Ты-моя звезда.

      Дверь открылась и кто-то вошёл, я как в замедленной киносъёмке повернула голову. Вошедшие люди, были мне не знакомы, я даже не уверена, могла ли я их когда-нибудь видеть. — Моника, — осторожно начал шериф, — ты же помнишь своих родителей, да?       Этот вопрос заставил меня задуматься. Что же ответить? Если я совру, то правда всё равно всплывет и привет дурдом, скажу правду и… в общем всё и так ясно, тут без вариантов. Вынырнув из своих мыслей, я посмотрела на обеспокоенные лица. Они явно ждали моего ответа. — Ну… я не уверена, в общем я… не знаю, — наконец сказала я.       Никого такой ответ, конечно же, не устроил. Женщина рядом с шерифом, явно была на грани нервного срыва, поэтому я решила сгладить ситуацию. — Возможно, мне нужно немного времени, чтобы все вспомнить, — и улыбнулась. — Что ж, Моника, не знаю, что произошло с тобой, главное ты не пострадала, — на этом мужчина, запнулся и замялся. — Всё будет хорошо, в скором времени ты все вспомнишь, не переживай.       Я, поджав губы, попыталась улыбнуться, а мои новые родители начали снова, что-то обсуждать с шерифом Стилински. — Пойдём, нам пора.       Перед выходом шериф остановил меня и сказал: «Послушай, если тебе что-нибудь понадобится или что-нибудь вспомнишь, не стесняйся, сразу же звони мне, хорошо?», шериф протянул мне карточку с номером. Взяв её, я улыбнулась и поблагодарила его за заботу.       Сейчас в груди я чувствовала тревогу и страх, я понимала, что эти люди, мои новые родители мне никто. Я не знаю, как себя вести с ними, как называть их, черт, я даже не знаю их имён.       Как только мы подошли к машине, из неё выбежал мальчик лет семи и закричал: — Мамочка, мамочка. Мамочка? У меня есть брат? Маленький брат. — Моника — это твой брат Алекс, он очень скучал по тебе, — мальчик подошёл ко мне и обнял меня.       Я положила руку на его волосы и ласково потрепала их. — Алекс, иди скорее в машину, а мы прямо сразу за тобой, — мне хотелось переговорить с его… нашими родителями. — А ты больше не убежишь? — Нет, обещаю.       Мальчик сел в машину, а я повернулась и начала говорить: — Послушайте, я ничего не помню, о себе, о вас, я даже не знаю ваших имен. Меня зовут Джулия. А всё это какая-то ошибка. — Милая, как же так? Ты что думаешь, что я не узнаю свою дочь? Моника, мы с папой обязательно поможем тебе всё вспомнить, наймем доктора, может быть есть какие-то специальные группы поддержки, — руки женщины тряслись от волнения. — Майкл, — влез в разговор «отец». — А это твоя мать Дженнифер. Ты должна хорошенько отдохнуть, — улыбнулся он.       На этой очень «позитивной» ноте все сели в машину.

***

      Моя новая семья очень отличается от моей прежней, хотя может мне так показалось, первое впечатление бывает обманчиво.       В нашей семье всегда любимчиком был Рей, хотя никто этого и не показывал. Рей не внушал никаких надежд, учился он посредственно, был довольно ленив, но он зарекомендовал себя в спорте.       Да, спорт — это точно его. Даже не знаю как в таком ленивом человеке, как мой брат была такая тяга к баскетболу. Папа очень гордился им и время от времени говорил, что когда-нибудь его сын станет знаменитым баскетболистом.       Мама же никогда не проявляла особую заботу к нам, единственное, к Рею она была более лояльна, чем ко мне: меньше кричала, меньше чего-то запрещала. Она рано забеременела, а потом полностью ушла в карьеру, дабы забыть, что она уже не так молода, как была раньше.       Иногда казалось, что я чужая там, лишняя, у нас не было разговоров по душам с мамой, семейных пикников, с братом мы не ладили. Один папа понимал, как мне одиноко, но он очень редко бывал дома из-за вечных командировок.       Майкл и Дженнифер были другие. От них веяло теплом и заботой. Пока мы ехали в машине они время от времени держались за руки, безмолвно поддерживали друг друга. — Чем Вы занимаетесь? — решила прервать неловкое молчание я. — О, милая, твой отец — адвокат и очень хороший между прочим. — Ну не преувеличивай, дорогая, — на мгновение показалось, что этот красивый, чуть в возрасте мужчина засмущался. — Он всегда так говорит, — Дженнифер улыбнулась, — а я всё время дома, после рождения твоего брата, оставила работу и решила, что хочу всё своё время уделять семье, — она повернулась ко мне и снова заговорила. — Мы тебя все очень любим, Моника.       На этом наш разговор был окончен, всю оставшуюся дорогу, мы ехали в полной тишине.       Приехали мы довольно быстро, выйдя из машины, я стала смотреть по сторонам. Всё было так красиво.       Во дворе был ухоженный сад и бассейн с местами для отдыха, а повсюду стоял аромат разных цветов, они смешались друг с другом, создавая новый, еще более волшебный запах. — Привет, Моника, — ко мне подошел парень примерно моего возраста в рабочей одежде. — Привет, прости, не помню твоего имени, — смущённо опустила глаза я. — Дейв, местный садовник. Ничего страшного, что ты не помнишь, надеюсь, ты скоро поправишься. Хорошего тебе вечера, а мне уже пора. До встречи, Моника, — Дейв помахал рукой на прощанье и скрылся за изгородью. — До встречи, — не думаю, что он услышал. После того как я рассмотрела сад и познакомилась с садовником Дейвом, я прошла в дом. «Родители» все это время ожидали меня. — Твоя комната наверху, первая дверь справа. Можешь немного отдохнуть и привести себя в порядок. Через два часа, спускайся на кухню, вместе приготовим ужин, — с какой-то надеждой в голосе проговорила «мама». — Хорошо. — Отлично, — обрадовалась она, а после все разбрелись по своим делам.       Постояв на месте ещё пару секунд, я решила осмотреться. Снаружи дом выглядел не очень-то и большим, зато внутри он был очень просторный и уютный.       Мой старый дом был не таким большим, как этот, ни о каком просторе там, конечно же и речи быть не могло. Внизу была спальня родителей, а еще маминой мастерской по совместительству, санузел, кухня — столовая и холл.       На втором этаже было всего две спальни и одна ванная комната на двоих. Ненавидела делить её с братом, он никогда не убирается за собой. Я улыбнулась своим воспоминаниям и стала подниматься на второй этаж.       Второй этаж встретил меня игровой комнатой, чуть дальше было две двери, я открыла дверь в комнату, которая принадлежала Монике и немного удивилась.       Эта Моника просто полная противоположность Джулии, то есть мне. Её комната была очень тёмная, скорее даже чёрная, всё было таким мрачным, апатичным, словно она была в депрессии или поклонялась сатане, странные плакаты висели на стенах, всё было разбросано. Тут царил хаос, полный хаос.       Я не могу жить в такой угнетающей обстановке. Но и не мне решать, что-либо переделывать тут. Имею ли я на это право? Ладно, подумаю об этом потом.       Чёрт, как повезло этой Монике, собственная ванная, боже, наверное, это единственная радость за сегодняшний день.       Обстановка в ванной комнате была такая же зловещая, как и в спальне. Невольно в голове у меня пронеслась мысль, что Моника не очень хорошо ладила с родителями.       В зеркале меня ждал очередной сюрприз. Выглядела я ужасно, нет, серьёзно, просто ужасно. Сколько ещё раз за сегодня я произнесу это слово?       Я смотрела на себя в зеркало. Да, а и мы правда очень с ней похожи, только вот весь этот чёрный макияж, который поплыл из-за слёз, волосы напоминавшие паучье гнездо и этот нелепый наряд гота, совершенно не мой стиль, и не стиль той девушки с фотографии из папки, которую тогда дал мне шериф.