Всяк ангел господень

Энакин - воплощенный кошмар. Мастера и магистры вздрагивают, когда он проходит мимо. Рыцари отступают с его пути. Падаваны и юнлинги кричат от ужаса, трясутся, прячась в укрытиях. Где угодно, но только не рядом с ним. Он выглядит ребенком, не больше десяти на вид, у него золотые волосы и ясные голубые глаза. Слишком яркие для человека. Он веселый, умный, проницательный, шебутной и энергичный. Он - ребенок, но джедаев не обмануть. Они видят скрытую под оболочкой из мяса и костей кошмарную суть. Энакин - это стихия. Он - солнечная корона, выбрасывающая протуберанцы в черноту космоса. Он - холодный свет звезд, несущийся сквозь пространство тысячи лет. Он - первый вздох. Он - буря в пустыне. Он - шквал и извергающаяся из вулканов магма. Мейс Винду белеет от ужаса, встретившись с Энакином глазами. Он вскакивает, судорожно зажигая меч, и дрожит, с трудом удерживая себя от броска вперед, чтобы убить, уничтожить, стереть с лица галактики эту угрозу. Он боится. Йода тоже боится, как и остальные магистры, но находит в себе силы успокоить Совет. Они смотрят на ребенка, стоящего в середине зала, как на чудовище, только и ждущее момента их сожрать. Они смотрят и видят, как распахиваются одно за другим крылья. Дым и гарь, свет и тьма, жар и пепел. Энакин слегка склоняет голову в недоумении, а они видят, как моргают тысячи глаз. Он улыбается... Робко. Они отшатываются от пасти с сотнями зубов. Он протягивает руку... Они едва удерживаются от крика, когда сотни щупалец с присосками заполняют комнату. В середине каждой присоски хищно изогнутый коготь, блестящий от яда. Они смотрят на него и в глубине разумов воют от ужаса. Оби-Ван стоит за спиной чудовища и не боится. Его душа - дым и пепел, пожарище, окутанное горем и болью. Его мастер погиб, и пусть магистры чествуют его, пусть Орден рукоплещет, восхищаясь победой над ситхом, пусть все, от мала до велика, восхищаются им... Убийцей Ситхов... Кеноби все равно. Ему больно, но он не боится. Он готов кусаться и царапаться, защищая Энакина, даже зная, кто он есть, даже видя его жуткую суть. Квай-Гон Джинн попросил Оби-Вана защитить Энакина, воспитать, обучить, и будь проклят Кеноби, если он этого не сделает. Он не боится, ибо его страх умер вместе с его мастером. Совет совещается и назначает Кеноби мастером Скайуокера, присваивая вчерашнему падавану звание рыцаря. Оби-Ван только кивает, сжимая ладошку мальчика, бестрепетно глядя в бездну его глаз. - Идем, ученик. - Да, мастер! У Энакина слишком острые зубы. Он кивает, расправляя призрачные крылья, и щупальца обвивают Кеноби, впиваясь когтями в душу. Это привязанность. Вчерашний падаван только смиренно вздыхает. Он не боится. Совет с ужасом смотрит им вслед.