Restless Nights

«Ты хорошо спала?»       Практикуемая ложь легко слетела с ее языка. «… Да.»

***

      Ночи Рэй всегда были беспокойными. Сон никогда не был легким для нее, особенно после того, как это произошло. Это только ухудшилось, когда они увезли Зака.       Никто не слушал ее, когда она сказала им, что ее не похищали. Хуже того, когда его увозили, она не была в сознании, даже не успела попрощаться.       За время, которое они провели вместе, Зак стал большим, чем Рэй когда-либо считала возможным. Она начала искренне заботиться о нем, и его выход стал более важным не только из-за их клятвы, но и потому, что она хотела, чтобы он тоже вышел.       Мысль о нем, остающемся пойманным в ловушке того здания, заставляла ее расстроиться, по причинам, которые она сама не понимала. И теперь, когда она не знала, где он, мертвый или живой, это чувство только ухудшилось.       Ее психотерапевт, доброжелательная женщина средних лет, которая, казалось, имела к ней слабость, заметила, что что-то не так. «Рейчел, ты боишься?»       Боюсь? В некотором смысле, да, она боялась. Она боялась, потому что не знала, что с ним случилось. «Этот убийца… Ты больше не одержима им, как раньше.»       Одержимость… Почему они это так называют? Все потому, что она не могла перестать спрашивать о Заке, когда они впервые привели ее. Было ли так неправильно беспокоиться о нем? «Итак, я скажу тебе это, просто чтобы успокоить тебя. Этого убийцу…»       Это было то, что она хотела знать все это время. Но у нее было ощущение, что это было не то, что она хотела услышать. «…приговорили к смертной казни».       И в ней что-то сломалось.

***

      Что заставило эту женщину думать, что эта новость облегчит ей сон, она не знала. Во всяком случае, сон был еще дальше, чем раньше.       Рэй позволила психотерапевту проводить ее в свою комнату. Как только дверь закрылась, она направилась прямо к единственному столу в комнате и открыла ящик, где ей было позволено хранить свои вещи. Среди игл, нитей и различных тканей лежало то, что она искала.       Она подняла нож, держа его над слабым лунным светом, пробивающемся сквозь шторы. Свет отскочил от маленького обломка на лезвии, что она вызвала. Его нож, но ей удалось сохранить его, потому что она сказала, что это ее. Не то чтобы это было ложью; в конце концов, он ей его подарил. Но это изначально принадлежало ему.       С тех пор этот нож был для нее единственным утешением. Она потеряла его бинты, когда они отвезли ее в больницу, и заменили их новыми, пока она была без сознания. Этот нож был единственным, что у нее осталось от него. «Это должна была быть еще одна бессонная ночь…"-но все ведь уже никогда не будет прежним, не так ли?       Она долго смотрела на лезвие, прежде чем вернуть его обратно в ящик. Ей пришлось ложиться спать, прежде чем они поймают ее снова.       Щелкнув по выключателю и натянув на себя одеяло, она погрузилась в свои мысли. Она вспомнила, на что это было похоже, когда он получил ранение, и она думала, что в итоге он истечет кровью до смерти. Это ужасное чувство возможной потери.       Это было в сто раз хуже. Казнь была окончательной, это был конец конца. Он не переживет этого, каким бы смехотворно прочным он ни был. Они бы об этом позаботились.       Грохот, испугавший ее, отвлек от ее мыслей . Она подняла голову с подушки. Этот звук… это из окна? Она поднялась и с любопытством подошла к окну.       Звук бегущих ног снаружи ее двери заставил ее остановиться и развернуться.«Рэйчел, что это за шум?» Знакомый голос ее терапевта эхом отдавался через дверь.       . Значит, это не тот, кто работает здесь, — поняла она. В таком случае…       Она снова посмотрела в окно. И впервые за несколько месяцев она позволила себе надеяться.       Ей нужно действовать быстро.       Сначала она подошла к ящику и схватила нож. Несмотря на то, что она позволила себе надеяться, она предпочла бы принять меры предосторожности. Затем она толкнула стопку коробок, сложенных рядом с дверью, блокируя ее. Не слишком рано, потому что ее терапевт начал стучать в дверь.       Она проигнорировала безумные крики женщины и направилась обратно к окну.Она отдернула занавески, и сердце подпрыгнуло в ее груди, когда она увидела знакомый силуэт за окном.       Она не слышала, как женщина убежала, чтобы связаться с полицией. Все ее внимание было сосредоточено на фигуре у окна. Она двинулась к нему, когда- «ОТОЙДИ НАЗАД!»       Она быстро согласилась, отпрыгнув назад, когда окно сменилось в ливне осколков (ну или разбилось на нашем языке). «Та-да…» — резко произнес он, когда присел на подоконник.       Она смотрела, широко раскрыв глаза и не веря своим глазам в его знакомую фигуру, когда занавески качались на ветру. Нож выпал из ее рук; она больше не нуждалась в нем. Не тогда, когда он стоял прямо здесь, перед ней. «Зак…»       Он спрыгнул с подоконника, приземлившись на пол в комнате. Его разного цвета глаза скользнули по комнате, прежде чем, наконец, приземлились на нее. «Ну вот..., снова эта "кислая рожа". «… Зак, но как… разве ты не должен быть в тюрьме?»       Он дико усмехнулся. «Тюрьмы созданы, чтобы с них сбегать, верно?» «Но… тогда. Я сказала, что возьму клятву на себя.»       Он не должен был рисковать, приходя за ней, он мог просто убежать, чтобы его больше никогда не видели. «И что? Во всяком случае, это не твое, чтобы брать его.» — Он нахмурился, глядя на нее обвиняющими глазами.       И она поняла — он был прав. Эта клятва принадлежала и ему. Она шагнула к нему, и слезы наполнились в уголках ее глаз. «Итак… ты все еще… хочешь убить… Меня? »       Даже после всего, что она сделала, даже после лжи, которую она рассказала, даже после того, как прошли многие луны… «Это со мной ты разговариваешь. И я никогда не теряю из виду то, что хочу.       И это смелое заявление сказало ей все, что ей нужно было знать. Поэтому, когда он протянул ей руку, она взяла ее без колебаний.

***

«Эй, Зак… Пожалуйста, убей меня.» «…Тогда прекрати реветь и смейся.»

***

      Он не убил ее, пока. Но он обещал, что если все дойдет до этого, он покончит с ней своими руками. Она бы не умерла сейчас, когда он в ней нуждался.       Разумеется, за ними следовала полиция. Он только что ворвался в правительственное учреждение и сбежал с одним из их пациентов, и он все еще был убийцей в бегах.       Возможно, это был не идеальный финал. Но это был конец Рэй.       И этим она была довольна.