Репетитор на девять месяцев.

— Адриан, зачем вещи пакуешь? Опять отец? — Нино задал вопрос блондину, который в спешке собирал чемодан. — Я не смогу придти на её день рождение. Она меня убьёт, если мы потом увидимся после приезда. Я ей до сих пор не рассказал о причине, но я думаю, что сегодня скажу ей. — Агрест, ты что? Уже сам с собой разговариваешь? Но лучше и правда скажи ей об этом. Тем более она к тебе неровно дышит. Да и ты тоже. — Сегодня я всё ей расскажу. Как раз сегодня у нас последний день репетиторства. — Давай, брат, — Нино по-дружески похлопал Адриана по плечу. Наконец Агрест уже собрал все чемоданы и уже собирался к Мари, как телефон внезапно зазвонил. Адриан поднял трубку: — Алло, Адриан, ты снова прятался от Натали? — Да, мам. Ты сама понимаешь, что я туда возвращаться не хочу. — Да, сынок, я всё понимаю. Но скоро приедет твой отец, и ты обязан быть там. — Угу, — в трубку раздался недовольный голос зелёноглазого. — Пожалуйста, ради меня, — через трубку были слышны мамины всхлипывания. — Почему ты не уедешь? — Я уже какой год отвечаю тебе, что у нас здесь находиться огромная студия, в которой я работаю. Я...не могу... — Бросила бы её! Тогда мы могли бы жить, как нормальные люди! Меня уже достали ваши выходки каждый год! Достала эта жизнь! — Адри...ан... Но он уже скинул ей. Чуть погодя Адриан стал лихорадочно смеяться. Тут заходит Нино и непонимающе смотрит на него. — Не ожидал, что в этот раз всё начнётся куда раньше. Нино, я в аэропорт. Если что, скажи Маринетт, что я уехал по делам. Вот уже к дому подъехала машина и увезла блондина. В аэропорту Агрест купил билет и дожидался нужной посадки. Теперь Адриан уже летел в самолёте. После посадки в Екатеринбург телефон у него снова зазвонил. Это была Дюпен-Чен. — Адриан, что случилось? Ко мне недавно Нино приходил и сказал, что ты уезжаешь. Почему ты не отвечал?! — Прости меня, Мари. — Что? Погоди, пожалу.... Но он тут же отключил телефон и положил в карман. А Маринетт тем временем с большими глазами выронила телефон из трясущихся рук и упала на пол. Из глаз потекли слёзы. Бриджит быстро побежала к ней и стала поднимать. — Мари, что такое? — Он....больше...не придёт? — Что ты такое говоришь? Он тебе ничего не говорил? — Он что-то скрывал от меня? И после этих слов её глаза полностью наполнились слезами, и, дав волю чувствам, стала реветь, как маленькая девочка. Бри всячески пыталась помочь, Нино тоже помогал, а Курцберг просто с улыбкой наблюдал за этим событием из комнаты. Два часа продолжались эти вопли, и у Мари просто закончились слёзы, она просто долго всхлипывала, а после успокоилась и опять упала на пол. Её донесли до дивана и накрыли одеялом. — А я ему верила...думала, что он...ничего от меня не скрывает....и я открывалась ему... Что ж, Мари...не падай духом...всё будет хорошо... На её лице появилась слегка заметная улыбка, а затем она закрыла глаза и уснула. Бриджит посмотрела на лицо Нино и стала спрашивать: — Он даже не пытался? О чём он только думал. — Он хотел сегодня, но концерт начался гораздо раньше. — Умалишённый. Козёл. Вот же! — В этот раз соглашусь с вами. Но я чую, что в этот раз у него будут проблемы посерьёзнее прошлых. — Мне так жалко Маринетт. Лучше бы я ей сказала. Она теперь вся мучается. — Пусть он скажет. Надеюсь, что после приезда он всё скажет. Особенно насколько он известен. И богат. — Думаешь скажет? — Расскажет, не переживай. Ну, спасибо за гостеприимство, Бриджит, а сейчас мне пора. — Приходи ещё. Буду только рада.