсти скрытности не способствовали, она смогла скомпенсировать это Аурой — она позволяла окружающим её потокам идти прямо сквозь неё, предотвращая её обнаружение любым, кто пользовался Аурой для получения информации о мире, скрытно используя в то же самое время свою внутреннюю Ауру для глушения звуков, искажения света и уничтожения запахов. Она стала самым скрытным существом в этой части мира.

***

Сегодня её раскрыли Несмотря на всю её Аура-маскировку, несмотря на все её навыки скрытности, один из местных покемонов смог найти её следы и, что было намного хуже, найти её. И сейчас он за ней гнался. Её левая нога очень сильно болела от химического ожога, вызванного одним из плевков. Из-за того, что струп так и не образовывался, получалось, что, скорее всего, это была не кислота, а щёлочь (она даже не задумывалась о том, откуда она всё это знала — оно просто каким-то образом всплывало в её голове в наименее подходящее для этого время). Сейчас она смогла заманить этого покемона в незаконченное заброшенное здание, полное металлических палок, как торчащих из стен, так и просто валяющихся вокруг. Внезапно, она перецепилась через одну из этих палок и упала, быстро пытаясь подняться назад. Ей это удалось, но ситуация уже успела перейти от «плохой» до «отвратительной». Риолу увидела, как большой, злой и сильный покемон прыгает на неё, открывая пасть со множеством зубов, и она, толком не понимая, что делает, подняла большую металлическую палку над своей головой, одновременно закрывая глаза и отрезая себя от Ауры. Чудовищный визг и умирающий рёв боли чуть не уничтожили её уши, но она, каким-то образом, была всё ещё жива. Спустя ещё несколько секунд, она медленно открыла глаза и взглянула на то, что только что случилось. Покемон, который хотел её съесть, прыгнул аккурат на тонкую металлическую палку и оказался насажен на неё. Судя по тому, что она видела, он прыгнул аккурат так, что пробил себе сердце, так что ничего удивительного в том, что он так быстро умер. Она почувствовала себя странно, как будто в ней что-то накапливалось. Смерть этого монстра — того самого, который несколько лет назад чуть не убил её — позволила ей почувствовать некоторое облегчение и… Гордость за содеянное? На этой мысли, её внезапно поглотил какой-то свет, а её тело начало искажаться и меняться. Когда всё закончилось, она осмотрела себя, обратив внимание на биометаллический шип на груди, более острую морду, почувствовала второй набор Аура-органов… и мощный голод. Еда была прямо здесь, насаженная на металлическую палку. Спустя столько лет падальничества, она просто не могла позволить такому прекрасному трупу пропасть зазря. После того, как перекус закончился, она заметила в себе что-то странное. Странное присутствие, наличествовавшее в ней с самого момента вылупления, наконец-то проявило себя в полной мере. Оно было тёмным, жестоким, расчётливым, безжалостным…, но именно это ей и было нужно для того, чтобы выжить здесь, так что она полностью объяла и приняла его. Перед тем, как наконец-то покинуть это место, она использовала несколько «Аура-Разрезов» для того, чтобы отрезать себе подходящий кусок металлической палки («арматуры», согласно всплывшему в её голове названию) и заточить один из её концов. Она не могла объяснить этого, но она чувствовала, что оно ей очень пригодиться в будущем. Её удивляло, почему же оно так прекрасно лежит в её пятипалой руке…

***

Короткий Аура-ускоренный рывок с выставленной перед собой арматуриной — и сердце жертвы оказывается пробито, завершая её страдания ещё до того, как они могли бы начаться. Второй решительный удар — и его пара умирает с перерубленной спиной. С тех самых пор, как она стала Лукарио, она наконец-то перестала быть всего лишь падальщиком и стала не самым последним игроком на этой арене смерти. Хотя она всё ещё не являлась здесь верховным хищником, она не потеряла свои навыки скрытности (на самом деле, она даже продолжала их развивать) и всегда знала, когда пора остановиться. Тем не менее, она всё ещё никогда не решалась приближаться к группам людей с огнестрелом. Хотя человеческие тела были хрупки и могли быть уничтожены одной высокомощной Аура-Сферой или чем-то наподобие её, их оружие, снаряженное чем-то под названием «Патроны «Потрошитель», могло быстро (и крайне болезненно) убить большую часть местных покемонов. Атаковать людей просто не стоило того, особенно учитывая, как они отбомбились по этой местности с воздуха, после того как один из самых мощных местных покемонов убил пятьдесят человек.

***

Она знала, что это была ловушка. Каким-то образом, тот, кто стоял за этими покемонами и руководил их действиям, смог загнать её в узкую расщелину и перекрыть все пути отхода. Она стояла гордо, держа заточенный кусок арматуры в своей левой руке. Лукарио знала, что он тут может не сильно сгодиться, но она была готова выложиться по-полной. Неожиданно для себя, она почувствовало человека, чьё присутствие проявлялось всё ярче за загнавшими её в угол покемонами. Это точно была женщина, которая, по какой-то причине, хотела посмотреть на битву своими глазами (не без прикрытия несколькими Защитами, дополнительными покемонами и огнестрельного оружия, само собой). Она сконцентрировала своё Аура-чутьё на этой человеческой женщине… и почувствовала что-то очень тёмное в её душе. Эта тьма, хоть и отличавшаяся от той, что дала Лукарио силу, всё ещё была в какой-то мере знакома. Эта тьма принесла понимание. Битва не имела никакого смысла, ибо подобному не стоило сражаться с подобным. «Я сдаюсь,» — послала мирное Аура-сообщение Лукарио, медленно опуская свою арматурину. — «Я не чувствую нужды в битве.» — Почему же так? — спросила человеческая женщина слегка наглым голосом, но глубоко внутри, тьма в её душе заинтересовалась. «Потому как ты несёшь в себе тьму, как и я. Даже если они разные, подобному нет смысла сражаться с подобным. Я думаю, что мы сможем достичь большего, если позволим тьмам в наших душах работать вместе». — Хм. Ты говоришь правду. Показания моих сенсоров говорят, что ты отличаешься от нормальных Лукарио и практически настолько же сильна, насколько и некоторые низкоуровневые Легендарные. Знаешь ли ты, в чём причина этого? «Тьма этого места коснулась меня. Изменила меня. Одарила меня могуществом,» — ответила Лукарио, чувствуя какую-то странную гордость. — Да, ты единственный из известных мне интродуцированных покемонов, которых смог выжить на границе между Тунгуской и настоящим Сорисом, — сказала человеческая женщина. — Ну так что, сразу к покеболу? «Не знаю, о чём ты, но я готова,» — ответила Лукарио, смотря, как человек бросает небольшое сферическое устройство, покрытое странными маркировками, в её сторону, как это устройство открывается, как её тело медленно, но безболезненно, оказывается искажено во всех возможных и даже некоторых невозможных вариантах, как всё успокаивается, как снова нарастает неспокойствие — и вот она вновь стоит перед человеческой женщиной. — Абсолютно никакого сопротивления! — удивилась человек, глядя на Лукарио. «А почему я должна сопротивляться тому, что позволит мне объединить свой путь с другим носителем тьмы и достичь чего-то большего?» — спокойно спросила её Покемон Ауры. — Да я, собственно, счастлива по этому поводу. Так, понимаешь ли ты, что с текущего момента, ты будешь вынуждена подчиняться всем моим приказам? «Абсолютно, целиком и полностью.» — Так что тьма в наших душах сольётся воедино и откроет путь к чему-то большему? «Именно.» -… Ты самый странный покемон из тех, что я встречала. В любом случае, добро пожаловать в мою команду. Тебе присвоен тактический позывной «Голубая Рапира». «Я благодарна тебе за это. И… как мне стоит тебя звать? Хоз…» — Не-не-не, мне такого дерьма не нужно! — возразила человек, затем улыбнулась зловещей улыбкой. — Просто «Кей» или «Командир» более чем сойдёт.