Cats vs Dogs

Что может быть лучше? Любимый рядом и вам хорошо. Удивительно найти свою истинную пару и знать, что хочешь остаться с ним не из-за врожденных инстинктов, а потому, что вы действительно похожи и любите друг друга всем сердцем. У Сени с Лексом много общих интересов: — музыка — они оба фанаты дабстепа и классики, забавное сочетание, однако, но и такое встречается; — кино — фантастика и ужасы, что может быть лучше? Сперва посмотреть фильм о загадочных и таинственных дальних планетах, а затем врубить зомби апокалипсис и поедать попкорн, смотря на то, как людишки в ужасе мечутся меж проклятых мертвецов; — спорт — только футбол, иногда хоккей. Болеть за одну команду, значит, не иметь ссор и раздоров в семье. Очередное совпадение? — даже предпочтения в пище — любимая итальянская кухня; — и в завершении оба парня любят живую природу и имеют домашних питомцев. Вот только… Арсений Антонов — омега — отъявленный кошатник. Он не переносит собак. Он не любит грязь на лапах, запах псины после дождя, разбросанные и сгрызенные тапки по дому, трехразовые гулянки в любую погоду, будь то ураганный циклон или конец света. Перечислять недостатки собак можно было вечно. Ещё с детства мальчик понял, что псы — это зло. Началось все с домашнего пуделя папы, с которым постоянно случались потасовки за место под солнцем — оба были ревнивцами и ни один не хотел отдавать папку другому. В средней школе Сеня спас котенка от стаи бездомных псов и окончательно убедился в том, что кошки — лучшие создания на свете. Они милее и очаровательнее любого щенка. Алексей Миллер — альфа — стопроцентный собачник. У его отца была аллергия, поэтому мальчику никогда не разрешали завести четвероногого домашнего любимца, который бы таскал апорт и послушно отвечал на команды. Как только парень стал самостоятельно зарабатывать себе на жизнь, то приобрел себе лучшего друга. Этим другом оказался Нейт — помесь собаки и волка. Первая встреча Сени и Лекса произошла в парке. Омега решил сократить путь из университета до дома и осенним днем завернул прямо в сквер. Золотисто-багряная листва; легкий запах сырости; приятное и освежающее дуновение ветра; ворох опавших листьев, напоминающих разноцветный ковер; тихие звуки птиц и отдаленные голоса людей. Все так прекрасно и хорошо, как неожиданно сзади на белое драповое пальто что-то набрасывается и валит на землю, прямо в грязную лужу, в которой плавают кораблики из ссохшихся листьев. Истошный вопль Арсения испугал стаю голубей, курлыкающих неподалеку. У юноши сердце ушло в пятки. Он, конечно, знал, что в его районе случаются нападения, но не средь белого дня! Кто-то совесть напрочь потерял! Вот только непонятно кто: правоохранительные органы, которые не могут ответственно работать или маньяки-насильники, переставшие дожидаться ночи. Возле уха послышалось частое дыхание собаки, а затем — вопли хозяина. Омежку подняли под руки и долго отряхивали от грязи, вот только белый материал новенького пальто был напрочь испорчен. Сеня краснел сперва от злости на псину, радостно крутящуюся вокруг ног, а затем алел из-за красавца альфы, бережно обтирающего носовым платочком его запачканное личико. Так и началось. Встреча в парке, извинения, долгие прогулки под луной, куча подарков, романтические свидания на последнем ряду в кинотеатре, трогательные прощания у дома, легкие, почти невесомые поцелуи, переходящие в страстный и крышесносный водоворот, нежный и чувственный первый раз, знакомство с родителями и переезд к своему альфе. Небольшая проблема появилась тогда, когда в трехкомнатной квартире начало проживать шесть личностей. Альфа, омега, пес и три кота.

***

Сеня битый час торчит на кухне и пытается приготовить нечто этакое, чтобы удивить любимого. В интернете он нашарил рецептик зажаренной со специями курицы и теперь пыхтит над своим творением. Для парня, который умеет готовить кашу, яичницу, картошку и бутерброды — это было сложным испытанием. Антонов любил точность и четкость. А вот в рецепте было написано: «готовить до возникновения хрустящей корочки и до полной готовности». Как так? А где же двадцать две минуты и тридцать секунд? Как он поймет, что корочка именно того цвета? Что она именно хрустит в той созвучности, что нужно? Ох, беда-беда. Хоть папе звони. Но как только юноша тянется к телефону, то хлопает себя другой ладошкой по руке. Он взрослый и ответственный. Да он уже почти замужний омега! Не пристало ему папке звонить по всяким пустякам. За спиной раздается жалобное мяуканье и тихий скулеж. Глаза Сени закатываются к потолку. Он уже знает, что его ждет позади. Развернувшись, омеге открывается картина «Бездомные на дороге жизни»: четыре пары голодных глаз; четыре обиженные моськи, подергивающие носиками, подбрасывающими воздух. — Я вас кормил! — взмахивает лопаткой Антонов и разворачивается к многострадальным бедрышкам курицы, которые шкварчат на сковороде, масло разлетается брызгами и неприятно щиплет на коже при попадании. — Уж-ж-ж-жас. Я ведь только помыл печку. Да чтоб я еще раз… Только отварная курица. Диетическая грудка! Наглая рыжая морда подкрадывается незаметно и помахивает пушистым хвостом прямо перед лицом. Вторая черная морда с гладкой шерсткой и белым галстучком на груди элегантно трется о ногу, поднимая заднюю лапку, как балерина. Третья стервозная морда (тоже черная, как смоль, но сверх пушистая и зеленоглазая) истерически орет не кошачьим голосом прямо под ухом. Четвертая морда разлеглась во весь свой рост прямо на кухне, вытянув задние лапы. Ни пройти, ни проехать. Арсений нервно подергивает левым глазом и стучит лопаткой по сковороде, как судья — молоточком на слушании. — Попрошу всех разойтись! Да вы же жиреете не по дням, а по часам! — Крошка, что случилось? — Сеня чувствует приятный запах сандала с нотками черного горького кофе, потом на талию опускаются крепкие руки, а на щечку обрушаются несколько поцелуев. — Привет. — Привет… — сладко улыбается юноша, поворачивая голову и оставляя короткий поцелуй на губах Лекса. — Меня хотят вывести из равновесия. Нейт, подскочив на лапы, начинает юлой вертеться между ног хозяина, а затем — резво подпрыгивать и двигать мебель — стул летит в угол вместе с котом, восседающим на нем, в углу ошарашено шипит еще один кот, на которого совершают наезд, третий котяра успевает запрыгнуть на стол, сбросив при этом миску на голову собаки. — Место! — шипит омега не хуже пантеры. — А ну-ка ША! — Нет, как у тебя это выходит? — восторженно, но с нотками обиды восклицает Лекс, смотря, как его собака тихо верещит и шарахается к проходу. — Это огромный волкодав, а он тебя боится, как огня! — Я в этой семье альфа-самец! — Не поспоришь, — соглашается Миллер, вспоминая своего ласкового омегу в гневе — похлеще Сатаны на планерке. На сковороде продолжает шипеть мясо, которое уже поджарились до нужной консистенции, вот только все заняты уборкой кухни после погрома, уже не до рецепта.

***

Алексей стоит перед дальней комнатой и тихо посмеивается. Прямо на пороге лежит Нейт, вытянув лапы, но не смеет ступить в комнату. А все почему? Один маленький и вредный омежка выдрессировал. Обозвал этот оплот своим храмом уединения, маленькой Швейцарией, где его не достанет ни одна дворняжка. Лекс опирается плечом на дверной проем и улыбается. Его малыш скрутился калачиком и мило посапывает на огромной кровати, в окружении своих троих рыцарей, устроившихся у Антонова под боком. Семейство котиков. — Что я вижу? — бормочет Сеня, раскрывая зеленые глаза и смотря вперед. — Он ступил лапой? — Не ступил, тут только твои узурпаторы, — качает головой Миллер. Ох, стоило на дверь повесить табличку: «Не входить! Злой омега, который бдит даже во сне!» — Они не узурпаторы. Да, мой урч-мурч? — мило тянет Антонов, поглаживая пальчиками гладкую спинку и переходя на грудку среднего котика. — Как такая красота может быть узурпатором? — под пальцами омеги кот начинает тихо урчать и вытягивать шею. — Говорят, сколько в семье животных — столько бы у пары было детей, — задумчиво тянет Лекс. Он аккуратно присаживается на край кровати и поглядывает на семейную идиллию. Не хватает только Нейта. — Тогда у нас было бы три родных и один усыновленный, — пыхтит Арсений, косо посматривая на собаку, выглядывающую из-за угла, но не осмелившуюся ступить на порог комнаты.

***

Они вваливаются в спальню, попутно стаскивая друг с друга одежду. Горячие тела вжимаются друг в друга, вот-вот и подожгут под собой гладкий и холодный атлас простыни. Альфа хватает омегу за бедра, стаскивает вместе с джинсами белье, губами оставляет цепочку мокрых поцелуев на груди, опускаясь к затвердевшим соскам, облизывает и посасывает, слегка покусывает. Омега же плавится от этих прикосновений. Лекса так много — его прикосновения ощущаются везде, такое чувство, что они доходят даже до трепещущей души. Сеня стонет и тянется к шее Миллера, притягивает его к себе и вновь упивается глубоким поцелуем, но неожиданно все прекращается. — Я не могу… — неуверенно произносит Лекс, отстраняясь и смотря куда-то поверх головы Сени. — Какого фига, дорогой? — Не могу, когда он смотрит… Арсений поворачивается на живот и встречается со взглядом золотистых глаз. Кот с интересом лежит на тумбе и помахивает хвостиком. Похоже, что папочки разбудили его, ворвавшись в его опочивальню и начавши творить непотребные вещи. — Иди, тарталеточка, — мило улыбается омега, ласково ткнув указательным пальцем по бархатному носику. Кот нехотя поднимается, спрыгивает на пол и медленно, покачивая хвостатой задницей, выходит из комнаты. — Продолжим? — Че-та как-то настроения нет, — вяло отстраняется альфа, недовольно посматривая, как несколько секунд назад смотрел тот самый кот, в одну точку. — Я вижу, как его нет, — тянет Антонов, приподнимаясь на локтях и заинтересованно вглядываясь на продолжающий стоять колом член. — Наверно, я в душ, собью…  — Ну хватит обижаться. У тебя же гон, ты сейчас как омежка в течку — готов набрасываться на все, что движется, — усмехается Сеня, протягивая ногу и ведя ею по груди альфы, по напрягающимся кубикам пресса. — А я двигаюсь. Намек понят? — А если он опять? — хрипло спрашивает Лекс, хватаясь руками за изящную тонкую лодыжку, обводя большими пальцами косточку. — Я ведь так импотентом стану. — Ты станешь кастратом, если меня не удовлетворишь! Будь животным, черт тебя подери! Даже твой Нейт более решительный со своими подружками! — рявкает Арсений, но потом начинает верещать, когда на него наваливается тело альфы. Кажется, он перестарался с возмущениями. Кажется, завтра кто-то на задницу не сядет и едва с постели поднимется.

***

Ночь — самое лучшее время для сна. Засыпать нужно в десять часов и на следующий день вы проснетесь бодрым и полным сил. Конечно, не всегда получается лечь в постель вовремя. А при написании диплома или заполнении отчета так и подавно можно забыть о восьмичасовом здоровом сне. Уставший Сеня затыкает уши бирушами и накрывается с головой подушкой. У него еще есть два часа, чтобы поспать. Под боком недовольно сопит Алексей, который лег не намного раньше своего омеги, поскольку на работе завал и приходится брать все на дом. В тишине квартиры раздается звук катания попрыгунчика по паркету. Тишина. Вновь попрыгунчик. Тишина. Попрыгунчик все ближе, вот он уже закатывается под кровать, отпрыгивает от стены и ударяется о ножку. — Ах, ты! Мерзкий рыжий говнюк! Хватит гонять свои шары!!! Да! Тебя кастрировали, но это же не значит, что ты теперь в боулинг по ночам должен играть! Да я тебя кормлю, имей совесть! Дай поспать! — взрывается Лекс, вскакивая с кровати, запутываясь в пододеяльнике, валится на пол и пытается схватиться рукой за пушистую лапу кота, который галопом несется в другую комнату. — Лекс!!! — рычит Сеня, резко усаживаясь на постели, но оставаясь с закрытыми глазами. — Я не виноват! Это все он! — ошарашенно оправдывается альфа, шатаясь, поднимаясь на ноги. На кровать запрыгивает гигантский пес, придавливая омегу своим весом, Антонов кряхтит, пытаясь стащить с себя собаку. После почти двадцати килограмм живого веса весь сон как рукой сняло. — Не-е-ейт! Убью!!! Пес в ужасе пытается перескочить через омегу на пол, попутно, как и старший хозяин, запутывается в одеяле и уносится в коридор уже с попоной из пододеяльника. На кухне слышатся звуки падения стула, истошный вопль котов и тявканье собаки. — Ах, вы ж пид… Неожиданный звук зазвонившего будильника цензурит очередную фразу. Новый день начинается не со щебетания птиц, а с цепочки матерной лексики.

***

— Милый, погуляй с Нейтом, я задерживаюсь на работе. Сеня вздрагивает, держа мобильный возле уха, переводит взор на окно, где за стеклом льет как из ведра. Сплошные струи воды стекают на бренную землю, будто небо прорвало. — Ты уверен, что он выйдет наружу? — серьезно спрашивает Антонов, сдерживая свой голос, чтобы не запаниковать. Ведь это безумие! Сумасшествие! Выходить на улицу в такую погоду! — Да он любит дождь, но можешь еще подождать полчасика, может перестанет. Полчасика проходят, а тучи все сильнее сгущаются. Сточные каналы не справляются и вода переливается, заливая асфальт. Сеня обувается в резиновые сапоги, почти плача. Радостно вьется Нейт. Радость собаки проходит, когда он видит пиздец, творящийся на улице. Омега и пес стоят под навесом у подъезда. Ветер косо дует, и Антонов понимает, что зонтик ему вряд ли поможет, если только улететь на нем в теплые края. Прогулка заканчивается через час, когда волкодав успевает сорваться с поводка и наверстать десять кругов по округе. В квартиру они вваливаются мокрые и грязные. Сеня матерится, как сапожник, включая воду и набирая ванную. Белый кафель покрывается следами грязных лап. Бултых! Собака в ванне, но вся одежда в воде и полкомнаты тоже. Юноша начинает оттирать шерсть шампунями. В воздухе витает приятный аромат розы и лаванды. Нейт выпрыгивает из ванны, начинает трепыхаться, разбрызгивая капельки. Сеня смеется и гладит собаку по макушке. Еще полчаса уходят на уборку и приведение себя в порядок. Лекс возвращается домой поздно. Никто не выходит его встречать. Конечно, коты-то те еще наглюки, а вот пес бы мог выйти. Да и Сеня мог хотя бы отозваться. А тут… Будто все исчезли. Миллер обнаруживает пропажу в спальне. Как всегда, три кошачьих клубочка возле омеги. Вот только… Еще один клубочек умостился в ногах — собачий клубочек. Алексей улыбается и стягивает с шеи галстук, который душит, будто удавка. — Я дома. Дома…