Про любовь

Любовь. А существует ли она? Казалось, что ответ так прост: конечно, существует! Что еще за глупый вопрос? Как это любовь, да не существует?! Все в мире на ней построено. Все без исключения, просто у всех она разная и проявляется по-разному. Любовь к родителям, к друзьям, ко второй половинке, к себе, и чего уж таить, к деньгам – каким-то материальным ценностям. Но действительно ли это так? Неужели это и называется любовью? Неужели ей вообще есть место в нашем жестоком и бесчувственном мире? А вы знаете, я вам скажу, что нет. Нет-нет, и еще раз нет! Любовь нельзя увидеть, нельзя потрогать, у нее даже нет запаха. Пока людям интересно друг с другом они любят; как только выгода исчезает, пара расходится. Это неизбежно: сколько бы вы не старались, ваша чаша терпения когда-нибудь переполнится. А как же пары, которые прожили в браке долги годы, до самой смерти? - скажете вы. Для меня любовь – это глубокая симпатия, со временем перерастающая в привязанность. И эта чертова привязанность делает нас слабыми. Эта дуратская привычка отрезает нам все пути назад! А как и от любой другой привычки от нее тяжело отказаться, наверное, даже сложнее, нежели перестать употреблять наркотики. Потому что наша жизнь завязывается на вере в нее, и нам просто не хватает духу признаться себе в том, что все это был лишь самообман. Любовь – это не чувство, это всего лишь инстинкт к продолжению рода (и удовлетворению своих потребностей), заложенный в нас изначально. В нейробиологии даже, на основе изучения работы мозга влюбленных, любовь была определена как «дофаминэргическая целеполагающая мотивация к формированию парных связей». Неужели люди занимаются такой глупостью, если и так все понятно? Любви не существует, понимаете? Не-су-ще-ству-ет! Я даже не понимаю, зачем она нужна. «Великое чувство» наоборот все усложняет: сколько было воин из-за этого? Вспомните хотя бы Елену, жену царя Менелая, и Париса, сына царя Трои. Ну похитил он ее, ну привез к себе домой, и чего он добился? Многолетней осады и разрушения своего города? Да мало того еще и помер. Ой, как счастлив он, наверное, из-за своей любви. Знаете… Вот я вам все сейчас это говорю, а ведь еще год назад, если бы услышала такие слова, наорала на этого человека не задумываясь и обвинила во всех смертных (да и бессмертных) грехах. Тогда я верила в любовь, как во что-то безмерно-фантастическое, как в какое-нибудь возвышенное чувство, которое даруется не каждому. И знаете, что самое смешное? У меня был любимый, милый сердцу человек, ради которого я была готова пройти и огонь и воду. Я трепетно ожидала, когда же он ответит на мои чувства. Ждала, ждала, ждала и… и не дождалась! Тогда я осознала, что до моей души ему нет никакого дела. Что мой ненаглядный не нуждается в отношениях. Сообразить было не трудно, что любовь то моя безответная. И я поняла, что заболела далеко неизлечимой болезнью «Саскеманией», как я ее назвала. Хотя лекарство существовало, но оно было одно единственное на всем белом свете… Это был сам Саске. Холодный и неприступный молодой человек, закрытый от всего мира под абстрактной маской. Кожа у него была слишком светлая и имела даже какой-то болезненный оттенок. Парня можно было бы назвать альбиносом, если бы не его аспидно-черные волосы с бровями и антрацитовые глаза. Кстати, именно глаза зацепили меня больше всего. Идеальная миндалевидная форма и довольно пушистые ресницы, что придавали его взгляду какой-то загадочности. Хотелось любоваться вечно. Хотелось заглянуть в омут его очей и утонуть в нем навсегда. На первый взгляд они могут показаться безжизненными, но это только на первый; в его глазах пылала страсть, и леденело самообладание, в них мерцал свет, и густела тьма. Его глаза были самым эмоциональным, что можно встретить на Земле. Хотя этого не скажешь о его мимике: ни одна эмоция не проскользнет на его лице. И если говорить об этом, то у него были слишком женственные черты лица и очень выразительные скулы, нос у Учихи был идеально прямой, и лишь кончик слегка заострялся. И при определенном ракурсе это делало его каким-то несуразным. Но, несмотря на это, у Саске было множество поклонниц, девушки всегда за ним бегали. Сначала я не понимала, что они в нем нашли, потом я поняла, какой он до ужаса очаровательный, до неприличия неотразимый. Но знаете… его внешность просто не вязалась с кошмарным и жутким характером! Учиха ни во что не ставил людей: был настолько эгоистичен, что просто поражал воображение. Именно это меня убивало: не смотря на его гадкую и мрачную натуру, я любила Саске, любила все эти долгие десять лет. Любила как никто другой. Я готова была пожертвовать жизнью ради него, представляете? Жизнью! Самым дорогим, что только может быть у любого из вас! Ками-сама, какая же я была дура… Но все изменилось год назад. Все изменилось в тот роковой вечер. А сейчас я поняла, что потеряла на такую ерунду как любовь слишком много времени. Собственно… Ками-сама, как же трудно дышать сейчас, вспоминая тот день… Собственно, тогда, 21 июня… я даже дату помню, представляете?.. В этот день, в этот отвратительный день Саске возвращался домой и эти сволочи, они… Черт, у меня опять текут слезы, да сколько можно?! Они… я до сих пор не знаю, что там случилось, мне известно только то, что эти ублюдки разбили стекло. Может быть, они взорвали что-то, и стекло разбилось… Я не знаю! Но осколки от этого стекла… попали Саске в глаза. Его сразу госпитализировали. Я до тошноты боялась, рвалась увидеть Учиху, но всякое желание отбилось, когда ко мне подошел доктор. Его слова я запомню на всю жизнь: «…осколки были слишком большие и разрушили глазное яблоко. Учиха Саске больше никогда не сможет видеть. Нам очень жаль, мы сделали все, что смоли…». Я была поражена до глубины души, даже не так… я была в шоке. После слов врача я начала смеяться, искренне так, мне было действительно смешно. Гоготала: «какая смешная шутка», «шутка», «прекрасная шутка»; у меня даже слезы на глаза выступили от смеха. Но увидев горестный взгляд врача, смеяться расхотелось, стало понятно, что тот говорит на полном серьезе. И тогда я закричала так истошно, так отчаянно, так мучительно, будто меня разрывали на тысячу кусочков. Я чувствовала каждый оторванный клочочек от своей души. Тогда санитары мне что-то вкололи, и я провалилась в глубокий сон. Около месяца я не ходила в школу и посещала психолога. До сих пор не могу понять, почему я так отреагировала. И тот месяц я не навещала Его… Учиху Саске. Когда уже более-менее оклемалась и могла нормально соображать, пошла к брюнету. Я ожидала, что ему будет плохо, что он нуждается в моей поддержке и любви. Но нет! Слова Учихи меня окончательно добили: «Мне не нужна твоя любовь. Мне от тебя ничего не нужно. Проваливай, мне не нужна твоя жалость». Его слова кололи холодом, пылали яростью и веяли злобой. Я не понимаю! Почему тогда он отказался от моей помощи? А вы знаете, что его проведывал только один человек, Наруто? Один! Естественно, я не говорю о родителях и брате, которые всячески его поддерживали и заботились, но… но куда же делись все его фанатки? Неужели он стал им безразличен после трагедии? Какие же они бесчувственные и эгоистичные! Ненавижу таких людей! Как они смели заявлять о любви к Саске, если им безразлично его горе? Несмотря на то, что Учиха прогнал меня, я вернулась на следующий день, и он опять меня прогнал. Так прошла где-то неделя. А потом, видимо, ему надоело; Саске просто не обращал на меня внимания: я приходила, рассказывала, что происходит в школе, чем я занималась, что я кушала, каких птиц видела в парке и прочую чепуху, лишь бы хоть что-нибудь рассказать. А ему было параллельно. Сидел и молчал или лежал. Мог даже повернуться ко мне спиной, но я все равно продолжала монолог. Было больно. Очень. Но я улыбалась и чувствовала, что Саске это ощущает всем телом. Таким образом я его поддерживала; уверена, Учихе было легче. Поэтому и улыбалась. Поэтому и приходила каждый день, даже если у меня было полно дел, я бежала на всех парах, ведь знала – он ждет. И вот спустя год, я поняла, что такому дорогому сердцу человеку, была не нужна моя любовь. Да, он это говорил и раньше, но надежда никак не умирала в душе. И только спустя год я это поняла, представляете? Но если в такой ситуации, при такой трагедии, человек отвергает любовь, значит, она и в правду не такая и нужная. Правда? И если даже инвалид может без нее прожить, то что уж говорить о полноценных людях? Мы просто обманываем себя, ищем то, чего на самом деле нет. Нам просто нужно к чему-то стремиться, чего-то добиваться, ставить цели, иначе наша жизнь не будет иметь смысла. Чтобы не признаваться себе в этом, мы придумываем себе химеру. Химеру под названием любовь. Она то и излечивает наши души. Но излечивает ли? Просто дает видимость лечения. Больше ничего. Задумайтесь, правда ли нужна вам эта иллюзия? «Любовь не существует» - люди говорили, а сами умирали от любви (с)