Лекарство от смерти

      — Так, какие там способы, м? — налив ещё саке в рюмку Тензина, спросил Ято.       Они сидели в лучах лунного света, даже не в храме, что слегка раздражало молодого бога, ибо приходилось вздрагивать от каждого порыва холодного ночного ветра. Не забыть бы забежать за курткой в то кафе, ведь это же часть его экипировки! Но сейчас Ято был больше сосредоточен на беседе со стариком, намереваясь выудить из его хмельной головы нужные факты. Для такого дела ему даже пригодился блокнот официанта, который очень кстати оказался в кармане его штанов. Чуть облизав кончик карандаша, Ято умостился, приготовившись незаметно записывать слова Тензина.       — Ну, я бы не сказал, что это проверенные методы, просто мифы, что встречались человечеству на протяжении многих веков, — вдумчиво ответил старик, потирая пальцами подбородок. — Известно всего четыре способа обрести бессмертие: первый — это древнее табу, о котором даже такой дуралей, как ты знает.       — Да, знаю, дальше, — монотонно перебил Ято. — Дальше!       — А дальше вот что — стереть имя человека из книги Эммы.       — Да ну! — возмутился Ято. — Этот хам никогда не позволит приблизиться к своей книжке, а сделки с ним всегда чреваты подвохом. Кто такое вообще придумал?!       — Это факт, — пожал плечами Тензин. — В книге есть имена всех душ, и если стереть своё оттуда, то ты не попадёшь в загробный мир, что равно бессмертию.       — Но можешь превратиться в фантома, — буркнул себе под нос Ятогами, но записал способ на всякий случай, ведь кто его знает насколько абсурдными будут следующие советы.       Юкине молча наблюдал за посиделками богов и пытался понять, что именно происходит. Похоже, что Ято в очередной раз совал нос в какие-то запретные дела, ибо стирать имя из книги Эммы?! Это сумасшествие какое-то и звучит запредельно нереально. Для достижения этой цели надо спуститься в подземный мир, что само собой опасно, не говоря уже о таком не далёком опыте Ято в царстве богини Изанами. В тот раз он еле выбрался, и всё благодаря Хиёри и её сообразительности. Тем более заключать сделку с властителем мёртвых? Это чистой воды идиотизм, и Юкине в этом не собирался участвовать, даже ради памяти Ики. Ещё есть два способа и лучше бы они были нормальными. Парнишка спрятал шею, пытаясь согреться на весеннем ветру, и всё без толку.       — А что два последних варианта? Тоже какое-то извращение или невыполнимая миссия? — перевёл тему Ято, налив в рюмку Тензина ещё саке. — Колись давай, старик, а то чёт холодно тут у тебя, — покривился он, вздрагивая.       — Лунный Заяц! — залив горючее в себя, вскрикнул Тензин.       — Чего? — захлопал ресницами темноволосый. — У тебя галлюцинации пошли? Если б знал, что тебе нельзя столько пить, я бы может и призадумался насчёт этого плана, но это вряд ли. Эй, Томоне, что это с ним?       — Маю! Сколько раз повторять! — возмутилась помощница бога мудрости. — Ты вообще никогда не думаешь, нахал! Смотри до чего довёл Господина.       Тихо икая, Тензин мечтательно таращился на сливовое дерево во дворе своего храма. Старик что-то себе нашёптывал под нос, вероятно, какое-то стихотворение. Нос и щёки приобрели лососёвый оттенок: то ли от холода, то ли от саке, было непонятно. Ято чуть поморщился, понимая, что зря он залил в деда две большие бутылки саке. Его от винишка во время пикника пару лет назад конкретно так разнесло, а что же будет сейчас? Но отступать было поздно! Надо обязательно выведать остальные методы обретения бессмертия. Должен же среди них быть гуманный и простой способ, например, сожрать какой-то волшебный фрукт или выпить святой водички из запретного колодца. Точно!       — А что с зайцем? — спросил Ятогами.       — Лунный Заяц — это существо, которое способно создать эликсир бессмертия.       — Погодь-погодь, можно сварить такую штуку? — выпучил очи он. — Серьёзно?!       — Да, но зайца надо сначала поймать, а единственный известный случай, когда это священное животное соизволило создать такой напиток, датируется древними временами. Богиня луны Чиньэ в своё время выпила слишком много эликсира, и её подняло в небо, унося с нашей планеты, — вмешалась Маю, нахмурив брови. — Больше Лунного Зайца никто не видел. Посему этот случай превратился в самый настоящий миф.       Ладно, чёрт с этими кроликами! Ято нехотя записал в блокнот всё, что услышал, нарисовав под пунктом дохлого зайчика. Хоть бы последний вариант был более существенным, а то что-то его гениальный план стремительно катится в тартарары. Подняв взгляд, он заметил на себе недовольный взор зеленоглазой девушки. Маю сохраняла спокойствие, пока ещё не устраивала сцен, но в любой момент эта женщина могла решить, что Тензину на один вечер хватит и утащить старика в храм. Ято моментально сосредоточился, позволяя нейронам выработать последнюю фразочку лести, которая позволит богу мудрости завершить свой список гипотетических методов обретения бессмертия. Пф-ф, почему они гипотетические, кстати? Всё это звучит очень убедительно, и в какой-то миг Ято даже задумался: почему так мало случаев, когда какой-либо человек действительно становился бессмертным? Тряхнув головой, Ято покосился на своего собеседника, начисто игнорируя Юкине и Маю, которые ожидали его следующий ход.       — Ну так, а что там последнее, а? Так сказать, чтоб мне не только эти зайцы с книжками ночью снились, — нагнувшись к старику, прошептал Ято.       — А? — моргая, переспросил Тензин, но вспомнив тему беседы, ответил: — Последний способ — это отведать плоть нингё.       — Ни... кого?       — Нингё — это существо, что живёт в глубинах океана, в самых диких местах, где человек не способен продержаться достаточно долго, чтобы выжить, — ответил Тензин.       — Типа русалка? — удивился Юкине, что наконец решил встать с холодного каменного бордюра, чтобы согреться. — Красивая поющая девушка с хвостом?       — Нет, это гибрид обезьяны и карпа, — хмыкнула Маю, скрестив руки. — На вид отвратительное создание, но легенды гласят, что мясо нингё, которую поймать чуточку легче, чем Лунного Зайца, позволяет стать бессмертным. Но этому нет доказательств.       — В любых глубинах или есть конкретные точки в океане? — спросил Ято.       — Дикие и забытые людьми места, — вздохнул Тензин, случайно задев рукавом рюмки, отчего те упали и разбились на мелкие хрусталики. — Но это всё сказки.       — Да, конечно, я же несерьёзно, — активно кивая головой, Ятогами поднялся на ноги, позвав к себе жестом Юкине. — Надо купить билеты на утренний поезд в Атами. Там самое ближайшее дикое побережье и выход в океан. За выходные справимся!       — Ты, что, вконец рехнулся, а! — попытался возразить шинки, но бог войны поспешно натянул на его белобрысую голову капюшон, оставляя только возмущённое мычание. — Отвали, придурок! Пошли, поздно уже!       — Ято, не надо тебе ехать туда, — обратилась к парням Маю. — Дурная трата времени, тем более что ты даже не знаешь, кто…       — Позаботься о Тензине! — отмахнулся молодой бог, подмигнув, и через секунду парочка исчезла с лёгким свечением.       Маю стояла неподвижно, сжимая лежащую поверх груди руку в кулак. Этот безмозглый, как всегда, не удосужился выслушать дельный совет! Таких только могила исправит, ей-богу! Фыркнув, она повернулась к своему Господину, застав старика в развалившейся позе и явно спящим. И за что ей эти муки? Думала, что избавилась от Ято, так теперь и на новой работе за ним убирать. Но гнев Маю сменили размышления, в которых она, учитывая тему этой беседы, уповала на то, чтобы Ятогами в очередной раз не наломал дров.

***

      Хиёри проснулась только к полудню, ощущая усталость во всём теле, будто всю ночь марафон бежала. Она протянула руки вверх, разминая затёкшие мышцы ото сна. Пару раз зажмурила глаза, так как наглые лучи весеннего солнца пробивались сквозь незашторенное окно и ослепляли. Хорошо, что сегодня долгожданный выходной, и она может бездельничать целый день, а, самое главное, что ей никто и слова не скажет. Просто превосходно! Прогнав пелену сонливости, в которой мелькали образы последнего боя Тоно, она начала вспоминать вчерашний вечер. Всё что помнила Хиёри — это знакомство с Акихико, веселье Ямы и хамское поведение официанта, но, к сожалению, его лица она почему-то не помнила, чёрт! А потом всё было, как в тумане, и эта дымка никак не объясняла, почему её тело настолько вымотано. Запомнился какой-то всплеск эмоций: обида, злость и досада, которые образовались в жгучий ком, ярко врезаясь в память. Странно, что это могло быть?.. Вечер с парнями ведь прошёл фактически на ура.       Она отыскала свой старенький смартфон, который запутался в пододеяльнике, и, разблокировав экран, увидела утреннее сообщение от Акихико и один пропущенный вызов от какого-то Ято? Ято, Ято… В голове Ики что-то будто щёлкнуло. Как она могла сразу не вспомнить, что официант и Ято — один и тот же человек. Всё же Ики вчера в порыве гнева и клокотающей обиды наговорила ему много чего неприятного. Сейчас, конечно, Хиёри уже остыла и больше не обижалась на этого дурака, хоть он, сказать по правде, сам виноват в своём идиотизме. Нашёл место для дебильных приколов! Шут. Но всё же, зачем он звонил ей посреди ночи? Хиёри нажала кнопку вызова и начала слушать размеренные гудки по ту сторону трубки. Напрасно этот несносный божок не отвечал. Хиёри не стала больше названивать и, вскочив с кровати, решительно направилась в сторону огромного шкафа. Мало ли Ято из-за вчерашнего дулся, поэтому трубку не поднимал, давя на жалость. Надо сейчас же идти к дому Кофуку и поговорить с этим затейником, чтобы между ними не оставалось ненужных обид.       Надев коричневые шорты с мешковатой серой кофтой, Хиёри кое-как привела волосы в более-менее опрятный вид и пулей выбежала из квартиры. Вот сейчас не помешало бы высвободиться из своего тела, чтобы быстрее добраться до богини нищеты, но в последнее время Ики это сделать всё сложнее, и этому странному явлению она не может дать объяснения. Оставив ненужные мысли на потом, она сосредоточилась на конечной цели, несознательно имитируя спортивное дыхание. Она довольно-таки быстро добралась до временного пристанища Ято и Юкине, хотя бок от сумасшедшего бега безумно покалывал. Вот что значит забросить тренировки на неделю. Ужас!       — Хиёриииин, — хоть Кофуку и была миниатюрной девушкой, но её вышибальные объятья валили с ног.       — Кофуку, ты чего? — Ики озадаченно посмотрела на чересчур бурное проявление эмоций у богини; раньше она также с воплями и визгом её встречала, но сейчас это уже слишком.       — Хиёрин, Хиёрин, я так по тебе соскучилась! Ты так давно к нам не заходила, — продолжала жалобно скулить божка, обнимая Ики.       — Кофуку, отпусти Хиёри. Задушишь же, — Дайкоку вовремя подоспел, схватив за шиворот свою любимую госпожу.       Ики встала с сырой земли, отряхивая с себя нежные лепестки цветущей сакуры. Чего это Кофуку устроила драматическую сцену, если она позавчера приходила к ним вечером пить чай с вишнёвым пирогом, который приготовил Дайкоку, или она что-то упустила? Хиёри, переминаясь с ноги на ногу, осмотрелась вокруг, не увидев ни Ято, ни Юкине. На такие вопли они точно бы прибежали. Странно это, но, может, они работают?       — Я же у вас была на днях, — Ики разулась около деревянных ступенек, продолжая визуальный поиск друзей.       — Ты что-то путаешь, Хиёрин, — богиня неудач и её шинки недоуменно переглянулись. — Ты к нам приходила две недели назад, когда только начала переезжать от родителей.       Ики не могла поверить своим ушам, ведь ей казалось, что они виделись совсем недавно. Да что с ней такое происходит? У неё очевидные провалы в памяти, и это не просто так. Неужели она начинает забывать потусторонний мир, и поэтому редко покидает своё тело в качестве духа? Это действительно происходило. Хиёри схватилась за голову, осознавая, какие последствия её ожидают. Как она так умудрилась забыть своих друзей, хоть и на небольшой промежуток времени? Она же обещала Ято и Юкине, что всегда будет рядом, а сейчас получается… Её тело начала сотрясать крупная дрожь.       — Где Ято и Юкине, Кофуку, где они? — Ики, чуть не плача, просила божку всё ей рассказать. Девушку бросало в лихорадку от одной только мысли, что она может не успеть их найти, и тогда случится непоправимое: она забудет их совместные моменты!       — Ну, они час назад ушли и...       — Кофуку! — Дайкоку не дал молвить и слова больше о подозрительных планах Ято.       Как-никак, но этот безбашенный бог в спортивках просил их не рассказывать Хиёри, где он будет пропадать целые выходные, а то и дольше. Дело, конечно, попахивает проблемами, и парни вряд ли понимают: с чем пытаются играть, но шинки предпочитал не влезать в чужие разборки. Напротив, Кофуку, видимо, не смогла сдержать язык за зубами, так как жалобный и молящий взгляд любимой Хиёрин уж слишком растрогал ранимое сердце богини неудач и нищеты. Тем более, когда дело касалось Яточки, то Эбису забывала включать мозг. Поэтому, наплевав на протесты со стороны шинки, Кофуку продолжила:       — Их поезд отправляется через полтора часа в Атами, поэтому поторопись Хиёрин!       Дайкоку только глубокого выдохнул от безысходности, понимая, что только что облажался перед Ято, чёрт! Теперь этот недоносок будет его этим упрекать, найдя выгоду из-за такого прокола. Умудрился же он заключить сделку на сонную голову. Прощайте долги Ято! Мужчина нервно закурил сигарету, идя к заднему двору дома, и открыв небольшой сарайчик, выкатил оттуда красный мопед. Выдыхая дым, он спросил:       — Справишься?       Однако, такой транспорт был весьма неожиданной находкой, и Хиёри несколько секунд пялилась на двухколёсного коня. Умеет ли она этим пользоваться? Конечно! Девушка только кивнула в ответ и, надев шлем, завела громко орущий мопед, выезжая из двора, попутно крича слова благодарности Кофуку и Дайкоку, которые стояли в обнимку, чему-то улыбаясь. Потом можно будет ещё раз поблагодарить, а сейчас — в путь!       Попутный ветер хлестал по телу, развевая густые каштановые волосы. Хиёри ощутила себя крутой героиней какого-то американского боевика, так как лавировала около стоящих машин в пробке. Она должна успеть и влепить увесистую оплеуху одному идиоту, который решил её бросить в такой критический для неё момент, свалив на море. Да и не только для неё! Нет, это уму непостижимо, а говорят, что женщины сложные существа! На горизонте виднелся вокзал, и Ики, припарковав своего железного коня, помчалась на платформу, ища нужный маршрут. Людей, как всегда, была тьма: они пихались и торопились по своим делам, что затрудняло передвижение девушки. Главное — это найти двух закадычных друзей, а дальше действовать по руководству эмоций.       Опять-таки досада, что Хиёри сейчас не могла высвободиться из своего тела и по запаху найти их. Как ни напрягалась, а душа не освобождалась. Минутные поиски всё же не были безуспешными, и где-то вдалеке мелькнула знакомая чёрная макушка. Сто процентов — это Ято! Собрав все остатки сил воедино, Ики побежала, сломя голову, почти задыхаясь. С неё хватит сегодняшних марафонов! В последний раз она так бегает!       — Ято, Юкине! — парни удивлённо обернулись, не веря своим глазам.       Нет, ну нельзя этим двум шарлатанам доверить даже мизерную просьбу. Ятогами всё им доходчиво объяснил, чтобы те прониклись пониманием и смогли помочь, хотя он много чего утаил, но это неважно, ибо план бога рушился по мере приближения к ним Ики. Ну зачем она пришла?! Ведь всё так гладко проходило, чёрт! Нужна отговорка, срочно!       — Хиёри, что ты тут делаешь? — голос Юкине надломано прорезался, и он испуганно посмотрел на запыханную подругу.       — Может, вы мне потрудитесь ответить: куда это вы намылились? — Ики для большей угрозы вцепилась в спортивную большую сумку бога войны, намертво ухватившись за шлейку.       — Да мы на пляж собрались, — Ято глупо засмеялся, почёсывая затылок и искоса посматривая на мелкого, чтобы тот хоть как-то помог.       — Без меня?! И тем более сейчас не сезон, чтобы купаться, — Ики напирала всё сильнее и сильнее, даже начала тянуть на себя чёрную сумку.       — Ну ты же вся в учёбе, поэтому решили тебе не мешать. А нам с Юкине без разницы в какой воде купаться, — бог тоже потянул на себя свой багаж, пыхтя. Сколько же сил в этом хрупком теле-то?       — Сам за себя говори, дурак, — буркнул под нос Юкине и поёжился, представив себе, как он будет нырять в леденящую воду. Нет, этого делать он точно не будет!       — Тогда я поеду с вами. Как раз у меня выходные!       — Нет! — они и не заметили, как их мирно-культурная перепалка переросла в громкий и бурный спор, что все люди начали озираться в их сторону. Юкине сделал по-умному: слился с толпой, изредка посматривая за склоками друзей. Ну сколько это будет продолжаться, а?       — Это ещё почему, гм? — Хиёри почувствовала в области рёбер укол обиды.       — Да потому что.... Потому что у тебя с собой вещей нет, а ждать тебя мы не будем, — Ято увидел, как от его слов глаза Хиёри стали слишком уж блестеть. Он не мог смотреть на такое обиженное выражение лица, так как понимал, что он мог и не выдержать её слёзы. Поэтому Ято немного ей поддался, отпустив сумку, но всё же решил продолжить свои жалкие устные попытки оставить Ики дома.       — Ничего страшного, так поеду, — она понурила голову, тоже ослабив свою железную хватку. — Я просто… просто хочу проводить с вами больше времени…       Сердце Ябоку сильно сжалось после этих слов, и он ощутил странное покалывание в груди. Бог войны обречённо сдался, окончательно приняв своё поражение, ибо только этой девушке он не мог сказать слово «нет». Угораздило же его так к ней привязаться, а!       — Ладно, пошли. Вещи по дороге купим. Если что, то Юкине одолжит свои шмотки или денег, — шинки слегка покраснел, отгоняя непрошеные мысли из головы, чтобы этот гад Ято ничего не почувствовал.       Купив по пути ещё один билет, троица зашла в вагон, садясь в удобные мягкие кресла. Хиёри успела позвонить родителям и сказать, что она и её одногруппники поехали на пляж, поэтому дома на этих выходных ждать не стоит. После того, как волна эмоций прошла, она успела пораскинуть мозгами и пожалеть, что осталась без вещей. Но раз они едут на пляж, просто побыть на природе, то особого-то ничего при себе иметь не нужно: только деньги, телефон и ключи от дома. Они молча сидели, не решаясь нарушить сложившуюся тишину, так как каждый думал о своём и о дальнейшем путешествии, которое неизвестно чем закончится. Ики улыбнулась, несознательно прижавшись к плечом к Ятогами. Главное, что они вместе, ведь это единственное, от чего она в жизни не собиралась отказываться.