Слишком плохой для тебя

***

       От усталости девушка больше не чувствовала собственных ног. Не помня себя, Чэн добежала до своего дома. На протяжении этого времени дождь и не думал останавливаться, он предательски испускал миллионы холодных капель на землю. Маринетт чувствовала, как одежда прилипает и тяготит, так и хотелось прийти и стянуть ее с себя, принять горячую ванну и разрыдаться. Истерика накрывала с головой, девушка держала груз печали у себя в груди, она планировала высвободиться из оков собственного отчаяния. Брюнетка тихо отворила входную дверь, пытаясь не привлекать к себе внимания. В доме царила полная тишина. Видимо, что родители до сих пор в пекарне. Маринетт обещала им помочь, но сейчас, сейчас она ничего не хотела. — Мама? Папа? Ответом послужила желанная тишина. Дюпэн облегченно выдохнула и прикрыла за собой дверь. Не долго думая, девушка направилась в свою комнату.        Маринетт скинула с плеча сумку. Плевать, что она полностью намокла и от тетрадей и любимого блокнота ничего не осталось. Не до этого сейчас. За окном творился еще больший хаос, но девушке не хотелось больше смотреть на «затерянные» небеса. Она мигом затянула шторку, после чего включила свет.        Брюнетка направилась в ванную комнату, попутно снимая с себя верхнюю одежду. Вся тяжесть сходила вместе с ней, но внутри горела обида. На протяжении всего этого времени, Мари удавалось глотать обиду, не обращать должного внимания на происходящее вокруг, но теперь… Сейчас слишком много внимания переключилось на ее персону. Все с приходом этого года, на который рассчитывала Маринетт. Надежда закончить хорошо коллеж, поступить, стать лучшим дизайнером, завести счастливую семью и обрести новые надежды — все рухнуло в один момент. Пока ванна наполнялась, Дюпэн встала напротив зеркала и взглянула в него. Голубые глаза поникли в тоске, веки набухли от плача, а волосы, волосы были сырыми и спутанными. Хотелось смыть с себя это прямо сейчас. Маринетт сняла футболку и кинула ее в сторону. Ее взору открылись красные следы на запястье. Ситуация с Адрианом вновь пронеслась в голове, Маринетт помнила каждое его слово. Неужели, он и правду так считает?       «Все узнают, какая ты маленькая шлюшка» — эхом пронеслось в голове темноволосой, и она всхлипнула. Она не понимала, что такого сделала Адриану. На протяжении стольких лет пристрастие к нему не уходило. В нем нет ничего особенного, чего нет в обычных хороших парнях. Но она влюбилась. Влюбилась в плохого парня, который считает ее ничтожеством.        Маринетт залезла в ванную. По телу пробежала мимолетная дрожь от едва теплой воды. Да, девушка совсем не проконтролировала температуру и поэтому не набрала действительно горячую воду. Но сейчас ей хотелось смыть с себя все это и тихо полежать в ванне. Именно в воде мысли снова обретают какие-то краски. Вспоминаешь еще больше, а усталость дарит печать безразличия. Брюнетка прикрыла тяжелые веки. Перед глазами очередной образ Адриана, который смеется от какой-то очередной шутки Нино, и вот, теперь он смотрит прямо на Маринетт и уничтожает ее своими холодными зелеными глазами. Девушка резко открыла глаза. Внезапно она почувствовала почти физическую необходимость находиться рядом с тем, кто ее может обнять. Крис. Как некрасиво она поступила с ним сегодня. Дюпэн отталкивала парня, как могла. Но почему? Сюда подходит высказывание: «Причина не в тебе, а во мне». Когда люди пытаются быстро избавится друг от друга, они используют именно это. Слишком уставшая. Слишком зациклена на себе и окружающих. Пора отбросить это из головы.

Я спрячу твою боль. Только дыши. Я спрячу твою боль. Только держись.

***

       Маринетт укутала себя полотенцем. Закрепив его, она точно убедилась, что оно не спадет. Полусырые иссиня-черные волосы раскинулись на плечах у девушки. Сейчас она выглядела намного лучше. Никакой косметики, свежий вид и сонливость. Дюпэн точно не помнит, сколько времени провела в ванне, но она была довольна, что на некоторое время ей удалось откинуть мысли и отдохнуть. Сейчас же она планировала лечь спать. Мари выключила свет в ванне и вышла из комнаты. Она только уже собралась скинуть с себя полотенце и надеть пижаму, как неожиданно для себя вскрикнула. — Тише, принцесса, ты чего кричишь? — юноша прижал плюшевого медведя к груди и осмотрел Маринетт с ног до головы, заметно присвистывая. — Хорошо выглядишь. — Нуар! — Чэн как-то облегченно выдохнула, пытаясь затушить нарастающую внутри себя панику. — Как ты сюда?.. — возник вопрос, но в ответе он не нуждался. Балкон был немного приоткрыт, а шторы были распахнуты, хотя перед уходом в ванну Маринетт все закрывала. — Я же обещал прийти, — блондин приблизился к Чэн вплотную. — Оденешь ту пижамку? — Кот ухватился указательным пальцем за край полотенца возле плеча. Получилось так, что одно неправильное действие Нуара привело к тому, что полотенце расправилось и рухнуло вниз. — Упс, — юноша широко улыбнулся, но опускать своего взгляда не стал. — Нуар! — Маринетт взвизгнула и ринулась вниз за полотенцем, прикрываясь руками, как только возможно. — Отвернись! Сейчас же! — Ладно-ладно, — Супер Кот закатил глаза под лоб и отвернулся. — Чего я там не видел? Парню оставалось только стоять и ждать, пока Маринетт переодеваласть в ванной комнате. Прошло ровно пять минут и девушка вышла. — Эй, а где пижамка? — зеленоглазый обиженно надул губки. Чэн успела надеть футболку и какие-то джинсовые шорты. Что первым попалось под руку, так сказать. — Не дождешься, — девушка подошла к балкону и открыла дверь. — Уходи, — брюнетка кивнула в сторону выхода. Сверкнула молния, а после и глухой раскат грома. Ливень продолжил набирать свои обороты, а Кот Нуар хитро улыбнулся. — Принцесса, ты же не отправишь меня сейчас? — самовлюбленная улыбка заиграла на лице Кота. Он иногда напоминал какого-то безумца, сбежавшего из фильма ужасов. — Как пришел, — Маринетт приподняла обе брови. — Так и уйдешь. Именно с Котом в девушке зарождалась какая-то уверенность. Она могла говорить прямо то, что считает нужным. Мари не мямлила и не пыталась всячески сбежать от разговора. Адриана это даже удивило, ведь ему нравятся острые на язык персоны, да еще и те, кто знаком с его вторым - Я. Кот Нуар не позволял раньше себе такого. Приходить в костюме героя и тратить свое время на обычную девчонку. С Маринетт что-то изменилось. — Бессовестная леди, — юноша положил мишку на стол, а сам направился к долгожданному выходу. — Маринетт, я дома, — раздался голос за дверью. Девушка широко округлила глаза и окинула взглядом Нуара, который и сам был удивлен. Чэн выпихнула его за дверь балкона. Это было сделать трудно, так как Кот всячески не хотел покидать сухое и теплое помещение и идти на ливень. — Принцесса! — юноша прижался всем своим телом к стеклу, пытаясь всячески залезть обратно внутрь. Прижатая моська напоминала чем-то маленького поросенка. — Не оставляй меня, миледи. — Тихо, — Мари приложила указательный палец к губам. Девушка задернула шторку именно в тот момент, когда в комнату вошла Сабин. — С кем это ты разговаривала? — женщина тепло улыбнулась, оставляя на столе поднос с горячим чаем и круассанами. — Это я по телефону, — хихикнула Маринетт, продолжая стоять на одном месте. — Ужасная погода сегодня, — Чэн пожала плечами. — Папа остался в пекарне, я сейчас опять поеду и помогу ему. Ты же справишься здесь сама? — Конечно, — Дюпэн-Чэн кивнула головой и улыбнулась. — Выпей горячего чаю и отдыхай, — Сабин прикрыла за собой дверь, оставляя дочь в полном одиночестве. Маринетт как-то протяжно выдохнула. Хорошо, что никто ее не просек и Кот Нуар не попался на ровном месте. Интересно было бы посмотреть на лицо мамы, если бы она увидела, как в комнате ее дочери находится герой Парижа. Никому хорошо от этого не будет. — Прицесса, тут холодно, — раздался голос за стеклом. Маринетт отдернула шторку и от удивления приподняла обе брови. Промокший парень смотрел на нее с грустной моськой. — Кот? — девушка открыла балконную дверь, позволяя Нуару зайти обратно в комнату. Юноша дрожал, а по латексному костюму стекали капли воды. Кому, как не Мари понимать, каково промокнуть под дождем. — Тебя нужно быстро высушить. — Предлагаешь мне раздеться? — промурлыкал блондин, наклоняясь немного к Маринетт. — Нужно хотя бы голову просушить, — Чэн немного покраснела. — Эти ушки снимаются? — Абсурд! Это неотъемлемая часть моего костюма, — парень провел руками по «фальшивым» ушкам.       Маринетт закатила глаза и направилась к своему шкафу. Из верхней полки она достала белое полотенце, которое вскоре отдала Нуару. Тот начал его как-то непонятно крутить в руках, и толку от этого было очень мало. — Дай сюда, — девушка выхватила полотенце из рук Кота. Маринетт усадила его на стульчик и начала протирать его блондинистые волосы. Они были и так взъерошены, а сейчас герой Парижа и вовсе был похож на «божий одуванчик». — М-м-м, как приятно, — Котик довольно улыбнулся. — У тебя талант, миледи. — Как ты мне дорог, — голубоглазая тяжело вздохнула и оставила полотенце на голове юноши. Она взяла в руки поднос с чаем и круассанами и поставила их на письменный стол рядом с парнем. — Согрейся, а когда ливень немного стихнет, то уходи. Маринетт закрыла дверь в ее комнату на ключ, чтобы родители внезапно не зашли. После чего она взяла с полки какую-то книгу и легла на кровать. Полный обзор на Нуара был закрыт - и это восхитительно. — О, круассаны, — Кот широко улыбнулся и принялся уплетать вкусности одну за другой. На протяжении всего времени, девушка только и слышала почавкивание и какие-то новые комплименты по поводу ее комнаты. Мари всячески игнорировала Супер Кота, но тот, видимо, был и так доволен. — Благодарю, принцесса, — блондин плюхнулся рядом с ней на кровать. Дюпэн раздраженно посмотрела на него, но говорить ничего не стала. — Что читаешь?       Через минуту оба были полностью поглощены книгой. Маринетт читала очень быстро и ей иногда приходилось ждать парня только потому, что он несколько раз пытался понять прочитанное. Юноша всячески комментировал каждую страницу, и Чэн приходилось объяснять всю суть, которую хотел передать автор. — Этого быть не может, — возмущенно протянул Нуар, приподнимаясь на локтях. — Она не могла бросить хорошего парня, ради плохого. Он же полный мудак! — К-о-о-о-т, — брюнетка улыбнулась к уголкам губ. — Ты не понял, потому что не читал все сначала. Конец показался тебе запутанным, но все просто, если знать начало этой истории. Он — ее первая любовь. — И что? — парень перевернулся на живот. — Первая любовь — это еще не повод ломать себе жизнь. — Это другое, — Маринетт собрала руки в замок и устремила свой взгляд на потолок. — Когда он плохой для всех, но ты знаешь, что в глубине этой души есть частичка, которая способна любить. Ты никогда не любил? — У Супер Кота другие перспективы, миледи, — юноша улыбнулся уголками губ и посмотрел на Маринетт, которая уже засыпала. Ее тяготили собственные же веки. Нуар не стал ничего говорить, он лишь наблюдал за тем, как Дюпэн-Чэн тихо засыпает.       Маринетт тихо сопела на кровати. Сколько раз ему приходилось наблюдать за тем, как она спит. Да, Адриан чувствовал себя другим в образе Кота Нуара. Словно он никогда и не был плохим и не делал ужасные поступки. Но все это считается. Он живет двойной жизнью и несет ответственность за все то, что натворил. Нуар положил книгу обратно на полку. Юноша накрыл пледом Чэн и выключил ночник рядом с ней. Сам же Супер Кот открыл балконную дверь и исчез в полуночной тьме. Пора оставить эту историю в покое. Маленьким принцессам давно нужно забыть о счастливом конце.

***

       Адриан буквально влетел в окно, когда из кольца выпорхнул черный квами. — Парень, что ты творишь вообще? — кот присел на столик рядом с тарелкой камамбера. — Сначала унижаешь девчонку, а теперь подлизываешься? — Тише, Плагг, — Адриан стянул с себя футболку. — Я не подлизываюсь. — Ага, а еще скажи, что не влюбился, — квами запихал себе в рот небольшой кусок сыра и мигом его разжевал. — Читать любовные сопли, когда в городе акумы летают. Не для этого тебя судьба мной наградила. — Не влюбился я, — фыркнул блондин, присаживаясь на край кровати. — Я буду ждать, когда она откажет в участии в конкурсе и тебя исключат, — рассмеялся котик. — Тогда Габриэль не на шутку разозлится и поедешь ты в исправительный лагерь. — Спасибо тебе, друг, — Адриан откинулся на кровать. — Эх, запомни, — Плагг провел лапками по усикам. — Хорошие девочки не достаются плохим парням. Ты не можешь манипулировать ею. У нее есть чувства, а ты как садист. Агрест прикрыл глаза, пропуская все слова квами мимо ушей. Его накрыли былые воспоминания, когда он только-только посмотрел на голубоглазую принцессу, когда ее улыбка была для Адриана первым и ясным лучиком света, когда история только началась.        Начальная школа. Адриан Агрест, как обиженный на весь свет ребенок, сидел за передней партой в классе. Никто не хотел с ним сегодня играть из-за того, что он не взял свою игровую приставку. Ребята пошли к мальчику из параллельного класса, убеждаясь, что именно у того есть приставка, которая так нравилась всем. А Агрест сидел один на большой перемене. — Маринетт, пойдем на улицу, — позвал девочку Крис, вытаскивая из кармана две конфеты. Одну он протянул голубоглазой Чэн, а вторую забрал себе. — Пойдем, — рассмеялась Дюпэн, хлопая длинными ресницами и вприпрыжку направляясь к выходу из класса. Только вот она остановилась, когда ее взгляд пал на Адриана. Он грустил и Маринетт было интересно узнать, что у него случилось. — Крис, я догоню! Брюнетка подошла ближе к Агресту, который, насупившись, смотрел куда-то в стену. — Не хочешь пойти с нами? — Играй со своим другом сама, — выпалил мальчик. — Мне не интересно. — Как знаешь, — девочка улыбнулась. — Не грусти, вот возьми, — Маринетт поставила на стол шоколадную конфету. — Я не люблю шоколад, — зеленоглазый недовольно посмотрел на Дюпэн. Маринетт задумалась, после чего села рядом с Агрестом. Он очень удивился, но протестовать не стал. — Тогда угости конфетой вон того мальчика, — голубоглазая указала в сторону одноклассника, который сидел за самой последней партой. — Поверь, он любит покушать. Адриан посмотрел назад, а потом и на Дюпэн-Чэн, которая искренне улыбалась. Мальчик немного покраснел. Такая красивая и милая Маринетт. — Я пойду, — девочка встала со стула и быстро побежала к выходу, оставляя Агреста в смущении. Адриан, после пяти минут размышления, все-таки встал со своего места. Он подошел к тому самому мальчику, который, как и Агрест, сидел один. — Я Адриан, — блондин протянул руку в знак нового знакомства. — Нино, — мальчик протянул руку и пожал ее. — Хочешь конфету? Она с шоколадом, — Агрест улыбнулся уголками губ. — Люблю шоколад, — мулат улыбнулся ему в ответ. Как и рассчитывалось. Маринетт Дюпэн-Чэн — начало этой крепкой дружбы.