"Давай этот ад превратим в наш рай..."

Он придвинулся ближе ко мне, так, что наши губы чуть не прикасались. Я смотрел в его глаза. Яркий свет от костра бегал по лицу Билла, очерчивая скулы, такие красивые и кажется, такие родные. Он стал для меня родным человеком, не смотря на то, что мы знакомы день или два…  — Какая пошла Сосёнка~ — первым из нас заговорил он, чуть ли не мурлыкая.  — Я… я… просто я… ты… — я нервно отодвинулся и почесал затылок.  — Если честно, — нахальная улыбка сошла с лица и на её месте появилась серьёзность и сосредоточенность. — Я честно переживал за тебя. Все мои родные «погибли», знаешь хоть мы встретились недавно, но… Я надеюсь, что мои чувства взаимны, — он стал приближаться ко мне, медленно, не спеша, испытывая мою силу воли. Ладно, сдаюсь он выиграл, я не выдержал и двинулся вперёд на встречу его пухлым губам. Мы сидели у костра. Он нежно поднял мою голову за подбородок, нежно выцеловывая губы, щёки, виски, лоб… Я сидел с приоткрытым ртом, ждал, когда он поцелует меня. Он ухмыльнулся и потянулся опять к моим губам. Впервые я чувствовал то, что, наверное, говорят «бабочки в животе порхают». Может у кого-то и так, но мои бабочки колотятся о стенки желудка. Он целует нежно, проникает внутрь моего рта, не спеша, как «царь этой горы», обследует его и оценивающе хмыкает. В низу живота образовался комок или узел возбуждения, не могу больше сдерживаться. Стоны вырываются сами по себе. Я покраснел как рак, невозможно нормально дышать, хочу слиться с ним в единое…  — Малыш, ты такой нетерпеливый… — он отстранился и достал бутылку виски из сумки и невольно поёжился. Никогда не любил, да и не умел пить.  — Прошу, Билл, не пей эту дрянь, — я хотел отобрать, но он зашипел и начал ей что-то говорить поглаживая.  — Не слушай его, ты хорошая. Он тебя не обидит, если что, то я его сам обижу, — он посмотрел на меня, а потом опять на бутылку.  — Так, я тогда спать, — сказал я, но меня мягко сжали в объятиях.  — Нет, — он откинул бутылку, и начал страстно целовать меня попутно снимая кофту.  — Но, а если Семми проснётся? — говорил я, пытаясь отдышаться. — Билл, я не могу… — покрываясь румянце, прошептал я.  — Ну и плевать на него, Малыш, я так хочу тебя, — он скинул с меня футболку, и начал вырисовывать всякие символы на груди язычком.  — Ну я, не из-за него… Просто, это мой первый раз и… Я не могу, — я расставил руки вперёд, чтобы оттолкнуть его от себя, но вместе этого он сильнее прижал меня к земле. Слава Богу, мы лежали на пледе.  — Ну я почту за честь быть вашим первым и остаться с вами на веки, — он прильнул к моим губам, мягко зарывая пальцы в мои волосы.  — Прошу, будь осторожен, — мы лежали уже голые. Трава приятно щекотало руки и ноги, слабо обдувал тёплый летний ветерок. Он медленно опустился к бедрам, целуя внутреннюю сторону бедра, он разрабатывал проход. Было больно, я невольно вскрикнул.  — Прошу расслабься и потерпи~ — он вовлёк меня в поцелуй, чтобы хоть как-то отвлечь от боли, мне помогло. Вскоре он вынул из меня три пальца, и подставил головку к колечку мышц. — Я тебя люблю~ — он вошёл на половину, я вскрикнул. Он начал немного двигаться, вскоре наращивая темп под нужным углом. Я начал получать дикое удовольствие которое даже наркоман от своих доз не получает.