Моя малышка

Это была самая обычная школа. И здесь учились самые обычные дети. И так же, как и во всех других школах, сюда ходили не для того, чтобы получать знания. А для того, чтобы пообщаться со сверстниками, забить стрелку, пригласить на свидание (или сразу в постель), ну или просто подремать на уроках. Словом, школа как школа: сплетни, интрижки, любовные треугольники, безумная и безответная любовь, ненависть, месть… Ну и, конечно же, как и все дети в этом щепетильном возрасте, старшеклассники Таусендской общеобразовательной двенадцати классовой школы уже успели опробовать наркотиков, накуриться травки, переспать друг с другом, напиться до потери сознания… И так же, как и во всех общеобразовательных учреждениях, в Таусендской школе существовала своя иерархическая лестница. В самом ее низу, на последней ступеньке, образовали свое общество изгоев батаны, очкарики и книжные черви. Далее, — на ступеньке выше,— несчастные, зацикленные на своих проблемах, закомплексованные люди, которые по ночам плакали в подушку, сотый раз задавая себе один и тот же угнетающий вопрос: «Почему я не как все?». На следующей ступеньке плетут мелкие интрижки те, кто добился большего своей смекалкой; иначе говоря, обыкновенные девушки и парни из старших классов, которые уже успели переспать со всеми и вся, и теперь всего добивались этим единственным известным им способом. Посередине иерархической лестницы спокойно восседает большинство; а именно – средний класс людей, серая масса. Обычные люди, которые, как это ни странно, ходят в школу для того, чтобы учиться. Они никого не трогают, и их никто не трогает. Перед самой вершиной припеваючи живут близкие друзья и любовницы главы всей этой иерархии. Так сказать, элита школы. Сам глава лестницы сидит на самой ее вершине. Как и всякая звезда школы, он богат, ослепительно красив, невероятно сексуален, обладает неиссякаемым источником юмора и занимает второе место по успеваемости в школе. Стоит ему пальцем пошевелить, и любая девушка с готовностью кинется в его объятия. И зовут его… Зак Рейн.