Недоделка

      В независимости от чьих-либо слов Джек считал себя недоделкой. И вообще всё в его жизни имело приставку «недо», начиная от странной дружбы, заканчивая нелепым альбинизмом, благодаря которому глаза частенько меняли свой цвет на красный или фиолетовый. Но его дружба была одним из слов с самой явной и яркой «недо», она была странной, но это не отменяло того факта, что она хотя бы была. Многие думали, что у них с Астом была непримиримая вражда, но на самом деле кролик чертовски волновался, как бы Фрост не вскрыл себе вены, что оставалось доступным всегда, что до становления ледянным, что после. А Джек на его причитания всегда отвечал грустной, но вполне искренней улыбкой. Но сейчас кажется всё.       Луноликий выбрал его в хранители. А ледяному на это плевать, он не хочет бороться ни за что. Может только за Пасхального, но в самом крайнем случае. А сейчас ему навязали ещё двоих незнакомцев и детей всего мира. Собрать бы себя для того, чтобы защитить уже неважных ему людей. Но Джек натягивает на лицо улыбку, которая выглядит вполне искренней и позволяет утянуть себя в водоворот событий. Джек спасает кроху-помощницу зубной феи и видит его. Кромешника. Кто бы, что ни говорил, но Джек отлично помнил, какую роль играл Бугимен в его жизни. Помнит, что брат умер по той же причине, что и сам Фрост ― спасая младшую сестрёнку, которая, наверняка, потом долго плакала, а потом снова попадает в какое-нибудь небезопасное приключение. Помнит и то, как встретил его и не верил своим глазам, как поддерживали друг друга. И замирает ― ещё помнит обещание. Слова вырываются прямо перед уходом брата, нет, Питча Блэка: ― Помни, что обещал, не забывай, в чём клялись. ― Помню, кем был, знаю, что делал,- прозвучал ответ уходящего Кромешника. Это всё ещё он ― его забытый брат. Забытый, но незабывший, как и сам Джек. ― Это что ещё такое?- у Тоуфф и Ника получается на удивление синхронно, кролик с песочником знают.       И Фрост всё выложил. Да, неправильно, нелогично, но ведь он так устал улыбаться днём, чтобы ночью забиться в тёмный уголок, как девчёнка, и плакать, молча терпя, чтобы никто не узнал, даже Аст и хранители. Джек старше любого хранителя минимум на четыреста лет, он провёл триста лет почти в полном одиночестве, успел сломаться. И его приняли и поняли. Сейчас он просто лежит головой на коленях грустно улыбающейся Тоуф и отдыхает. От постоянного выдавливания счастливых улыбок, от смеха невидящих его детей, от всего. В первую очередь от жизни. Как бы он хотел это всё оборвать, но он был слишком упрям для этого.

***

      А потом они встречаются с братом. Снова. И никто не увидит тёмного пятна, расползающегося по коже от второй стрелы Комешника. Тот целился в Аста. Глаза самого страха расширяются от понимания, что теперь из-за него будет медленно умирать его младший брат.

***

      Пасха не прошла. Ну да, Кромешник даже зная, что Джек умирает, продолжит свое дело. Фрост сам дал на это согласие, когда плотнее запахнул толстовку и заверил друзей, что всё в порядке. Джек чувствует почти не касающуюся его слабость хранителей и забирает её себе. С ребятами всё будет в порядке.

***

      Он помог Джимми поверить в Аста, но ходить он теперь почти не может. Хранители прилетают на санях Ника, удивлённые и бодрые, а потом видят еле живого Джека и всё понимают. Они видят Джимми, который продолжает верить в них, но не даёт Фросту и каплю необходимой ему веры. И по отрицательному мотанию головой понимают: не надо, так будет только тяжелей.

***

      Песочник возродился, битва в разгаре, но тут Джек понимает: всё. В Кромешника летит стрела из светлого песка, недостаточно сильная, чтобы убить сразу, так что у того есть не больше полу часа, но это зависит от его воли к жизни. Ноги Фроста подкашиваются, и хранители с Питчем рванули к нему, чтобы не допустить хотя бы удара головой. Ловит его Блэк. Джек печально улыбается, тёмное пятно начинает страшными узорами ползти на лицо. ― Ты ведь знал, что такой исход предрешён? ― Знал конечно, мой глупый младший брат. ― Помни, что обещал, не забывай, в чём клялись. ― Помню, что делал, знаю, кем был.       Джек, как и все сказки не ставшие хранителями рассыпался своей стихией. в его случае ― он стал снегом. Вслед за ним с тихим шелестом тёмным песком стал Питч. Ветер разнёс по городу чёрно-белую пыль.       Сказки нельзя похоронить, но хранители сделали две надгробных плиты у того озера, где появился Джек. На плите ледяного была надпись:«Помни, что обещал, не забывая, в чём клялись. Навеки Джек О. Фрост, холод, который не любил морозное одиночество», на плите Питча:«Помню, что делал, знаю, кем был. Навеки Питч Ф. Блэк, страх, который боялся смерти».