Пакет комедий

      Дышать было просто невозможно, из-за чего между поцелуями им приходилось высвобождаться из объятий друг друга и вдыхать свежий воздух для очередной порции.       Делать это на диване было бы как минимум негигиенично, хотя бы потому, что именно туда кот успел нассать уже раза четыре. Рандомный выбор помещения для развязки пал на комнату Лизки.       Спотыкаясь о ноги друг друга (это выглядело так, будто они танцуют ирландские танцы), друзья (или уже не совсем друзья) быстро перемещались к Лизиной спальне.       Юлик желал держать всё под контролем. Он столь крепко обхватил Лизино лицо руками, будто боялся: отпусти он её — и девушка исчезнет. И не будет Лизки. Порой ему даже казалось, что это сон, ведь такое не может происходить в его скучной жизни, что всё это фикция, пока сама Лиза не начинала перетаскивать ведущую роль на себя, прерывая пессимистичные мысли Юлика, тщетными из-за высокого роста парня попытками снять с того футболку.       Только Юлик в такие моменты может заржать истерическим смехом.       — Чё такое? — Лиза невольно улыбнулась.       — Карлан, — издевательски произнёс Юлик, стараясь подавить улыбку, мешающую нормально поцеловать Лизу.       — Вот мразота — прошипела та, взяв в руки его лицо и нарочно закусив его нижнюю губу.       «Стопудово ему это даже понравилось».       Когда они наконец зашли в комнату Лизки, Юлик резко остановил все свои действия, посмотрел на кровать и, поняв, что такое ложе явно не годится для двух человек, сказал слегка охрипшим голосом:       — Пошли лучше ко мне, — и через несколько секунд прибавил: — А ещё у тебя здесь пиздец жарко.       — Просто я горячая тёлочка, — не совсем удачная шутка, но зато в тему. Юлик с ироничным удивлением поднял брови. — Да, наверное, ты прав, пошли.       Юлик повалил Лизу на свою кровать, но сделал он это совсем не грубо, а, скорее, осторожно, будто боялся спугнуть её. Момент спустя он поймал себя на мысли, что никогда не замечал, какая Лизка всё-таки красивая.       — Пиздец у тебя холодно в комнате.       — Хочешь, чтобы я тебя согрел?       Она не знала, что нужно было ответить на такой вопрос. Хотя каким бы ни был ответ, она уже лежит на кровати Юлика и всеми силами пытается избегать его пристального взора.       — Буду рассматривать это как «Да».       Юлик буквально атаковал её шею своими губами. Сейчас он напоминал наркомана, нуждающегося в дозе. И этой дозой была Лизка. И как бы она ни старалась сопротивляться влиянию Юлика, он всё равно заставлял её краснеть и извиваться под его телом. Теперь ей точно не было холодно. Ей было душно. Слишком душно. Воздуха критически не хватало.       Лиза наконец решилась перетащить инициативу на себя, схватив Юлика за плечи и перевернув его так, что теперь он был полностью в её власти.       — Теперь дай мне снять с тебя эту чёртову футболку, — на одном дыхании сказала Лиза, схватив её концы, невольно дотрагиваясь до горячего Юлика. Футболка зацепилась за подборок Юлика и упорно не хотела поддаваться рукам Лизки.       — Юлик, блять, помоги мне.       — И даже в такой момент ты не перестаёшь материться, как сапожник.       Не без помощи Юлика, Лиза справилась с футболкой.       «И что делать дальше? — подумала Лиза. — Юлик, кажется, в этом деле преуспел больше, чем я».       — Там, — Юлик указал на прикроватную тумбочку.       — Что? — Лиза не поняла о чём идёт речь.       — Презервативы, — прошептал Юлик, въедаясь в глаза Лизы.       — А, — громко сглотнула Лиза. — Слушай, Юлик, а ты точно уверен?       — Мне кажется, это я должен задавать тебе такие вопросы.       — Что это ты имеешь в виду?       — Ну-у…       — Я уверена, ясно? — с наигранной смелостью Лиза выдвинула ящик тумбочки и достала из него упаковку.       Но, естественно, Лиза не была уверена. Совершенно.

***

      — И нахуя мы это сделали? — спросила Лиза, лёжа в постели Юлика, пялясь в потолок. Вот только на этот вопрос Юлик не захотел отвечать. Он продолжил всё так же лежать на боку и молча смотреть на Лизу. Смотреть иначе, не так, как обычно. «Влюблённо» звучит слишком сопливо, но сказать, что это было не так, — очевидная ложь.       — И чё это ты, блять, пялишься на меня так?