Don't look back

Скрежет стиснутых зубов неприятно ударяет по воспаленному мозгу, отчего Тэхен морщится, но челюсть не расслабляет. Он отчаянно хватается за лежащее рядом одеяло в жалкой попытке уйти от вездесущей боли, которая обволакивает обессиленного парня с головой. Грудь стягивает в болезненном спазме, а с губ срывается задушенный стон. Из соседней комнаты доносится еле слышный плач, принадлежавший его матери. Но Тэхен знает, что она плачет не из-за него. Ей больно. Болезнь отнимает последние силы, которых уже не хватает для нормальной полноценной жизни. Тэхен понимает, что очевидного не избежать, отчего становится еще больнее, но уже в моральном плане. Ему строго настрого запрещено заходить к матери в такие моменты, поэтому, глотая слезы, Ким зажимает себе рот рукой и делает вид, будто спит и ничего не слышит. Наружу рвется безмолвный крик. Сердце бьется слишком быстро, отчего Тэхену кажется, будто весь он состоит из глухих периодически повторяющихся ударов, раздирающих ребра и грудную клетку. Закрыв глаза, юноша с трудом переворачивается на спину и обнимает себя руками, роняя горящие слезы на влажную простынь. Он знает, что это нужно перетерпеть. Это никогда не длится долго, но с каждым разом справляться с подобными пытками становится все труднее. Обессилевшее тело болит от пережитых мук, а голова разрывается на части. Тэхен вытирает рукавом соленые дорожки и слегка расслабляется. Он медленно делает вдох и грустно улыбается, потому что воздух свободно поступает в легкие безо всяких проблем, отчего парню хочется снова расплакаться, но уже от радости. Слегка помедлив, Тэхен поднимается, аккуратно опираясь на слабые руки. Он прекрасно осознает, что ему нужно выпить таблетки, но сил хватает только на то, чтобы придвинуться к краю кровати и зависнуть, безучастно пялясь в стену. Третий раз. Юноша переживает подобное уже в третий раз. Сильные приступы всегда начинаются внезапно, их невозможно предугадать и остановить. Нужно ждать и терпеть, что Тэхен умеет делать очень хорошо. Обхватив худыми пальцами длинные рукава толстовки, парень нервно сглатывает и встает с насиженного места, тихо двигаясь в сторону кухни, где он так опрометчиво оставил свои лекарства. В который раз Тэхену выпадает возможность стать свидетелем рассвета? Не сосчитать, наверное. Просыпаться рано утром вошло в привычку, и не потому что приступы мучают. Скорее, причиной являются сбитый режим и бессонница, которая является верным спутником парня достаточно долгое время. Первые солнечные лучи врываются в помещение через незакрытые шторы и освещают бледное лицо юноши. Он морщится, но и не отворачивается, наслаждаясь еле заметным теплом. Нащупав на столе баночку с таблетками, Тэхен берет несколько штук и быстро кладет их в рот, запивая ледяной водой. Дураку понятно, что они не помогут. Парень не сам довел себя до такого. Но, тем не менее, он продолжает усугублять ситуацию, выкуривая по две пачки сигарет в день и прекрасно осознавая, что это всего лишь самообман и кратковременное избавление от боли, из которой юноша состоит целиком и полностью. Еще и запястье зудит, предвещая парня о том, чего он боится больше всего на свете.

***

Чонгук озадаченно осматривает толпу студентов, непонятно для чего вглядываясь в лица и прислушиваясь к своим ощущениям. Буквально каждой клеточкой своего тела он чувствует его. Осознает и одновременно с этим поверить не может, что он где-то рядом. Где-то здесь среди снующих туда-сюда людей ходит его соулмейт и, скорее всего, тоже ощущает смятение своего предназначенного. Чонгук оглядывает свое запястье и злится из-за того, что полностью имя проявится на коже только через несколько дней. Сейчас же ему приходится довольствоваться только инициалами своего соулмейта и маленьким символом Марса, красующимся в самом центре. То, что судьба Чонгука – мужчина, его ни в коем разе не расстраивает. Парень не из тех, кто ненавидит однополые отношения. Ему, ровным счетом, все равно на то, что скажут окружающие, потому что найти свою родственную душу – это самое прекрасное, что случается в жизни. Чон мечется из стороны в сторону, пытаясь понять, куда направился его предназначенный. Отчего-то хочется найти его до того, как имя полностью проявится на руке, а потом вместе наблюдать за тем, как через семь дней витиеватые имена переплетутся красной нитью, навсегда привязывая парней друг к другу. Чонгук мечтал об этом с самого детства, с открытым ртом слушая рассказы своих родителей и их взрослых друзей. Ему до боли в груди хотелось ощутить то же самое, понять, каково это иметь своего соулмейта, заботиться о нем и по-настоящему любить. Чонгук думает, что счастье, действительно, близко. Это заставляет его нежно и немного печально улыбнуться, когда ощущение того, что предназначенный где-то рядом, резко пропадает. Тихо вздохнув и засунув руки в карманы, Чонгук плетется в сторону кабинета истории, предвкушая наискучнейшую пару. Он трет о ткань джинсов зудящее запястье и, снова растянув губы в улыбке, заходит в кабинет. До начала лекции еще двадцать минут, что Чона радует, потому что еще осталось время на небольшой перекус. Оставляя сумку в аудитории, парень выходит и направляется к кофе-автомату. Он выбирает самый крепкий и без сахара. Вредно до ужаса, но зато, как приятно. Чонгук садится на диванчик возле окна и облокачивается о стену, наслаждаясь ароматом напитка. Дурманит невероятно и, как ни странно, в сон клонит, отчего парень ухмыляется, потому что это, действительно, необычно. Запястье продолжает зудиться, на что Чон реагирует спокойно и ждет с нетерпением момента, когда сможет увидеть имя предназначенного. Он сверлит взглядом красивые символы и слегка напрягается, когда к букве «т» добавляется еще одна – «э». - Тэ, - тихо произносит Чонгук и по-дурацки улыбается, потому что знает, как теперь называть его будет. От этого мурашки неясные по спине бегают, и чувство в груди какое-то приятно давящее возникает. Неожиданно, Чон давится своим кофе. Возникает ощущение, будто ему перекрыли кислород, потому что дышать становится невозможно. Он начинает громко кашлять и хвататься за шею, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Не имея и малейшего понятия о том, что происходит, парень оставляет свой кофе и бежит к туалету, дабы не смущать проходящих мимо студентов. Глаза слезятся, а в груди все так же сжимается и болит, отчего Чонгуку становится страшно, потому что осознание приходит внезапно. И он, отнюдь, не за себя боится, а за бедного парня, загибающегося от невыносимых болей. Приближаясь к туалету, Чонгук думает, что ему все это снится, потому что он снова начал ощущать своего соулмейта, причем настолько сильно, что лишних сомнений не оставалось. Рывком открыв дверь, Чон влетает в помещение и пытается откашляться, держась за горло. Он бегло осматривает белые стены, покрытые снизу такой же белой плиткой, и понимает, что здесь, кроме него самого, никого нет. Парень понимает, что «Тэ» где-то рядом, но найти его не может. Превозмогая боль, Чон открывает каждую кабинку, осматривает каждый угол и не понимает, почему так происходит. Приложив руку к груди, он чувствует, как сильно бьется сердце, и понимает, что парню сейчас гораздо хуже, чем ему самому. Он медленно закрывает глаза и пытается сконцентрироваться на чем-то хорошем, думая о всякой ерунде, которая обычно поднимает ему настроение. Продолжая держать ладонь на сердце, Чон пытается помочь. - Тэ, - крикнул Чонгук, превращая ладонь в кулак. Он не надеется на то, что ему ответят, но в то, что хотя бы услышат, верить хотелось. Потому что парень четко ощущает его страх и панику. Чувствует каждой фиброй своей души. - Все хорошо, слышишь? – так же громко. – Все хорошо.

***

Стоя напротив окна, через которое проходят лучи, освещающее лицо парня, Тэхен отстраненно наблюдает за тем, как оживает город, держа в руках крепкий кофе без сахара. Он никогда не пил такой, да и вообще без сахара не очень любит, а тут внезапно захотелось. Делая небольшой глоток, Тэхен чувствует, как приятная жидкость распространяется по всему телу, оставляя после себя замечательное чувство бодрости. Ночь выдалась несладкой, потому что мама плакала и стонала во сне, отчего Тэхен все-таки нарушил установленные правила и пришел к ней, еле сдерживая слезы. Он просидел возле ее кровати несколько часов, поглаживая выбритую голову и поправляя сползшее одеяло. Желание что-либо делать, испарилось, будто его и не было вовсе. Хотелось поменяться с ней местами, хотя положение самого парня тоже далеко не завидное. Ким понимает, что это конец. Нет ничего хуже, чем осознание безвыходности ситуации. Все обречено еще с того самого рокового дня, когда судьба Кима и всей его семьи перевернулась на триста шестьдесят градусов. Авария, унесшая из жизни отца, сделавшая Тэхена инвалидом и ухудшившая состояние его матери. Все обречено еще с того самого дня. Тэхен медленно опускается на колени, не замечая, как из рук выскальзывает кружка с кофе. Он запускает пальцы в отросшие русые волосы и с силой сжимает их, корча лицо в мучительной гримасе. Общий мир не перевернется от того, если из жизни уйдет еще один человек. Но мир Тэхена уже рушится, покрываясь изнутри толстыми и уродливыми трещинами. Запястье снова жжет неимоверно. Парень убирает руки из волос и оглядывает светлую кожу, шокировано оглядывая витиеватые буквы, которые вырисовывают полное имя. Имя его предназначенного. - Чон Чонгук, - проговаривает Тэхен, как бы пробуя его на вкус. Ему кажется, что оно очень странное, но от этого по-своему очаровательное. Парень касается своего запястья, кончиком указательного пальца медленно вырисовывая контур каждой буквы. Впервые за долгое время ему хочется улыбаться, но он только и может шокировано оглядывать руку и трясти головой в разные стороны. - Нет, нет, нет. Этого не должно было произойти. Я не смогу. – Тэхен судорожно шепчет, пытаясь отвести взгляд от имени. Сколько времени прошло с тех пор, как парень в последний раз ходил в университет? Сколько дней минуло с тех пор, как он впервые услышал голос своего соулмейта? Не считано. Наверное, неделя или около того. Все это время у Тэхена получалось подавить тягу к Чону. Он концентрировался только на своей боли, отбрасывая все остальные мысли в сторону. Но сейчас, когда имя его судьбы тонкой нитью украшало кожу, мыслить о чем-либо помимо Чонгука, не предоставлялось возможным. «Все хорошо» - проносится в голове. - Я не справлюсь. – Одними губами.

***

Теперь, узнав имя своего соулмейта, Чонгук мог с легкостью раздобыть гораздо больше информации о нем. Что он, в общем-то, и сделал первым делом, придя в университет. Ким Тэхен оказался двадцатидвухлетним парнем, на два года старшем его самого и обучающимся на последнем курсе перевода и переводоведения. Год назад он был чуть ли не лучшим учеником потока, но в последнее время увидеть его в университете можно лишь изредка, из-за чего преподаватели подумывают о том, чтобы пойти на крайние меры. Чонгук судорожно вздыхает и оглаживает пальцем полюбившиеся символы. Все это время он чувствовал переживания Тэ, ощущал его смятение и страх. Он не мог ему помочь, потому что сам волновался невероятно, да и боялся, что напугает еще больше. Неделя длилась бесконечно долго, отчего Чонгук бесился и места себе не находил, пребывая в полном неведении. Вот и сейчас парень сидит на том же самом диванчике напротив автомата, держа в руках все тот же кофе, и пытается справиться с чувствами, одолевающими его на протяжении всей недели. Тэхен остается для Чонгука загадкой, потому что выведать о нем что-либо оказалось крайне сложно, да и той информации не хватает совершенно. Естественно, ему хочется знать гораздо больше. С кем парень общается, что любит делать, какую музыку слушает и так по списку. Хочется услышать его голос, а еще больше смех. Этот пункт самый главный, пожалуй. Потому что за всю неделю Чонгук ни разу не ощутил положительных эмоций Кима. Допив свой кофе, Чон подходит к мусорке возле окна и выбрасывает одноразовый стаканчик. Бодрости не прибавилось абсолютно. Развернувшись в противоположную сторону, парень делает шаг, но тут же останавливается, ощущая неясное волнение и тягучее чувство в груди. Имя на руке пульсирует, из-за чего юноша шикает, хватаясь за запястье. Он разворачивается к окну и видит сквозь него русоволосого парня с красивыми большими глазами и изящными пальцами, обхватывающими сигарету. Тот, в свою очередь, застывает и ошарашенно смотрит на не менее шокированного Чонгука, который тут же срывается с места и бежит к двери. Тэхен пугается и рефлекторно двигается к другому входу, выбрасывая сигарету. Он знает, что от судьбы убежать невозможно, как в переносном, так и в прямом смысле, потому что Чонгук оказывается быстрым и мгновенно настигает оторопевшего Тэхена. - Ну, здравствуй, Ким Тэхен. – Шепчет парень на ухо, обнимая со спины. Тэхен искренне удивляется тому, что Чон оказался таким. Он немного выше его, судя по тому, как парень дышит Киму в затылок. И руки у него сильные, выбраться из которых крайне трудно. А еще он пахнет так хорошо, что Парфюмер бы позавидовал. - Долго бегать собираешься? – грустно проговаривает Чонгук, все так же держа Кима. - Я и не бегал, - сипло отвечает Тэ, слегка закашливаясь. - Не думай, что сумеешь снова скрыться от меня, - тихий вздох и внезапный холод. Чонгук озадаченно смотрит на явно уставшего от жизни парня и чувствует, как внутри все переворачивается от желания помочь и быть рядом, если нужно. - Мне придется, - все еще стоя спиной к юноше, проговаривает Ким. – Я не хочу быть проблемой. - Проблемой? – шепчет Чонгук и смотрит в спину юноши, который медленно разворачивается и заглядывает Чону прямо в глаза. Последнему кажется, что вся вселенская печаль собрана в этом грустном взгляде, от которого по коже бегут мурашки. Младший немного зависает и чувствует, как внутри что-то разрывается. Судя по всему, это его сердце, потому что та грусть, которой пропитан Тэхен, и самого Чонгука с головой накрывает. Ему до боли в груди хочется знать, что происходит в жизни Кима и почему он так себя ведет. Ему, действительно, хочется знать. - Я не тот, кто сделает тебя счастливым, Чонгук. Тэхен неловко улыбается, пытаясь спрятать свою боль. А Чонгук лишь смотрит на парня, впитывая в себя каждое сказанное им слово. Отчего-то ему не хочется уйти, оставив все так, как есть. Он буквально сгорает от желания притянуть к себе этого совершенно незнакомого, но родного человека, и никуда не отпускать до тех пор, пока мучения не прекратятся. Но вместо этого Чон просто стоит и смотрит на то, как Ким разворачивается и заходит в университетские двери, оставляя после себя лишь давящее чувство непонимания.

***

Чонгук, на самом деле, никогда не сдается. Именно поэтому он продолжает наблюдать за Кимом изо дня в день, совершенно не стесняясь ничего и никого. Парень прекрасно понимает, что Тэхен видит его и, конечно же, чувствует все то, что ощущает Чонгук. Старший никогда не подходит близко. Старается обходить Чона или же просто разворачивается и идет в совершенно противоположную сторону, что того немного обижает, но сдаваться он не собирается. Младший, кажется, совсем рассудок теряет, потому что сталкерить за Тэхеном вошло в привычку. Ему нравится ощущать смятение своего соулмейта, нравится смотреть на то, как тот пытается убежать, скрыться, сделать вид, будто ничего не происходит. Будто ничто их не связывает и связи родственных душ не существует. Чонгуку нравится наблюдать за тем, как Тэхен не справляется, потому что их тянет друг к другу нереально и скрыться невозможно, как бы не хотелось. Ким тоже это осознает, но от судьбы бегать продолжает, не желая причинять боли, которую Чонгук научился не замечать, привык жить без нее, двигаться вперед и не оглядываться назад. Он и Тэхена научит обязательно, только немного позже, когда тот будет готов. Чон греет эту мысль в голове ровно до тех пор, пока не просыпается утром весь в слезах и с отвратительно тяжелым чувством где-то в районе солнечного сплетения. Он судорожно стирает мокрые дорожки с покрасневших щек и хватается за грудь, сжимая ночную рубашку. Что-то происходит. К Тэхену хочется страшно. Невыносимо ощущать его муки на расстоянии. Это еще хуже, чем самые изощренные пытки. Чонгук всё понимает. Быстро одевается и несется в университет, потому что бегать друг от друга нет никакого смысла, от этого только хуже. Чон тоже устает справляться. Плохо то, что Кима в университете нет и, вероятнее всего, не будет. Парень старается, ждет его, не понимает и понимает одновременно, отчего голова раскалывается на части от гнетущих мыслей. Стоит еще подождать, думается Чонгуку. Но время не ждет, да и справляться, правда, не так легко теперь. Он несется в другой корпус, находит группу Кима и расспрашивает, наверное, каждого, из-за чего на него косятся странно, но взгляды осознанные, совсем не насмешливые. Чон находит нужного ему человека, слезно просит, чтобы тот подсказал адрес его предназначенного. Закатывает рубашку, обнажая кожу, печально смотрит на витиеватые буквы. Молча дает понять все, что требуется и получает желаемое. Бежать приходится быстро, причем настолько, что пальто остается одиноко висеть в университетском гардеробе. Дождевые капли больно бьют по лицу, но эта боль несравнима с той, что в груди пучками отдается. Кеды полностью промокают, рубашка липнет к разгоряченному телу, а с волос, кажется, ручьями вода стекает. Но это все мелочи. Совершенно незначительные. По крайней мере, Чону так кажется, потому что гораздо важнее сейчас Тэхена почувствовать. Нагло присвоить себе часть его боли. Все потому что Чонгук умеет с ней жить, умеет справляться. А Тэхену предстоит учиться, но он пока что слишком слабый для этого. Это сложно, но он поймет, какого это – не оглядываться назад и жить новой, совершенно прекрасной жизнью. Дорога кажется бесконечно долгой до тех пор, пока долгожданный подъезд не оказывается прямо перед Чоном. Переведя дыхание, он набирает первое пришедшее в голову сочетание цифр и представляется сантехником, отчего его не сразу, но впускают. На лифт времени нет, поэтому преодолевая несколько десятков ступенек, Чон стоит перед дверью, открыть которую хочется, как можно скорее. Он несдержанно звонит, а после стучит, когда понимает, что открывать ему не собираются. Тэхен, наверняка, чувствует. Невозможно не почувствовать, потому что Чонгука будто зарядами тока прошибает, ему жарко, несмотря на то, что он бежал под дождем несколько минут. Ему хочется, ему необходимо, ему суждено. - Давай же, - Чонгук ударяет по двери кулаком и медленно прислоняется к ней спиной, оседая. Мокрый след остается не только на двери, но и на щеках младшего, потому что он ощущает его. Ощущает, через толщу железной двери, понимает прекрасно, что тот сидит точно в такой же позе, прямо напротив него и глотает слезы. - Чего тебе стоит? – вопрошает Чонгук. – Чертов Ким Тэхен, я с ума схожу. Открой. Он ударяется головой о холодную поверхность и втягивает воздух. Знает, что нельзя сейчас переживать, потому что все это по Тэхену бьет с невозможной силой. Парень медленно встает и кладет руку на сердце. Думает о своей прекрасной матери, о замечательном отце и о маленьком пятилетнем брате. Думает об их улыбках и о том ужасном дне, когда сажал их на самолет. Думает о том, что им было хорошо когда-то. Но не сейчас. Сейчас тоже нормально. Да, одному тоскливо, да, одному тяжело. Но жить прошлым нет смысла. Жизнь продолжается и то, что было раньше, остается далеко позади. И оглядываться не стоит. Боль должна остаться побежденной, она не должна занимать столько места в его жизни. Непозволительная роскошь. Тэхен чувствует, не знает, что происходит, но какая-то часть его души успокаивается, словно очищается и дает место свободе. Позволяет сделать глубокий вздох, который по обыкновению парню крайне тяжко дается. Ему страшно, но он не трус. Именно поэтому парень встает и, закрыв глаза, поворачивает ключ. Он толкает дверь и снова начинает задыхаться, но только не от того, что легкие опять начали подводить. Чонгук, насквозь промокший, стоит прямо напротив него и широко улыбается. Он не такой, как Тэхен, ждать и терпеть практически не умеет. Поэтому сорваться с места и притянуть старшего к себе – ничего для него не стоит. Зато чувствовать тепло своего соулмейта оказывается самым бесценным, что есть в этом мире. Ким плачет, содрогается в его объятиях и слабо бьет Чона кулаком по спине, потому что нельзя так вторгаться в его жизнь. Нельзя быть настолько понимающим и сильным. Это не честно. Тэхен так никогда не сможет. Но Чонгуку, кажется, все равно. Он прикрывает дверь и обнимает парня двумя руками, медленно опускаясь с ним на пол. С челки и рубашки стекает вода, но ни одного, ни второго это не волнует. Единственное, что сейчас важно, это их единение и красная нить, соединяющая черные завитки. Соулмейты приняли друг друга. Тэхен тихо шепчет, что мамы больше нет, тем самым давая понять парню, что все гораздо хуже, чем казалось до этого. Чонгук крепче жмет его к себе и жмурится от боли, разделяя ее с Тэхеном. Так нужно и так правильно. Друг без друга отныне никуда, думается Чону. Старший же бесконечно благодарен, потому что терпеть пришлось долго. Настолько, что душа практически полностью развалилась, и Чонгуку предстоит собрать ее по кусочкам ровно так же, как и свою несколько лет назад. Он сможет, он сильнее. - Ты никогда не будешь проблемой для меня.

***

Чонгук стал частым гостем в доме Тэхена. Он приходит к нему каждый день в одно и то же время, покупая продукты и принося разные фильмы, взятые в прокате. Ким ощущает неясный трепет, смотря на взъерошенного парня с очаровательной улыбкой и бесконечной вселенной в глазах. И Чонгук, чего уж тут таить, готов дарить эту вселенную старшему, который спустя две недели после смерти матери, наконец-то, начал улыбаться. Он продолжает смущаться, когда младший обнимает его со спины или проводит по руке во время просмотра фильма. Старается вести себя непринужденно, но выходит из ряда вон плохо. Парень не чувствует себя уверенно, когда Чонгук рядом, но, когда его нет, все становится гораздо хуже. Вот и сейчас, Чонгук стоит возле Тэхена и протягивает ему пакет с продуктами, неуклюже снимая намокшие кеды, а тот, в свою очередь, сердцебиение успокоить пытается, пряча руки в длинных рукавах. - На улице уже холодно. Почему ты до сих пор носишь кеды? – спрашивает Тэ, принимая пакет и слегка касаясь пальцами ладони Гука. Парень резко останавливается, бросая обувь в угол, и, шмыгая носом, выпрямляется. - Отцовские. Ким нервно сглатывает и чувствует себя неловко. Ему сложно. По-настоящему сложно. Но он не показывает это, хотя прекрасно понимает, что Чонгук все знает. - Тэхен, ты снова курил? – спрашивает младший, сверля взглядом пачку сигарет, лежащую на тумбочке в прихожей. Парень вздрагивает и смотрит на Чонгука внимательно. Он медленно переводит взгляд на столик и усмехается, потому что Чон выглядит, действительно, мило, когда пытается быть строгим. Тот, нахмурив брови, цепляет пальцами упаковку и кладет ее в карман. - Нет, Чонгук, - отвечает Тэхен, - это старая. Врет, конечно. Избавиться от убивающей его привычки гораздо сложнее, чем может показаться. Младший щурит глаза и подходит к юноше, запуская руки в русые волосы. Он нежно массирует кожу головы, отчего Ким жмурится и втягивает такой необходимый сейчас воздух. Чонгук думает, что волосы Кима очень мягкие и трогать их до безумия приятно. Такие же мысли возникают часто, на самом деле, но они не всегда касаются только волос. Младший держится. Не срывается. Знает, что испугает, поэтому терпит. А Тэхен чувствует желание парня, чувствует и боится, хоть и старше. Но Тэхен не трус.

***

В один из таких дней Тэхен так же, как и всегда Чонгука ждет, но тот, отчего-то, не приходит. Парень успокаивает себя тем, что Чонгук задерживается в кафе, в котором подрабатывает после университета. Успокаивает и через двадцать минут, когда младший не берет телефон, и через сорок, когда он оказывается отключенным. Но когда часовая стрелка приближается к цифре шесть, Киму хочется выть от безысходности, потому что волнение охватывает его с головой и в груди что-то тянет. Неприятно так, будто сердце по швам рвется. Он в мгновение все понимает. Боится жутко, ключи хватает трясущимися руками и впервые за долгое время выходит на улицу, стараясь не разреветься. Потому что надоело. Потому что чувствует, что Чону больно и не хочет еще хуже сделать. Не зная, куда ему податься, парень первым делом до кафе добегает, так как Чонгук говорил, где оно находится. Люди там объясняют ему, что младший час назад закончил и ушел давно, а у Тэхена от этих слов все рушится внутри, крошится на кусочки. Он держится. Пообещал себе больше ни слезинки не проронить. Потому что надоело. Судорожно дышит, знает, что физические нагрузки запрещены, но все равно бежать продолжает. Потому что время не ждет. Боль разливается по венам Тэхена, он ощущает, как его ломает. Под ребрами начинает нещадно болеть, но юноша терпит. Потому что надоело быть таким слабым. Тэхен заглядывает в прокат, заходит в ближайший универмаг и думает, что еще немного и он сломается, потому что Чонгука нет нигде. Абсолютно. Испарился. Пропал. Ким глаза прикрывает и терпит. В волосы свои зарывается, не зная, что и делать. На город опустились сумерки, отчего на улице заметно потемнело. Старший не знает, сколько времени прошло. Может час, а может два. Паника подкатывала крупным комом к горлу. И теперь нехватка воздуха – это не самое ужасное, что может сейчас произойти. Гораздо ужаснее то, что Чону больно и найти его Тэхену не удалось. Телефон благополучно забыт дома, отчего парню приходится возвращаться в квартиру, трясущимися руками сжимая ключи. Он даже не смотрит на дорогу, просто идет, давя в себе боль, которая снова обволокла его с головой. Идет долго и безучастно смотрит на асфальт. Идет, неуклюже запинаясь о камни, потому что глаза от слез ничего не видят. В том числе и уставшего Чонгука, который на лавочке уже час сидит и ждет своего хёна, удравшего из дома. Младший громко вздыхает и распахивает глаза, когда видит Кима, приближающегося к подъезду. - Хён! – Он резко подскакивает, хватаясь за ребра, потому что ушиб получился сильным. – Хён, ты где был? Тэхен влажные глаза поднимает и не верит в то, что видит. Чонгук, потрепанный стоит прямо напротив него и озадаченно смотрит. - Я фильм нашел, который ты посмотреть хотел, помнишь? – Широко улыбается парень, но тут же хмурится, когда видит влажные глаза. – Тэхен? Тэхен, пожалуйста, только не говори мне, что ты… - Волновался? – продолжает за него юноша, тяжело вздыхая и подходя ближе. Он смотрит долго. Изучающе. Подмечает небольшую царапину на щеке и красные подтеки на костяшках пальцев. Руки трясутся от пережитого стресса, а на душе радостно, потому что все обошлось. Чонгук вздыхает несдержанно и за холодные руки старшего хватает. Чон неловко улыбается, потому что объяснять то, что в него врезался велосипедист, совсем не хочется. Не стыдно, конечно. Просто неудобно. А Тэхен, тем временем, тяжело дышит и к юноше прижимается. Он глаза медленно закрывает и первым поддается навстречу, перекрывая Чонгуку пути к отступлению. Да и не нужны они вовсе, потому что Тэхен до жути прекрасный в своей робости. И Чону, если честно, кричать об этом хочется на весь мир. Губы парня совсем не такие, какими Чонгук их себе представлял. Они гораздо лучше. Они реальнее. И целовать их хочется вечно. И столько же хочется прижимать к себе разомлевшего Тэхена, из глаз которого снова слезы льются. Юноша их нежно губами собирает. Знает прекрасно, что тот справится. А он ему поможет в этом. Всегда будет помогать. Тэхен понимает, что его уносит ровно тогда, когда Чонгук кладет парня на кровать и внимательно смотрит, изучая любимое лицо. Он смущается ужасно, но младшего хочется неимоверно. Именно поэтому он самостоятельно свитер снимает, оставаясь в одних брюках. А Чонгук глаза резко закрывает и щекой к груди своего предназначенного прижимается. Сердце бьется, как бешеное. А от того, что ему, наконец-то, открылись, хочется кричать и Тэхена до смерти зацеловывать. Что он и делает в следующую минуту, наклоняясь к любимым губам. Тот робко отвечает, руками шею окольцовывает и тянется ближе, желая Чона каждой клеточкой своего тела почувствовать. Младший понимает, к чему все ведется, поэтому согласие из старшего выбить пытается. Но юноша только льнет и дышит тяжело, что для Чонгука и служит зеленым светом. Он снимает мешающую одежду, оставаясь нагишом, после чего над парнем наклоняется. Пробует на вкус мягкую кожу, влажными дорожками ведет вниз и хитро улыбается, доходя до края брюк. Неторопливо снимает их, за Кимом наблюдает внимательно, контакт зрительный прерывать не смеет. А тот смущается, румянец четко виднеется при свете ночной лампы, отчего Чонгуку хочется провести пальцами по мягким щекам. Но он теряет остатки разума, когда снимает с юноши последнюю часть одежды. Сил терпеть не остается, да и не умеет он делать этого так хорошо, как Тэхен. Поэтому ладонью обхватывает возбуждение старшего и медленно ведет верх-вниз, выбивая первый стон, который послужил началом к тому, что у Чона крышу снесло окончательно. Он парня к себе пододвигает. Располагается у него между ног и ладонью ведет по внутренней стороне бедра, одновременно с этим целуя влажные губы. Тэхен руками юношу обхватывает. Пальцами зарывается в волосы и ногами спину окольцовывает. Стеснение исчезает в такие моменты, и это радует Кима, потому что хотелось отдать всего себя полностью. Чонгук заранее приготовленный крем нащупывает и на правую руку выдавливает. Он целует парня перед тем, как первый палец протолкнуть, потому что понимает, как неприятно. Тэхен терпит. Он умеет. Терпит долго, до того момента пока третий палец не касается простаты, отчего Ким голову откидывает и басит негромко. После чего смотрит на Чонгука и шепчет тихо, что готов. Чонгук медленно входит, покрывая лицо юноши поцелуями. Он собирает со щек непрошенные слезы и языком обводит длинные ресницы. Тэхен отвлекается, слегка хохочет, но тут же замирает, когда парень полностью заполняет его, выбивая из легких глухой стон. Чон двигается медленно, прижимая старшего к себе настолько близко, насколько это вообще возможно. Целует его непрерывно и наслаждается стонами, которые с каждым толчком становились все громче. Голос парня красивый, думается Чонгуку. Особенно в такие моменты. Ритм учащается, Тэхен целует шею парня, уже вовсе не стесняясь и оставляя редкие засосы. Он все также держит руку в волосах младшего и думает, что Чонгук – это лучшее, что случалось с ним в этой жизни. После нескольких толчков, Чон предупреждает Тэхена о том, что больше не в силах терпеть, на что Тэхен ничего не отвечает. Он только прижимает его ближе, сильнее обхватывая ногами, и покрывает лицо поцелуями. Младший толкается еще несколько раз, после чего громко стонет и кладет голову на плечо Кима. Он нащупывает возбуждение Тэхена и, проведя несколько раз по разгоряченной плоти, доводит юношу до разрядки. - Я люблю тебя, Тэхен. Люблю. Чонгук говорит это очень тихо, даже не надеясь на то, что его услышат. Тэхен вздрагивает, после чего нежно улыбается. Он притягивает к себе парня и целует его в губы. В поцелуй он вкладывает больше, чем просто признание в любви. Юноша дает понять Чонгуку, что теперь полностью принадлежит ему. - Знаешь, Чонгук, - подает голос Ким после недолгой паузы. Чон заинтересованно поднимает голову и смотрит на парня, - теперь я, действительно, понимаю, что оглядываться назад нет смысла. Потому что теперь у меня есть замечательное настоящее.