—Я женюсь!

Г л а в а 3

POV Юри       Растерянность. Вот что ощущал сейчас я. Все эти удивленные взгляды создавали не самую приятную атмосферу. Сейчас в голове крутился лишь один вопрос. Зачем? Зачем Виктор устроил весь этот цирк? Никифиров выжидающе смотрел на меня. Ах, да. Нужно ведь дать ответ. Ответ… Никогда мне не приходилось так тяжело. Я его люблю, всем сердцем и душой, и ни за что не хочу его терять. Однако, вдруг из-за моего решения ему станет только хуже? Репутация и всё такое. Но если уж Виктор вот так вот, на прямую, при всех сделал мне предложение… Ох, даже в мыслях это прозвучало странно.       Всё это время я сидел поникнув головой и вот, я посмотрел в эти голубые глаза. Знаете, что я сделал? Рванул с места и убежал. Да, как настоящий трус. Просто сбежал. Это странно и нелепо. Что с моими чувствами, чёрт возьми? Я ведь люблю Виктора. Почему же сбегаю? Конец POV Юри       Юри добежал до какого-то балкона и выдохнул. Свежий воздух — вот что ему сейчас нужно. Глупо? Да. Трусо? Ещё бы. Парень всё понимал и понимал также то, что готов сказать да. — Я ведь люблю тебя, Виктор… — прошептал он в пустоту. Как ему казалось, в пустоту. —Я тебя тоже, Юри, — вдруг послышался голос Никифорова. Кацуки развернулся и оказался впритык с ним. Он слышал его ровное дыхание и тихий стук сердца. Сереброволосый обнял парня и выдохнул. Он мечтал об этом еще с того момента, как уехал от него. Кацуки поднял голову и робко коснулся губ Виктора. Тот ответил на поцелуй, делая его нежным и столь желанным. —Да, — прошептал Юри в поцелуй. — Я согласен.

***

      Потолок, усыпанный звездами. Наверное, засыпать под таким намного лучше, нежели над простым белым. Это была комната Виктора, и как они тут оказались неизвестно. Виктор аккуратно положил Юри на кровать, нависая над ним. Красные щёчки, розовые опухшие губки и глаза, что горят желанием. Никифоров впился в губы своего, уже теперь, жениха и жадно выцеловывал их. На безымянных пальцах обоих, красовались обручальные кольца. Их пальцы сплелись и ничто не могло им помешать. Оба уже были раздеты по пояс, лишь штаны, да нижнее бельё были все ещё на них. Виктор медленно целовал подбородок, шею, ключицы, всасывая при этом кожу и оставляя красные следы. Кацуки тихо стонал от этого удовольствия и лишь сильнее сжимал руки мужчины.       Виктор провел мокрую дорожку поцелуев и, расцепив руки, медленно снял ремень с брюк. Стянув их вместе с нижним бельём, мужчина слегка коснулся головки возбуждённого члена. Юри застонал и тяжело задышал. В глазах мутнело, а тело его не слушалось. Мужчина медленно вобрал в себя возбуждённый орган и начал его сосать. Играя языком с головкой члена, Виктор выбивал из парня громкие стоны и возгласы. Отстранившись, Никифоров взглянул на раскрасневшееся лицо фигуриста и невольно улыбнулся. Ему нравилось видеть его таким. Смущенным и…желанным. Вновь впиваясь в губы своего возлюбленного, мужчина медленно водил рукой по члену. Спустившись чуть ниже, Виктор осторожно ввёл один палец, растягивая узкое кольцо мышц. Кацуки застонал, но поцелуй слегка заглушил стоны. Вводя второй и третий палец, Никифоров начал медленно ими водить, растягивая мышцы.       Юри был уже на пределе, и так хотелось уже ощутить в себе его член. Виктор вынул пальцы и приставил к анусу свой возбуждённый орган. Кацуки уже сам подавался вперед и мужчина полностью вошёл. До конца. Парень застонал и прикрыл рот рукой. Никифоров отодвинул руку, завлекая в поцелуй. Слегка подавшись вперёд, Юри обхватил руками шею Виктора. Тот начал двигаться быстрее, выбивая из парня грязные стоны и всхлипы. Боль смешалась с чувством наслаждения и Кацуки растворился в нём. Парень буквально кричал от удовольствия и ощущаемого оргазма. Виктор сделал последний толчок и влюбленные кончили одновременно. Мужчина лег рядом с Юри и крепко прижал к себе, зарываясь в каштановые волосы. —Я люблю тебя, моя прелесть, -прошептал он на ухо. —Я тебя тоже. Хочу всегда быть с тобой. Видеть твою улыбку, слышать твой смех, чувствовать твои объятия и вдыхать твой запах. Хочу, чтобы ты был только моим. —Да ты собственник… — усмехнулся мужчина. —Ещё какой. —Я всегда буду рядом.

Э п и л о г

      Утро. Что может быть лучше, чем утро с любимым человеком? Видеть его заспанное лицо, растрёпанные волосы. Кацуки невольно улыбнулся. Чмокнув любимого в лоб, он направился на кухню. Стоя у плиты и готовя завтрак, Юри не заметил зашедшего Виктора. —С добрым утром, солнышко, -произнес мужчина и поцеловал парня в щёку. —С добрым. Завтрак почти готов, -сказал Кацуки и выключил плиту. Разложив еду на тарелки, пара начала завтракать. Как всегда всё было очень вкусно. Ещё бы, готовил ведь Юри. Виктор отодвинул тарелку и, склонив голову, произнёс: —Дорогой, а что, если нам удочерить дочку? Или усыновить сына? Юри аж подавился и посмотрел на любимого. —Ты это сейчас серьезно? —Вполне. —Но дети—это ответственность. —Справимся, — произнёс Виктор и сжал руку Кацуки. Тот лишь улыбнулся. —Я согласен.