purpose

- Какого ж х… рена ты мне на голову свалился, дитя? – Джина выглядела уставшей, все бы выглядели уставшими, если бы в их ногу вцепился катающийся по полу парень и не отпускал, пока девушка пыталась сделать шаг. А она, между прочим, торопилась на пару, но теперь все равно опоздала и никто её не пустит. - Ну пожалуйста! Прекрасная богиня, будь моей! – Хосок тоже устал, не каждый день ему приходилось валяться на полу и на коленях выпрашивать свидания. - Вот же блаженный, - девушка присела, залепив легкую, но обидную затрещину, она явно начинала нервничать, не понимая, зачем к ней прицепился этот ненормальный. - Ай, не бей меня по голове, я и так дурачок. – Хосок скривил лицо в каком-то шокирующем эгьё, что даже Джина недоуменно приподняла брови. – Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! По всему крылу раздались жуткие звуки, которые скорее всего подразумевались как рыдания. Джина поджала плечи испуганно и зашипела, пытаясь заткнуть рот парня ладонью. Успешно уделавшись в чужой слюне, она брезгливо скривилась и едва не взвизгнула, когда Хосок щелкнул зубами, укусив её за пальцы. - Да пойдем, пойдем на свидание, только заткнись! – Терпение Джины иссякло, она почти рычала, пытаясь не задушить идиота, который потоптался на её сегодняшних планах. Прекрасных планах, замечательных! А теперь ведерко мороженого и новая серия дорамы будут ждать до выходных. Даже мысль об этом заставляла Джину ненавидеть Хосока. - Моя богиня, ты прекрасна в гневе. – Уже буднично отозвался оный, поднимаясь с пола, и отряхнул джинсы. – Идем. Он схватил девушку за руку и повел к выходу торопливо, боялся, что она передумает. Может. Она вообще всем отказывает и ни с кем не встречается, а он добился от неё аж свидание. Джина хмуро взглянула на парня, радуясь, что у них особой нет разницы в росте. Блондинистые волнистые волосы, заостренный кончик носа, скулы, особенно выделяющиеся, когда он улыбается, а ещё ямочки дурацкие, не посередке на щеках, а ближе к уголкам губ. Симпатичный, красивый даже, но совсем безбашенный, благо Джине другого и не надо. У неё у самой крыша требует регулярного проветривания. - Надеюсь, ты ведешь меня в кафе? – Она спросила капризно, собираясь устроить Хосоку сладкую жизнь. - Именно! Моей богине нужна кровавая жертва. Как насчет шашлычка из ягненка? И да, зови меня оппа, дорогая. Джина мысленно сунула себе два пальца в рот, но раздумья о еде делали её самочувствие гораздо лучше. - А ты не совсем ёбненький, оппа. – Она едко улыбнулась, наслаждаясь, как давится от тембра её голоса Хосок. Джина была красивой, не зря ведь Хосок назвал её богиней – длинные каштановые волосы, почти по пояс, оленьи глаза и сочные губы. Длинные ноги и высокий рост, она не была худощава, скорее наоборот – крупные, наверняка мягкие бедра, выраженная талия, но небольшой выпирающий животик, нескромного размера грудь, которую ненавязчиво подчеркивала одежда, всё бы идеально, если бы не злой ядовитый язык. Хосок воочию видел, как знакомый парень пытался подкатить к ней, говоря по телефону, пробовал флиртовать, заваливать умными словами, шутить, но по итогу через пятнадцать минут впал в истерику, крича маты в динамик, и следом разбил аппарат о стену. С тех пор Хосок и решил, что должен подержать в руках её сердце. Хотя, ему в целом не приходилось бороться с соперниками, даже признанных красавцев Джина избегала. Они сели за столик в кафе, делая заказ. Первым делом Хосок принялся кормить свою избранницу, подкладывая в её тарелку вкусные кусочки со своей. Он предусмотрительно не пытался заговорить, собираясь задобрить таким способом. - Вкуснятина какая! – Джина замычала, отправляя в рот очередной кусочек, а Хосок не мог оторваться от потемневших припухших губ, поблескивающих от жира. – Эй, блаженный, надеюсь, ты не собираешься позвать меня встречаться? - Кушай, драгоценная моя, кушай. Ну, вообще-то да. И собираюсь устроить истерику на всё кафе, если ты откажешь. - Знаешь ли, это шантаж. – Кажется, еда и правда сделала Джину спокойнее, она даже не плевалась словами, от которых у Хосока уши заворачивались. - Именно! Был бы ещё какой способ, я бы перепробовал всё. - Чувак, я не могу с тобой встречаться. – Девушка заправила прядь волос за ухо, растягивая слова лениво. - Ну почему??? Посмотри, какой я топ-мэн! – Хосок вскочил, разводя руки в стороны. - Фу, блин, придурок… - Джина захохотала как-то совсем странно, будто икая, но Хосоку вроде понравилось. – Я не могу. Семейное проклятие. В двадцать лет я превращусь в тыкву. - А сколько осталось до двадцати? – Парень сделался деловитым, прикидывая в голове. - Два месяца, герой. – Во взгляде Джины явно скользила насмешка, но Хосоку было все равно, он и не такое видал. - Думаю, этого хватит. Повстречаемся немного, драгоценная моя, вдруг я тебя разлюблю за это время? Позаботься о моем сердечке, пожалуйста. – Он дернул на себе футболку, что аж ткань затрещала. - Ну уж точно не «вдруг», у тебя просто нет выбора. – Джина набила рот поджаренным мясом так, что он едва закрывался и говорила невнятно, прикрывая губы рукой. - А если не разлюблю, поцелую тебя в тыковку и ты снова станешь моей богиней. Я же твой герой! – Девушка вновь раздраженно толкнула его в плечо, но парень не растерявшись заорал в голос. - А-а-а, моё плечо! – Звуки Хосока пробрали Джину до мурашек, она зажала уши ладонями, страдальчески кривясь. - Да… да блин, замолчи же! Что угодно сделаю, только замолчи! – Хосок тут же вырубил звук, очаровательно улыбаясь. Джина облегченно вздохнула, смотря на парня, как на оружие массового поражения, с долей страха и восторга. - Я предупреждала! Сам будешь виноват! Во всем! Ясно тебе? – Она вспомнила, что должна была рассердиться, но её губы все равно растягивались в улыбке. - Как тебе будет угодно, любовь моя. – Хосок легкомысленно кивнул.