Восстановлению не подлежит / В шаге от пропасти

/Около года спустя. Или чуть больше.../ От лица Земфиры: ― Мам, мааааам, ― постепенно просыпаюсь от детского голоса, приоткрывая глаза и снова погружаясь в сон. ― Маааамаа. Размытые очертания круглого личика приобрели чёткость, и я с лёгкой озадаченностью увидела пару больших голубых глаз в десяти сантиметрах от моих. ― Вставай, мамочка. Русая малышка с интересом рассматривала мое лицо, как и я, немного сонная и растерянная, не сводила глаз с ребенка. Я медленно привстала на локти прикрыв кружевное белое белье шелковым на ощупь одеялом. Я лежала на огромной постели кофейного оттенка, в комнате в схожих какао-тонах. В уголке стоял стеклянный столик с открытой бутылкой какого-то очень дорогого вина с двумя бокалами, на стенках одного из которых были следы от губной помады. В воздухе витал еле-слышимый, но резкий моему обонянию аромат мужского парфюма. Окна открыты, и свежий ветерок красиво колышет белые шторы. ― Ты обещала заплести мне два бантика перед тем, как папа отвезёт меня в балетную школу. Малышка держала в руках расчёску и коробочку с резинками, с лёгким укором и глазами, полными ожидания, стоя у края постели. Я не без умиления смотрела на девочку глупым взглядом, пригладив ее личико двумя пальцами: живая. Неужели, это моя дочь? Я как будто потеряла память.. ― Солнышко.. Сейчас.. я встану, и обязательно тебя заплету. Иди пока.. в комнату. ― Хорошо. Заправляю длинные волосы за ухо, зарываясь в них пальцами. Голова легонько гудит, что свидетельствует о выпитом вчера алкоголе. Но я ничего не помню. От слова совсем. Как будто меня подкинули в чужой дом.. Распахнув одеяло, я поставила ноги на пол, уткнувшись ступнями в мягкий приятный ворс. Я не узнавала свои ноги: необычайно стройные, лоснящиеся ножки с лёгким шоколадным загаром. ― Мррр, ― вдруг выползла пушистая субстанция, грациозно обвив мои икры белоснежным хвостом. Персидский кот замурлыкал обратив на меня свои гордые желтые, немного хмурые глаза, и непринуждённо направился к двери, виляя массивным телом. Что со мной? Накинув лёгкую длинную ночнушку, висевшую рядом с постелью, я неуверенно сделала несколько мягких шагов, будто боясь, что меня кто-то услышит. Первым делом подхожу к окну: узенькая живописная улица и невысокие жилые дома напротив напоминали райский европейский островок в центре пыльной Москвы.. или.. или не островок, а целый город, раскинувшийся красивыми домами до почти невидимой линии.. Это Швейцария.. Ошарашено ступаю по тёплому паркету босыми ногами и приоткраю дверь, осматривая помещение. Лицо приятно обвивает аромат маминых сырников.. словно из далёкого детства. Иду по коридору, теряясь среди дорогой мебели и лакированных полок с серебряными подставками. Из-за угла выбегает маленький ребенок с влажными светло-русыми волосами и голубым полотенцем в ручках. ― Мама! ― малыш лет четырёх неуклюже бежит ко мне. ― Мам, мы же пойдём на батуты? Ничего не понимаю, это мой сын? Если детей можно называть красивыми, то я не могла бы представить личика милее и роднее.. Я присела на корточки, обвив щеки малыша своими ладонями. Не могу поверить.. какой же он красивый.. Мне же всего семнадцать лет.. откуда у меня могут быть взрослые дети? И, главное... от кого? ― Ты уверен, что я твоя мама? ― осторожно спрашиваю у ребёнка. ― КонеФно ты, ― артистично выпячивает глаза мальчик. ― Папа говорит, что мама бывает только одна. ― А где наш папа? ― спрашиваю с лёгким комом в горле, натыкаясь взглядом на растущую из кухонного проема тень. Поднимая глаза, вижу женщину бальзаковского возраста. ― Миссис , доброе утро! Вы не возразите, если дети позавтракают домашними сырниками? - вежливо обратилась женщина в фартуке. ― А.. я.. ну.. Нет, конечно нет.. ― промямлила я, растерявшись. ― Госпожа желает чашечку двойного эспрессо? ― Да, пожалуйста.. ― Стефания, почему дети еще не выпили по стакану апельсинового сока перед едой? ― низкий мужской голос, от приятности которого по телу прошлись мурашки, звучно донесся откуда-то со стороны кухни. ― Я же просил не приучать детей к неправильному завтраку. ― Егор Николаевич, Бога ради, сок уже готов, но что плохого в сырниках? ― женщина метнулась на кухню. ― Прошу Вас, просто исполняйте свои обязанности. "Егор Николаевич.." Сердце забилось чаще. Я выпрямилась, направившись в сторону источника разногласий, но на кухне осталась одна лишь Стефания, молча разливающая сок по стаканам. Лишь через несколько секунд в соседней комнате промелькнул чей-то белый силуэт. Это оказалась спина мужчины, стоя перебиравшего бумаги на рабочем столе. Стройный широкоплечий блондин, кажется, был вовлечён в свои мысли. Комната напоминала офис и была насквозь пропитана ароматом дорогого парфюма. Мимо меня проскочил тот самый мальчик, ринувшись к мужчине. ― Папа, я умылся, теперь мы пойдём на батуты? - малыш обвил его за штаны, подняв голову. И он обернулся... Белая рубашка, закасанная по локоть, питала солнечный свет и почти сияла своей белизной. Я увидела лицо взрослого мужчины лет 35-40 с густой, но аккуратной мужественной бородой. Мужчина снял круглые солнцезащитные очки, наклонившись к ребёнку, чтобы взять его на руки. Я увидела глубокопосаженные, уставшие голубые глаза.. и с этого мгновения уже не сомневалась.. Это Егор. Мой.. Егор.. ― Крепыш, ты уверен, что выполнил весь регламент? ― Да, пап. ― А как же завтрак и занятия по английскому? М? ― Ну это ведь можно сделать потом. ― Разве так ведут себя бизнесмены, Марк? Сначала труд, потом развлечения. К тому же, мы договаривались на вечер, помнишь? Папе надо работать, ― склонился лицом к лицу с мальчиком мужчина. Я залпила. Честно говоря, я не могла оторвать глаз от этой картины: взрослый мужчина, мой Егор, держит на руках свою маленькую русую копию.. Я залпила. Честно говоря, я не могла оторвать глаз от этой картины: взрослый мужчина держит на руках свою маленькую русую копию.. ― А мама разрешила, ― косвенно перевел на меня свои хитрые глаза малыш, и пальцы мои онемели.. Егор плавно повернул голову, будто только сейчас заметив мое присутствие.. Дыхание остановилось. Он смотрел на меня неподвижно секунд пять, спокойно бороздя взглядом по-моему силуэту. Легкая ночнушка калыхалась на сквозном воздухе. Край ткани повлажнел в моей руке.. ― Соня, Марк, идите завтракать! ― донесся голос няни. ― Я поговорю с мамой. Иди за стол, ― шепнул Егор, поставив ребенка на ноги, и, легонько подтолкнув его, снова переключился на меня. Он продолжал молчать, лишь уголок его губы слегка приподнялся. Он сделал пару шагов навстречу. В горле окончательно пересохло. ― Земфира Булаткина, когда Вы так смотрите на меня, я начинаю терять голову, как подросток, ― улыбнулся мужчина, мягко поцеловал меня в губы, отчего мне стало очень жарко. - Ты сама не своя сейчас, как школьница в кабинете директора, ― с хрипотцой проговорил блондин. ― Кстати, хорошая ролевая игра.. ― Так это правда? ― шепотом спросила я. Егор склонил лицо под углом, непонимающе прищурившись. ― Так... ты опять начинаешь ревновать из-за курсанток? Мы же закрыли эту тему раз и навсегда. Ты же прекрасно знаешь, что я верен тебе до кончиков волос. Разве вчера ночью я не доказал Вам этого, Земфира Булаткина? По-моему, ты вытворяла безумные вещи.. Хорошо, что дети были с няней.. ― Егор практически вжал меня в стену, пригладив лицо. ― Так мы женаты? ― с искренним захватом духа спросила я тем же шепотом. Егор замер, проморгавшись и внимательно изучая мои глаза, словно знал, что я должна проколоться. Но я действительно.. ничего не понимала. ― Иногда ты меня по-настоящему пугаешь. Дай мне знак, чтобы я понял, что ты играешь со мной, ― нежно повёл рукой по моей шее мужчина. Я лишь рассеянно покачала головой, не сводя взгляда.. и не веря своим глазам. Я чувствовала себя школьницей в теле взрослой женщины. Как будто украли время и телепортировали в чужую семью. Я ничего не помню, как мы поженились. Как росли мы и наши дети.. Господи, я ведь даже не чувствую себя их мамой. А Егор.. он такой строгий и правильный.. взрослый мужчина возраста моего папы.. Родители.. где мои родители?? Мои глаза начали наполнятся слезами. ― Какой сейчас год?.. - прикрыла глаза я. ― Две тысячи тридцать второй, ― ответил он с тревогой. В ушах зазвенело. У меня началась одышка. ― Егор, Егор.. Егор мне плохо.. ― Стефания!! Скорую!! ― мужчина подхватил меня, медленно теряющую ощущение твёрдости пола под ногами. Я опустила взгляд, и только сейчас обратила внимание: кожа его рук была девственно чиста: ни одной татуировки.. Сознание окончательно покинуло меня, прежде чем моё хрупкое тело упало в объятия мужчины. Резкий запах нашатыря кое-как привёл меня в чувства, и спустя пять минут я смутно понимала, что Егор аккуратно несёт меня на руках, спускаясь по лестнице. Я слабо приобняла своего.. мужа за шею, делая глубокие вздохи: этот потрясающий парфюм заставлял мой разум пьянеть еще больше. Я чувствовала, как мужчина вспотел, и жар исходил от пульсирующих на шее вен. ― Егор.. ― Все будет хорошо, родная. Я сам довезу тебя. Очнулась я уже в больничной палате, проснувшись от того, что Егор мягко поглаживал меня по щеке. Я накрыла его руку своей, и большой палец мужчины коснулся моей губы. ― Как ты себя чувствуешь, любовь моя? Я обездвиженно смотрела на взволнованное взрослое бородатое лицо, узнавая в нем черты отца Егора. Буквально вчера я видела его юным парнем, матерившимся с друзьями-музыкантами и властно помещающего мою шею в свою согнутую руку при просмотре Рика и Морти, хрустя попкорном и изредка целуя в макушку. А сейчас.. Эти преданные серо-голубые глаза, мудрые по годам, серьёзно смотрят в мои, терпеливо дожидаясь ответа. Глаза мужчины, глаза отца, глаза моего супруга. Он был в деловом костюме, на который накинули белый халат. ― Хорошо. Как будто я просто долго спала, ― я делаю паузу, не сводя глаз с его лица, и шепотом добавляю: ― Лет четырнадцать.. ― Я позвонил твоему начальнику, ты больше не работаешь в той фирме. Ты вообще больше не будешь ни на кого работать. Я обещаю тебе. Забавно, ведь я даже не знаю, кем работала.. ― Скажи, что это сон, и нам по восемнадцать и двадцать лет. ― Нам всегда будет по восемнадцать и двадцать, Земфира, ― улыбнулся он. Я невесомо покачала головой. ― Где твои татуировки? ― скользнула я взглядом вниз, к его рукам. ― Дорогая, я свёл их восемь лет назад после окончания карьеры артиста, чтобы устроиться в фирму к отцу и начать своё личное дело. Это было твоё желание, ― объяснил мужчина, тревожно бегая зрачками по-моему лицу. ― Ты даже этого не помнишь? Во рту пересохло, а руки просто замлели. Я не верила ни в одну из частей всего им сказанного. Это безумие. ― Последнее, что я помню, это нашу ссору в гараже в Москве, когда ты записывал новый сингл с друзьями. Что это была за ссора.. Мы кричали друг на друга. Мне не нравилось, что он вёл себя как ребёнок, буквально капризничая по пустякам, за что мне приходилось извиняться перед ребятами. А еще он зачем-то позвал своих пензенских знакомых и даже шутил, что не прочь был бы "стряхнуть стариной". И это после всего того, что он говорил мне на крыше за год до этого! Я не выдержала. "Булаткин, импульсивный ты индюк, вечно ведёшь себя, как ребёнок! Когда же ты уже станешь взрослым и серьёзным!" Взрослым... Взрослым... Вот он и стал им. Получай, Земфира. ― Может, ты сильно ударилась головой о полку сегодня ночью во время секса? Когда я тебя резко перевернул. Звук был пугающий, чуть книги не посыпались, ― он усмехнулся, скрывая тревогу, надеясь, что я за засмеюсь, а значит, вспомню этот момент. Но последний наш секс, который я помню, случился как раз после той ссоры. Когда я тоже.. ударилась. Только затылком. О бетонную стену. Хоть что-то как прежде: Егор всё так же стремится убить меня во время секса. На моем лице не было эмоций. И тут Егор побелел. ― Неужели, правда сотрясение? Не может быть. Голова с момента утреннего пробуждения действительно немного болела, но я списала это на явно выпитое вино. ― А что сказали врачи? ― Списали на хроническую усталость, но я попросил сделать МРТ. Всё будет хорошо, я в любом случае буду рядом. Я слабо улыбнулась: слышать такие слова от любимого - бесценно.. ― А где.. наши дети? ― последние два слова, казалось, не сочетались в моей голове. Как будто я заказала услугу "семья на сутки". Я мать. Я мать. Я мама двух детей. Безумство. ― Стефания позаботится о них, не волнуйся, ― Егор погладил меня по руке, лежащей на одеяле. Он вздохнул, переведя дух, словно пришёл к мрачной мысли. ― Мирра... только не говори, что.. ― Да. Ты правильно подумал, ― мои глаза становились стеклянными. Я не чувствовала себя матерью. - Скажи, я хорошая мама? Впервые от начала всего этого безумия я увидела в его глазах нотки детской растерянности. ― Ты потрясающая мама, ― прошептал Егор, и на его губах застыла тёплая истомина, которую мне захотелось попробовать на вкус, разделить на двоих, как ванильную пенку на капучино, накрыв его губы своими. Я в принципе хотела его. Каждую минуту жизни. А сейчас и подавно. Мою легкую фантазию прервал телефонный звонок. Мужчина снял трубку, принахмурившись. Я стала свидетельницей делового разговора между Егором и каким-то бизнес-партнёром. Мужчина свободно владел английским, а его речь была красива и сложна, дипломатична и убедительна, как у юриста. Я заслушалась. Это была речь Егора Николаевича Булаткина. Я вдруг вспомнила, как когда-то застала его в своем кабинете в клубе, и он злобно угрожал кому-то на другом конце линии, и моя кожа норовила покрыться ледяной коркой. Это был грубый, бестактный юнец Егор Булаткин, не раз державший в руках пистолет. Сейчас же.. Казалось, стоит мне закрыть глаза, и мое воображение выдаст лицо какого-то добропочтенного лорда с мягкой хрипотцой и хорошими манерами. Мое естество не могло принять Егора таким взрослым и приятным мужчиной. ― Джон, я с женой в больнице, перенеси встречу на тринадцать тридцать. Я скоро приеду, - вдруг переключился на родной язык Егор и наконец положил трубку. ― Знаешь, чего я сейчас очень сильно боюсь? ― произнесла я. Егор поднял лицо, взыскательно бегая глазами по моему лицу, не подозревая, что ответ на мой вопрос находится прямо в поле его зрения. ― Увидеть свое отражение в зеркале, - сглотнула я, понимая, что рассмотрела мужа, обняла родных детей, но до сих пор не узнала, как выгляжу в свои тридцать с.. чем-то.. Я чувствовала, что Егор белеет от каждой моей реплики. Кажется, я ломаю ему мозг. ― Почему? ― спросил он. ― Это звучит как полный бред, но я не могу поверить, что заключена в тело тридцати двух летней женщины, ― боже, Земфира, он сейчас с ума сойдёт, что ты несёшь. ― Для меня ты всегда была и будешь девочкой, на два года младше меня, ― теплая хрипотца тронула мои щеки. ― Я твоё зеркало. Разве ты не видишь, сколько в нем обожания и покорности? Ты прекрасна, любовь моя. Успокойся, прошу. Он мягко поцеловал меня в губы, заключив в объятия. Я не хотела прерывать этот поцелуй. Было в нем что-то опытное, плавное и размеренное, не по годам мудрое и внушающее защиту. Я таяла от его губ, как подросток. Я и была подростком. В голове.. Мы целовались, пока в палату не пришёл доктор. И с этого мгновения моя "сказка" закончилась. Здесь все говорили на английском. Ах да.. мы ведь не в России.. Я не совсем поняла, какой диагноз мне поставили, но по напряженному тону Егора я чувствовала, что он долго спорил с врачом, требовал распечатки и снимки. Его ноздри всегда расширяются, когда он нервничает.. ПРОДОЛЖЕНИЕ По итогу меня все-таки выписали. Я вышла из палаты вместе с мужем, пугливо избегая взглялом любых отражающих поверхностей. Егор почему-то молчал. За рулём он был еще более серьезен. Мне было неуютно, но нужно было как-то начать разговор. Неужели, всё так плохо? За окнами иномарки проплывали очертания домов, которые слепили мои глаза яркими бликами света, как будто солнце зависло прямо в центре города и агрессивно разъедало глаза. Словно мы объезжали облака. Всё это было похоже на галлюцинации. ― Скажи честно, ты мстишь мне за позавчерашний вечер, когда ты решила, что я уделяю тебе мало времени? ― сухо спросил мужчина, глядя на дорогу. ― В чем дело? ― я ничего не понимала. От нежности в его голосе не осталось и следа. ― В том, что твоя томограмма не показала ни одного нарушения в работе памяти. Хватит играть в потерянную девочку, Мирра, ― строго произнес Егор. ― Я нянчился с тобой полдня, перепугался, как мальчишка. Думал, моя жена лишилась самых тёплых наших воспоминаний. А ты просто решила поиграть в ребенка, чтобы я уделил тебе всё своё внимание. И поседел от страха за три часа. ― Егор, я.. ― Извини, если я прогадал со свиданием, и вместо вчерашнего романтического вечера в номере, перешедшего в ночь в нашей спальне, я должен был увезти тебя в Москву, кормить сахарной ватой и петь "Папину дочку".. а еще лучше укатить в Пензу бегать по крышам посреди рабочей недели, и пофиг на бизнес и детей, неважно, что мне скоро тридцать пять. Ведь ты ЭТО подразумевала под своим "Вот раньше ты был таким чутким и рискованным парнем, лучше бы время пошло вспять", ― выплюнул Егор. Мне вдруг стало очень холодно. Я слушала его с немым млением, будто его слова совершенно меня не касались. И всё равно стыд поступал к мому горлу. Как я могла такое сказать? ― А сегодня ты заявляешь мне, что якобы последнее, что помнишь, это нашу ссору в гараже в восемнадцатом году, когда ты взмолила, чтобы я повзрослел и стал серьёзнее! Невероятно просто! - он рассмеялся. ― Теперь благодаря твоим капризам у меня срывается контракт с китайцами, а я метаюсь с тобой по больницам. Скажи прямо, Мирра, что ты хочешь от меня? Всё было прекрасно до сегодняшнего утра. Не рви мне душу. Теперь всё понятно. Я дважды поплатилась за свои собственные слова. ― Отвези меня к детям, пожалуйста, ― попросила я. Он ничего не ответил, молча перестроив маршрут на дисплее бортового компьютера. ― Соня и Марк. Их имена. Мало ли, опять забыла, ― это было последнее, что он сказал мне, до самого вечера. Остаток дня я провела с детьми и няней Стефанией, стараясь как можно правдоподобнее играть во взрослую хозяйку своего дома, и лишь изредка отшучиваться, строя дурочку, если я "путала" возраст дочери или узнавала у няни, как включить старую кофемашину на кухне. Я старалась влиться в текущую жизнь, как иномарка, которая едет по встречке, пересекая двойную сплошную, обогнавшая десяток автомобилей, и сейчас теряющая надежду в попытке пристроиться в поток машин, пока на горизонте не появится встречная фура. Интернет помогал мне в изучении моего мужа. Точнее, его карьеры. Моё имя почти не фигурировало в статьях, за исключением старых новостей о нашей свадьбе. Похоже, мы тщательно скрывали свои отношения. Егор пришёл поздно вечером, распорядившись, чтобы Стефания уложила детей спать. Сделал он это как-то строго, да и выглядел очень серьёзным. Наверное, не задался рабочий день. Я не знала, как должны вести себя жены в таких ситуациях, поэтому просто молча ушла в спальню. А через несколько минут, немного поразмыслив, решила подняться к детям, заменив Стефанию, чтобы почитать им сказку. Ведь я не очень хорошо понимала, как быть хорошей мамой. Но готова была сделать это для Егора. Феминистки со всего мира разорвали бы его в клочья за такое недоверие ко мне, и заявили бы мне в лицо, что я веду себя перед ним как дура, боясь сказать правду. А нужна ли тридцатипятилетнему мужчине с двумя детьми и полностью построенной совместной жизни.. такая правда? Ведь самое обидное, что я тогда не играла в маленькую девочку. Я не лгала, и действительно ничегошеньки не помнила. И поэтому.. мне действительно пришлось играть, только уже во взрослую женщину, словно все шло как ни в чем не бывало. Время текло к полуночи, когда я легла рядом с мужем. Осторожно, словно эта роскошная постель принадлежала не мне, а жене Егора Николаевича. Но никак не мне. Я робко приложила руки под лицо, как маленькая. Мой взгляд скользнул на тумбу с настольным зеркальцем. "Терять мне нечего", ― подумала я, потянув руки к предмету, который избегала целый день. Я увидела своё лицо, только словно оно было коряво отредактировано в приложении, которое добавляет возраст. Потом мне показалось, что я увидела свою маму. Странно, но я не испытала никаких эмоций. Мужчина вдруг обвил меня за талию, и прижал к своему торсу, перехватив зеркало у меня из рук. ― Ослепнешь. От такой красоты, ― устало проговорил он с хрипотцой, и сквозь остаточное недовольство промелькнуло что-то нежное. Я повернулась к нему лицом. Серо-голубые глаза все так же взыскательно бороздили по моим. Он ждал от меня каких-то слов. ― Милый, прости меня. За те слова.. про то, что раньше было лучше. Жаль, что, по-видимому, я не умею ценить то, что имею. "За те слова..." Какие именно? Сказанные четырнадцать лет назад о том, чтобы он повзрослел, или пару дней назад о том, что раньше было лучше?" Кажется, я и сама не понимала, за что мне стыдно в бОльшей мере. За всё. Егор медленно вздохнул, приобняв меня за шею и чмокнув в волосы, задержавшись над ухом: ― Ты же знаешь, что ради тебя я достану любую звезду. Сколько бы времени не прошло. Как бы отвратительно я не вёл себя в юности. Ты любовь всей моей жизни, ― прошептал Егор, словно мы были не одни в этой спальне. На душе сделалось мягко и безумно тепло. Наверное, не стоит быть тридцати двух летней женщиной, чтобы желать слышать такие слова от своего любимого перед сном. Это был первый раз за весь день, когда я поверила, что ничего не изменилось. Увы, первый и последний. Мне придётся притворяться, что я при памяти, несмотря на почти полную её потерю. Ради него. Ради счастливой жизни с ним. И с нашими детьми. Я привыкну. Как привыкла к отношениям с бандитом. А к строгому, рациональному и внимательному взрослому мужчине.. уж точно.. наверное. ― Если бы я могла вернуться на много лет назад, я бы никогда не потребовала от тебя стать взрослее, ― прошептала я, и где-то на дне бокала моих чувств сгущался солёный осадок. ― Если заснешь сейчас, то сможешь, ― пригладил моё лицо Егор, шутливо вскинув бровь. ― А потом снова вернёшься ко мне в амплуа мудрой и сильной духом женщины, рядом с которой я всегда был любим и защищён. ― Договорились, ― мандражно шепнула я, прикрыв глаза, надеясь увидеть во сне какую-нибудь разгадку. Молясь, чтобы потерянная память все-таки вернулась ко мне. Или что бы всё это безумие оказалось прекрасным сном. Пожалуйста. * * * /спустя несколько часов/ * * * Ясность восприятия стремительно возвращается, и я просыпаюсь среди ночи с небывалой бодростью. Мгновенно отрываю тело от матраса, чувствуя, что он менее артопедичен. В нос ударяется запах нашей маленькой квартирки. Я долго прихожу в сознание, запутавшись в реальностях, пока не понимаю, что всё слишком явственно: картинка в глазах, звуки, запахи... Словно до этого момента я ощущала мир через лёгкий туман. Знаете это состояние, которое испытываешь после очень правдоподобного сна? Настолько правдоподобного, что каждая его деталь врезалась в память. И всё же после пробуждения ты медленно вспоминаешь, что было вчера, и понимаешь: неееее... это был просто сон. ЭТО БЫЛ ГРЕБАННЫЙ СОН, ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ?? Рвано выдыхая, я трогаю себя за лицо и грудь, небольшую и упругую, соскакивая с кровати к зеркалу. Вижу себя восемнадцатилетней Земфирой Майской в телесном нижнем белье из масмаркета, а не в дорогом белом кружеве. И начинаю смеяться. Господи, как же долго длился этот сон!! Я это я, значит, Егор тоже должен быть собой? Замечаю, что кровать пуста, и слышу отдалённый гул гитары Равиля и шум людей, доносящийся из открытого окна. Похоже, они репетируют внизу в гараже, где мы с Егором как раз недавно сильно поссорились.. потом бурно помирились.. Ну, я рассказывала об этом.. "Когда ты уже станешь взрослым..", ― флешбэкнуло в моей памяти. Я еще могу извиниться перед ним! У меня есть шанс, шанс на то, чтобы прожить с ним долгую жизнь и помнить каждое ее мгновение! Это был сон! Сон! Я закинула на своё хрупкое, всё еще молодое тело его длинную рубашку, прижав ткань к носу и прикрыв глаза: знакомый парфюм вперемешку с ментолом. И неважно, что в Блэк Стар запрещают курить. Он же не может резко стать идеальным, верно? Бросил криминал, бросил шалав, и курить тоже бросит! Он обязательно бросит курить, вот увидите! На кухне стояла стойка с микрофоном, на который был натянут носок (вместо поп-фильтра, представляете?) и пахло отравой для тараканов. Но я была счастлива войти в эту кухню, чтобы попить воды. Я была счастлива. Я выбежала из квартиры на площадку, быстро спускаясь вниз по лестнице, как лихорадочная обезумевшая лошадка. Я неслась на улицу, как будто боясь, что не застану своего Булаткина с его дружками в гараже. Хоть бы он был там! Мой Булаткин! Звякнула тяжёлая дверь подъезда, и я нырнула в прохладный воздух. Звук из приоткрытого гаража становился всё громче, а мое сердце забилось сильнее. Я хотела увидеть его прямо сейчас. Мои руки касаются шероховатой корочки от облупленной краски на стенке, а сама я медленно захожу за угол, показывась в свете белых ламп. Запах сырости и бензина немного кружат голову. Но не так сильно, как серо-голубые глаза того, кто через несколько секунд ошеломленно обернулся в мою сторону, остановив музыку. /от лица автора/ Равиль и Дэн почему-то стали играть менее активно, кивая головой Егору в сторону улицы, мол, "обернись". Принахмурившись, парень посмотрел назад. На тёмном полотне отчётливо "сиял" от ламп хрупкий силуэт его сонной Мирры, обличенной в растянутую рубашку рэпера и белые кроссовки на босые ноги. "Идиоты, просил же играть потише, разбудили мою маленькую злую девочку", ― про себя шикнул он, готовившись объясняться, "почему я опять репетирую ночью, кто эти люди и.. блять, Булаткин, какого черта вокруг бутылки из под пива.. и кто эти две шлюхи, ты охренел вообще? А ведь мы с ней только помирились". Егор мысленно подготовился к тому, чтобы увести ее во двор и поговорить, как вдруг ошеломился.. "Она смотрит на меня с какой-то детской радостью и любовью, которая вот-вот должна будет пролиться через край. Или мне кажется?" ― Ребят всем привет, ― мило улыбнулась девушка. "Оо, сейчас начнётся..." ― Мирра, я всё объясню, ― спокойно начал Егор, сделав шаг навстречу и ожидая подвоха со стороны проснувшейся среди ночи девушки. ― Не нужно, мой ахреневший, ― скорее наигранно, чем с возмущением и иронией промурчала она, кинувшись с объятиями на немного мокрую шею парня, и все присутствующие обратили на неё внимание. Булаткин машинально обнял её за талию, замерев на месте. ― Можешь даже не прогонять этих милых дам, через четырнадцать лет мы всё равно будем жить в браке с двумя детьми и белым персидским котом. Его ошеломленные глаза округлились от непонимания. Равиль сложил губы в трубочку, бесшумно присвистнув, и покрутил пальцем у виска. Обнимая свою девушку, он начал стрелять глазами по банкам с выпивкой у нее за спиной, сигнализируя пацанам: "Уберите их нахрен, быстро". Объятия девушки стали крепчать, а сама она словно и не думала отдаляться. ― Прости меня.. Прости.. ― Малыш, ты ебанулась? ― шепнул ей на ухо Егор. Ребята начали посмеиваться. Реперу показалось, что Мирра вот-вот заплачет. ― Хэй, что с тобой? Хочешь поговорить? Девушка быстро кивнула головой, и Егор приобнял малышку за плечи, уводя на улицу. Переступив порог и свернув в тишь ночного двора, Мирра прислонилась спиной к гаражу. Егор взыскательно смотрел ей в глаза, поместив руки на стене с обеих сторон от ее головы. ― Поцелуй меня. Пожалуйста. Хочу убедиться, что на этот раз я точно не сплю. Моргнув раза три, парень наклонился над брюнеткой, отведя ее подбородок, и требовательно затянул набухшие губы, углубляясь поцелуй. Теперь он целовался как прежде. Пылко, немного рвано, но всё же с горячей любовью. Этот поцелуй был явью, откликом тысячи нервных окончаний в её губах, так что в этом не было никакого сомнения. ― Прости меня, Егор, ― шепнула девушка. ― За что? Не томи, не пугай меня. ― За то что накричала на тебя и сказала, что тебе нужно повзрослеть.. ― Мы же помирились.. уже, ― усмехнулся парень, подметив, что это ссора стоила такого страстного примирения.. ― К тому же, в чем-то ты была права. ― Нет, правда, я была не права. Я требовала от тебя стать кем-то. Ты никогда не требовал от меня ничего подобного. ― Потому что ты идеальна для меня, Майская. Я буду стараться быть лучше ради тебя. Я дал себе слово. ― В таком случае, я хочу проживать с тобой каждое мгновение твоего пути. Нашего пути, - Мирра привстала на носочки, обняв опешевшего парня за шею. ― Чтобы не в коем случае ничего не забыть. И хранить воспоминания годами. "Что несёт это странное существо? Чертовски мило, но супернепонятно" ― Признайся, ты нашла шоты в баре на кухне? ― саркастично хмыкнул Егор. ― Я нашла тебя. Булаткина Егора, отбитого репера-паркурщика с ебанутым характером, капризным настроением и криминальным прошлым. И я люблю его таким. ― Ну ты и сучка, конечно, малая, но я польщен до глубины своей грешной душонки, ― приложил руку к сердцу парень. Мирра взглянула в родные глаза. Тёмные, манящие, дерзкие. ― Только вот по поводу свадьбы, детей и всего остального, что ты там.. наговорила.. ― Егор специально выдержал паузу, ухмыльнувшись. ― Я бы лучше завёл добермана. ― Вместо детей? ― смутилась девушка. ― Вместо кота, дура, ― расхохотался Егор, подняв девушку на руки. Новый сингл обещал взорвать музыкальные чарты. ______________ От автора: мне безумно не хочется заканчивать эту историю. Ее герои перекликаются во многих моих фанфиках, они живут отдельной жизнью на страницах любого из моих романов. Возможно, конец является лишь новым началом..) P.S прошу Вас проявить активность и оценить мою работу. С любовью к своим читателям, Ваша Маша Дерибо.