Репетитор на девять месяцев.

— Вот и блудный сынок вернулся, — уже у входа стало слышаться бурканье Габриэля Агреста. — А сам-то. Неделями тебя дома нет, а ещё отцом себя называешь. Если не рад, то я могу уйти обратно. Мне не сложно. — Мальчики, хватит вам уже драться. Вот, я вам поесть приготовила. Спасибо, что приехал, сынок, — Мадам Агрест тепло улыбнулась своему сыну, которого уже целый год не видела. — Настроения нет, да и аппетита тоже. Я к себе в комнату пойду. Мне тут снова кое-кто не рад. — И мы такого сына воспитали? Может ему девушкой обзавестись нужно? Ему уже двадцать два года. Он позорит нашу фамилию, — Габриэль всё больше возмущался. — На себя вначале смотри! Тоже мне, а ещё отец! И не лезь в мою личную жизнь, пока как отец вести себя не начнешь! — Адриан не выдержал и всё ему выкрикнул из-за двери. Неожиданно раздался звук разбитой посуды. У Мисс Агрест из глаз потекли слёзы. Она аккуратно присела и стала собирать осколки. Агрест младший подбежал к ней и стал помогать собирать их, чтобы мама не порезалась. И тут зелёноглазый сразу вспомнил Маринетт, которая тогда пыталась помочь помыть ему посуду. И всё точно также закончилось. Сердце стало сжиматься в его груди. Теперь он понял, что сильно скучает по её настырному характеру, васильковым глазам, нежным ручкам и тёплым губам, которые так и манили его к ней. Мадам Агрест выкинула осколки в мусорку и достала платок, чтобы подтереть слёзы. — Каждый год одно и тоже. Может хватит вам уже. На вас посудой не запастись. Прошло несколько минут, и все наконец-то тихо разошлись по комнатам. Стало темнеть. Адриан сидел на подоконнике и смотрел в окно. Чистое небо, не то, что в Питере, в котором видны яркие холодные звёзды и такая же красивая луна. Но лучше бы небо заволокло тучами, ведь цвет волос той брюнетки был таким же, как и то небо. А всё это напомнило, что завтра у неё день рождения. Вспомнив это, Агрест схватился за голову. — Дурак, почему ты ей тогда не сказал? Сейчас бы совесть не мучала. Теперь она не простит меня. А Маринетт тем временем лежала на кровати и смотрела на потухший экран телефона. Уже в двадцатый раз он не берёт трубку, и поэтому брюнетка решила включить режим Хатико и просто ждать. Вдруг он ответит ей. Она надеялась на это. И поэтому уже второй день засыпает в таком положении. Мари всё задавала себе вопрос: "А почему он мне ничего не сказал?". И на этот вопрос она пыталась всячески ответить на него, но в голову ничего путного не приходило. В итоге Дюпен-Чен снова не выспится, а завтра её день рождения. И тут в голову синевласки приходят новые мысли. Придут друзья, с которыми она недавно познакомилась. Все будут поздравлять её. Так, стоп. Не все. Одного не будет. А именно того человека, которого она сейчас ждёт больше всех. Голубые глаза потихоньку стали наполняться слезами. Они медленно стекали по щеке брюнетки, а затем камнем падали на подушку. Снова в комнате стали раздаваться всхлипы. Бриджит открывает дверь и проходит к кровати с бокалом воды, чтобы хоть немного успокоить её. Через двадцать минут всё наконец утихает.