Но ведь мы такие разные

Дом Эдди Нудлмана выглядел очень дорогим. Как будто огромный особняк с бассейном может быть дешевым! Эш и остальные долго искали, где же сейчас мистер Мун, но Мина услышала шум телевизора в одной из комнат, дверь которой выходила как раз на улицу. Вот что значит абсолютный слух! Ребята столпились возле стеклянной двери. — Может это всё-таки плохая идея? — немного неуверенно прошептала Мина. — Ну, раз уж пришли… — так же тихо ответила Эш, а Розита дополнила. — Мы же не можем так всё оставить. Мистеру Муну сейчас необходима наша поддержка. — Правильно, — хором ответили ей остальные. Розита глубоко вздохнула и постучала в дверь. Спустя несколько секунд послышался тихий голос Муна. — Кто? — Мистер Мун, это мы, — Розита вложила в свой голос как можно больше доброжелательности. — Мы хотим поговорить с вами, — крикнула Эш и пожалела, что влезла, хотя её никто не просил. Но никаких злобных взглядов в её сторону не последовало. Послышались шаги и едва различимое «Чёрт». Дверь открылась. Бастер стоял перед гостями в голубой рубашке, которая была на размер больше коалы. Глаза слипались на солнце. «Интересно, когда он в последний раз выходил на улицу?» — подумала Эш. — Мистер Мун, мы хотели просто узнать, как вы? — Розита снова взяла ситуацию под контроль, как самая старшая в компании начинающих артистов. — Господи! Что у вас за вид? — неожиданно вырвалось у Эш. Розита стрельнула в неё нехорошим взглядом, поэтому девушка поспешила исправиться, — Я имела в виду, вы очень неважно выглядите. Ну ладно вам! Хватит киснуть! Я понимаю, что вам плохо, но нельзя себя до такого доводить. — Действительно, мистер Мун. Вам срочно нужно развеселиться. Мы ведь можем помочь. Вместе мы справимся. — Да, в любом случае мы сможем найти другое место для выступления? Да? — Розита в всеми силами подбадривала Муна. — Йа, Йа! — поддакивал Гюнтер. — Да как вы не понимаете! — сорвался Бастер, — Я теперь угроза для общества! Посмотрите, — он начал тыкать пальцем на строчки газеты, — Бастер Мун, шарлатан-неудачник, который ничего не достиг в своей жизни. — Неужели вы верите всему этому? — не унывала Розита. — Да, верю… — Мун вздохнул и закрыл дверь перед носами друзей. Эш никогда не видела Муна таким серьёзным, таким подавленным. Как же много этот театр для него значил. Лица её друзей мгновенно омрачились. Девушка переглянулась с Джонни, а Розита и Мина не отрывали сожалеющего взгляда от двери, будто они смотрят на самого Бастера. Поняв, что они ничего не добьются, ребята просто ушли. Остались только Мина и Эш. Ей хотелось поговорить с Муном, переубедить его. Ведь по природе своего характера она привыкла добиваться своего. Но слониха опередила её, войдя в комнату. Через несколько секунд до Эш донеслись обрывки фраз Муна. — Ты действительно хочешь стать певицей? Значит ты такая же дура, как и я! Дикобразиха застыла от этих слов. Да как он может! Он ведь даже не слышал, как она поёт. Да как он может! А ведь Мина доверяла ему. А сейчас из-за его слов она потеряет веру в себя, позабыв про свою мечту. Через пол минуты перед самым носом Эш побежала сама Мина со слезами на глазах. Задыхаясь от возмущения, девушка еле сдерживала себя, чтобы не наорать на Муна. Эш заглянула в приоткрытую дверь и громко прошептала только одну фразу. — Разрушить чужие мечты это очень подло. Ты подлец, Мун. После этих слов Эш просто развернулась и ушла. И как они могли доверять Муну. Мало того, что он их обманул, так ещё и сейчас бежит от своих проблем, как последний трус! Эш была о нём совсем другого мнения. Но теперь сомнений нет. Всё кончено…

***

      Ребята сидели дома у Розиты в гостиной. Там были все наши начинающие артисты. Все кроме Мины. Она была слишком расстроена после разговора с мистером Муном, поэтому ушла домой.       Итак, друзья просто сидели и молчали. Каждый размышлял о своём. Но всё же молча думать о своём вместе с друзьями лучше, чем одному. Джонни тяжело вздохнул. — И что мы будем делать теперь? — Я… Я не знаю… — даже Розита в конце концов сдалась. За то Эш не хотела сдаваться совсем. — Не волнуйтесь, Розита. Мы что-нибудь придумаем. Не сможет же Мун вечно прятаться у своего дружка? — Я не уверена, Эш… — свинка совсем поникла, — Вряд ли мистер Мун и потом будет нас слушать… — Ну тогда я не знаю, — Эш закатила глаза, — Можно, например… Не знаю, ансамбль создать. Джонни будет играть на пианино, я — на гитаре, Мина и Розита будут петь, а Гюнтер… Ну… Будет нашим хореографом. — Неплохая идея, но маловероятно, — женщина посмотрела на Эш с ухмылкой. — А что? Я хороший хореограф, — возразил Гюнтер, от чего остальные рассмеялись. Пару минут все помолчали. — Может чаю? — Розита направилась к кухне. Все согласились, и через десять секунд на столе стояли чашки с чаем и шоколадное печенье. Все тут же принялись за еду. — Давайте, чтобы было не так скучно, споём что-нибудь? — предложила Эш. — Хорошая идея, — поддержал Джонни. — Раз уж нам не суждено петь на сцене, давайте хоть в кругу друзей споём. — Окей, кто начнёт? — О, о! Розита! Розита, ты первый, — Гюнтер сразу выдвинул кандидатуру напарницы. — Я? Ну, почему бы и нет? Но… Гюнтер, может всё-таки вместе? — А что? Я за! А какую? Розита что-то шепнула на ухо свину. — О! Отличный выбор. Гюнтер встал, подошёл к проигрывателю и воскликнул: — Приготовьтесь, эту комнату скоро разнесёт от супер-свино-силы! Заиграла музыка. Shocking Blue — Venus Эш отметила, что песня давалась Розите легко. Она исполняла её очень чисто, практически идеально. «И как она ещё не звезда, а всего лишь домохозяйка?» — подумала девушка. Казалось, песня льётся из самого сердца хрюшек. Музыка стихла. Джонни и Эш зааплодировали этому чудесному дуэту. — Это было шикарно, Розита, — не удержался от комплимента Джонни. «Интересно, а когда я запою, ему тоже понравится?» — подумала Эш. — Ну, кто следующий? — невинным голосом спросил Джонни. — А может ты и следующий? — Эш подперла руками щёки. — Я? — кажется, Джонни не очень-то хотелось быть следующим. — Давай, Джонни, — подбадривала его Розита, — Ты столько раз выступал перед мистером Муном. Неужели ты переживаешь по поводу выступления перед своими друзьями? — Нет, просто я не знаю какую песню. Хотя… Джонни подошёл к проигрывателю и выбрал песню. Zombies — The Way I Feel Inside Голос парня был великолепен. Неудивительно, что Мун выбрал его для своего шоу. Жалко, что у Розиты дома нет пианино. Джонни бы вообще зажёг.

If i feel that i could be certain then I would say the things I want to say tonight

В этот момент Джонни мельком глянул на Эш. Это было так быстро, как будто этого и не было. Может ей показалось.

But till i can see That you’d really care for me I will dream that someday you’ll be Really close to me

Ещё один взгляд в сторону дикобразихи. Теперь она не сомневалась, что парень смотрит на неё, пусть и мельком, словно через песню обращаясь к Эш*

But till i can see That you’d really care for me I’ll keep trying to hide The way i feel inside

Снова этот взгляд. Блин, ещё и содержание песни такое… Эш стало не по себе. Но песня уже закончилась. Перед тем, как парень сел на своё место рядом с Эш, Розита шепнула девушке: — Ты видела, как он на тебя смотрел? Эш стало неловко и она покраснела. Значит всё-таки было… Увидев пылающие щёки подруги, Розита лишь улыбнулась и, прикрыв глаза, отвернулась к Гюнтеру, показала ему взглядом на Эш и подмигнула. Тот всё понял и тоже улыбнулся.       Джонни сел рядом с Эш, но при этом на максимальном расстоянии. Эш это заметила и покраснела ещё больше. — Эш, может теперь ты споёшь что-нибудь? — Розита поспешила сгладить неловкую ситуацию между ребятами. — Оу, но у меня нет с собой гитары. Я не могу ничего спеть без своей гитары. — Ну, а что ты делала до того, как полюбила панк-рок? — спросил Джонни с маленьким намёком. Эш побледнела от мысли, что придётся исполнять то, что она любила, когда ей было 12 лет. — Ты что, серьёзно? Да мне сейчас стыдно за мой тогдашний музыкальный вкус. — Боюсь, у тебя нет выбора, — хихикнула Розита. — Ох, ладно, — Эш нехотя поплелась к проигрывателю. И нашла некогда свою самую любимую песню. Ох, как она любила исполнять её. Но сейчас… Да её же засмеют за такую песню! Да и неизвестно, как у неё теперь получится её исполнять. Ну раз она справилась с «Call me Maybe», значит с этим и по давно справится. Заиграла музыка. Meghan Trainor — No Good For You Во время пения Эш всё больше понимала, что эта песня — что-то вроде олицетворения её жизни и отношений с Лансом**. Как не странно, Эш даже понравилась песня. Вспомнились те годы, когда она была деревенской девчушкой, 12-летней школьницей, сходившей с ума от современных поп-исполнителей. От удовольствия, которое Эш получала от пения и от своих собственных воспоминаний, девушка зажмурилась. Эх, хорошее было времечко… До тех пор, пока в её жизни не появился рок и Ланс.       Когда песня закончилась, Эш открыла глаза, она удивилась. Никто даже не улыбался. Все с глазами по пять копеек смотрели на замолчавшую Эш. У Гюнтера челюсть поцеловалась с полом, Розита удивлённо хлопала глазами, а Джонни вообще сидел, как вкопанный и не шевелился. — Ну ничего себе! — произнёс Гюнтер. — Потрясающе… — выдохнул Джонни. Эш была приятна его реакция. — Я и не знала, что ты поёшь такое, — Розита улыбнулась, — Удивительно. Ты любишь поп-музыку? — Нет, то есть да, то есть, не совсем, — Эш замешкалась, — Я просто раньше любила такое… Это было ещё до моего знакомства с роком. Вам нравится? — Шутишь? Это было невероятно! Кто бы мог подумать, что ты так хорошо поёшь поп-музыку. Для певицы очень важно знать различные музыкальные направления. — Спасибо. — Эш, — Джонни, кажется, был в восторге, — я конечно слышал, как ты исполняешь «Call me Maybe» на репетициях, но такое... Это просто восхитительно! — Ох, спасибо, Джонни, — Эш смутилась от этих слов. Друзья ещё долго беседовали, обсуждали музыку, пили чай, кушали печеньки. Джонни и Эш изредка обменивались взглядами, а Розита и Гюнтер при виде этой картины тихо хихикали и перешёптывались, заставляя ребят краснеть до ушей.