Расписание

Он почти бесшумно сел в машину после того как докурил сигарету, а она в это время лихорадочно пыталась запихнуть ключ зажигания в отверстие. Он смотрел, как она, наконец просунув этот ключ, с силой поворачивает его, и машина начинает грозно тарахтеть. Он не говорил ни слова. Она молчала. Его нынешняя пассия выглядит как шлюха с большой дороги и пахнет кофе, от запаха которого его наизнанку выворачивает, также как и от тонны косметики на её лице. Вы спросите «зачем»? Деньги. Нынче деньги решают все. Эта дама знает его как «бревно», но продолжает светить его мордашкой на людях. А он ждет того момента, когда сможет вернуться домой и раз за разом опровергать звание «Мистера бревна», меняя его на «Мистер секс» всего для одного человека — Ким Тэхена. Она подвозит его почти до подъезда в полной тишине. На людях они — прекрасная пара, а на деле даже на прощание не целуются. Он просто выходит из машины, тихо хлопая дверью, идет к среднему подъезду, быстро забегает на пятый из шестнадцати этаж и останавливается перед 453 квартирой. Выдыхает, будто желая, чтобы все три литра духов этой женщины выветрились с его черного пальто, чтобы его мальчик ничего не заметил, чтобы спокойно сопел в обе дырочки на его плече, не морщась от ненавистного, теперь им обоим, запаха кофе и шоколада. Рука тянется к дверной ручке, поворачивает её и толкает от себя. Не заперто. У Тэхена никогда не заперто. Парня никогда не беспокоило то, что в его дом может заявиться кто-то, кроме него. Тяжелый скрип металлической двери выдает присутствие кого-то постороннего в доме. — Чонгукки, это ты? Он. Он самый. Чонгук проходит в коридор и сразу запирает дверь, ведь он дома и Киму больше некого ждать. Эта женщина постоянно подвозила его к Тэхену, думая, что это его дом. А это и есть его дом. Иногда Чонгук просил довести его до своего настоящего дома, позиционируя его как дом родителей, но только Тэхен знал, что его родителей уже давно нет в живых. — Да, котик, я дома. Тэ выходит из зала, накинув на плечи плед, обнимая подушку и сонно потирая глаз кулачком. Старший морщит носик, когда чувствует знакомый, но такой нелюбимый запах, исходящий от его благоверного и заполоняющий всю квартиру. Тэхену обидно, неприятно, но он терпит, потому что знает, что все это не всерьез. Тэ снова уходит в комнату, подальше от этого запаха, от этой женщины, от этого Чонгука. Парень располагается на кровати и почти засыпает, пока не чувствует шлепки мокрых босых ног по паркету и легкий флер запаха мыла, мяты и цитруса. Тэхен знает расписание, Тэхен отточил каждое свое движение до завидной точности. Каждый чертов день он выходит в коридор, чтобы удостовериться, что Чонгук снова был с этой женщиной, идет в комнату, чтобы не чувствовать такого Чонгука, а потом приходит он, Чонгук, диаметрально противоположный тому, что стоял полчаса назад в дверях, манящий, сексуальный, идеальный… Тот Чонгук, которого он полюбил. Кадры из прошлого снова проносятся в голове флешбеком, чувство дежавю накрывает с головой, а ноги сами раздвигаются в стороны перед сильным и властным Чоном. Руки у Гукки слишком холодные, влажная бледная кожа светится в темноте ночи, а капли остывшей воды сливаются и скатываются по рельефному телу младшего, образуя на его теле влажную, искрящуюся в свете луны, сетку. Чонгук медленно опускается спиной на шелковый пододеяльник, оставляя на нем темные разводы от воды, а мягкие губки старшего припадают к шее Чона, пока его руки достаточно грубо сжимают упругую попку Кима под тканью пижамных штанов. Капли слизываются, засосы медленно проявляются на слишком белой коже, помечая, клеймя. Язык проворно обводит каждый мышечный кубик пресса, Тэ просто не может удержаться и метит Чонгука даже там, безжалостно кусает, оставляя полукружия зубов, зализывая и продолжая свой путь. Чонгук дает своему котику разгуляться, за боль он отплатит сполна через пару минут, а вот доверие своего любимого он может получить только так. Чонгук знает маленький секрет Ким Тэхена, а последний с самого порога старается скрыть то, чем занимался целых полчаса перед приходом своего благоверного, ведь Тэ знает расписание. Ким дрожит, когда Чонгук проходится ледяными пальцами по его промежности и без труда проталкивает два пальца в дырочку своего мальчика. Все бы ничего, если бы не… — О, а ты растягивал себя для меня, извращенец Ким Тэхен. Воздух с трудом затягивается в легкие, скользкая ткань не может удержать расползающиеся в стороны колени, а зад призывно толкается навстречу пальцам. Ким Тэхен меняется до неузнаваемости, когда в игру вступает Чонгук. Старший прогибается в пояснице, прикрывая глаза, закусывая губу и еле сдерживая пошлый стон. Чонгуку нравится такой Тэхен, Чонгук сделал такого Тэхена, а он, кажется, и не против. Каждое движение младшего отдается сладкой дрожью в теле Кима, которому уже не терпится почувствовать в себе нечто внушительнее, чем пара пальцев, но у Чона, видимо, другие планы, так как подушечки пальцев почти невесомо обводят чувствительный комочек нервов, а потом с силой надавливают на него. Тэ будто током пробивает, а первый стон сполна наполняет всю комнату. Ноги дрожат ещё сильнее, руки не держат, а глаза закатываются от удовольствия. А в это время даже у стального Чонгука терпение слетает с катушек. Резкое движение и Тэ припечатан к той самой скользкой ткани, на которой секунду назад покоилась спина младшего. Теперь его время метить, клеймить и втрахивать в мягкий матрас. Чонгук быстро стягивает со своего парня ненужную одежду, оставляя абсолютно обнаженным и незащищенным. Пухлые губы скользят по шее, ключицам, обхватывают сосок, терзая, холодные руки скользят по извивающемуся от ласк телу, стараясь угомонить нетерпеливого Тэ, которому с каждой секундой требуется все больше и больше, которому катастрофически не хватает воздуха, не хватает прикосновений, не хватает Чонгука. А тот, в свою очередь, отстраняется от своего котика и уходит. Катастрофически не вовремя. Тэхен разочарованно стонет, переворачиваясь на живот и принимая коленно-локтевую позу, но если бы не грубый, хриплый от возбуждения и властный голос… — Ким Тэхен, а ну быстро прижал свою жопу к матрасу. Тут Тэхен понимает, что с сегодняшним расписанием что-то не то, что-то идет не по плану. Ким подчиняется, снова располагается на спине и ждет, а Чонгук в это время шлепает обратно в комнату и опускается на кровать, располагаясь между тонких тэхеновских ног. Кончик языка скользит от колена по гладкой и нежной коже внутренней стороны бедра, зубы оставляют полукружия укусов, а их изредка разбавляют засосы. Язык Чонгука опускается ниже и ниже, пока не касается розовой подрагивающей дырочки сфинктера. Кончик языка скользит по кругу, медленно лаская мышцы, а Тэ в это время стонет на всю комнату, выгибается в спине и старается спрятать красное, как помидор, лицо в складках постельного белья, но скоро эта пытка кончается и начинается новая. Тэхен чувствует у прохода уже такую знакомую далеко немаленькую головку чонгукова члена и резкий толчок, вгоняющий этот самый член в старшего по самые яйца. Чон не дает своему мальчику даже воздуха в легкие набрать и начинает двигаться. Зачем этот воздух, если он будет выбиваться из легких толчками? Пухлые губы накрывают тонкие в страстном поцелуе, напоминающем борьбу, но они оба знают, кто сегодня проиграл.

***

Наутро Тэхен проснется от запаха кофе, находясь в постели один. Он потянулся, не раскрывая глаз, спрыгнул с кровати, подходя к пластиковому окну, раздвигая плотные темно-синие шторы в стороны и открывая окно на проветривание. Невесомо подходит к шкафу, достает полотенце и махровый халат. Тэхен привык просыпаться один, привык ходить босиком в холодную ванную, есть остывший завтрак, пить чай, вместо кофе по утрам. Все шло по расписанию. Парень полусонно топает в ванную, быстро смывает с себя последствия бурной ночи и плетется на кухню с ужасным настроением, абсолютно не замечая стоящего у окна Чонгука, мирно попивающего кофе. — Готов поспорить, что ты кольца даже и не заметил. Все тот же знакомый бас любимого Чон Чонгука. Ким непонимающе смотрит на парня у окна, раздумывая над тем, почему он все ещё не с той женщиной и о каком кольце мелет. Опускает взгляд на руки, внимательно их разглядывая, только сейчас замечая сияющий золотой ободок обручального кольца. Тэхен все ещё не понимает, что от него хочет Чонгук, поднимает на парня удивленный взгляд и ждет объяснений. — Какой же ты у меня тупенький, Ким Тэхен. Стать моим мужем я тебе предлагаю. Пожениться. Дошло? Ким несколько раз хлопает длинными ресницами, смотрит то на Чонгука, то на кольцо, а когда все вопросы разложились по полочкам в, внезапно ставшей абсолютно пустой, черепушке, парень тихо и неуверенно промямлил: — Я должен сказать «да»? — Желательно. — Да.