Mad City

      Ренджун не понимает, когда случился этот переломный момент в его жизни.       Когда он начал смотреть на Джено по-другому.       Новые чувства пугают мальчишку. Каждая новая мысль, возникающая в юной голове, порождает множество вопросов, на которые подросток вряд ли сможет найти ответ.       Хуан чувствует, как в его сердце поселилась невидимая стальная тяжесть, заставляющая сжимать толстовку в районе груди и стонать обреченно.       Он боится. Боится нового себя.       Красноволосый старается реже пересекаться с таким желанным Ли, который, чёрт возьми, появляется в самые неподходящие моменты. Почему он не задумывается о том, как болезненно ноёт сердце совсем юного мальчишки? Почему не может ощутить всю тяжесть противоречий мыслей в его голове? Почему не может почувствовать его любовь?       Ренджун, однажды, запирается в своей комнате. Он стискивает покрепче в объятия толстое одеяло и утыкается лицом в приятную ткань. Мальчишка старается всеми силами не пустить слезу. Сдерживается, когда душа болит и просит таких нежных объятий со стороны желанного Джено.       Вскоре наступает первая стадия его переломного момента. Хуан громко отрицает свою влюбленность, скрывая её за слабой тенью дружбы. Он корит себя за свои чувства. Боится, что Ли узнает о его сердечной болезни и уйдёт навсегда, не забыв с отвращением посмотреть на влюбленного мальчишку.       Они больше не гуляют вместе, не чувствуют потоки прохладного ветра и жёсткое сидение красного велосипеда. Не чувствуют тепла друг друга. И это, чёрт возьми, больно.       Джено не выдерживает первым. Он ловит красноволосого парнишку на перемене, случайно вцепившись в его плечо покрепче. Смотрит на Хуана с небольшим укором и обидой. — В чём дело, Ренджун?       Хуан теряется в словах. Такое ощущение, будто ему в челюсть вкололи сильнодействующую анестезию, из-за которой он не может промолвить и слова. Джун боится, что если откроет рот, то брюнет моментально узнает его сокровенные тайны, которые ни в коем случае не должен знать. — Ничего не изменится, если ты продолжишь молчать. Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты не ответишь на мой вопрос, — красноволосого сжимают за плечи и с каждым словом немного встряхивают, будто таким способом можно вытрясти немые фразы Хуана. — Я… У меня всё в порядке. Можешь не беспокоится, — Ренджун старается избегать изучающего взгляда Джено. Тонкие пальцы обхватывают те, что покрепче и слабо, не торопясь, толкают куда-то в сторону — Я не спрашивал, как ты себя чувствуешь и всё ли у тебя в порядке, Джун. Меня интересует, почему ты начал избегать меня? — Слова из уст Ли вырываются с пугающей серьёзностью. Мальчишка никогда ещё не встречал такого Джено. — Давай поговорим чуть позже? Я не в состоянии сейчас разговаривать…       Ренджуна, с шумным выдохом, отпускают, при этом взгляд никуда не даётся. Он всё такой же изучающий, пытающий распознать причину странного поведения такого любимого друга. Хуан попусту время не тратит — замешкавшись, вяло улыбается и скрывается в потоке школьников.       Джено совсем не нравится новое поведение друга.

***

      Вторая стадия — смирение.       Ренджун бросает попытки избавиться от своей влюбленности. Понимает, что это бесполезно. Джено, словно яркий луч солнца ворвался в его серый переулок, слабо освещая все пространство.       Со временем и на сердце парня становится легче. Свинцовая тяжесть куда-то пропала, но лишь в редких моментах она напоминает красноволосому, чтобы тот не слишком сильно забывал о явной безответной любви, вновь заполняя собой грудную клетку.       Хуан потихоньку адаптируется в новой «шкуре». Он чаще видится с Джено, и пусть после тихо плачет где-то в углу от безысходности, но эти счастливые минуты стоят всего этого. И платить за них старший готов хоть всю жизнь.       Однажды, он пересекается с одним из взрослых друзей своего друга. Они знакомятся совершенно случайно: Джун, будучи поглощенный своими мыслями, сталкивается с знакомым незнакомцем, и только потом он узнаёт, что того зовут Тэёном и виделись они уже на одном из вечеров.       Тэён оказывается заботливым хёном, который любит потрепать рыжие пряди мальчишки и протягивать ему конфеты в забавной упаковке. Благодаря ему, Ренджун окончательно не впадает в депрессию и не тешится в объятиях ядовитой безответной любви.       Джено замечает резкую смену поведения старшего. Он старается не обращать на это все внимание, считая, что это всё временно, и скоро привычный солнечный и язвительный Джун вернётся. Считает до тех пор, пока не видит Хуана, горестно плачущего на сильном плече старшего друга.       Ли теряется. Он совсем не понимает, что ему следует делать и правильно ли понял он ситуацию. В нём вспыхивает ревность, которая ядовито шепчет Джено на ухо: «Разве ты не видишь, что твоё солнце уводят? Иди и забери то, что по праву является твоим». Но в голове парня ещё осталась доля разума, которая во весь голос кричит, что он всё неправильно понял и надо защитить своё солнце, вместо того, чтобы забирать его силой.       Джено подыскивает удобный момент, чтобы ненавязчиво начать разговор с красноволосым. Чтобы с обыденного: «Привет. Как дела?», плавно перейти к: «Почему ты плакал на чужом плече?».       Судьба, похоже, решается помочь бедным детям. На большой перемене Ренджун не идёт вместе со всеми в столовую, чтобы перекусить. Он остаётся в душном кабинете, спрятав лицо в кресте своих ладоней. — Ренджун? — Джено говорит негромко и предельно осторожно, будто разговаривает не со своим сверстником, а с пугливым животным, которое от неверного движения бросится прочь. — Ты выглядишь… Необычно. Что-то случилось?       Нависает напряжённое молчание, которое пульсирующей болью отдается в висках. Ли аккуратно подходит к парте своего друга и осторожно подносит руку к потускневшим волосам. Он не сразу решается взять несколько прядей, считает, что Джун испугается этого. — Всё в порядке, правда. — Ощутив такие родные прикосновения, китаец перестаёт прикрываться руками и поворачивает голову в сторону брюнета.       На него смотрят усталые красные глаза, которые испускали влагу не одну ночь. И от этого сердце Джено сильнее сжимается.

Неужели ты чувствуешь то, что ощущал я?

***

— Я так больше не могу, — ладонь прикрывает маленький ротик, стараясь не испустить из него ни единого громкого звука. — Он видит, как я страдаю. Так почему же он продолжает вести себя так, будто ничего этого не происходит? Будто так и должно быть.       Ренджуна накрывает новый приступ истерики. Он, вместе с Тэёном, сидит в школьном туалете, как всегда, плача старшему в рубашку. Уже привычное прикосновение сильных рук не ощущается так остро, как раньше. Будто так и должно быть. Его медленно гладят по волосам и задумчиво произносят: — А ты пробовал сам сделать первый шаг?       Xуану стыдно сказать, что он даже не пытался. Он банально боялся реакции брюнета, которую сам же выдумал. Подумать только, запугать себя своими же представлениями, придав им как можно больше ужасающих красок. — Знаешь, у Джено скоро день рождение и он, вроде как, собирается отметить его с друзьями. Наших то он даже не приглашает — знает, что мы сами к нему явимся. А тебя вот наверняка. Так что, оденься поприличнее и подари ему что-то достойное. Я принесу алкоголь, а все остальное только в твоих руках. Не упусти шанс, Ренджун.       Хуан слабо кивает и утирает засохшие слёзы растянутым рукавом толстовки.

***

      Ренджун ещё никогда не был в таком большом торговом центре. Подумать только, он ради какого-то парня в свой единственный выходной выбирается из дома и идёт по магазинам. В которых мальчишка, кстати, уже успел потеряться. — Нет ничего особенного… — Разочаровано выдыхает Хуан, растерянно оглядываясь по сторонам.       Ему хотелось бы подарить Джено что-то стоящее. То, что будет всегда напоминать брюнету о нём. Но такую вещь было найти, действительно, сложно. Практически нереально. На ум почти ничего не лезло, а если и лезло, то на это денег, ну, никак не хватало.       Мальчишка приходит домой не в лучшем распоряжении духа, потому что заказанный торт вряд ли желал Ли. Он ложиться на кровать и достаёт телефон из заднего кармана, сразу же включая чат с Джено. Ренджун долго смотрит на их последние сообщения и тепло улыбается. Ему хочется, чтобы их приятные моменты длились как можно чаще и, желательно, перешли на новый уровень. Жаль, что это всего лишь мечты обычного подростка.       Тонкие пальцы набирают сообщение и после убирают телефон куда-то под подушку. Ренджун засыпает с улыбкой на лице. Счастливых снов тебе, Джено.

***

      Хуана ловят на большой перемене и утягивают в глубь класса, чтобы чьи-то любопытные уши не услышали лишнего. Его покрепче хватают за пиджак, а после разворачивают спиной к выходу, чтобы видно было лицо. Красноволосый удивляется, когда видит перед собой Джено, который утерял привычную серьёзность. — Ренджун, надеюсь, ты не забыл, что завтра у меня день рождение. Думаю, ты не откажешься, если я тебя приглашу отметить праздник? — Конечно, я приду.       Ренджун готов пищать от радости.

***

      Хуан стоит напротив зеркала и нервно поправляет уложенные волосы. Ему кажется, что он выглядит как-то не так. Совсем не так, как хотелось бы. А хотелось бы, чтобы при его виде Джено потерял дар речи и предложил мальчишке выйти за него. Забавный круговорот мыслей. — Чёрт. Соберись, Ренджун, выглядишь как девка.       Красноволосый отворачивается от самого себя и хватает подарок за тонкую розовую ленточку. Дурацкая улыбка никак не сходит с его лица, но мальчишка никак не может убрать её. Слишком уж счастлив он.       Хуан решает не вызывать такси, а пройтись пешком. Считает, что прохладный ветер сможет навести порядок в голове и убрать (на время) всякие смазливые мысли о брюнете. Когда Ренджун доходит до дома Джено, то до ушей доносятся «любимые» выкрики студентов. Видимо те приходят в гости уже пьяные. Интересно, все взрослые такие?       Хуана на пороге встречает Юта, от которого несёт перегаром, кажется, за километр. Мальчишка старается не зажать ноздри пальцами, все-таки дурной тон. Ему бормочат что-то вроде: «Все на кухне» и благополучно уходят.       Ренджун не удивляется, когда встречает комнату наполненную пустыми бутылками из-под различного алкоголя, а на диванчике пьяного Джено, окруженного объятиями старших. Честно говоря, на секунду сердце красноволосого сильно сжалось и ему захотелось оказаться на месте студентов. — Ренджун? Чего встал? Садись! — Его хватают за плечи и насильно усаживают возле кучки «перегара».       Доён уже достаёт чистую рюмку и подливает коньяка с соком. Возможно, ему не говорили, что спаивать детей нельзя, но кого это волнует? Хуану протягивают стакан, но тот отказывается, прикрываясь тем, что ему нельзя и вообще он ещё маленький. Но упрямый Доён хватает младшего за щеки и «помогает» всё выпить до дна. — Веселись, малой, пока время есть.       Ренджун, кажется, за сегодняшний вечер выпил столько алкоголя, сколько не выпивает любой другой в праздники. Мальчишка понимает, что он уже достаточно пьяный, когда все вокруг становится размытым, словно в тумане, а Джено единственный, кто остаётся в четком изображении. Студенты куда-то пропали, а они остались одни. Вдвоём. Что может быть лучше?       Пальцы Ли медленно перебирают красные пряди, а его голос заставляет Ренджуна ощущать себя вязкой лужицей. Ему хотелось бы, чтобы такие моменты длились вечно. — Джено-я, — Хуан задирает голову, чтобы лицо брюнета было видно как можно лучше. — Мм? — Если я сделаю с тобой кое-что нехорошее, то ты от меня не уйдешь? — Что за вопросы, Джун? Конечно, не уйду, — Джено смеётся и убирает руку с приятных волос.       Ренджун протягивает дрожащие руки к щекам Ли и осторожно опускает на них. Мальчишка томно выдыхает, когда видит прикрытые глаза брюнета, словно тот отдаётся старшему, не боясь последствий. Горячие губы касаются чужих и, аккуратно, стараясь не испугать, целуют их. Когда чужие отвечают, Хуан улыбается и его руки переносятся на шею Джено, нежно обхватывая её. Они целуются рвано, неумело, но получают удовольствие в больших количествах. Воздух кончается и им приходится ненадолго отпрянуть от друг друга, чтобы вскоре вновь насладиться привкусом родных губ.

Третья стадия — принятие.