Другой Мир

Сколько себя помню я всегда жил с кем-то кто не являлся моим родителем. Первые годы моей жизни прошли с моей бабушкой Юфимией Поттер, но я смог с ней жить только до моих четырнадцати лет, так как после смерти своего дорого и любимого супруга Флимонт Поттер в тысяча девятьсот восьмидесятом году от драконьей оспы, она проживала один год за три и к моему подростковому возрасту окончательно расклеилась. Она же и отправила меня к моей крестной во Францию, где я обучался под строгим надзором леди Феркл. Два года я честно обучался и выполнял все задания, но после смены адекватного учителя, прошлый ушел на заслуженную пенсию, я сменил свое поведение. Учительница, изменившая все, оказалась только закончивший обучение и была довольно симпатична, не знаю, что молодую женщину привлекло в шестнадцатилетнем пареньке, но она соблазнила меня уже на втором уроке, благодаря подростковым гормонам, у нее не было в этом проблем. Я потерял девственность, а она работу, ведь леди Феркл как-то удалось все это узнать и она с громким позором выставила ту женщину за дверь. Следующие преподаватели боялись со мной занимать и в этом было виновато не только наследие, неожиданно открывшееся, после первого раза, но и громкое объявление в газету о некомпетенции все той же бедной учительницы, поэтому мало кто осмеливался придти заниматься со мной, но даже те немногие кто приходили, боялись меня до трясучки. Так и прошли два года с постоянно меняющимися учителями, как правило через неделю, и все больше портящимся характером. Единственное положительное за эти годы было только то, что я смог сблизиться с крестной, после того, как она узнала о моем наследие, Лили наконец-то обратила на меня внимание. Она мне рассказывала о маме, с которой они были близкими подругами, и у которой так же неожиданно выявилось это наследие. Рассказала о самих способностях вампира и как себя контролировать, а самое главное, как в будущем избежать этого наследия у детей. Вся суть заключалась в том, что если волшебник подверженный этому наследию, потеряет свою девственность до совершеннолетия, то он непременно станет вампиром, а так с наступлением семнадцати лет, может этого и не произойти, как было у моей бабушки. Так же Лили обожала рассказывать о своих школьных годах, которые она проводила со своими пятью друзьями. Про моего отца она сказала очень мало, единственное, что он очень любил, да и сейчас любит мою мать, и был безумно счастлив, когда родился я. Мое совершеннолетие было худшим днем из-за преподнесенной новости. Моя крестная рассказала, что еще в моем далеком детстве мой отец подписал договор с неким Принцем, который являлся мужем Лили, и я до сих пор не понимал, почему он никогда не бывал в этом доме. Из договора следовало, что я должен жениться на дочери крестной и я уже с ней помолвлен. Мне никогда не хотелось жениться на незнакомке, поэтому оставшийся день прошел с фееричным скандалом. Еще одной темной фигурой проживающий в мэноре, был сам глава рода, мистер Феркл, за все четыре года я видел его всего три раза, при том, что я бывал на всех завтраках, обедах и ужинах, с Лили и леди Феркл. Где он пропадал все эти годы оставалось для меня огромной загадкой. День изменивший многое наступил довольно быстро, появилась та, без которой я не мог представить своей жизни. Первое, что я почувствовал при виде ее это скуку, очередная учительница пришла попытаться научить меня чему-то. Для меня стало большим удивлением, когда она не начала пищать как многие, а заговорила со мной строгим и поучительным тоном, хотя и выглядела не на много старше меня. На мою агрессию, она тоже проявила себя странно, просто выстрелила мне в плечо, как будто это вообще было законно. Естественно я захотел ей отомстить и напугать, а самым действенным было показать ей клыки, но когда я приблизился и почувствовал ее запах, то тут же захотел ее испить до дна. Не знаю, когда я успел ее укусить, но понял я это только после ее комментария. С первым же глотком потрясающей бордовой жидкости, которую я никогда не пробовал прежде, я понял, что именно она предназначена мне и именно она должна быть всегда рядом со мной. Из нашего разговора я узнал, что она ничего не знает про Люсте, что было неудивительно для магглорожденной, поэтому я решил сильно на нее не наседать. Мои прекрасные дни с самой прекрасной ведьмой и то, что она являлась магглорожденной, меня совершенно не волновало, не могли длится вечно. Конечно же в ту чушь, что на занятия она хочет одеть меня, как на встречу с невестой я не поверил. Я несомненно знал, что это самая большая чушь, но решил подыграть. До ужина все было мирно, как говорится за затишье перед бурей. Представление семейства Габи прошло в лучших традициях, даже мистер Феркл пришел. После приветствий и начала трапезы наступила та самая буря, я довольно резко высказал положение дел и сразу же добавил доказательства. Габи эта новость удивила, что было ожидаемо, а вот блеск в глазах крестной, позволил мне уже расслабиться, как фраза моей любимой, просто приклеила меня к стулу. У моей Габи уже был жених, что за бред? Да кто вообще осмелился, отбирать Люсте у вампира, этому человеку явно жить надоело! Когда я поднялся и отправился, чтобы все-таки обо всем поговорить с Габи и достучаться до ее разума, то застал ее за сборами. Она хотела сбежать от меня! Не знаю, что тогда на меня нашло, но я просто пометил ее, привязал ее к себе на всю жизнь. Закончилось все это потерей моего сознания из-за большой потери магических сил. Проснулся я утром в одиночестве и смог как-то понять, что ее нет в Мэноре, да и во Франции вряд ли. Следующие дни слились в одно темное пятно, с каждой секундой я чувствовал себя хуже от недостатка крови. Когда я уже был на последнем издыхание, передо мной неожиданно появилась упаковка с кровью, даже при том, что она была запечатана, я все равно почувствовал потрясающий запах и просто вгрызся в нее. В таком ключе тянулись дни, а я все больше порывался отправиться на поиски Габи, но Лили каждый раз умудрялась меня останавливать. Так бы все и продолжалось, если бы в один из дней, не появилась положенная кровь. В тот момент я подумал, что Габи надоело делится со мной и она просто решила дать мне умереть. В свои последние минуты жизни, я должен был проклинать тот момент, когда пометил Габи, но даже попав в прошлое, я бы не изменил своего решения. Спасла меня какая-то яркая девчушка, которая перенесла меня к моей Габи, в тот момент я был безмерно счастлив, что даже решил не дожидаться ее похитителя, а просто по тихому сбежать, тем более, что Габи дала укусить себя за запястье. Но я все равно планировал разобраться с тем, кто осмелился пометить мою Люсте. Знакомство с ее родственниками произошло сумбурно и быстро, я даже не успел показать себя во всей красе. Бал прошел точно также. А вот известие о скором бракосочетании меня порадовала, даже сильно не беспокоило, что там помимо меня будет этот похититель. Одно я упустил точно, что даже то, что я являлся мужем Габи, ей не помешало сбежать сразу после заключения ритуала. Единственное, что радовало, я точно знал где она и непременно собирался туда отправиться сразу же за Драко. В Хогвартсе меня воспринимали никак, это было объяснимо, ведь я являлся сыном профессора Гриффиндора, поэтому слизеринцы дружить со мной особо не хотели, но и врагами быть тоже не пытались, остальные факультеты также относились нейтрально. Поэтому я посвятил всего себя только двоим - Габи и Драко. За момент обучения мы довольно неплохо сблизились с Малфоем и решили, что с такой взрывной и непосредственной девушкой как Габриэла, лучше если будет два мужчины, которые будут за ней присматривать. Со временем это умозаключение переросло в симпатию, и мы даже пару раз целовалась, правда по-детски и в тайне от Габи, это больше можно назвать экспериментом. Единственная, кто пыталась со мной разговаривать из всего Хогвартса это была Ронна Уизли, и я не мог увидеть тут искренности, так как она знала кто мой отец. Когда я узнал деятельность Тома Реддла, я понял, что искренности от многих стоит не ждать, в детстве бабушка довольно сильно вбила в мою голову, что власть и деньги решают многое, а в мире слишком много людей готовых на все ради внимания влиятельных людей и нужно быть осторожным. Когда она меня поцеловала при всех, я ничего не почувствовал до того момента, как не увидел разъяренную Габриэлу. Я был готов ползать на коленях и отдать ей все, лишь бы она простила меня за невнимательность. Но моя жена, меня удивила, она разозлилась на Ронну, а меня с Драко просто утащила. В мои оправдания, которые по меньше мере были жалкими, она быстро поверила, а после произнесла то, во что я долго не мог поверить. У меня будет ребенок. Появится малыш, у которого будут мои гены и который будет называть меня папой. Когда мы с Драко опомнились и не увидели Габриэлы, то я сильно испугался, что она опять сбежала, видимо Малфой боялся того же, потому что мы с ним одновременно рванули в коридор. Догнали мы свою жену быстро. Я схватил ее за руку и повел в комнату, чтобы из своего поля зрения больше никогда не отпускать.