Второй год "Странных русских магов" в Хогвартсе

       Гарри, Драко, Гермиона и русская четверка сидели в библиотеке и впервые серьёзно, молча перелистывали книги в поисках хотя бы намека на то, как зелье может помочь пережить сутки с Венгерской Хвосторогой и не стать кучкой пепла. Везде была одна и та же строчка: Зелья не действуют на драконов.». Книга за книгой отодвигались на край стола, образовывая аккуратные стопки или просто кучки. Ребята уже отчаялись, но продолжали вчитываться в новые недавно напечатанные, старые, написанные от руки, истертые строчки. В глазах рябило. — Так все, парни!.. Мисс, баста. — Виктор откинулся на спинку стула и буквально «стек» вниз, пока его голова не оказалась на уровне стола, а ноги не оказались под стулом Гермионы. — Единственное, что я нашёл это зелье «ложная смерть»… Это единственное зелье, пары которого будучи не опасными для человека, усыпляют дракона… — Виктор прикрыл глаза. — Но рецепт утерян! — Гермиона подскочила и, оперевшись руками о стол, нависла над ещё сильнее скатившимся вниз Виктором. — Ну… Да… Но думаю у мамы есть… Многое «утерянное» есть в России… Мы, знаешь ли, не только бухать и гулять можем, мы ведь на самом деле очень умные и многие ученые, возможно, ты заметила, русские. Как маггловские так и магические… — Мне все больше хочется поехать в Россию… — Драко до этого «усиленно читавший», положив голову в одну книгу и, прикрывшись другой, поднял голову, от чего книга почти упала. Гермиона согласно кивнула. — Съездим как-нибудь, может этим летом вас возьмём*…       Ребята стояли перед тяжёлой дверью кабинета Екатерины Сергеевны, никто не решался стучать, хотя знали, что матушка Виктора, доброй души, максимально либеральная женщина, а то, что если попасться под горячую руку может не убить, так покалечить, на подобные мелочи никто не обращал внимания. Главное, что человек хороший.        Глупый и наглый пятый курс, не смотря на то, что шестой во главе с Кацуки и Плисецким их предупреждали, что Миссис Екатерина хоть и выглядит как гурия, но очень быстро становится фурией, а ярость у неё не огонь, который быстро успокаивает Кацуки Юри, а лёд. Хотя в её случае криогенная заморозка на расстоянии трёх метров… Но курс слишком самодоволен и наивен, они решили проверить насколько хватит терпения женщины. Трансфигурированную кружку в мышь, вместо кружки в ложку она проигнорировала, даже баллы не сняла, обмен записками, смена мест тоже. Но на обращения «Кэйт» взорвалась. Первые два ряда «оттаивали» в медкрыле, зато теперь на уроках идеальная тишина. — Ну стучите уже, блядь, кто-нибудь, три часа стоим… — Юра нахмурился. Сегодня он был в мужской форме и поэтому не приходилось «строить из себя леди». Дверь распахнулась и оттуда вышла Мадам Трюк. — Что вам, ребятки? Катенька устала, только если очень важное, что-то… — студенты заверили её, что важнее повода просто быть не может и от этого зависит их жизнь. В прочем, так оно и было. Они зашли. Миссис Никифорова сидела в длинном черном шёлковом, закрытом платье и подпиливала ногти. — О, привет, мои хорошие, чего вам? — она отложила пилочку. — Нам бы, рецепт «ложной смерти», помнишь ты Марьванне варила, когда она хотела мужа напугать? — Виктор вспомнил как её муж три дня гулял без просыху, сразу раскусив обман жены, всё-таки, когда люди умирают по-настоящему их губы не становятся ярко-карминовыми. Муж Марьванны был добрейшим и терпеливейшим человеком — дядей Костей, а жена только Марьванной, сухо и скучно. — Где написать? — она оглядела ребят. Гермиона широко раскрыла глаза. — Вы его наизусть знаете? — Ну, конечно, нас этому в институте учили.        В качестве лаборатории подошла одна из лабораторий Снейпа, он милостиво согласился её уступить. Вернее, Гарри пошёл его отвлекать, пока зелье варится. Благо всего… Двенадцать часов непрерывной работы, но имея как минимум трёх талантливых зельеваров в запасе это вполне возможно.