Гарри Поттер - старший брат Драко Малфоя

      Утро вылазки в Хогсмид выдалось ясное, но ветреное. После завтрака они выстроились в очередь перед Филчем, а он сверялся с длинным списком учеников, получивших разрешение родителей или опекунов посещать деревню.       Они прошли между высокими каменными колоннами с крылатыми вепрями и свернули влево, на дорогу к деревне. Ветер трепал им волосы, бросал на глаза.       Они прошли по Главной улице мимо магазина волшебных шуток «Зонко», увидев там, естественно, Фреда и Джорджа с Ли Джорданом, мимо почты, откуда через правильные интервалы вылетали совы, и завернули в переулок, в конце которого стоял трактирчик. На ржавой скобе над дверью висела облезлая деревянная вывеска с изображением отрубленной головы кабана, с которой текла кровь на белую скатерть. Вывеска скрипела на ветру. Троица остановилась перед дверью в нерешительности.       — Идём? — робея, сказала Гермиона. Аракс шагнул первым.       Трактир «Кабанья голова» представлял собой убогую, грязную комнатку, чем-то насквозь пропахшую, скорее всего, козлами. Окна эркера покрывал такой слой сальной грязи, что дневной свет едва просачивался в комнату, и освещалась она огарками свечей, расставленными на грубых деревянных столах. Пол, на первый взгляд земляной, оказался каменным, с вековыми наслоениями грязи.       — Четыре сливочных пива, пожалуйста, — сказал Аракс, когда они подошли к стойке.       Бармен достал откуда-то снизу четыре очень грязных, очень пыльных бутылки и со стуком поставил на стойку.       — Восемь сиклей.       — Я заплачу, — быстро сказал Аракс и отдал ему серебро.       Взгляд бармена скользнул по нему, задержавшись на шраме и белой шевелюре. Потом старик отвернулся и скинул деньги в старинную деревянную кассу, ящик которой открылся сам собой. Аракс, Драко, Рон и Гермиона ушли к самому дальнему столу, сели там и огляделись.       — Так кто, говоришь, собирался прийти? — Аракс сковырнул ржавую крышку с бутылки и сделал глоток.       — Да два-три человека, — Гермиона взглянула на часы и с нетерпением обернулась к двери. — Я просила их прийти в это время, и место они должны знать… О, смотрите, это, наверное, они.       Дверь распахнулась. Сноп пыльного солнечного света разрезал комнату надвое и потух — дверной проём загородила целая толпа.       Первыми вошли Невилл с Дином и Лавандой, за ними сразу — Парвати и Падма Патил вместе с Чжоу и одной из её вечно хихикающих подруг, потом одна и с мечтательным видом, словно забрела сюда случайно, Полумна Лавгуд; потом Кэти Белл, Алисия Спиннет и Анджелина Джонсон, Колин и Деннис Криви, Эрни Макмиллан, Джастин Финч-Флетчли, Ханна Аббот, девочка из Пуффендуя с длинной косой — Аракс не знал её имени; три парня из Когтеврана — насколько помнил Гарри, их звали Энтони Голдстейн, Майкл Корнер и Терри Бут; Джинни, а за ней высокий курносый блондин, в котором Гарри узнал игрока команды Пуффендуя. Замыкали процессию Фред и Джордж Уизли со своим другом Ли Джорданом — у всех троих были большие бумажные мешки с товарами от «Зонко».       — Два-три человека? — севшим голосом передразнил Аракс. — Два-три человека?       — Ну, идея оказалась привлекательной, — радостно сообщила Гермиона. — Рон, не подтащишь стулья?       Бармен, вытиравший стакан тряпкой, такой грязной, как будто её никогда не стирали, прервал свою деятельность. Наверное, он в жизни не видел столько посетителей.       — Здравствуйте, — сказал Фред, первым подошедший к стойке. Он быстро пересчитал спутников. — Можно нам… двадцать пять сливочного пива? Бармен уставился на него, потом, с досадой бросив тряпку, словно помешали какому-то важному его занятию, начал таскать из-под стойки пыльные бутылки. Фред передавал их ребятам.       — Угощайтесь. И раскошеливайтесь. У меня золота на всех не хватит.       Аракс оцепенело наблюдал, как гости, весело болтая, разбирают пиво и достают из мантий монеты. Он всё ещё не мог поверить, что собрались тут ради него, и вдруг, похолодев, подумал: от него ждут речи. Он повернулся к Гермионе и брату:       — Что вы им наговорили? Чего они ждут?       — Я же тебе сказала: просто хотят тебя послушать, — успокоила его Гермиона. Но Аракс продолжал испепелять её взглядом, и она торопливо добавила: — От тебя пока ничего не требуется, я сперва сама скажу.       — Привет, Аракс, — сияя, сказал Невилл и сел напротив. Аракс улыбнулся в ответ, но ничего не сказал — во рту у него пересохло. Чжоу только улыбнулась и села справа от Рона. Её подруга, кудрявая рыжеватая блондинка, не улыбалась, она наградила Аракса недоверчивым взглядом, словно говоря: моя бы воля, я бы вообще сюда не пришла. По двое, по трое вновь прибывшие рассаживались вокруг Аракса, Драко, Рона и Гермионы, кто взволнованно, кто с любопытством. Полумна Лавгуд мечтательно глядела в пространство. Когда все расселись, разговоры стихли. Все взгляды обратились на Аракса.       — Так, — сказала Гермиона; от возбуждения её голос звучал выше обычного. — Ну, значит…       Теперь всеобщее внимание было приковано к ней, хотя ребята то и дело поглядывали на Аракса.       — Так вот… хм… вы знаете, зачем мы собрались. Так вот… у Аракса возникла идея… То есть у меня возникла идея, что тем, кто хочет учиться защите от Тёмных искусств, было бы полезно… То есть по-настоящему ей учиться, а не той ерунде, которую преподносит Амбридж… — Голос её зазвучал сильнее и увереннее. — Потому что это никакая не защита, а пустые разговоры. Ну, и я подумала, что стоит взять это дело в свои руки. — Искоса взглянув на мрачного Аракса и невозмутимого Драко, она продолжала: — В смысле, учиться защите как следует, не теоретически, а настоящими заклинаниями…       — Но сдать защиту от Тёмных искусств на СОВ ты, надеюсь, тоже хочешь? — сказал Майкл Корнер.       — Конечно хочу. Но не только. Я хочу действительно овладеть защитой, потому что… потому что… — она набрала в грудь воздуха, — потому что лорд Вол-де-Морт вернулся. Реакция была мгновенной и предсказуемой. Подруга Чжоу взвизгнула и пролила на себя пиво, Терри Бут вздрогнул, Падма Патил поёжилась, а Невилл как-то странно тявкнул и попытался выдать это за кашель. Все при этом выжидательно уставились на Аракса, изредка косясь на сидевшего тут же Драко.       — Такой, по крайней мере, план, — сказала Гермиона. — Если хотите участвовать, надо решить, как нам это…       — Где доказательство, что Вы-Знаете-Кто вернулся? — воинственным тоном сказал светловолосый игрок Пуффендуя.       — Ну, Дамблдор в это верит, — ответила Гермиона. — И не только Дамблдор.       — Хочешь сказать: ему верит? — Он кивнул на Аракса.       — А ты кто такой? — грубо осведомился Рон.       — Захария Смит. И по-моему, мы вправе услышать, почему он решил, что Сами-Знаете-Кто вернулся.       — Слушай, — вмешалась Гермиона, — вообще-то мы не для этого тут собрались.       — Ничего, Гермиона, — сказал Аракс.       До него только что дошло, почему здесь столько народа. Гермионе следовало этого ожидать. Некоторые из них — может быть, большинство — пришли, чтобы услышать историю от него самого.       — Почему я решил, что Сами-Знаете-Кто вернулся? — сказал он, глядя Захарии в глаза.       — Я его видел. И отец часто его видит, хотя с радостью отказался бы от такой чести. И если вы мне не верите, я не собираюсь тратить день на то, чтобы убеждать вас.       Захария не был удовлетворён:       — В прошлом году Дамблдор сказал только, что Седрика Диггори убил Сами-Знаете-Кто и что тебя похитили Пожиратели. Без подробностей. Как именно убили Диггори и как так получилось, что ты Малфой, а не Поттер, он не сказал, а нам хотелось бы знать…       — Если вы пришли послушать, как именно убивает Волан-де-Морт, то ничем не могу быть полезен, — сказал Аракс. Нервы его последнее время были на пределе, и сейчас он опять вспылил. Он избегал смотреть по сторонам, не желаю видеть недоверие и подозрительность, и не сводил глаз с агрессивного лица Захарии.       — Не хочу говорить о Седрике Диггори, ясно? Так что если ради этого явились, можете убираться.       Он рассерженно взглянул на Гермиону. Это она виновата: решила сделать из него какое-то чудо-юдо, и все повалили слушать диковинную историю. И братец хорош: он-то мог это предвидеть. Однако никто не ушёл, даже Захария Смит, хотя продолжал недоверчиво смотреть на Аракса.       — Так вот, — сказала Гермиона тонким голосом, — я говорю: если хотите учиться защите, тогда надо решить, как мы это устроим и как часто будем встречаться.       — Это правда, что ты можешь вызвать Патронуса? — спросила девочка с длинной косой.       Заинтересованный шепоток среди слушателей.       — Да, — с некоторым вызовом сказал Аракс.       — Телесного Патронуса?       — Да.       — Ёлки! — воскликнул Ли. — А я и не знал!       — Мама велела Рону не болтать об этом, — объяснил Фред, улыбнувшись Араксу. — Сказала, что ты и так не обделён вниманием.       — Это точно, — буркнул Аракс, и кое-кто засмеялся.       — И ты убил василиска мечом из кабинета Дамблдора? — спросил Терри Бут.       — Ну… убил, да.       — А на первом курсе, — объявил Невилл, — он спас философский камень от Вы-Знаете-Кого.       Глаза у Ханны Аббот сделались круглыми, как галеоны.       — Не говоря уже о всех заданиях, с которыми он справился на Турнире Трёх Волшебников в прошлом году, — сказала Чжоу. — Одолел дракона, русалок, паука… Пронёсся почтительный шумок. Гарри внутренне сжался. Он изо всех сил старался придать лицу такое выражение, чтобы оно не показалось самодовольным. Из-за её похвалы ему стало гораздо труднее сказать то, что он должен был сказать непременно и даже дал себе в этом клятву.       — Слушайте, — и все сразу смолкли. — Я не хочу изображать тут скромность и вообще ломаться… но мне очень сильно во всём этом помогали.       — С драконами — нет, — живо откликнулся Майкл Корнер. — Ты шикарно летал.       — Ну… допустим. — Гарри чувствовал, что отрицать это было бы ребячеством.       — И летом никто не помогал тебе прогнать дементоров, — сказала Сьюзен Боунс.       — Да, — сказал Гарри. — Да. Ладно. Кое-что действительно я сделал без посторонней помощи, но я вот что хочу сказать…       — Хочешь отвертеться и не показывать нам своих номеров? — сказал Захария Смит.       — У меня мысль, — вмешался Рон прежде, чем Аракс успел ответить. — Может, тебе заткнуться?       Наверное, сильнее всего подействовало на Аракса слово «отвертеться». Во всяком случае, сейчас он смотрел на Захарию так, как будто больше всего на свете хотел заехать ему по физиономии. Захария покраснел, но не унимался:       — Мы пришли у него поучиться, а он объясняет нам, что на самом деле ничего не умеет.       — Он этого не говорил! — рявкнул Фред.       — Тебе что, уши прочистить? — поинтересовался Джордж, вытаскивая из бумажного мешка от «Зонко» длинный, устрашающего вида металлический инструмент.       — Или другой какой орган? — сказал Фред. — Мы куда хочешь его вставим.       — Ну, хорошо, — вмешалась Гермиона. — Идём дальше. Мы согласны в том, что хотим брать уроки у Аракса?       Собравшиеся ответили одобрительным шумом. Захария сложил руки на груди и молчал — должно быть, потому, что очень внимательно следил за инструментом в руке у Фреда.       — Так, — сказала Гермиона, обрадованная тем, что наконец до чего-то договорились. — Теперь второй вопрос: как часто будем заниматься? По-моему, реже, чем раз в неделю, не имеет смысла…       — Подожди, — сказала Анджелина, — важно, чтобы это не совпало с нашими тренировками.       — И с нашими, — подхватила Чжоу.       — И с нашими, — добавил Захария Смит.       — Думаю, мы сумеем выбрать вечер, который устроит всех, — с лёгким нетерпением отозвалась Гермиона. — Всё-таки это важное дело, мы хотим защищаться от Пожирателей смерти, слуг Во… Вол-де-Морта.       — Дело говоришь! — рявкнул Эрни Макмиллан, несколько насмешливо глядя на Малфоев. — Я считаю, это важно, наверное, поважнее всего остального в нынешнем году, важнее даже, чем СОВ! — Он грозно оглядел компанию, словно ожидая криков «нет!». Но все молчали. — Я лично не могу понять, почему в такое критическое время Министерство навязало нам эту никчёмную преподавательницу. Ладно, оно не желает признать, что Сами-Знаете-Кто вернулся, но подсовывать нам учителя, который намеренно не даёт овладеть защитными заклинаниями…       — Мы думаем, Амбридж не позволяет нам учиться защите от Тёмных искусств потому, — сказала Гермиона, — что у неё возникла безумная идея, будто… будто Дамблдор хочет организовать из учеников личную армию. И выставить её против Министерства. Почти все были огорошены этой новостью.       — Давайте все-таки решим сколько раз мы будем собираться, — напомнила Гермиона.       — Раз в неделю, по-моему, нормально, — сказал Ли Джордан.       — Только чтобы… — начала Анджелина.       — Знаем, знаем: не мешать квиддичу, — закончила Гермиона. — Место мы уже нашли. Только давайте решим, как обезопасить его от вмешательства посторонних. Будет плохо, если нас найдут.       — Непреложный обет?       — С ума сошел! Через чур серьёзно для такого. Просто клятва о неразглашении.       — Или Слово Волшебника.       — У меня есть идея получше, — подал голос Драко, насмешливо глядя на недоверчивое выражение лиц. — Письменный Договор. Почти так же хорош, как и Непреложный обет, но может иметь неограниченное количество участников. И нет стольких ограничений. Будет запрет только на то, что мы сформулируем на бумаге. В конце концов нам нужна возможность пригласить кого-то ещё.       — Ладно, попробуем так. Ведь нет возражений? — сказала Гермиона. — Когда решим насчёт времени первого занятия, всех оповестим.       Она порылась в сумке, достала перо и пергамент и помешкала, словно собираясь с духом перед тем, как сделать важное заявление.       — Сейчас Драко напишет текст договора. Если возражений против формулировки не будет, мы подпишем его. Хорошо бы, все написали свои имена, чтобы мы знали, кто присутствовал. И ещё я думаю, — она сделала глубокий вздох, — нам не стоит кричать об этом на каждом углу. Так что, если вы подпишетесь, это значит, вы обязались не говорить о наших планах ни Амбридж, ни остальным. Только после одобрения остальными. Впрочем, Драко сейчас всё пропишет.       Фред сразу же взялся за перо и с удовольствием расписался, как только Договор попал к нему в руки. Аракс заметил, что перспектива внести себя в список кое-кого не обрадовала.       — Э-э, — протянул Захария, не взяв пергамент, который протягивал ему Джордж. — Эрни мне скажет, когда собираемся.       Но Эрни и сам не решался подписаться. Гермиона вздёрнула брови.       — Понимаешь… мы — старосты. Если список найдут… ты же сама сказала: если Амбридж прознает…       — Ты минуту назад согласился, что это самое важное в нынешнем году, — напомнил ему Аракс. — К тому же без подписи мы не станем говорить о месте, которое мы нашли. А это нечто удивительное.       — Я… да. Да, я так считаю… Просто…       — Эрни, ты правда думаешь, что я буду оставлять его где попало? — язвительно спросила Гермиона.       — Нет. Конечно нет. — Эрни немного успокоился. — Ну, конечно, я подпишу.       После Эрни никто не протестовал, хотя Аракс заметил, что подруга Чжоу посмотрела на неё с укоризной перед тем, как поставить подпись. Когда записался последний — Захария, Гермиона забрала пергамент и аккуратно засунула в сумку. Присутствующими владело странное чувство. Теперь они как будто были связаны круговой порукой.       — Ну, время бежит, — бодро сказал Фред. — А нам с Джорджем и Ли ещё надо приобрести предметы довольно щекотливого свойства. До встречи.       По двое, по трое ребята стали расходиться.       — По-моему, неплохо прошло, — сказала довольная Гермиона, когда они втроём вышли из «Кабаньей головы» на солнечный свет. Аракс и Рон ещё не расстались со своими бутылками сливочного пива.