И ТОЛЬКО ЛЮБОВЬ ВСЕГДА ПРАВА 2.

      Рагнор Фел в образе директора Альбуса Дамболдора жевал ненавистные лимонные дольки и не знал, как потактичнее избавить себя от общества гриффиндорского декана.       Ранее известные и работающие способы в этот раз устроили забастовку и работать отказывались, а у него уже скулы свело от добродушной улыбки, живот скрутило от передозировки лимона и голова болит в целом.       — …Альбус! Как ты можешь пить чай!       — И ты бы выпила. Хочешь ромашкового?       МакГонагалл вскочила из-за стола, едва не расплескав стоящую кружку с чаем, из которой так ни разу и не отпила.       — Вчера Пожиратели похитили Гарри…       — Мальчик спасен, жив, и, я уверен, скоро будет здесь…       Минерва скривилась, словно это она съела миску лимона, вспомнив шокирующие заголовки газет.       Нет, она знала, что лорд Малфой отправился по непонятной ей ранее причине спасать Гарри. Но и в кошмарном сне она не могла подумать, что Гарри настолько низко опустится, что свяжется с этим мерзким человеком.       — … Уроки начнутся с завтрашнего дня, а праздник он может и пропустить. Ничего нового он там не увидит и не услышит…       — Какой праздник! Северус пропал! Гарри спас Малфой! Еще и этот странный мальчик, которого ты взял на место Трелони, куда-то делся…. Северус ни за, что не пропустил бы сегодняшний педсовет! Ты же знаешь, что о его пунктуальности можно легенды слагать…       Магнус, ты мне должен! Так и знал, что мне его принятие еще и аукнется. Хренов разлагатель дисциплины!       — … Как ты можешь жевать свой проклятый лимон?! Нужно ему помочь! Авроры наверняка нарочно умолчали о…       — Если бы Северус, не дай Мерлин, погиб, или пострадал, Министерство не стало бы об этом замалчивать, и нам бы сообщили.       — Если бы с ним было все в порядке — мы бы лицезрели его кислую физиономию на собрании!       — Полно тебе, Минерва. Северус — взрослый мальчик, и у него может быть личная жизнь. Уверен, к приезду первогодок он уже будет здесь…       Женщина уставилась на директора, словно у него рога выросли. У Рагнора они и впрямь зачесались.       — Альбус, вся личная жизнь Снейпа — это его котлы и его "змейки"!       — Успокойся, Минерва. Впереди новый учебный год, не стоит портить столько нервных клеток, они тебе еще пригодятся с твоими львятами.       — Я не понимаю, как ты можешь быть так спокоен?!       — А я не понимаю, зачем ты раньше времени поднимаешь панику. Вот пропажа профессора Бейна…       — Кстати об этом. Ты чем думал, когда брал этого юношу на работу в школу? Его вид недопустим! И он слишком молод, чтобы справиться…       Ну-ну, знала бы ты сколько молодому и не опытному лет, мигом бы заткнулась…       — Все когда-то были молоды. И ты, и Северус…       — Чему он может научить детей, он похож на ш…       — Минерва. А чему детей учила Трелони? Спать на уроках?       МакГонагалл уставилась на директора так, словно впервые его увидела. Но ответить и впрямь было нечего.       — Ладно, в конце концов, прорицание — скорее факультатив, чем предмет… И все равно — я волнуюсь за Северуса…       Камин вспыхнул зеленым пламенем, оповещая присутствующих, что у них гости.       Рагнор уставился на камин не менее удивленным взглядом, чем его собеседница. Директорским камином мог пользоваться весьма ограниченный круг лиц. В основном неприятных — из разряда Министерства, Аврората или, не дай Мерлин, Попечительского Совета.       Когда из пламени камина шагнул Северус Снейп, Рагнор и профессор трансфигурации синхронно выдохнули от облегчения.       Следом за ним вышел профессор прорицания, довольный, словно кот, обожравшийся сметаны, и трое восьмикурсников.       В таком сочетании, что Минерва, даже рот открыла, увидев среди ее львят одну белобрысую змейку, которая, надо сказать, вышла последней и с трудом тащила огромный, похожий на сундук, чемодан.       — Простите, Директор, что воспользовались вашим камином. Мистер Поттер и чета Малфоев…       Северус не удержался послать гриффиндорскому декану злорадную улыбку.       — …опоздали на поезд.       — Как мило, что вы пропустили собрание ради того, чтобы сопроводить их в школу… Вы сказали — чету Малфоев?!       Северус, видя вытянутое в шоке лицо Минервы, чувствовал себя так, словно получил подарок на Рождество раньше времени.       — Вы не ослышались.       Северус нагло игнорировал возмущенные взгляды новоиспеченной супружеской пары.       Декан Гриффиндора перевела ошарашенный взгляд на смущенную пару.       — Когда вы ус… Я надеюсь, вы, юная леди, знаете, что делаете, и…       Минерва вперила в героя возмущенный взгляд.       — …вы, мистер Поттер! Я рада, что с вами все хорошо, но ваше поведение…       — Это мое личное дело! Я раздал все долги, что повесили на меня еще ребенком, и теперь волен жить своей жизнью с тем, кого люблю…       Гарри не думал, что кто-то, кроме людей за завтраком, поймет его. Но и такого открытого возмущения не ожидал.       Гарри бросил взгляд на директора, он не видел, как Магнус, сквозь личину Фела. Но чувствовал, что в директорском кресле не Дамблдор.       — …Простите меня, директор, я пойду обживаться на новом месте.       — Да, мой мальчик, конечно. Иди, Гарри, иди.       Гермиона и Драко, чувствуя себя слишком неловко, тоже кивнули на прощание директору и пошли следом. ******       — Герми, напомни, почему твой чемодан нельзя уменьшить?!       Гарри Поттер обернулся на недовольный, перемешанный с кряхтением голос блондина.       — Лучше спроси свою супругу, что она туда напихала.       Гермиона наградила друга недовольным взглядом, из которого герой сделал вывод, что списать в ближайшее время ему не светит, и поспешил вперед, чтобы его еще и не догнала тяжелая женская ручка или проклятье.       На вопросительный взгляд мужа Гермиона со вздохом призналась, что к некоторым книгам, особенно очень старым, чары применять нельзя. И, пока Драко закрывал и открывал от возмущения рот, поспешила догнать героя.       Малфой поплелся следом, проклиная Поттера, разрешившего выносить книги из родовой библиотеки Блеков.       Северус с удовольствием бы последовал за учениками, но нужно было узнать, что на него навесил шустрый директор в его отсутствие.       — Я прошу прощение за отсутствие на собрании…       Рагнор наградил друга злорадным взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, и перевел свой взгляд на профессора зельеварения.       — О. Ничего серьезного вы не пропустили. Все важные вопросы мы уже обговорили в течении прошлых каникул…       — Северус, ты хоть понимаешь, как мы волновались?! Последний раз мы вас видели, когда вы отправлялись спасать мистера Поттера! Ладно, мистер Бейн, он, в силу своего юного возраста…       Рагнор не смог удержаться от ехидного смешка в кулак. Минерва МакГонагалл этого не заметила, зато заметили Бейн и дважды удивленный зельевар. Он и подумать не мог, что после того, как его роль шпиона была сыграна, до него в школе есть кому-то дело. Второе удивление вызвало поведение директора. Иногда ему казалось, что у Альбуса Дамболдора раздвоение личности.       — …не подумал, что мы с ума тут сходим от неизвестности! Спасибо аврорам, прислали патронус с уведомлением о том, что Гарри найден, жив, здоров. А о вас двоих — ни слова! Северус, ты-то хоть мог прислать весточку, что с тобой все в порядке?!       Северус хотел извиниться — он ведь и правда не подумал сообщить «любимому» начальству, что с ним все в порядке, даже рот уже открыл, но... Но стоявший рядом Бейн, решивший вмешаться, не дал и звука, не что слова, вымолвить.       — Вы не должны злиться на Северуса. Вчера мы вместе снимали стресс, а утром я слишком долго был в ванной комнате. Обещаю, что в следующий раз мы не пропустим собрание, потому, что принимать душ будем все-таки вместе…       Северус чувствовал, как от стыда пылают щеки. Нет, он не собирался прятать его особые отношение с профессором прорицания. Но и выставлять их напоказ тоже не собирался! Винить за то, что сейчас под ошарашенным взглядом коллег ему было мучительно стыдно, он мог только себя. Нужно было заранее обговорить этот момент с Магнусом, а еще все таки послать Патронус с предупреждением об его отсутствии еще вчера.       Профессор трансфигурации молча встала и с полной уверенностью, что мир сошел с ума, к великой радости Рагнора Фела, покинула кабинет.       Северуса уход Минервы зацепил за живое. Она, конечно, не сплетница, и к тому времени, как Магнус раскроет природу их связи, он успеет подготовится. Наверно.       Просить любовника держать рот на замке уже не было смысла. Но все равно такой безмолвный уход оставил неприятный осадок и легкое чувство иррациональной вины. Почему он вообще чувствует это чувство, он и сам понять не мог. Глупо же чувствовать себя виноватым потому, что кому-то не нравится ТВОЙ выбор?       Вспомнив, что Магнус поведал об его романе с профессором прорицания не только гриффиндорскому декану, зельевар, гордо вскинув подбородок, решил узнать реакцию директора. Он ожидал всего — от недовольства до понимающей улыбки, но вот сочувствия во взгляде и ехидной улыбки от любителя лимонных долек он не ожидал.       Чувство, что он чего-то недопонимает и что из него делают дурака, прочно засело и покидать его несчастную голову не желало. И это выводило из себя!       Магнус понимал, что его выходку не только не забудут, но еще по головке «погладят». Он откровенно скучал. Ему хотелось крепкого кофе, даже не смотря на недавно выпитую чашку. Хотелось закончить этот фарс и самое главное — хотелось Северуса, и от этого закончить фарс хотелось в три раза сильней.       А что, собственно, мне мешает?       — Покажи ему.       Рагнор не был удивлен. И сразу понял, чего от него хочет Бейн. Из всех преподавателей Фел считал слизеринского декана самым адекватным преподавателем, даже не смотря на то, что его угораздило связаться с Магнусом. Не он первый, — и не последний, да — кто попал под очарование этого «кошака». Поэтому он не считал их отношения чем-то удивительным. Магнус Бейн получает то, что хочет, в восьми случаев из десяти. И это проверенный годами факт.       Удивляло лишь то, что Магнус выбрал этого человека. Но и это были исключительно проблемы самого Бейна. Выбрал. Добился. Пусть теперь мучается. Альбус, конечно, рад не будет, но ничего. В конце концов — он ему должен.       — С недавних пор не выношу эту женщину. С меня причитается за то, что избавили меня от ее общества, хотя бы на сегодня…       Северус удивленно замер. Альбус Дамблдор уважал Минерву.       Интуиция вопила благим матом. Зельевар и без неё чувствовал, что перед ним самозванец.       И словно в подтверждение, облик Дамболдора «потек». Но то, что он увидел, заставило зельевара вспомнить все боевые заклятья и выхватить палочку.       Рогатое существо, оказавшееся под личиной директора Хогвартса, и бровью не повело.       — Можешь в меня Авадой запустить, если легче станет, только силы зря потратишь. Ты уже это делал, а я, как видишь, живой.       Северус мог посчитать все случаи, когда он применял это Непростительное. А уж последний раз ему никогда не забыть...       Дураком он не был, и легко сложил два и два. Но результат не радовал. Еще и Магнус, судя по всему, в курсе того, что директорское кресло занимает самозванец. Чувство, что из него делают дурака, нашло подтверждение.       Теперь стало понятно, как Магнус попал в школу.       Зельевар был взбешен. Но почему-то на Магнуса злиться не получалось. Снейп убрал палочку. Первое впечатление прошло, да и угрозы он со стороны рогатого директора не чувствовал.       — Альбус жив и наслаждается жизнью, если тебя это волнует, и вовсю пользуется моей добротой…       Магнус, услышав о доброте Фела, усмехнулся, даже не пытаясь скрыть насмешку из глаз. Он не первое столетие знал этого мага. Просто так Рагнор Фел ничего не делает.       — …Не у одного тебя, Магнус, бывают сердечные привязанности. Я случайно обнаружил этот мир, еще когда Альбусу было семнадцать...       Вот об этой части жизни друга Магнус знать ничего не хотел, и пораженный открытием Снейп тоже.       Теперь понятно, почему Минерва МакГонагалл не стала миссис Дамблдор, не смотря на все ее гриффиндорское упорство.       Северус немного успокоился, отвлекшись на профессора трансфигурации. Но только немного. Теперь он злился и на Альбуса. У него, даже мысли не возникло, что его обманули и Дамблдор мертв, ведь без участия настоящего директора это рогатое чудище не задержалось бы в кресле директора и минуты. Замок бы не позволил управлять школой самозванцу. А раз его столько времени водили за нос, настоящий Дамблдор принимает в обмане непосредственное участие.       — Как долго?       — Последние несколько лет… и в начале становления Альбуса директором…       Магнуса интересовал только один вопрос. Кроме мрачного, словно туча, зельевара.       Как бы мне боком не вышла моя просьба.       — Рагнор, ты знаешь, как вернуться обратно. Почему ты сразу не сказал?       Фел равнодушно пожал плечами и демонстративно выкинул лимонные дольки в мусорную корзину вместе с тарелкой.       — Ты не спрашивал…       — Что, Бейн, здесь тебе уже разонравилось?! Домой захотелось?!       Северус знал, что долго Магнус с ним не будет — рано или поздно он ему наскучит. И думал, что с этим смирился. Но оказалось, что это не так.       Одно упоминание Магнусом о возможности возврата в его родной мир, вывело его из себя больше, чем обман директоров.       Магнус не подумал, как его казалось невинный вопрос воспримется Северусом.       Бейн подошел к зло поджимающему губы зельевару и коснулся его руки. Радуясь, что любимый не отшатнулся и руку не отдернул, сделал еще шаг вперед и коснулся губ Северуса сначала в легком поцелуе, но, не встретив сопротивления, поцеловал еще раз, вкладывая в поцелуй нежность и любовь приправленную страстью.       Северус наслаждался поцелуем, чувствуя, как его отпускает злость, обида и напряжение. Вместе с этим он чувствовал себя глупо. С чего он решил, что Магнус собрался «домой» прямо сейчас? В конце концов, их еще не купленный альбом, тоже рано или поздно закончится.       Рагнор, глядя на милующуюся пару, чувствовал зависть — его Альби давно потерял интерес к плотским утехам. А он маг во цвете лет, ну и что, что перевалило за тысячу…       — Валите к себе! Устроили из моего кабинета «дом свиданий»!       Магнус с сожалением оторвался от любимых губ и кинул на друга недовольный взгляд. Тело, душа, сердце и все остальное требовали продолжения.       — Не завидуй так громко, Фел…       Магнус отвернулся от уязвленного проницательностью Рагнора и взял Северуса за руку.       — …пошли, покажешь мне свою спальню. Я уверен, что там есть, на что посмотреть.       Магнус флиртовал и намекал на продолжения ночного чувственного секса. Нет, не секса, а занятия любовью. Именно любовью… Такой лавины чувств и удовольствия, которые он испытал от близости с Магнусом, Северус раньше не испытывал ни с кем.       И как бы ему не хотелось повторить близость и поддаться на приглашение Магнуса, пустить его в кровать, Северус ни на минуту не забывал, где он находится и зачем. А еще он помнил, что соблазняющий его маг — профессор, пусть, по его мнению, и исключительно никчемного предмета. И который ни черта не смыслит в преподавании.       Северус переплел свои пальцы с пальцами возлюбленного — всего на несколько секунд, позволив себе эту вольность, перед тем, как разорвать контакт.       — Мы пойдем… профессор Бейн но, в библиотеку, а по пути зайдем в ваш класс. У меня времени до вечера, чтобы из вас сделать преподавателя.       Рагнор и не подумал сдерживать смех и злорадный взгляд. О, да! Магнус еще не знает, с кем связался.       Магнус до последнего думал, что Северус про учебу не серьезно. Он понимал, что учится преподавать надо. Раз уж он назвался профессором. Но можно же начать этим заниматься завтра, на практике.       Но нет. Северус в самом деле потащил его в библиотеку и вплотную занялся обучать его премудростям педагогики. Да с таким рвением, что Магнус уже через полчаса проклял тот миг, когда в его голову пришла мысль стать профессором Хогвартса.       Когда Северус разрешил покинуть хранилище знаний, вручив в руки толстенный и пыльный том со сводами школьных правил, наказав выучить к утру основные (полкниги), Магнус хотел только одного — попасть наконец в кровать, причем в свою и спать только в обществе Морфея и подушки.       Но мечтам не суждено было сбыться. За дверями книгохранилища выяснилось, что с минуты на минуту прибудут дети, и уже пора идти в Большой Зал встречать пополнения и "старых" учеников.       К тому моменту, как Магнус пришел (приполз) в выделенную ему комнату, Бейну было все равно (почти), что Северус не позвал его к себе. Все равно, что комната похожа на склад старьевщика, на вековую пыль и стойкий запах мышей.       Главное — там была кровать, и пофиг, что из подушки торчат перья, а одеяло прогрызено мышами. И уж точно было все равно, по какой причине эту комнату обходят эльфы и миссис Норис, о существовании которой на данный момент маг, даже не знал.